Кенотаф

Счастье сложно описать, трудно уловить, невозможно однозначно определить. Оно может быть совсем неприглядным, неожиданным и странным для окружающих, а иногда над самыми счастливыми минутами мрачно нависают тени грядущих трагедий. 1-й Премьер-министр Республики Конго Патрис Лумумба радуется независимости своей родной страны от Бельгии. #в_поисках_счастья Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

У всех есть возможность сказать своё последнее слово — хотя не всегда тот, кто его произносит или пишет, знает, что именно оно окажется последним. В этой рубрике мы очищаем последние слова от налёта времени и даём вам возможность посмотреть на них отвлечённо. Сегодня — последнее слово поэта Велимира Хлебникова. #последние_слова Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

⚡️ Объявлен длинный список премии «Просветитель»! 📕 Георгий Васильев «Верхум» @corpusbooks 📕 Александр Ветушинский «Стройка века. Философское осмысление Minecraft, главной игры современности» @individuumbooks 📕 Николай Власов «Немцы после войны: как Западной Германии удалось преодолеть нацизм» @alpinanonfiction 📕 Камиль Гимаздтинов «Изображая Центральную Азию. Оптика, идентичность и эстетика современного кино региона» @garagemca_on_paper 📕 Иван Давыдов «Люди и города. Путеводитель по русскому Средневековью» @individuumbooks 📕 Игорь Данилевский «Интеллектуалы древней Руси. Зарождение соблазна русского мессианизма» @nlobooks 📕 Денис «НЕСИБИРЯК» Дерсуев «Музей без экскурсовода, или Загадки Усть-Илимских траппов» (изд. дом «Ваш тираж») 📕 Армен Захарян «Письма темных людей». @babelbookstlv 📕 Андрей Журавлев «Как живые-2: шагающие птерозавры, динозавры-квадрокоптеры и обратные птицы» @alpinanonfiction 📕 Евгений Коблик «В верховьях "русской Амазонки": хроники орнитологической экспедиции» @alpinanonfiction 📕 Борис Колоницкий и др. «Имя раздора: политическое использование понятия «гражданская война» (1917–1918)» / Коллективная монография @nlobooks 📕 Петр Лидский «Старение: почему эволюция убивает?» @piterforpeople 📕 Марк Липовецкий «Советский трикстер: культурное наследие цинизма» @nlobooks 📕 Лев Масиель Санчес «Купола, дворцы, ДК. История и смыслы архитектуры России» @individuumbooks 📕 Александр Мещеряков «Безымянная Япония: демографическое, историческое и человеческое измерение» (Лингвистика) 📕 Денис Новиков «О годичных кольцах и пыльце: истории о прошлом человечества глазами растений» @piterforpeople 📕 Александр Осадчиев «Этот неизвестный океан: как работают приливы, рождаются шторма и живут невидимые создания в морских глубинах» @bombora 📕 Кирилл Осповат «Пугачевщина: политическая семиотика бунта в эпоху Просвещения» @izdatelstvoogi 📕 Владимир Паевский «Жизнь певчих птиц. Популярные очерки экологии, размножения, филопатрии, демографии» @phytonknigi 📕 Наталья Резник «Человек среди котов: история близкого соседства». @alpinanonfiction 📕 Егор Сенников «Расходящиеся тропы. Очерки России ХХ века о тех, кто уехал, и тех, кто остался» @individuumbooks 📕 Владимир Сурдин «Космос без мифов. От НЛО до астрологических прогнозов: как ученые проверяют и опровергают космические сенсации» @bombora 📕 Илья Удалов «Мой дядя — банан. Тайны эволюции, раскрытые генами» @piterforpeople 📕 Дмитрий Хаустов «Темные теории: философия после постмодерна» @led_project 📕 Сергей Ходнев «Еретики: Как церковные распри создали мир, в котором мы живем» @alpinanonfiction …но это еще не все! 🔻 #длинныйсписокпросветитель

"Расходящиеся тропы" продолжают свое движение вперед

Прим. 14 Сейчас случайно почитал современную русскую поэзию. Не буду цитировать, чтобы никого не обижать — вы и так наверняка поймёте, о какого сорта текстах идёт речь из подобия стихотворения, которое я сочиню ниже экспромтом в том же жанре: дерево. собака. хрустящее печенье. беспредельность краски на стенах. листья как твои предплечья. хочется заплакать от одиночества на звёздах. болото, жидкий стул. И это, друзья, я попытался ещё какую-то рифму вплести в этот текст. Обычно в подобных стихах, которые публикуют разного рода альманахи, её нет. Нисколько не стесняясь своего нормативного кондового взгляда, я не понимаю, зачем эти, непременно написанные без заглавных букв, стихи нужны? Я не буду спорить, что подобные тексты — стихи. Я не разбираюсь в стихах. Но, кажется, стихи вообще придумало человечество ещё до письменности, чтобы передавать информацию. Рифмованные строчки легче заучивать. Зачем нужны стихи, если их не хочется выучить и рассказывать? Ну хоть есть русский рэп. И на том спасибо. #простаков #примечания_на_кенотафе

Прим. 13 Узнал, что «Война и мир» и «Преступление и наказание» одновременно публиковались в 1866 году в «Русском вестнике» Михаила Каткова. Как же завораживает это совпадение! Какой же культурный взрыв даёт всякая оттепель, всякая эпоха, в которой превалирует надежда! И люди, которые читали два великих романа одновременно под одной обложкой. #простаков #примечания_на_кенотафе

Счастье сложно описать, трудно уловить, невозможно однозначно определить. Оно может быть совсем неприглядным, неожиданным и странным для окружающих, а иногда над самыми счастливыми минутами мрачно нависают тени грядущих трагедий. Светлана и Фёдор Бондарчуки не сдержали чувств на одном из светских мероприятий в Москве в 2000-е годы. #в_поисках_счастья Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

У всех есть возможность сказать своё последнее слово — хотя не всегда тот, кто его произносит или пишет, знает, что именно оно окажется последним. В этой рубрике мы очищаем последние слова от налёта времени и даём вам возможность посмотреть на них отвлечённо. Сегодня — последние слова Книги Бытия Моисея, открывающей книги Библии. #последние_слова Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

Империя замерзает Можно ли увидеть перелом в ходе истории если пристально наблюдать за погодой? Как снежные зимы и весенняя капель могут повлиять на судьбу общества? А засушливое лето и туманная осень — на ход войны? В новом цикле «Времена года» резидент издания «Кенотаф» Егор Сенников посмотрит на природу и погоду с новой стороны — взяв один из сезонов перед роковыми событиями в российской истории XX века, он попробует увидеть как природа и погода становились определяющим фактором момента. В первом тексте цикла — роковая зима 1916–1917 годов: убийцы рыщут по ночному Петрограду в поисках подходящей проруби, люди замерзают в очередях за хлебом, на фронте не стихает артиллерийская канонада, а ясными ночами все смотрят на луну. Про ту зиму не скажешь, что воздух был прямо-таки наэлектризован предощущением скорых перемен. Не было этого; зима, в общем-то, как зима — с крещенскими морозами и февральскими метелями. Но при этом остро ощущаешь, что той зимой погода не была просто поводом для смол-тока; природа постоянно вмешивалась в ход жизни, в повседневность. И давала поводы задуматься: а покорилась ли природа человеку по-настоящему? Или это все была фикция, мираж мирного времени? I Окопы полны воды. День серый, сырой; в такие дни хорошо бы сидеть дома, пить чай, смотреть в окошко — и вздыхать, немного растягивая гласные: «Да, дела». Но вместо этого — заполненные трупами окопы, мертвые лошади вдоль фронтовых дорог, затянутое облаками небо, земля, изрытая взрывами артиллерийских снарядов. Так заканчивается осень на фронте в 1916 году. Военный врач Василий Кравков замечает в дневнике, что германские войска от непогоды зависят меньше, чем русские; немцы словно не обращают внимания на распутицу и плохие дороги. Впрочем, есть и другие мнения: в плохую погоду не летают немецкие аэропланы и не атакуют химическим оружием. «Каиново дыхание» замерло — а значит, можно жить, хоть и в окопах. Во фронтовых дневниках острее, чем в тыловых, городских записках, чувствуется, что природа — это не просто фон, а воздух войны; то, от чего зависит не просто ход наступления или организация обороны, а само выживание. Санитарные повозки не едут, не добираются до фронта и грузы со снарядами и едой; лошади не справляются с разбитыми осенними дорогами. Фронт — не столько штыки, сколько сено, сухари, снаряды, эвакуация, топливо. Все это — в острейшем дефиците; на нем греют руки интенданты и штабные офицеры. «Всюду обман, обман, обман»; «наверх говорят, что меры приняты», а на деле перекладывают ответственность на солдат и младших офицеров. Хлеба нет. Приходится вскрывать неприкосновенные запасы сухарей, понимая, что вряд ли их пополнишь в ближайшее время. А что делать? Пока в Думе Милюков задает вопрос «Глупость или измена?», на замершем фронте многим становится ясно, что, может быть, имеют место и то, и другое сразу, — но легче им от этого не становится. Позиционная война — а фронт той зимой почти и не движется — это не тот случай, когда все решают кураж, смекалка и тактические навыки командиров. Нет, здесь все решает предсказуемость снабжения, способность преодолевать транспортные трудности, наличие топлива и снарядов. Умение всего фронта и тыла превратиться в единый военный механизм, работающий — ну пусть не как швейцарские часы, но хотя бы как часы настольные, которые надо время от времени заводить, но в целом с задачей хода они справляются и сами. Трудно. Продолжение текста читайте здесь. #сенников #времена_года_на_кенотафе Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty

Дождь вымочит, солнышко высушит, буйны ветры голову расчешут: новый цикл издания «Кенотаф» В русской литературе есть богатая традиция изображений природы. Тут тебе и Пришвин, и Паустовский, и Тургенев, и Бианки, и, конечно, Сергей Аксаков. Нелюбимое русскоязычными школьниками литературное царство: ну вот сколько вы написали диктантов о том, как где-то в листве запел соловей, снег превратился в ручейки воды, а тетерев распушил свой хвост и затоковал? Думаю, что немало. И как-то за этим журчанием воды и щебетом птиц полностью терялся смысл описанной картины. Но с годами я стал ценить загадочность природы и магию ее изображения. Прежде всего визуального. Знаете, как с хрестоматийным примером — «Корабельная роща» Шишкина, на которой мы видим не просто сосновый лес; на самом деле перед нами не просто деревья, а отложенное до поры государственное строительство. Сосновые корабельные рощи высаживались с долгим прицелом — чтобы через 15–20 лет их срубили и использовали на строительстве кораблей. Мы видим здесь не лес. Деревья еще стоят, но в них уже как будто спят будущие мачты, корабли, маршруты, торговля, война. Столь же классический пример — «Владимирка» Левитана: перед нами тут не просто какая-то проселочная дорога, а тот тракт, по которому прошла не одна тысяча каторжников, отправляемых из Москвы в Сибирь. «Стог сена» Констебла — это идиллический портрет «старой доброй Англии», какой, может быть, она не была никогда, но память о которой осталась для будущих поколений именно в этом виде. «Охотник в лесу» Давида Каспара Фридриха — это рефлексия о национальном немецком духе во времена Наполеоновских войн, «Вид Харлема с полями для отбеливания полотна» Якоба ван Рёйсдала — гимн промышленности и труду. Словом, когда за деревьями действительно видишь лес — и даже целые вселенные. Мне давно хотелось попробовать написать на русском эссе в благородном, но малопопулярном на русском языке жанре nature writing (или weather writing) и взглянуть на российскую историю через призму погоды. И так, в беседах с моим дорогим другом и учителем Сергеем Простаковым, у меня сложилась идея нового небольшого цикла, который с сегодняшнего дня будет выходить на «Кенотафе». Он называется «Времена года» и в нем я буду смотреть на сезоны года, предшествовавшие каким-то поворотным точкам в российской истории XX века. Что думали люди о погоде, в месяцы перед тем, как начинался новый поворот в судьбе страны? Как заснеженные улицы Петрограда вели горожан по дороге к чему-то неизведанному? Как проложить мост из сырых окопов к мировой революции? А от первых весенних деньков — к гибели целого поколения молодых людей? Все это станет предметом рассмотрения и изучения в цикле, который начинается сегодня. Выглядываем за окно — и начинаем. #сенников #времена_года_на_кенотафе Поддержите «Кенотаф» подпиской: телеграм-канал | Boosty