Записки злого терапевта

(начало поста - здесь) Терапия - это, среди прочего, это работа с реакцией на экзистенциальную нагрузку: физическую, отношенческую, психологичскую, когнитивную. Но когда основная нагрузка - это непрерывный и нескончаемый глубочайший дефицит ресурсов, из которого невозможно выбраться любыми усилиями, эффект от терапии никогда не сравнится с эффектом от изменения в реалиях. Так-то люди и в концлагерях выживали благодаря своей внутренней работе с непосильной, невозможной садистической реальностью. Но с освобождением и возвращением к свободной жизни ничего нельзя сравнить. Франк Шилбах из Массачусетского технологического института и Сендил Муллайнатан из Гарварда выдвинули теорию о том, что так называемая “психология бедности” связана с ограниченным ресурсом когнитивных способностей мозга. Хроническая нехватка денег - это хроническое же истощение когнитивного ресурса. Нужно постоянно жонглировать всем, что прямо сейчас горит, и это жонглирование сжирает внимание, память, ресурс исполнительной функции (контроль и силу воли). Другие эксперименты (например, с индийскими фермерами) показывают, что когнитивные способности восстанавливаются, когда доход растет настолько, что человеку уже не нужно заниматься только тем, чтобы сводить концы с концами. Психотерапия - не панацея. У нее много ограничений. Она не поможет прожить другое, счастливое детство, не излечит маму-папу так, чтобы они вдруг долюбили, не исправит мир, не заставит окружающих уважать ваши границы, и точно не сможет быть заменой оплаченных продуктов и счетов для людей, которые занимаются физическим выживанием. Психотерапия - она про жизнь. В том числе, про возможность ее находить и проживать, возвращать себе, присваивать право на нее и защищать его от посягательств. Про то, чтобы не ложиться в гроб прежде, чем умрешь. Не оставаться внутри себе нищим кенийским крестьянином, если не живешь с рождения в сельской Кении в хибаре без надежных стен, не имея возможности узнать хоть какую-то иную жизнь. Ну и про то, что даже с учетом всего написанного в этом посте нельзя говорить человеку: “Соберись, тряпка! У тебя-то все хорошо с твоими проблемами людей Первого мира, а в Африке, вон, дети голодают!”. Внутренним нищим крестьянам нужно, чтобы их признали и выслушали. Но это уже тема для другого поста.

У людей, которым очень нужно доказать всему миру, что эта ваша психотерапия - сплошной развод на бабло, пару лет назад появился новый аргумент. Вот, говорят, провели такое исследование, где одной группе давали деньги, а другой - курс психотерапии, и депрессия прошла у тех, кто получал деньги. Эксперимент с безусловными выплатами и курсом психотерапии не новый (2020-2021), но ссылку на него - не буквальную ссылку на исследование, а краткий и обычно неточный пересказ, - до сих пор можно часто встретить в обсуждениях, эффективна ли терапия вообще и в 2026 году, со всем происходящим в мире, в частности. Я не собираюсь вставать на табуреточку с намерением доказать обратное, но добраться до оригинала давно хотела. Эксперимент и правда открывает хорошее пространство для разговора о том, что помогает, а что - не очень, и какая помощь в каких условиях более или менее эффективна. Да и правда ли роль психологов и терапевтов, с учетом происходящего в мире, сводится к описанию “как оркестр на тонущем “Титанике”. Главное про эксперимент: 👽 его проводили в сельской Кении (это важно!), выборка 👽 люди, живущие в крайней бедности; 👽 у трети участников диагностирован значительный психологический дистресс; 👽 участвовали четыре группы: одни получали только деньги, вторые - только краткий курс психотерапии, третьи - и деньги, и курс, четвертая группа не получала ничего; 👽 полная сумма, которую выдали участниками в ходе эксперимента, соответствует примерно 20 месяцам их обычных расходов; 👽 половине участников, получавших деньги, сумма была выплачена единожды в полном размере, а другой половине - за пять регулярных платежей; 👽 курс психотерапии - это пять сессий по 90 минут в подходе “Problem Management Plus”, которые проводили обученные волонтеры системы здравоохранения, не профессиональные психологи или терапевты; 👽 контрольные замеры проводились через год и показали, что 1. деньги дали статистически значимый эффект, 2. эффект в группах “только деньги” и “деньги+курс терапии” равнозначен, 3. в группе “только терапия” значимого эффекта не было ни у участников с диагностированным психологическим дистрессом, ни у участников без него. Попробуйте представить, что такое пять сессий психотерапии в КПТ-подходе, после которых вы продолжаете год жить свою привычную жизнь. За этот год у вас нет ментора или бадди, который бы помогал регулярно обращаться к знаниям и навыкам, про которые вы узнали на этих пяти сессиях. При этом вы живете около черты бедности даже по меркам сельской Кении. А что такое сумма, равная двадцати месяцам ваших регулярных расходов? Какое облегчение может испытать человек, который знает: привычный уровень жизни гарантирован на почти два года, даже если он не будет зарабатывать в этот период? И что испытывает человек, которому за пять сессий рассказали про типичные реакции на стресс, дали техники поведенческой активации, релаксации и поиска социальной поддержки, а дальше он должен как-то сам пытаться всем этим пользоваться, продолжая жить на двадцать долларов в месяц в доме с деревянными стенами? (окончание поста - здесь)

Собачка говорит “гав”, кошечка говорит “мяу”, а блогер говорит: “Меня часто спрашивают…” Часто-не часто, но иногда кто-нибудь спрашивает, почему записки именно злого терапевта, если и как терапевт, и как человек я ставлю во главу угла, рядом с уважением и честностью, сострадательность и нежность. Здесь я могла бы в очередной раз пересказать, с чего этот канал восемь лет назад начался, но вместо этого позвольте представить вашему вниманию темы, от которых за последние два месяца этот терапевт становится очень злым и полыхает как пожар в саванне В списке, среди прочего: 🦄 “Психотерапевты сегодня исполняют роль оркестра на тонущем “Титанике”; 🦄 продвижение профессиональных аккаунтов психологов через контент, пародирующий клиентов; 🦄 исследование, которое якобы показало, что деньги эффективнее психотерапии. Разумеется, готовлюсь надушнить по посту про каждое! И первый - вот👇

#терапия_на_салфетках * * * Неочевидные признаки психологической зрелости: когда алгоритмы всемогущие зачем-то подкидывают тебе рекламу, начинающуюся со слов: “Наш товар - точно не для тебя, если только ты не…”, испытываешь что-то вроде “хосспади, идите нахер, вот еще ради маркетингового развода на покупку какой-то херни я драгоценные две минуты своего внимания не тратила!”. (основано на реальных событиях, реклама ин квесчн производителя интерьерных свечей) К той же категории относятся реакции “Мужчина никогда не выберет таких женщин, как ты” - “Да и слава богу”, “Ну ты же понимаешь, он просто такой сложный человек” - “Нет, не понимаю”: продолжите список вашими примерами. * * * В “Золушке” Евгения Шварца есть реплика, описывающая один из величайших психотерапевтических инсайтов: “Очень вредно не ходить на бал, когда ты этого заслуживаешь. Так и заболеть можно” Вот да. Наслушались когда-то, что не заслужили, поверили, сами себя продолжаем убеждать, а внутренних сил на сдерживание желания поехать на бал уходит прорва. Особенно когда какая-то часть тебя все-таки сохранила знание, что бал - заслуженный, и вообще - может, балы не нужно заслуживать, может, на них можно просто так ездить, если хочется. * * * Коллеги в сети называют использование ИИ для психологической помощи “доширакотерапией”. Как терапевт, понимаю и фрустрацию, и возмущение, и желание донести до мира, чем наша работа уникальна и невоспроизводима. Одновременно хочу встать на защиту такой ценности как публичное уважение к нашим клиентам и к человеку в целом. Даже если допустить, что это сравнение полностью правомерно: доширак - это, конечно, быстрая лапшичка сомнительной нутрицивтической ценности, но у разных людей есть свои причины ее есть. Кому-то нравится, а у кого-то денег на стейк с картошкой нет, а потребность есть никуда не девается. Нам бы, коллеги, послушать людей, которые едят доширак, чтобы их понять. (Нам бы, впрочем, еще жить бы в мирные времена без ежедневного стресса на границе окна толерантности). * * * Если вы пришли в терапию разбираться с темой отношений, вам пригодится вопрос: “Я хочу от этого человека чувства или действия?”. Чувство-то у него, может быть, и есть. Но умеет ли и хочет ли он выражать это чувство в форме тех действий, которые для вас нужны и желанны? И что вы будете делать, если его, человека, форма для выражения этого чувства вам не подходит или ранит? * * * Все чаще в интернете попадаются посты на тему “заебал этот ваш личностный рост и эта ваша терапия”. Друзья! Некоторых терапевтов тоже подзаебал личностный рост, честное слово! И он совершенно не обязательно должен быть целью и результатом терапии! Результатом может быть, среди прочего, “с чистой совестью разрешить себе не улучшаться и не развиваться” или “честно признать, что ресурсов на развитие сейчас нет”.

Закончила очередной сезон супервизионной группы, провела свеженький "антивебинар" - и накопила за это время горочку заметок для постов. Так что пришло время любимой многими рубрики #терапия_на_салфетках 👇

Приходите завтра на неформальную встречу из цикла "Поговорить с умным человеком", где будем во всем этом разбираться: https://zloiterapevt.getcourse.ru/clever_victim

“А ты правда жертва? А может, у тебя просто вторичные выгоды?” Где-то между поздними 60-ми и ранними 2000-ми (от теории Стивена Карпмана про треугольник драмы до формализации термина “victim mentality” в когнитивно-поведенческих подходах) слово “жертва” стало едва ли не ругательным. Оно превратилось в характеристику, диагноз, обвинение. И в удобную причину для газлайтинга, в том числе, себя: мне не плохо, у меня просто вторичные выгоды/менталитет жертвы/отсутствие силы воли… Мы живем в мире, где любят дискурс преодоления. “Возьми себя в руки”, “стань сильнее”, “будь выше этого”, “вынеси жизненный урок и возвысься над ситуацией”. Если копнуть чуть глубже, то часто это переводится как: “Не чувствуй того, что ты чувствуешь”. Рядышком стоит ряд аргументов, питающихся от культуры стыжения: “У тебя просто вторичные выгоды”, “тебе просто нравится быть жалким”. В этом дискурсе человеку, который пострадал и понес ущерб, не предлагается помощь. А предлагается ему не только справиться, но еще и проделать дополнительную затратную внутреннюю работу: вместить в себя сложность и неоднозначность мира, причем желательно прямо здесь сейчас. Например, немедленно вспомнить, что нужно найти свою долю ответственности за случившееся, и за будущее свое тоже, срочненько все концептуализировать как жизненный урок и вспомнить, что все, что нас не убивает, делает нас сильнее. Но, знаете, даже если человек, допустим, взял молоток и со всей дури ударил себя по руке и переломал кости, он заслуживает медицинскую помощь, и признание, что ему, блин, реально больно и нужно облегчение от боли. У него будет гипс, больничный и адаптация жизни под последствия травмы до выздоровления. А большинство ситуаций, где человеку причинен ущерб, гораздо сложнее этой. Широта взгляда и признание сложности мира - штука хорошая, спору нет. Проблема в том, что если у человека все ресурсы уходят на выживание внутри своей боли, нельзя от него этого требовать. Психика в сильном стрессе не обрабатывает сложность - она, наоборот, “сужается”. Это автоматическая реакция, которую человек не выбирает. Ну, или, конечно, можно попробовать все-таки потребовать широту взгляда и волевое усилие, но человек к этому все равно не будет способен. Если человек не способен на усилие, но его все равно понуждают, то это уже не усилие, а насилие, завернутое в фантик с надписью “личностный рост”. Слово “жертва” стало нести в себе два значения: и обозначение человека, которому причинен ущерб, и обозначение роли внутри динамики. А второе переросло в диагноз или приговор: ты плохо стараешься, ты выбираешь остаться там, где ты есть, твое бессилие - это обман и прикрытие для каких-то там вторичных выгод. Плохие (на самом деле, хорошие) новости: запрос к терапевту “Помогите мне перестать находиться в позиции жертвы” имеет высокий риск превратиться в работу, которая, наоборот, поможет прожить опыт бессилия, боли, называние ущерба и его последствий, и постепенное возвращение своей агентности для жизни в мире, где этот ущерб состоялся и оставил след. А люди, которые бессознательно раз за разом попадают в определенную роль внутри определенной динамики, чаще всего формулирую свой запрос по-другому.

А пока мягкой лапкой напомню, что буду рада всем желающим присоединиться на разговор про “позицию жертвы”. Поговорим о том, почему этот термин стал ругательным, можно ли подняться над ситуацией и стать сильнее, и при чем тут чувство стыда.

Недавно один англоязычный коллега-просветитель с большой аудиторией выложил короткий пост с вопросом, существуют ли горячие линии для мужчин, которые боятся, что могут совершить акт насилия. И в комментариях ожидаемо огреб в панамку от огромного количества женщин и некоторого количества мужчин. Среди объяснений, в чем именно и как именно коллега не прав, было много комментариев без объяснений, с чистой яростью и болью. Меня пост коллеги отсылает к важной идее: если мы хотим, чтобы насилия в мире стало меньше, то нужна, среди прочего системная помощь для людей, которые насилие совершают. Но эта идея, поданная в любом виде, обязательно кого-нибудь поранит. Вот есть карта мира. На ней - страны, регионы, континенты. У каждого есть свои особенности, традиции, правила, логика, понятия о добре и зле. Чем дальше эти регионы друг от друга, чем они больше различаются, тем сильнее реакция на встречу с этими различиями. В одной стране употребляют в пищу мясо животных, которым в другой покупают зимние ботинки. Человек человеку такой вот регион. И внутри у нас тоже карта, на которой размечены разные территории. Эти территории создаются - или, наоборот, уничтожаются, - как следствие опыта, который меняет наше знание о жизни и людях. Такой опыт невозможно “раззнать” обратно. Физическая травма или хроническое заболевание, беременность и рождение ребенка, эмиграция, смерть близкого, любовь и нежность человека или питомца - все это нас меняет без возможности откатиться к предыдущей версии, которая этого не пережила и не познала. У людей, которым причинили зло, тоже появляется такая внутренняя территория. Став жертвой мошенников, по-другому переживаешь телефонные звонки с незнакомых номеров. Пережив буллинг, иначе чувствуешь себя в коллективе, даже (или особенно) когда все дружелюбно улыбаются. Пространство, где помогают людям, которым нанесли вред, и пространство, где помогают людям, которые причинили вред, - это разные территории. Они могут и должны существовать одновременно. Но чтобы внутри этих пространств было действительно безопасно, чтобы помощь и поддержка работали, эти пространства должны иметь надежные границы. От физических стен до политики конфиденциальности. Потому что одно из главнейших условий, чтобы помощь была возможна, это обещание: здесь тебя не пнут с размаха в живот. Гарантировать это в соцсетях невозможно. Публичный блог, публичный пост - это всегда потенциально небезопасная территория. (В том числе, по этой причине я не планирую открывать комментарии в канале). Случай, про который я написала, породил не только огромное количество комментариев, но и разошелся по другим блогам и обсуждениям: а кто прав? А как надо было? А имеют ли право люди, которым очень больно, поливать других людей сырым аффектом? А те, другие люди, имеют ли право писать такое, после чего кому-то становится очень больно? В этих дискуссиях мне видится попытка установить единую исключительно верную картину мира. А ее не может быть. В мемуарах Евгении Гинзбург есть такой эпизод: на этапе женщины-политзаключенные начали разговаривать про детей, а когда одна из них упомянула, как тревожится за своего кота, на нее обрушились: тут у нас дети, а вы со своим котом куда?! Но что если этот кот - правда самое ценное, самое любимое и трепетное, что у этой женщины есть? Но что если сравнение с котом ранит тех, кто разлучен с детьми? Я, как обычно, думала, что уложусь в один пост. И, как обычно, пришлось разделить текст на два поста. В следующем поразмышляю с вами о двух полярностях, которые возникают, когда речь о тех, кто пострадал.

Новая встреча цикла “Поговорить с умным человеком” - на этот раз про “позицию жертвы” В кавычках, потому что черт знает, что этим словосочетанием называют разные люди и для чего его используют. С одной стороны, вроде бы для того, чтобы вдохновить взять себя в руки, вспомнить, что ты и есть капитан собственной судьбы, что существуют такие штуки как агентность и субъектность, ну и все это, чтобы, в конце концов, встать с дивана и справиться. Одновременно “позиция жертвы” стала чем-то вроде универсального возражения в ответ на любые сложности. Не получается? Ты “в жертве”. Плохо? Возьми ответственность и измени что-то. Ощущаешь бессилие? А зачем ты выбираешь его ощущать, какие у твоего бессилия вторичные выгоды? Слово “жертва” стало часто ассоциироваться не только с эмоциями и переживаниями, а почему-то стало рифмоваться с качествами и характеристиками. Если ты в позиции жертвы - ты слабые, жалкий, неправильный. И плохо стараешься. На новой встрече “Поговорить с умным человеком” приглашаю вас поговорить про: 🐲 наши идеи о нашей же агентности и возможности управлять своими реакциями 🐲 стыд как мотиватор справляться лучше 🐲 вред и пользу от жалоб и слез 🐲 определение границ между зоной своего влияния и зоной своего бессилия Разберемся, что же это за “позиция жертвы” такая и что делать, если вы сами себе ее диагностировали. Формат: 🦊 встреча в зуме на 1-1.5 часа: я и все желающие 🦊 одна горячая тема 🦊 мой терапевтический и исследовательский взгляд 🦊 ваши вопросы и наше совместное обсуждение Это как посидеть на кухне с человеком, который не грузит лекцией, а помогает разглядеть смысл в хаосе, а у вас есть шанс вставить свои пять копеек и вступить в дискуссию. Зачем приходить? 🦉 подумать вслух в хорошей умной компании (это я про всех вас!) 🦉 побыть в живом диалоге 🦉 разбираться в интересной теме, а не просто потреблять информацию Никаких презентаций и долгих вводных. Можно приходить с чаем. Можно задавать неудобные вопросы в чате, подключиться голосом или сидеть молчаливым грибочком в уголке. Можно приносить свои мысли, сомнения, интерес. Время: 20 мая (среда), 18.00 по Белграду Стоимость: 1000 рублей/10 евро Записаться: по ссылке