Мистер Дарси и бал

В сезонной рубрике #читаювэлектричке — книжка, идеально подходящая под формат: короткая, энергичная, читается быстро, как раз на одну поездку Turbulence (2018) by David Szalay Отдельно хочу похвастаться и поблагодарить дорогих Аню и Полину, которые нашли время сходить на творческую встречу с Солоем, рассказать ему, как мы в клубе выдали ему Букер за Flesh досрочно, и подписать для меня книжку. Девочки, вы — любовь 🤍 Книжка — сборник коротких глав, связанных персонажами: в каждой последующей главе главным героем становится кто-то второстепенный из предыдущей. Я как самый сообразительный Штирлиц только на середине книги, клянусь, поняла, почему главы так называются, но, в общем, мы вместе с персонажами по цепочке перемещаемся из Лондона в Мадрид, из Мадрида в Дакар, из Дакара все дальше и дальше, пока не прилетим, конечно, в Лондон. В каждой истории (и я нарочно пишу истории, потому что для рассказов в них слишком мало плоти, а как история каждая из них вполне завершена) какую-то роль играет аэропорт, но вы, аэрофобы, не пугайтесь: главная турбулентность у каждого внутри. Мне нравится, что уже здесь видно, как несколько лет спустя этот автор напишет Flesh, великий роман о воздухе на страницах, об односложности, о простой как мир человеческой жизни. Все герои «Турбулентности» словно созданы для color-blind кастинга: житель Дакара ничем не отличается от сиэттловца, медсестра из Дели могла бы быть журналисткой из Сан-Паулу, все они чуть слишком драматизированы, но только не на уровне языка — и слава богу, так как это единственный выносимый мною уровень драмы. Читать очень просто; если кто-то ищет свою «первую книгу на английском» или материал для студентов 1 курса — вот он. P. S. Вы спросите, зачем цветы — просто чтобы как-то закончить главу LED-…

#книганавыходные сегодня в виде анонса Уже в понедельник снова приглашаю вас в книжный клуб ivolga, для которого я в этот раз выбрала три рассказа из, возможно, моего топ-10: Даму с собачкой, What We Talk about When We Talk about Love и The Garden Party. Поговорим о Чехове и его последователях, о лете, о мимолетном и вечном. Читать можно по-русски или по-английски, обсуждать будем по-русски. 📍29 июня в 20:00 Регистрация по ссылке, все бесплатно, как обычно

Находясь в вынужденном оффлайне, прочла, перефразировав великую команду КВН, три книжки — букварь хорошую, вторую и синюю (все вышли в «Поляндрии»). Хорошая — «Маша что-то потеряла» Вали Филиппенко, трогательная история про подростков, которые вечно теряют какие-то части тела: то руку, то коленку, то сердце. Взрослые, с которыми редко такое случается, реагируют с пониманием. В художке ставят позировать в роли Венеры Милосской, школьные учителя выдают диктофон, чтобы конспектировать уроки, родители помогают выполнять «100 пунктов, чтобы стать счастливее», но не догадываются, что самое главное желание («Как сделать так, чтобы родители не разводились») в этот список не вписано. Это не научная фантастика (пояснений по мироустройству не будет, не ждите «Не отпускай меня»), но нормальная книжка для средней школы, написанная молодой современной женщиной про проблемы современных подростков, без снисхождения, без бабушкиных установок, без морали, в общем-то. Больше для девочек, чем для мальчиков, так как — шок-контент! — одна из волнующих героиню проблем — это месячные (нет, я не буду убирать это под спойлер). «Петербург — город чаек», вторая, на самом деле тоже хорошая, особенно что касается иллюстраций (текст там, на мой взгляд, даже и не нужен). Может показаться, что это детская книжка — нет, она что ни на есть взрослая, для всех ваших друзей-петербуржцев, рассыпанных по земному шару. Ну, и синяя, синяя. Ох. Ну, обложка очень красивая. Главную героиню зовут Аглая (в моем случае это скорее минус). Скажем так, если вам понравился роман Марины Степновой «Сад», почитайте. И расскажите, что у вас 📚

Best and Worst of the Diaghilev festival, in no particular order #коллекционерпрограммок 1) абсолютно шикарная программа фестивального клуба, где Ляля Кандаурова, Богдан Королек, Ярослав Тимофеев, Юрий Сапрыкин и многие другие умные и горящие своими интересами люди читали лекции вокруг и около фестивальных событий — про Моцарта и Бетховена, Рахманинова, Пярта и Куртага, современный танец, Якова Друскина и про что только не, жаль, что я не захватила с собой распечатку с расписанием. Была презентация «Вагнеризма» и детской книжки про танец, были дискуссии и круглые столы. Все было бесплатно, многое — в отличнейшем лектории, битком набитом, но все равно гостеприимном, где каждому жаждущему знаний нашлось место и подушка под попу. Кстати, при всем богатстве основной программы фестиваля прослезилась я лишь однажды — когда Ярослав Тимофеев сыграл на рояле крошечную пьесу Пярта «Для Алины». 2) с отдельным восторгом отмечу, что почти все события фестиваля начинались вовремя, ну максимум с пятиминутным опозданием, за исключением одного (спишем на сложность режиссерской задумки). Такую четкость я видела только на международном конгрессе по корпусной лингвистике, где можно было смело перемещаться из аудитории в аудиторию и знать, что все доклады следуют расписанию. 3) почетный титул «хуета года» отправляется перформансу «Пастернак. Раскованный голос», где было невыносимо все, от банального и пафосного пролога до визуального ряда и способа вокализации, избранного режиссером и/или актрисой. Я как слушатель могу выдержать многие непотребства, совершаемые с текстами, особенно в июне, но тут нас хватило минут на пятнадцать этого группового надувательства, и это уже был роскошный максимум. 4) «Человеческий голос» режиссера Кайдановского (спасибо Богдану за музыкальный ликбез) понравился благодаря профессионализму Юлии Маточкиной: спета опера была ровно так, как нужно, мощно и пронзительно. Назовем эту номинацию «Самое неожиданное использование гениальной балерины в спектакле». Этому спектаклю не нужна великая Дарья Павленко, и Дарье Павленко нужно что-то гораздо, гораздо интереснее. 5) понравилось «Землетрясение» (после Пастернака мы хотели забить на современные танцы и отправиться «засматривать» ужас «Дон Кихотом» в Пермский театр, но на Дон Кихота вовремя кончились билеты, поэтому все сложилось как нельзя лучше для нас). Если придираться, можно говорить об общей идее и разрозренности фрагментов, а если не придираться, получится отличный вечер, где красивые ребята дурачатся под рояль. What’s not to like. 6) на «Хоре» впереди меня сидел головастый молодой человек, отчего спектакль смотрелся триптихом, из которого выкрали центральную часть. Тем не менее, мне очень понравились и танцовщики, и спектакль — что-то «хромистое» было в нем, тот же драйв, сарказм, та же сила и красота чистого движения. Надеюсь, что когда-нибудь еще этот спектакль посмотрю. 7) номинация «неожиданно круто» отправляется хоровому циклу Дэвида Лэнга the writings. Однажды мы ездили с друзьями на Соловки, и я собирала плейлист. Добрые музыкально эрудированные подруги собрали мне Дэвида Лэнга, и я чуть не умерла от ужаса. Говорю, Ира, раз уж мы заранее не купили на него билеты, может, вместо Дэвида Лэнга мы все-таки поедим?.. И хорошо, что не поели. Час с замиранием сердца наблюдала за хористами; чем ближе сидишь — тем осознаннее погружение. Понимать все слова, когда поют по-английски, — бесценно. 8) про Курентзиса вы и так все понимаете: было эффектно. У одной из скрипачек звонко лопнула струна в самом начале концерта, мне интересно, что ей (и музыкантам вообще) за это было, what’s the emergency protocol, как говорится 9) короткая программа современных хореографов должна была быть короче в пять раз, чтобы быть хотя бы сносной. парень в трусах был гораздо интереснее на другой день в норвежском кардиганчике. 10) последним пунктом почетного упоминания удостаивается пирог с капустой из ночного буфета нашего отеля, дважды спасавшего наши голодные тела и даже немножечко души.