пила

акт 2.2 5 курс (работа с литературными трудами архитектора). Для рассмотрения главных принципов Джона Хейдука лучше всего обратиться к его работе “Жертвы” 1986 года, являющейся, как выразился сам Хейдук, “конструкцией времени”, где представлен проект застройки участка, ранее бывшим штаб-квартирой гестапо. Начинается книга с поэтично оформленных пунктов, которые руководят творчеством архитектора: "Мысли Архитектора О том, что архитектурные наброски — это призраки, очертания, вымыслы. Это не диаграммы, а призраки. Проекции подобны рентгеновским лучам, они проникают внутрь. Стирания подразумевают былое существование. Рисунки подобны рукам слепого, прикасающимся к поверхностям лица, чтобы понять ощущение объема, глубины и проникновения. Грифель архитектурного карандаша исчезает (оттягивается) метаморфозы. Чтобы извлечь участок: представьте начертания, очертания, вымыслы, призраки, Рентген мыслей. Медитации о смысле стираний. Изготовить конструкцию времени. Вытягивать путем уплотнения. Заливать (уплотнение жидкости) место-участок с пропущенными буквами и исчезнувшими подписями. Желатинировать забывчивость.” Уже только из этих строк можно выделить главные мотивы: времени, метаморфоз, единения и рисунков-проекций. Каждый из них будет играть весьма значительную роль как при создании Дома-стены 2, так и в дальнейшей архитектурной практике. Тема времени является особенно важной при прочтении трудов Хейдука, каждый из проектов тем или иным образом её затрагивают, не говоря о тех, которые ей посвящены: “Коллапс времени”, “Кладбище пепла мыслей” (переработанный Дом-стена 2) и многие другие концептуальные работы. Так же, выделяя тему метаморфоз и единения, Хейдук в каком-то смысле подходит к архетипу Тирезиаса, вновь воспетого в 20 веке поэтом Т. С. Элиотом, произведения которого Хейдук не только читал, но и ссылался на них. Принцип прихода к единству через множество и к множеству через единство будет особенно ясно ощущаться при дальнейшем анализе Дома-Стены 2. Говоря о книге “Жертвы”, невозможно не упомянуть обширный “лист персонажей”, состоящий из 67 объектов, которые должны будут населить исторический участок. Каждому из объектов выделена особая спецификация в виде текста или даже стихотворения, немного пространно объясняющая ту или иную функцию, однако дающая нам представление о мыслительном процессе архитектора, а также его отношении к созданным объектам. Сам Хейдук в документальном фильме " Создатель Миров" ("Builder of Worlds") говорил на эту тему: "Я не могу строить без предварительного создания нового репертуара характеров и историй. Новое здание это не просто строительство, это создание миров." Из-за подобного литературного отношения архитектора к объектам тяжело не затронуть тему “масок” - одушевленных архитектурных персонажей, как выдаёт нам этот термин сам Хейдук. В моей работе я несколько упрощаю это понятие, сводя к таким словам как маска-перформативность, тем самым описывая некую театральность подхода архитектора. #подходы_к_раскрытию

Всем привет! Я Лекс те Лоо , архитектор и исследователь из Голландии, с 2018 года живу и работаю в Москве, основатель бюро Lex te Loo Architects. Со времени учебы и работы в TU Delft активно разрабатываю аналитический подход к исследованиям городов, основанный на  методологии The Why Factory и бюро MVRDV Сейчас закончил работу над Atlas Maker - он создает полный атлас любого места на земле: улицы, вода, зелень, плотность, рельеф. Вживую, по открытым данным. Бесплатный инструмент LLL Laboratory. Без регистрации, в браузере. Попробуйте сами: TEST: ·       Выберите город ·       Выберите слои ·       Скачайте одну карту в 4K или весь атлас сразу ·       Работает с телефона Что думаете? Приносите комментарии сюда или мне в канал, я буду рад обсудить.  Код, кстати полностью открытый, и вы можете поэкспериментировать с ним самостоятельно (через  CLAUDE например).   Еще вы можете присоединиться к нашему воркшопу Super Gzhel Он будет посвящен методологии исследования территории и применению исследования в проекте. Вместе мы сделаем макет региона размером 3×2 метра и создадим сценарии для Гжельской агломерации, состоящей из 27 деревень. Вас ждет: 📍 7 дней на даче Архитектора в Гжели 📅 24–31 июля 2026 г. 🏘 27 деревень. Один большой макет. Подробности и стоимость смотрите тут.   Зарегистрироваться на воршкоп: @elbrusel Канал Лекса те Лоо: @lexteloo_channel See you in Гжель!

Методы архитектурного проектирования, выстраивающего "литературный" образ были рассмотрены на примере Дома-стены 2, построенном в Гронингене в 2001 году. Первая его версия была придумана ещё в 1973 году для Артура Эдвина Бая, но постройка была отложена из-за предположительной стоимости строительства. Только в 1990 году благодаря программе «Создание границ города», которую курировал Даниэль Либескинд (одного из учеников Хейдука) в целях объединения истории и идентичности Гронингена, создания его целостной картины. Хоть в итоге проект и был построен лишь в 2001 году (благодаря усилиям Ника Вердонка и Улофа ван де Валь) после внезапной смерти Джона Хейдука, но сохранилось достаточное количество письменных работ архитектора, описывающих не только основные мотивы в его проектах, но и принципы, которым было уделено особое внимание, тем самым, делая возможным декодировку его работ. #подходы_к_раскрытию

акт 2.1 2023. 5 курс. Я попала в группу к О.И. Явейну, П.П. Зуевой и М.З. Миндиашвили; с надеждой найти параллели между поэзией и архитектурой. В качестве объекта моего первого исследования был выбран Дом-стена 2 Джона Хейдука, поскольку за свою жизнь он создал в разы меньше зданий, чем письменных трудов, что позволило ему насытить каждый из его архитектурных объектов теми или иными смыслами, находя новые #подходы_к_раскрытию одних и тех же вопросов и тем (которые будут затронуты в будущем). Подобное философское наполнение проектов Хейдука не может не ощущаться, создавая некую ауру вокруг его проектов. Историк архитектуры К. Майкл Хейс говорил о его постройках как об одной из "встреч", описывая объекты как кажущиеся "невозможными, чтобы осознавать нас, обращаться к нам. И все же мы видим не то отрадное отражение самих себя, на которое мы надеялись, а другую вещь, смотрящую на нас, смотрящую на нас, помещающую нас", формулируя работы Хейдука как более «литературные», чем у его сверстников.

Несмотря на рост консервативных настроений в России, любовь к бородатому прошлому и интерес к внутреннему балалаечному туризму, в июле 2025 года гигантское количество прекрасных зданий лишилось охранного статуса — их судьба теперь под вопросом. (Это концептуальное противоречие на самом деле таковым не является: возвращение к прошлому, традициям и наследию — лишь неловкая попытка прикрыть неостановимое движение джаггернаута строительной и военной индустрии). Электрозавод также попал в этот список, точнее, не попал в список ОКН, и поэтому его судьба теперь зависит от архитекторов и их заказчиков: снесут полностью, оставят только фасады или сделают музей в уголке в его честь. Архи.ру и коллеги, спасибо им, развернули масштабное обсуждение предполагаемого сноса, написали всем письма и запустили сбор подписей за сохранение исторических построек и за обсуждение проекта с общественностью. Как видите, о наследии очень сложно говорить: можно впасть в уныние от политического бессилия или в излишний оптимизм от новизны и потенциальной прибыли. Если после всего вышесказанного вам все еще интересно думать и говорить о наследии, можете послушать подкаст от «Софт Культуры» и команды «О наследии». Там архитекторы, урбанисты, исследователи, активисты и управленцы обсуждают, как понимается «наследие» в разных профессиональных языках и как это понимание определяет, что мы с «наследием» делаем. 1. Зачем нам ещё один разговор о наследии? «Чем глубже мы погружаемся в тему наследия, тем яснее видим: общего языка здесь нет». Ведущие исследования и кураторы курса «Работа с наследием: системный подход» Виктория Михайлова и Анна Руденко обсуждают подкаст как метод исследования. 2. Границы наследия. Как появляется наследие — и кто решает, где проходит граница между тем, что достойно сохранения, а что нет? В первом выпуске — разговор с Евгенией Репиной и антропологом Павлом Куприяновым о границах наследия и о том, для чего оно нам вообще нужно. 3. Язык и власть. Кому принадлежит язык наследия — и почему одни способы говорить работают, а другие нет? Обсуждение с архитектором-реставратором Марией Шапченко и социокультурным проектировщиком Анор Тукаевой о том, как устроен публичный разговор о ценности места. Подкаст «Контуры наследия», ищите на всех возможных платформах и подпись за сохранение Электрозавода оставьте выше.

Вот только в графике (как я поняла после трёх лет исследовательской деятельности) каждый тип линии - прямая, кривая, волнистая и т.д. - несёт свой определённый смысл. Ритм поворотов, нажим, переходы из одного типа в другой - всё это становится языком создания образа. Мои проекты потеряли не просто ломаную кривую, но ответ на вопросы: "В чём ценность моей архитектуры? Как она может помочь человеку?" В тот момент я этого не осознавала - продолжала стругать понятные и чужые для меня пространства. Весь тот период я была вытеснена из проектирования и в пределах МАРХИ вспоминала себя только на лекциях О.И. Явейна. Он говорил об архитекторах тем самым языком, который я использовала для анализа поэмы "The Waste Land" Т.С. Элиота, тайтла "Serial Experiments Lane", "На маяк" Вирджинии Вульф, "Ганнибала" и других интересных мне вещей. До этого я и не думала о пригодности этих навыков в архитектуре. Конец 4 курса. Я перевожусь на кафедру "Советской и современной зарубежной архитектуры" в группу к О.И. Явейну.

акт 1.2 2022-2023. 4 курс. Проект школы родился из той же ломанной линии, что и предшествующие ему. Однако в какой-то момент стало тяжело бороться с преподавателями за эту живую, рывками уходящую то влево, то вправо, непрактичную и спутанную форму. Она рассыпалась понятными прямоугольными модулями. Это решение было успешным. Оно сохранило: 1) Школьную угловатость и потерянность - качества организма, старающегося подстроиться под новый мир, разбирающегося и заново собирающегося каждый новый день. 2) Уникальность, нештампированность пространства, вызывавшую бы у детей желание исследовать его. Понятная прямоугольность легко вписалась в СП 251 и 112, как правильный учебный проект, получив похвалу преподавателей. Она систематически вытеснила из всех последующих проектов мои агрессивно-острые сломы и повороты линии. Да и ладно - одним типом чёрточек больше, одним меньше, разницы особо нет. Ведь так?