Positive Investments | Денис Федотов

Пока многие обсуждают курс рубля и цены на нефть, происходит менее заметный, но стратегически важный процесс: государство снова делает ставку не на расходование резервов, а на их накопление. На днях прозвучал ориентир, который нельзя назвать случайным — уже по итогам 2026 года в Фонд национального благосостояния могут направить до 1 трлн рублей дополнительных средств. Только за июнь фонд должен прибавить около 220 млрд рублей. На первый взгляд — обычая бюджетная история. Но если посмотреть глубже, становится понятно: это попытка изменить саму логику финансовой политики страны. ФНБ больше не работает как раньше... Последние несколько лет резервный фонд фактически перестал быть просто запасом «на черный день». Деньги из него активно использовали для поддержки бюджета, экономики и крупных проектов. По сути, государство не копило — государство тратило. За четыре года из фонда было использовано около 15 трлн рублей, причем значительная часть — более 4 трлн рублей — ушла не на закрытие дыр, а на инфраструктуру и развитие. Но здесь есть важный нюанс. Формально размер фонда почти не изменился: 🔹 начало 2022 года — около 13,6 трлн рублей; 🔹 начало 2026 года — около 13,4 трлн рублей. Однако ликвидная часть — то есть реально доступный запас — сократилась намного сильнее: с 8,8 трлн рублей до примерно 4 трлн рублей, а затем опустилась еще ниже — до 3,4 трлн рублей. Именно поэтому сейчас государство хочет снова начать складывать деньги в резерв, а не доставать их оттуда. Почему деньги снова хотят откладывать, а не тратить? Здесь работает довольно простая логика. Если нефтегазовые доходы оказываются выше базового уровня — разница не идет в экономику сразу, а отправляется в резерв. Сейчас ориентир бюджета — около 59 долларов за баррель Urals. Если нефть стоит дороже — появляются сверхдоходы. Но накопить обещанный триллион получится только при сочетании сразу нескольких условий: 🔹 нефть должна оставаться относительно дорогой; 🔹 рубль не должен слишком укрепляться; 🔹 экспортные объемы не должны заметно снижаться. По сути, государство делает ставку на сценарий: сегодня заработать больше — чтобы завтра меньше зависеть от внешних шоков. Почему тогда резервы продолжают хранить не в рублях? Несмотря на дискуссии, идея полностью перейти на рублевые накопления поддержки не получила. Логика понятна: резерв нужен не только как запас денег, но и как инструмент стабилизации курса. Раньше основу составляли доллар и евро. Теперь структура изменилась: ключевыми активами стали юань и золото. То есть модель изменилась не в сторону отказа от валютных резервов, а в сторону смены самих инструментов. Что это даст экономике и что почувствуют обычные люди? Для бюджета — это плюс. Более жесткое бюджетное правило делает расходы менее зависимыми от скачков сырьевых цен. Для рубля — история сложнее. Когда государство начинает активнее покупать валюту и пополнять резервы, часть экспортной выручки уходит из оборота. Это создает давление на курс. Не обвал. Но и сверхкрепкий рубль такой подход обычно не поддерживает. Для инфляции эффект двойственный: 🔹 более слабый рубль повышает стоимость импорта; 🔹 но более жесткие бюджетные ограничения одновременно охлаждают внутренний спрос. А вот кто действительно может выиграть — это экспортеры. Более мягкий курс рубля обычно улучшает их финансовые показатели. Я бы не воспринимал историю с ФНБ как новость про очередную «кубышку». Это сигнал о смене приоритетов. После нескольких лет режима поддержки экономика постепенно возвращается к модели: сначала формируем запас прочности — потом расходуем. Вопрос теперь не в том, смогут ли накопить этот триллион. Вопрос в другом: получится ли одновременно сохранить рост экономики, не разогнать инфляцию и не ослабить рубль сильнее, чем хотелось бы. Именно этот баланс, как мне кажется, станет одной из главных экономических интриг ближайших лет. 🔵 Positive Investments ⭐️ Консультации 🖥 Клуб Позитивных Инвесторов

Группа #Астра представила результаты за 1 квартал 2026 года, и рынок встретил отчет без энтузиазма: акции сразу ушли в минус. На первый взгляд причины очевидны — выручка снижается, EBITDA отрицательная, компания показала убыток. Но как по мне, картина выглядит интереснее. Выручка за квартал сократилась на 15% до 2,7 млрд рублей, а объем отгрузок снизился на 4% до 1,9 млрд рублей. При этом еще год назад компания заработала 184 млн рублей чистой прибыли, а сейчас получила убыток в размере 752 млн рублей. Звучит тревожно. Но здесь важно понимать специфику бизнеса Астры. Компания работает на рынке инфраструктурного ПО, где продажи крайне неравномерны. Более 70% годовых отгрузок традиционно приходится на второе полугодие, а основная часть прибыли формируется вообще в четвертом квартале. Поэтому первый квартал исторически остается самым слабым периодом года. Однако одной сезонностью нынешние результаты объяснить нельзя. Главная проблема заключается в том, что рынок импортозамещения заметно замедлился. Высокая ключевая ставка вынуждает компании сокращать инвестиционные бюджеты, откладывать внедрение новых IT-решений и более осторожно подходить к закупкам программного обеспечения. Именно поэтому практически все ключевые направления бизнеса показали снижение продаж. Дополнительный удар нанесла налоговая реформа. Размер невозмещаемого НДС вырос сразу с 169 млн до 460 млн рублей, что серьезно ухудшило финансовый результат квартала. При этом речь идет не о снижении конкурентоспособности продуктов компании, а скорее о внешнем факторе, который частично может быть компенсирован через повышение цен для клиентов. На фоне снижения выручки неприятно выглядит и рост себестоимости. Она увеличилась с 1,6 млрд до 2,1 млрд рублей, что привело к убытку от операционной деятельности в размере 667 млн рублей против прибыли годом ранее. Но есть и важные позитивные моменты. Несмотря на слабый квартал, компания продолжает активно инвестировать в развитие бизнеса. Капитальные затраты составили около 900 млн рублей. Астра развивает собственную экосистему продуктов, запустила отечественное облако Astra Cloud, развивает направление искусственного интеллекта и расширяет присутствие в сегменте корпоративных решений. При этом финансовое положение остается очень сильным. Чистый долг составляет всего 0,4 млрд рублей, а показатель Чистый долг/EBITDA находится на уровне 0,05х. Для IT-компании это практически отсутствие долговой нагрузки. Более того, за квартал долг сократился почти до нуля, а денежная позиция продолжила расти. Отдельно отмечу, что акционеры уже утвердили дивиденды по итогам 2025 года в размере 4,68 рубля на акцию, что подтверждает уверенность менеджмента в устойчивости бизнеса даже в непростых рыночных условиях. Я считаю, текущий отчет нельзя назвать сильным. Высокие ставки продолжают давить на спрос, проекты клиентов откладываются, а налоговые изменения дополнительно ухудшают финансовые показатели. Однако говорить о каких-либо системных проблемах бизнеса пока рано. Астра остается одним из ключевых бенефициаров импортозамещения в российском IT-секторе. Компания сохраняет практически нулевой долг, продолжает инвестировать в новые продукты и работает на рынке, который, по моим прогнозам, может вырасти более чем в три раза к 2030 году. Да, отчет получился слабым, но во многом ожидаемым. Для Астры сейчас гораздо важнее не результаты первого квартала, а динамика второго полугодия. Если Банк России продолжит цикл снижения ставок, а корпоративные бюджеты на цифровизацию начнут восстанавливаться, компания сможет вернуться к высоким темпам роста. Пока же акции остаются историей с сильным долгосрочным потенциалом, но без очевидных драйверов для быстрого роста котировок в ближайшие месяцы. 🔵 Positive Investments ⭐️ Консультации 🖥 Клуб Позитивных Инвесторов

Есть новости, которые выглядят сухой бухгалтерией. Но если посмотреть глубже — становится понятно: речь идёт о смене целой экономической эпохи. На ПМЭФ прозвучало заявление, которое прошло не так громко, как обсуждение ставок и курса рубля, хотя последствия у него могут оказаться куда масштабнее. Россия практически завершает историю внешнего государственного долга. Если тенденция сохранится, уже в обозримом будущем страна окажется в редкой для современной экономики позиции — государство почти полностью перестанет зависеть от внешних кредиторов. На первый взгляд — только плюсы. Меньше валютных рисков. Меньше зависимости от иностранных финансовых центров. Меньше возможностей давления через рейтинги, санкции, ограничения расчётов и доступ к капиталу. Но здесь начинается самое интересное... Потому что отказ от внешних долгов — это не конец задачи. Это начало новой. Если вспомнить 90-е, тогда внешний долг был не просто цифрой в отчётах. Он был частью всей экономической конструкции страны. Кредиты международных организаций, переговоры, условия, реструктуризации, внешняя оценка бюджетной политики — всё это влияло не только на экономику, но и на пространство решений внутри страны. Сегодня ситуация другая. И это действительно серьёзное изменение. Но отсутствие внешних займов автоматически создаёт другой вопрос: кто теперь будет финансировать развитие? Потому что расходы государства никуда не исчезают. Нужно строить инфраструктуру. Финансировать промышленность. Запускать технологии. Поддерживать транспорт. Инвестировать в модернизацию... Раньше значительная часть мировых экономик решала такие задачи за счёт внешнего длинного капитала. Теперь России приходится опираться в первую очередь на собственные ресурсы. И здесь начинается переход к новой модели. Не внешние деньги. А внутренние накопления. Не зарубежные рынки. А собственный финансовый контур. Не расчёт на иностранного инвестора. А ставка на экспортную выручку, банковскую систему, рынок капитала и внутреннего инвестора. Звучит красиво. Но есть важная проблема. Внутренние деньги дороже внешних. Когда государство занимает внутри страны — оно конкурирует за ресурсы с бизнесом. Банкам проще купить надёжные государственные облигации, чем кредитовать сложные производственные проекты. При высокой ставке обслуживание долга становится дорогим. В результате возникает риск ситуации, когда деньги внутри экономики есть — но они работают не на развитие, а на обслуживание системы. Именно поэтому главный вопрос ближайших лет — уже не объём долга, а сможет ли Россия создать длинные внутренние деньги? Такие, которые идут не в краткосрочные спекуляции и не в потребление. А в заводы, автоматизацию, энергетику, транспорт, промышленное обновление. Потому что здесь есть тонкий, но принципиальный момент. Если свободные ресурсы просто попадут на рынок — мы получим инфляцию. Если они попадут в производство — получим рост предложения и новый экономический цикл. И вот это уже вопрос не Минфина. Это вопрос всей экономической модели страны. Поэтому почти нулевой внешний госдолг — это не финишная ленточка. Это момент, когда исчезает удобное объяснение: «денег извне нет». Теперь главный вызов звучит иначе: сможем ли мы превратить собственный капитал в двигатель роста быстрее, чем он уйдёт в пассивное накопление? Ответ на этот вопрос во многом определит экономику России уже в следующем десятилетии. 🔵 Positive Investments ⭐️ Консультации 🖥 Клуб Позитивных Инвесторов

🎧 Ретейл дорожает: какие акции уже перегреты, а где еще есть возможности Продукты люди будут покупать всегда... Именно поэтому акции ретейла многие инвесторы считают «защитными» — ведь спрос на еду сохраняется даже во время кризисов. Но сегодня российский ретейл столкнулся сразу с несколькими проблемами: высокая ставка, рост издержек, снижение покупательной способности и давление маркетплейсов. 🎙 В новом выпуске подкаста Positive Investments мы разберем: 🔹 почему ретейл больше не является автоматически безопасным сектором 🔹 какие проблемы сейчас испытывают крупнейшие продуктовые сети 🔹 почему падение акции не всегда означает, что она стала дешевой 🔹 какие перспективы у X5, «Ленты» и «Магнита» 🔹 на что смотреть инвестору перед покупкой акций продуктовых компаний Отдельно разберем, почему одна компания может выглядеть недооцененной даже при замедлении роста, а другая — оставаться дорогой после сильного падения котировок. Этот выпуск будет особенно полезен тем, кто инвестирует в российские акции, держит бумаги потребительского сектора или хочет научиться отличать реальные возможности от «дешевых ловушек» на рынке. 🔵 Positive Investments ⭐️ Консультации 🖥 Клуб Позитивных Инвесторов

#SFI опубликовал отчет за 1 квартал 2026 года по МСФО, и если год назад компания заработала 3,16 млрд рублей, то сейчас прибыль, приходящаяся на акционеров, составила всего 490 млн рублей. На первый взгляд падение выглядит катастрофическим, но здесь важно понимать причину. В конце 2025 года холдинг продал свой главный актив — лизинговую компанию Европлан, которая долгие годы была основным генератором прибыли. После продажи структура бизнеса кардинально изменилась. Теперь главным активом SFI является 49% страховой компании ВСК, а также пакет акций М.Видео и ряд финансовых инвестиций. Именно ВСК должна была стать новым драйвером прибыли, однако пока ожидания не оправдываются. Доля в прибыли ассоциированных компаний, которая в основном формируется за счет ВСК, сократилась более чем вдвое — с 1,14 млрд до 418 млн рублей. Это стало одним из главных факторов ухудшения результатов холдинга. Дополнительное давление оказала переоценка инвестиционного портфеля. Если год назад финансовые вложения принесли прибыль 439 млн рублей, то сейчас компания зафиксировала убыток 307 млн рублей. Вероятно, существенную роль здесь сыграло снижение стоимости пакета акций М.Видео. При этом нельзя сказать, что у компании появились финансовые проблемы. Капитал акционеров вырос до 65,1 млрд рублей, а долговая нагрузка остается минимальной. На балансе находится более 4,5 млрд рублей денежных средств и еще около 4,7 млрд рублей банковских депозитов. Интересный момент — менеджмент продолжает активно поддерживать котировки. За квартал компания направила 2,49 млрд рублей на выкуп собственных акций, приобретя почти 2 млн бумаг. Это около 4% от общего количества акций. Дальнейшая судьба выкупленного пакета пока не раскрывается. Что в итоге? После продажи Европлана SFI остается финансово устойчивым холдингом с большим запасом капитала и низким долгом. Однако новая бизнес-модель пока показывает гораздо более скромную прибыльность. Главный вопрос для инвесторов сегодня — сможет ли ВСК нарастить прибыль и компенсировать потерю крупнейшего актива. Пока ответ на этот вопрос выглядит неочевидным. Компания остается интересной прежде всего как история с высоким дисконтом к стоимости активов и потенциальными корпоративными событиями, но текущие финансовые результаты сложно назвать сильными. Для переоценки акций рынку потребуется увидеть устойчивый рост прибыли нового контура бизнеса. 🔵 Positive Investments ⭐️ Консультации 🖥 Клуб Позитивных Инвесторов