Линии жизни

Ну и, наверное, один из самых интересных вызовов за прошедшую смену. Хотя ничего прямо сверхъестественного там не произошло. Просто это был тот случай, когда мы действительно хорошо и слаженно отработали алгоритм действий при подобных травмах. Поэтому решил поделиться. Повод: Поездная травма. Станция Савёловская. Мужчина, 35 лет. Навигатор показывал приблизительное время доезда – 14 минут. Всё-таки это уже не наша территория, а зона соседней подстанции. Но примчались мы за семь. Поездная травма  это почти всегда страшно. Иногда даже страшно-красиво, если можно так выразиться. Поэтому готовиться начали ещё в пути. Положили на носилки спинальный щит, сверху загрузили дефибриллятор, травматологический набор, медицинский ящик и кислородный баллон. План был прекрасен: всё это хозяйство спокойно завезти на каталке прямо к пациенту. Но уже на месте я вспомнил, что до нужного пути необходимо идти через переход. Поэтому каталку пришлось оставить, а всё оборудование мы потащили пешочком. Кардио, конечно, тоже полезно в разумных пределах🤪. На месте уже находилась линейная бригада с соседней подстанции. Они только-только начали осматривать пострадавшего. Естественно, пациента мы забрали себе. Очень повезло, что почти одновременно приехали сотрудники МЧС и помогли нам с транспортировкой. За это им отдельное огромное спасибо. Дальше отработали протокол ITLS практически по полной программе. Пока коллега с соседней подстанции вручную фиксировал голову пострадавшего, мы наложили шейный воротник. Затем вместе с сотрудниками МЧС аккуратно переложили мужчину на спинальный щит. После этого зафиксировали его специальной системой ремней, которая называется «паук». На фотографии эти ремни разноцветные. А те, кто видел видео, где меня самого привязывали к щиту, а потом переворачивали вместе с ним, прекрасно понимают, зачем такая фиксация вообще нужна. После иммобилизации всей дружной компанией донесли пострадавшего до каталки. Дальше стало уже немного проще: погрузили его и докатили до машины. Полноценный вторичный осмотр проводили уже в салоне. Из обнаруженного: – сотрясение головного мозга; – рваная рана ушной раковины; – возможный перелом поясничного отдела позвоночника; – ушиб бедра. Естественно, посмотрели на УЗИ живот –  искали свободную жидкость, то есть возможное внутреннее кровотечение. Кровушки не нашли. Парню очень повезло. Так что же всё-таки произошло? А всё довольно просто. Мужчина опаздывал на электричку и решил в последний момент заскочить в вагон. Двери уже закрывались, и внутрь успела попасть только его рука. Руку зажало дверями, после чего электричка тронулась и протащила мужчину по платформе несколько метров. Ему невероятно повезло, что он не упал в пространство между платформой и поездом. В таком случае история могла бы закончиться совсем иначе. Можно сказать, родился в рубашке. Обезболили, ещё раз всё проверили, погрузили и доставили пострадавшего в Боткинскую больницу. Вот такой вызов. Ничего героического: просто чёткий алгоритм, нормальная командная работа и немного везения со стороны пациента. А тем, кто опаздывает на электричку, хочется напомнить: следующая придёт. А вот следующей жизни может уже и не быть🤷‍♂️. Я вот , всегда не спешу, поэтому всегда опаздываю (ну кроме работы).🤣

Ууууххх… Ну и сменка была, конечно. Погоняли нас знатно, причём практически каждый вызов был с каким-нибудь сюрпризом. Такое ощущение, что внезапно наступило традиционное «летнее обострение» у отдельных категорий граждан. Хотя, возможно, они просто весь год готовились и решили выйти на пик формы именно в нашу смену. И вот дают нам очередной вызов: Женщина, 90 лет. Настороженность на… «осторожность инфаркта». Да, повод звучал примерно так. Видимо, диспетчер тоже насторожился, потом на всякий случай проявил осторожность – и в итоге получился инфаркт в поводе🤣. Приезжаем. Заходим в квартиру и сразу понимаем: ни на инфаркт, ни на инсульт происходящее особо не похоже. Бабушка суетная, на месте не сидит, всё куда-то стремится уйти: то в комнату, то на кухню, то вообще непонятно куда. Периодически её всю передёргивает. Потом внезапно начинают чесаться руки. Следом – спина. Потом попа. И всё это сопровождается одной и той же фразой: — Ой, кажется, с сердцем плохо… Видимо, именно слова «с сердцем плохо» стали для диспетчера 112 тем самым магическим триггером. Дальше система уже не рассуждает: раз сердце – значит, инфаркт. А подробности пусть выясняет бригада. Ну а мы, как раз мечтали приехать и посмотреть, почему у бабушки чешется попа🤪. Измерили давление, пульс, сахар. Сняли ЭКГ. Проверили неврологический статус. Поговорили, осмотрели со всех сторон. По сердцу – ничего острого. Признаков инсульта тоже нет. Давление приемлемое, сахар нормальный, ЭКГ без свежей катастрофы. Начали аккуратно разбираться, что же всё-таки произошло. А произошло то, что недавно умерла её кошка. Обычная кошка, скажете вы. Но для этой бабушки она была совсем не обычной. А единственной. Бабушке 90 лет. Живёт одна. Родные либо далеко, либо появляются редко. Соцрабоьника нет. Соседи заняты своей жизнью. А кошка была рядом каждый день. Встречала её утром, ходила следом по квартире, ложилась рядом и создавала ощущение, что дома всё-таки есть кто-то живой. И вот её не стало. После этого бабушка почти перестала спать, начала постоянно прислушиваться к своему телу и пугаться каждого ощущения. То сердце «останавливается», то руки чешутся, то всё тело трясёт. По сути, перед нами был выраженный тревожный приступ на фоне утраты и глубокой депрессии. Чтобы не принимать решение вслепую, связались с психиатром, подробно описали состояние бабушки и проконсультировались. После консультации дали ей  успокоительную таблетку . Постепенно бабушка немного успокоилась. Перестала метаться по квартире, села и наконец смогла нормально с нами поговорить. С медицинской точки зрения ничего угрожающего мы не нашли. Но иногда человеку плохо не потому, что сломалось сердце как орган. Посидели с ней, поговорили. Объяснили, что прямо сейчас инфаркта нет и умирать она вроде бы не собирается. Попросили всё-таки связаться с родственниками и не оставлять её одну хотя бы в ближайшие дни. Уехали дальше спасать "мир". А бабушка осталась в пустой квартире, где ещё недавно её кто-то ждал.

Всем добрый день! Наконец-то сегодня полноценная БиТ бригада. Настя вышла и даже сдала все экзамены. С чем мы ее и поздравляем. Ну а мы уже даже едем на второй вызов. Причём сегодня, похоже, снова сработал закон парных случаев. Первый вызов звучал грозно: Ж, 22 года – желудочно-кишечное кровотечение. Естественно, никакого ЖКК там не оказалось. Девушке недавно удалили миндалины, и после операции немного подкравливал шов. Часть крови она наглоталась, а кровь, как известно, неплохо раздражает слизистую желудка. Вот её и вырвало – в том числе проглоченной кровью. На момент осмотра ничего критичного и никакого активного кровотечения не было. Оставили девушку на месте и порекомендовали обратиться туда, где проводили операцию. Раз уж она так сильно переживает и хочет услышать мнение профильных специалистов – пусть посмотрят. И тут закон парных случаев решил показать себя во всей красе. Второй вызов: Ж, 35 лет – желудочно-кишечное кровотечение. Вызов из частного медицинского центра. Тут история уже более странная. Со слов девушки, она купила себе лепёшку и кофе. Виниры у неё установлены совсем недавно, поэтому жевать пока получается так себе. В какой-то момент она почувствовала першение и ощущение инородного тела в горле. Недолго думая, девушка при помощи двух пальцев самостоятельно вызвала у себя рвоту. В рвотных массах увидела в том числе и небольшое количество крови. После этого зашла в частный медицинский центр, где её осмотрели и решили вызвать нас. Что примечательно, практически такая же история уже случалась с ней в 2021 году. Тогда её обследовали в больнице, но ничего толком не нашли. Ситуация сама по себе довольно своеобразная. Да и девушка была какая-то дёрганая, напряжённая и в целом весьма необычная… Ну да ладно. Отвезли её в больницу. Пусть эндоскопом посмотрят и окончательно разберутся, откуда там появилась кровь. А мы едем дальше. Посмотрим, чем ещё порадует сегодняшняя смена. Всем продуктивного дня.)

Доброе утро друзья. Иногда бывает так, что на подстанции в ночь – а совсем редко днём или даже на сутки – появляется лишний человек. Тогда его отправляют на соседнюю подстанцию, где людей не хватает и бригады вынуждены работать в одно лицо. С учётом того, что чаще всего мы работаем на БиТах, нас эта участь обычно не касается. Но сегодня, как я уже говорил, я был на линии, и мне выпала такая возможность. Точнее, я сам попросился. Знаете почему? Потому что отправляли меня на мою бывшую подстанцию – туда, где я отработал целых десять лет. А работать предстояло со старым знакомым, которого я хорошо знаю и с которым мы до сих пор дружим. И вот тут, конечно, накрыла ностальгия. Да, там уже многое изменилось. Людей, которых я помню, осталось буквально по пальцам двух рук пересчитать. Другие лица, другие машины, немного другая атмосфера… Но всё равно это место осталось родным. Очень приятно было снова пройти по знакомым коридорам, посидеть в старых комнатах и увидеть коллег, которых я уже очень давно не встречал. С некоторыми не виделись несколько лет, но ощущение было такое, будто расстались буквально вчера. А ещё вместе с нами в эту смену, но уже на «центре», работали диспетчер региона – тот, кто отвечает за поступление вызовов на подстанцию, – и старший диспетчер, который отвечает практически за всё. В том числе именно старшие диспетчеры назначают вызовы специализированным и БиТ-бригадам. И они тоже когда-то начинали вместе с нами на этой подстанции. В итоге смену отработали отлично: наговорились, навспоминались старых историй, посмеялись и даже смогли немного отдохнуть. Ну а я поностальгировал, зарядился приятными эмоциями и совершенно довольный ушёл со смены.) Иногда всё-таки полезно ненадолго вернуться туда, откуда всё начиналось. Про сами вызовы напишу чуть позже – сегодня дел больно много. Всем хорошего дня.)

Ну что, друзья! Всем доброго утра! Сутки прошли — и слава богу. Бешеная смена выдалась, где было всё: и массовое ДТП, и реанимация, и куча всякой ереси. Я безумно устал. Обязательно расскажу, но всё потом. А сегодня не просто день, а день рождения Насти! Урааа! Давайте все её поздравим, напишем кучу приятностей и пожеланий. Ну а для тех, кто хочет сделать маленький презент – милости просим. Думаю, она будет только рада.

Так вот, рассказываю про два уже выполненных вызова. Первый был с поводом: Ж, 76 лет – нарушение ритма. А так как сегодня у меня в подчинении целый студент, я решил немного повыпендриваться. Ну и заодно показать ей как можно больше. Поэтому прихватили с собой инфузомат. Для тех, кто не знает: инфузомат – это такая умная штука, в которую вставляется шприц с лекарством, а аппарат сам вводит его с точно заданной скоростью. Красиво и технологично. У бабушки на ЭКГ действительно оказалась аритмия. Поставили внутривенный катетер, подключили наш чудо-аппарат и начали вводить антиаритмический препарат. Пациентка, конечно, пребывала в лёгком шоке🤣. Такой неведомой штукой её ещё никогда не лечили, а аритмия у неё, на минуточку, аж с 2010 года. Обычно всё проходило по старинке: капельница, обычный укол – и никаких тебе космических технологий. А тут аппарат пищит, шприц куда-то сам едет, студентка наблюдает, я делаю умное лицо… В общем, смотрела она на нас с недоверием и небольшим испугом. Видимо, думала, что мы решили провести над ней какой-то медицинский эксперимент. Полностью купировать приступ не получилось, но пульс со 160 снизился до 110, а ритм стал немного ровнее. Уже неплохо. Оставили пациентку дома дожидаться полного эффекта препарата и рекомендовали: если в течение шести часов приступ не пройдёт или состояние ухудшится – снова вызвать 103.

Всем доброе утро! Я уже на смене, и сегодня сутки обещают быть весёлыми. Потому что сегодня что? А правильно – выпускной! Уже представляю эту кучу валяющихся бывших школьников, с токсическим действием этанола🤣🤪.Ну, в день я работаю один, на обычной линейной бригадой, а вот в ночь уже будем БиТами. Сделали 2 вызова – как только появится время, обязательно про них напишу.

Ну а теперь, как и обещал, рассказываю, из чего состоит наш обычный рабочий день. Наша бригада заступает в 8 утра и работает до 8 утра следующего дня. Но на смену желательно приехать хотя бы минут за 15, чтобы успеть принять машину: проверить оборудование, расходники, лекарства, кислород и всё остальное. Предыдущая смена обычно уже уставшая, поэтому коллеги запросто могут забыть что-нибудь пополнить или поставить на зарядку. Не потому, что им всё равно,  просто после суток мозг уже работает примерно никак. Я живу в частном секторе, и дорога до работы занимает у меня чуть больше часа. Правда, мне повезло: на электричке без пересадок доезжаю практически до самой подстанции. От станции Беговая остаётся пройти минут 10–15. Настя живёт в Москве, поэтому ей добираться около 40 минут. Обычно она приезжает раньше и начинает принимать бригаду одна, а я присоединяюсь немного позже. От чего зависит наша смена? Количество профильных вызовов у БиТ-бригады во многом зависит от диспетчеров нашего центра. Именно они напрямую назначают нам вызова. В отличие от линейных бригад, которым вызова распределяют диспетчеры подстанции. Если диспетчера нормальные и думают головой, то вызова у нас будут преимущественно по профилю: тяжёлые пациенты, нарушения сознания, шоки, дыхательная недостаточность, реанимации , вызов "на себя"и прочие радости интенсивной терапии. Ну а если звёзды не сошлись, будем кататься на всякую ересь, замаскированную под страшные поводы. На планшете – почти клиническая смерть, а по факту человек просто решил вызвать скорую, потому что у него третий месяц болит спина. Немного о нашей подстанции. По меркам соседних подстанций она у нас небольшая. Суточных бригад всего четыре, плюс одна бригада, занимающаяся перевозкой пациентов на гемодиализ. Раньше у нас были специализированные бригады АиР и педиатрическая, но их забрали. Поэтому из спецбригад осталась только наша БиТ. Помимо суточных, есть ещё четыре полусуточные бригады: – одна работает с 9:00 до 21:00; – две — с 10:00 до 22:00; – ещё одна – с 11:00 до 23:00. Что происходит между вызовами? Если нам всё-таки удаётся вернуться на подстанцию, мы обычно собираемся с народом на кухне, в курилке или в комнате отдыха. Обсуждаем вызова, делимся новостями, болтаем, смеёмся или пытаемся немного поспать. Даже если удалось подремать минут 20 – это уже прекрасно. Потому что вызовов нынче вагон и маленькая тележка. Особенно ночью, когда у населения внезапно обостряется всё: от хронических заболеваний до одиночества и желания поговорить. Официально за 24-часовую смену у нас предусмотрено два приёма пищи по 30 минут. Первый – где-то в промежутке с 12:00 до 16:00. Второй, который мы называем ужином, могут впаять с часу до четырёх ночи. Причём иногда это происходит в самый неподходящий момент, когда организм уже не понимает, нужно ему есть, спать или просто плакать. Все остальные приёмы пищи проходят в дороге или прямо в машине. Поэтому перекус на коленке между вызовами – вполне обычная история. Туалеты тоже используем там, где повезёт: на вызовах, в больницах или на подстанции, если судьба всё-таки решила подарить нам возвращение домой. Что происходит после тяжёлого вызова? Если пациент был тяжёлым и мы потратили много расходников, лекарств или кислорода, нас могут вернуть на подстанцию для пополнения. На всё про всё у нас есть целых 15–20 минут. За это время нужно: – пополнить расходники и лекарства; – заменить кислородные баллоны; – поставить использованное оборудование на зарядку; – привести в порядок машину; – сходить в туалет; – и, конечно же, написать тяжёлую карту вызова. Оборудования у нас много, поэтому после серьёзной работы иногда приходится собирать машину практически заново. Если вызов простой, карту обычно пишем прямо на месте. Если тяжёлый – заполняем её в течение смены, когда появляется свободная минута. А иногда дописывать приходится уже на следующий день, потому что за сутками вызовы шли один за другим и времени на нормальное оформление просто не оставалось. Вот примерно так и проходят наши сутки: вызов, дорога, пациент, больница, карта, пополнение и снова вызов.

Когда спрашивали, чем мы занимаемся между вызовами. P.S. На самом деле мы уже закрыли вызов и были готовы принять следующий, если он будет. Просто не спешили на подстанцию.

Ну и на ночь глядя - ещё одна история. Центр Москвы, дома особого статуса. Как я уже упоминал, есть у нас парочка-тройка элитных домов, где значительную часть квартир снимают девушки из сферы эскорта. И вот один очень прошаренный бомж начал регулярно тусоваться около такого дома. Ну а что? Место тёплое, денег иногда дают, девушки красивые и, что самое главное, сердобольные. Первый вызов: Мужчина, около 40 лет, без сознания, угроза жизни. Локация - пункт выдачи Ozon на первом этаже этого самого дома. Приезжаем мы, одновременно с нами – полиция. А там наш герой: пьяный в хлам залез в огромную картонную коробку в предбаннике ПВЗ и преспокойно спит. Растолкали. Он открыл глаза, что-то пробурчал, выбрался из коробки и ушёл. Ну, вроде бы всё? А вот и нет. По рассказам коллег, за следующие несколько часов бригады встречались с этим индивидуумом ещё минимум два раза. И каждый раз сценарий был одинаковый: растолкали, убедились, что жив, и он отправился дальше покорять элитный жилой комплекс. И вот спустя примерно восемь часов вызов снова к этому дому: Мужчина, 40 лет, без сознания. Умный алкаш, конечно. Выбрал себе богатый дом и нашёл девушек, которые искренне за него переживали. Они окружили болезного заботой, вызвали скорую и начали требовать от нас немедленной реабилитации, сатисфакции, исцеления и, желательно, полного возвращения к нормальной жизни прямо на месте. Но в этот раз что-то действительно пошло не так. Пока девушки активно объясняли нам, как именно нужно спасать человека, мы попытались его растолкать. Не получилось. На боль не реагирует, самостоятельно в контакт не вступает. Уровень сознания — 7 баллов по шкале комы Глазго. А это уже не «пьяный поспит и пройдёт». Это угроза нарушения проходимости дыхательных путей и риск аспирации. Поэтому дальше всё по-взрослому: переносим в машину, катетеризируем вену, проводим седацию, интубируем трахею и переводим пациента на аппаратную ИВЛ. Интубация прошла хорошо, с первой попытки. Вот так человек весь день прятался от бригад, полиции и здравого смысла, а в итоге всё равно доигрался до реанимации. Со стороны, конечно, это могло выглядеть как настоящая карательная медицина: уснул в коробке – проснулся уже с трубкой в трахее. Но с точки зрения медицины и закона всё абсолютно обоснованно. Ну а шо? В коме же? Да-а-а… Преступление и наказание. Версия скорой помощи.