Китайская угроза

Почему кредитов в 2027 году станет меньше Вчера в прогнозе по российской экономике на следующие 12 месяцев я косвенно коснулся темы кредитов, нормативов ЦБ РФ и их ужесточения в 2027 году. Точнее, возвращения нормативов к значениям, которые существовали до 2022 года. А поскольку объемы выдачи, нормативы капитала и резервы между собой непрерывно связаны, то давайте разберемся в теме. Начать хочется с резервов, потому что последние пару дней в СМИ тиражируют статью Reuters о том, что у крупных банков нет резервов по кредитам большим компаниям-заемщикам. Это неправда — как минимум потому, что по международным и российским стандартам учета резервы создаются обязательно. Ну и еще это неправда, потому что я знаю ситуацию изнутри — у банков есть резервы по кредитам и крупных, и средних, и малых клиентов. По МСФО резервы создаются чуть ли не в момент выдачи кредита (по прогнозной модели банка). По РСБУ — в рамках требований ЦБ РФ, но с более позднего момента — резервы начинают формироваться, когда клиент начинает показывать признаки просрочки. Создание резерва в отчетности банка уменьшает его прибыль. Это буквально «стоимость риска», и без величины резервов невозможно было бы оценить риск вес активов банка, и определить, достаточно ли у банка капитала, чтобы соответствовать всем нормам. Так что, если вдруг в интернетах кто-то перепечатывает глупые заголовки про отсутствующие резервы у банков, то знайте — это все кликбейт ради просмотров. Вернемся к нормативам достаточности капитала и возможности банков выдавать кредиты. Кредитные организации не могут выдать бесконечное количество денег в долг — даже если им на депозит клиенты принесут бесконечное количество денег. Выдача кредитов у банков ограничена их капиталом, иными словами, минимум 1 рубль из 10 выданных в кредит должен быть из собственного капитала банка. Это и есть условие достаточности капитала — если собственные средства не покрывают выданные кредиты как минимум на 10%, то ЦБ может прийти и забрать лицензию у такого банка. В следующие 3 года этот минимальный порог будет расти по 0,5% в год, а у системно значимых банков (12 самых крупных) сверху еще будет дополнительное требование по достаточности капитала. Сейчас кредитный рынок ощущает себя плюс-минус спокойно. Но со следующего года требования по капиталу вернутся к значениям, актуальным до 2022 года. И вот тогда банки упрутся в лимиты, из-за чего им придется либо искать капитал (например, продавать суборды), либо секьюритизировать свои кредитные портфели и продать их кому-то. Еще можно наращивать капитал через чистую прибыль, но при среднем ROE по рынку в 19% делать это придется долго и муторно. В итоге для многих банков, особенно у кого не такой большой запас до лимита по капиталу, ограничения будут серьезными. Более того, не у всех крупных банков даже сейчас есть место под крышкой лимита — к тому же ВТБ есть вопросики, как они будут наращивать кредитование в следующем году. А что в итоге? Где-то с апреля нормативы будут подтягивать обратно, а это значит, что банковский сектор сможет меньше выдавать кредитов. У кого есть профицит ликвидности, для тех это будет преимущество, и если будет большой спрос — они запихнут в кредиты ставки пожестче. С другой стороны, на рынке могут появится выгодные предложения по субординированным облигациям банков, которым срочно нужен будет капитал для развития своего бизнеса. Китайская Угроза | Мы в Максе 👍

📊 Оптимизация бизнес-процессов: экономия на командировках Знаете ли вы, что неэффективная организация командировки может обойтись компании на 30% дороже? 9 июля присоединяйтесь к онлайн-практикуму от Ассоциации профессиональных ассистентов и «OneTwoTrip для бизнеса», где вы узнаете: • Какие инструменты помогают контролировать расходы • Как избежать перерасходов при организации поездок • Как автоматизировать процессы бронирования 🎯 Для кого: для компаний и сотрудников с регулярными командировками 🎁 Бонусы для участников • Сертификат о прохождении практикума • Доступ к гайду по организации командировок за 15 минут • Практические инструменты автоматизации Регистрируйтесь по ссылке

Что станет с российской экономикой к лету 2027 года. Часть 2 Итак, инфляция у нас никак не придет к цели, бюджет дефицитный, да еще и рубль начал слабеть. Но для нас самая важная часть картины — это состояние экономики в целом. По данным на май 2026, ВВП вырос всего на 0,3% год к году, а за первые пять месяцев в целом — на 0,2%. Проблема не в том, что все падает, а в том, что экономика стала очень неоднородной. Связанные с обороной отрасли продолжают расти двузначными темпами, а большая часть гражданской экономики стоит или падает. То есть, строительство, торговля, транспорт, легкая промышленность, и в целом значительная часть частного сектора живут в мире дорогого кредита, слабого спроса и растущих издержек. Инвестиции в основные фонды в первом квартале упали на 14% год к году, и это затронет будущие 2-3 года. Ведь если бизнес сегодня не строит, не покупает оборудование и не расширяется, завтра ему будет не на чем расти. Рынок труда при этом остается необычно сильным. Безработица около 2,1%, это все еще исторический минимум, но признак не столько здоровой экономики, сколько физического дефицита людей. Работодатели продолжают переманивать сотрудников друг у друга, зарплаты растут, но производительность за ними не успевает. Поэтому рост зарплат не превращается в устойчивое благополучие, а лишь разгоняет инфляцию. Бюджет тут становится главным источником противоречий. С одной стороны, государство поддерживает спрос, финансирует военные расходы, индексирует социальные обязательства и закрывает дыры заимствованиями. Но с другой — эта поддержка делает инфляцию более стойкой, ставку — выше, рубль — слабее, а длинные ОФЗ — более рискованными. Отдельная история — банки. В целом банковская система устойчива: прибыль есть, капитал у крупнейших игроков есть, вклады населения остаются дорогим, но стабильным источником фондирования. Однако напряженность внутри системы уже появляется: растет просрочка, ужесточаются требования ЦБ к капиталу, а части банков придется либо искать капитал, либо сокращать выдачи, либо избавляться от активов. Для крупных банков это не выглядит катастрофой, но средние и малые банки ждет проверка на прочность. Как итог — кредит получить будет сложнее, особенно бизнесу с плохой историей или слабой отчетностью. А плохие долги продолжат расти еще как минимум несколько кварталов, потому что кредитный цикл всегда запаздывает за экономическим. Если просуммировать все в один сценарий, то картина по экономике такая выглядит так: 🛑инфляция держится в районе 6-7%, 🛑ставка медленно снижается к 12%, 🛑рубль ползет к 90 и выше за доллар, 🛑рост ВВП колеблется около 0, 🛑цены на нефть остаются приемлемыми, 🛑бюджетный дефицит сохраняется, 🛑просрочка в банках постепенно растет. Плохой сценарий тоже ясен: если геополитической стабилизации не произойдет, нефть пойдет ниже, рубль пробьет 100, инфляция снова разгонится к 8-9%, а ЦБ будет вынужден не снижать, а снова поднимать ставку. По вероятности это уже не базовый вариант, но и его вероятность уже нельзя считать незначительной. Оптимистичный сценарий тоже существует: разрядка, нефть выше, рубль стабильнее, инфляция ближе к 4%, ставка около 9%, экономика оживает. Но на такой сценарий лучше просто надеяться, но не строить личные финансы. А что в итоге? Грядущий год — это не время рисковать. Основная подушка может быть в рублях на депозитах в крупных банках, часть сбережений — в валютных инструментах как страховка, дорогие кредиты — погасить, ипотеку без льгот — не брать, крупные покупки — не откладывать слишком надолго, а в работе держаться за устойчивые сектора, где есть деньги, спрос и понятный работодатель. Это, конечно, не инвестиционная рекомендация, но вы и сами все понимаете. Российская экономика до лета 2027 года, скорее всего, будет выглядеть как человек, который не падает, но и не выздоравливает. Он ходит, работает, платит по счетам, но делает это с высокой температурой, дорогими таблетками и без ясного понимания, когда станет легче. Китайская Угроза | Мы в Максе 👍

Что станет с российской экономикой к лету 2027 года. Часть 1 Позади уже половина 2026 года — это значит, что можно подвести промежуточные итоги. И заодно посмотреть на тренды, которые помогут предсказать (скорее, погадать на кофейной гуще) следующие 12 месяцев. Кто еще не в курсе, напомню: у меня есть своя макроэкономическая модель, которая считает данные для прогнозов. Я добавил в нее свежие данные, а дальше расскажу, к какому выводу подводят новые расчеты. Следующие 12 месяцев для российской экономики не будут годом катастрофы, не будут годом восстановления, а станут годом затяжного топтания на месте. То есть, когда формально все еще более-менее работает, но ключевые цифры выглядят неприятно: инфляция выше цели, кредиты дорогие, рубль слабый, бюджет дефицитный, а экономический рост на уровне погрешности. Главная проблема — экономика уперлась сразу в несколько ограничений. Так, инфляция уже не такая высокая, как в самые сложные месяцы последней пятилетки, но и к норме она не возвращается. На конец июня цены в годовом выражении выросли примерно на 6% при цели в 4%, а скачок цен на 0,85% за июнь стал самым сильным для этого месяца с 2012-го. Иными словами, тезис «инфляцию почти победили» снова откладывается. Причин здесь несколько. Например, бензин за год подорожал почти на 20%, и это важно, потому что топливо задевает всю экономику через доставку, логистику, продукты, стройку и услуги. А рубль за месяц ослаб с 70 до 78 за доллар, что дает удорожание импорта (даже если он идет не напрямую, а через Китай и параллельные каналы). Но главный источник проблем в экономике — это бюджет. Дефицит держится в районе 3,5-4% ВВП. Это значит, что государство продолжает закачивать деньги в экономику быстрее, чем она способна отвечать ростом производства. Такие деньги превращаются в спрос, а если предложение ограничено (кадрами, мощностями, импортом), спрос неизбежно транслируется в рост цен. По этой причине к концу 2026 года инфляция может сохраниться в районе 6-6,5%, а к середине 2027-го медленно сползет к 5,5-6%. Но к цели в 4% на этом горизонте не вернется. В реальной жизни рост будет ощущаться выше этой цифры, потому что быстрее дорожают не абстрактные «товары и услуги», а бензин, еда, ЖКХ, ремонт, техника и транспорт — то есть ровно то, что люди видят чаще всего. Отсюда и логика ЦБ — ставка еще снижается, но дальнейшее снижение будет медленным и с паузами. Сейчас ключ 14,25%, и в базовом сценарии к концу 2026 года он уйдет в диапазон 13,5-14%, к середине 2027 — к 12%. Никаких быстрых 8-10%, к которым рынок привык до 2022 года, пока не просматривается. ЦБ, может, и хотел бы снижать ставку быстрее — реальный сектор едва переваривает дорогие деньги, но каждый раз, когда появляется пространство для более мягкой политики, что-нибудь ломается. То дорожает бензин, то слабеет рубль, то бюджет уходит в дефицит выше планового. Поэтому депозиты еще будут оставаться привлекательными (условно до 12-14%), а кредиты — заградительно дорогими (ипотека под 18-20% и потребкредиты под 25-35%). С рублем история тоже не катастрофичная, но неприятная. В базовом сценарии к концу 2026 года доллар может уйти в район 88-92 рублей, а к середине 2027 — ближе к 93-95. Правда, курс все меньше зависит только от нефти и все больше — от бюджетного дефицита, потому что расходы государства выходят в экономику, часть создаваемого спроса уходит в импорт, а импорт требует валюты. Экспортная выручка уже не будет бесконечным амортизатором — нефть сейчас держится в районе $70-75 за баррель Brent, Urals — примерно $60-65 долларов, но санкции, логистика и слабый спрос со стороны Китая ограничивают приток валюты. Поэтому нефтяные доходы еще терпимые, но недостаточные для покрытия текущих расходов. (продолжение во второй части) Китайская Угроза | Мы в Максе 👍

Зачем компании выкупают сами себя на дне Цена акций какой-нибудь компании — это не просто котировка, в том числе для самой компании. Для менеджмента это один из KPI, для стратегических покупок и поглощений — ресурс для оплаты сделок, а для кого-то — еще и ресурс, который можно отдать в залог ради более дешевого кредита. Во всех этих случаях компаниям становится грустно, когда цены на их акции падают. Вместе с ними грустят и те, кто продал бизнес за акции, или кто выдал кредит под залог. Хотя вот кредиторы имеют право попросить донести еще акций, или кредит придется вернуть досрочно. Вообще, есть много способов, позволяющих поддержать котировки акций. Но на текущем фондовом рынке России их работает ограниченное число, и то недолго. Сегодня я хочу поговорить про байбеки (buyback — обратный выкуп), которые хотят объявить или уже объявили крупные эмитенты по типу ХХ, Совкомбанка или Whoosh, какой в этом смысл и стоит ли считать это за позитив. К слову, этот текст стоит расценивать исключительно не как инвестиционную рекомендацию. В этом году байбек хотят провести около 10 компаний, и по этому показателю 2026 год уже обгоняет 2025-й. Выкупы будут на десятки миллиардов рублей, а, например, Совкомбанк будет это делать через «дочку» с намеком на будущие дивиденды акциями. В моменте это, может быть, и поддержит котировки. Но с учетом того, как сильно акции продают, в том числе и шортисты, эта поддержка быстро потеряет эффективность. Однако об этом должно быть прекрасно известно и самим компаниям, так что, тут должна быть еще какая-то мотивация (ну, я надеюсь, что она есть). После выкупа акций с рынка, в компании такие ценные бумаги считаются казначейскими. Они должны за год их либо продать, либо отдать куда-то (сотрудникам на премии или в залог за кредит), либо погасить, уменьшив капитал и объем торгуемых акций. За год многое может случиться, в том числе и разворот на рынке — и тогда последующая продажа этих акций с баланса с прибылью будет вполне разумным мотивом. Также акции можно направить на программы поощрения своих сотрудников, залоги и оплату поглощений. Что касается нас с вами, небольших инвесторов, то влетать в этот вагон с надеждой, что можно будет быстро получить прибыль — не самая лучшая затея. Всегда можно забыть поставить стопы, проследить за котировками или еще хуже, влететь в эту тему с кредитным плечом и покормить шортиста. Так что, я бы без глубочайшего анализа компаний и всего вокруг Московской биржи не заходил бы. Но кто я такой, чтобы вам что-то рекомендовать? Китайская Угроза 👍

Как топливный кризис повлияет на стоимость кредитов? Напряженная ситуация с топливом в стране тянется уже больше двух недель, а это значит, что пора считать риски. Цена топлива проникает практически в любые ценники в стране, и если эффект затянется, это толкнет вверх и темпы инфляции, и инфляционные ожидания населения. И я не просто так упомянул в заголовке кредиты. Первый зампред ЦБ Алексей Заботкин уже говорит о том, что вопрос цен на топливо будет приниматься во внимание на следующем, опорном заседании Банка России. Напомню, что на опорных заседаниях также пересматривают прогнозы по траектории ключа и обновляется макропрогноз по российской экономике. У цен на топлива есть два пути. Либо история быстро закончится за пару недель (не знаю как — может, на рынок хлынет стратегический резерв?), и тогда эти данные станут статистическим выбросом и шумом, который вычистят из показателей, на которые смотрит ЦБ. Либо эта история растягивается на несколько месяцев, и тут уже регулятору придется всерьез думать над траекторией ключа. Второй вариант говорит не в пользу дешевых ипотек и прочих кредитов — чем больше сегодня проинфляционных рисков, тем дольше мы будем ждать дешевые деньги. А рисков хватает — бюджет и его дефицит, низкая безработица, инфляционные ожидания населения. Добавьте сюда оживление спроса на кредиты со стороны бизнеса и рост цен на топливо. И то, что рубль слабеет уже вторую неделю. Да, по базовой и устойчивой инфляции таргет либо уже наступил, либо вот-вот наступит. Но все вышеперечисленное заставит регулятор задуматься, а не снизить ли скорость движения, чтобы через полгода-год инфляция не вернулась к 10%. В общем, непростой последний год у Эльвиры Сахипзадовны на посту (дольше она не сможет возглавлять ЦБ по закону). Год, который закончится либо достижением таргета или максимальным приближением к 4%, либо придется разворачивать борьбу с новым витком роста цен. Китайская Угроза 👍

Как бизнесу обойти ловушку транзакционных издержек Одной из самых важных и недооцененных статей расхода для бизнеса являются транзакционные издержки. Или, как называют их экономисты, издержки контрактов. Чем сложнее финансовый контур взаимодействия с клиентом, поставщиком или с сотрудниками, тем больше может быть небольших комиссий — за перевод, за проверку данных, за какой-то функционал. Там отдал 0,5% от платежа, тут 0,05%, и в моменте это может показаться небольшой суммой. Но чем больше бизнес, тем больше сказывается эффект масштаба — в натуральных величинах суммы начинают выглядеть угрожающе. А ведь чем ниже транзакционные издержки, тем более эффективен бизнес и экономика. Поэтому важно следить за всеми условиями, которые предлагают бизнесу контрагенты. Например, Совкомбанк обновил условия переводов из России в Китай. Главное изменение — минимальная комиссия снижена более чем вдвое, с 2300 до 1000 юаней. Это особенно выгодно при отправке небольших сумм. Также введена новая шкала ставок (от 0,1%), где процент снижается по мере роста суммы перевода. Переводы идут через РКО, что означает отсутствие НДС на комиссию, меньше документов и всё в одном интерфейсе банк-клиента. В итоге для 85% клиентов переводы стали дешевле. А это уже означает куда более высокую эффективность бизнеса. Китайская Угроза 👍

Хочешь квартиру в ипотеку — рожай детей Квартирный вопрос снова испортит многим настроение — Минфин уже скоро поменяет условия льготной семейной ипотеки. Поменяются они с 1 июля 2026 года, и по какой-то странной традиции, старая льготная ипотека уже второй раз за два года умирает именно в эту дату. Сейчас условия по семейной ипотеки пока еще едины для любых семей хотя бы с одним ребенком: 6% годовых, первый взнос от 20%, лимит в крупных городах 12 млн рублей, в остальных 6 млн, срок до 30 лет. После 1 июля, если верить СМИ (официально пока ничего не объявлялось), ставка будет зависеть от количества детей в семье и региона. В Москве и Питере будет 12% для семей с одним ребенком, 10% — с двумя, 8% — с тремя, 6% — с четырьмя и 4% — для семей с пятью и более детьми. В других регионах ставки будут на 2 пункта ниже — то есть, от 2% до 10% годовых. Лимиты по суммам тоже привяжут к числу детей — до 12 млн рублей для семей с одним ребёнком, до 15 млн — с двумя и до 18 млн — с тремя и более детьми в столицах, а в остальных регионах — до 6, 8 и 10 млн рублей соответственно. Срок действия льготы по кредиту тоже урежут — до 15 лет. Но если вам выплатить ипотеку за 15 лет никак не выйдет и вы хотите взять ее на 30 лет, то вторую половину срока ставка для вас будет привязана к ключевой (то есть, по факту рыночной). Большинство из вас и так уже знали эти вводные, и поговорить нужно скорее о том, какие мотивы были у такого решения, что в нем плохого и что хорошего (с хорошим было трудно, но я нашел). Как вообще работает механизм льготной ипотеки? Банк выдает вам кредит под рыночную ставку (условно 20% годовых), но вы платите проценты, как будто ставка 6% годовых, а всю разницу по процентам банку компенсирует бюджет. То есть, любые льготные программы — это прямая статья расходов бюджета страны. Если программы безадресные, легко доступные и щедрые, то за счет государственной казны люди набирают много кредитов, а расходные статьи бюджета набухают. В моменте, когда дефицит бюджета растет, доходные статьи растут не так быстро, как расходные, и такая нагрузка становится тяжелым бременем. Отменить программу полностью почти невозможно — иначе спрос на рынке жилья упадет до критических значений. Но и как раньше выдавать тоже уже не получается. Отсюда и возникает потребность в том, чтобы что-то подкрутить в условиях. Да, к этой истории прекрасно цепляется история про мотивацию деторождения в стране — демография с каждым годом чувствует себя хуже, и нужно что-то предпринимать, чтобы в стране рождалось как можно больше будущих налогоплательщиков. И это один из инструментов такой мотивации. Но что же тут можно найти хорошего? А все просто — чем меньше льготных нерыночных кредитов получают потребители, тем меньше спроса, тем влияние ключевой ставки больше, а темпы инфляции более контролируемые. Об этом говорит статистика, глава ЦБ на пресс-конференции и я — чем ниже спрос, тем медленнее разгоняются цены. Более того, на бюджетные расходы ключ влияет меньше всего — будь ключевая ставка хоть 100% годовых, какая разница, если государство дает возможность брать кредиты под 6% годовых? Естественно, все встанут в очередь за льготой, и никто не будет брать кредиты на рыночных условиях. К слову, темпы роста стоимости жилья после июля 2024 года замедлились по сравнению с периодом с 2020-2024. В том числе и потому, что закончилась программа безадресной льготной ипотеки под 8% годовых. Ну и не забывайте, что резкому взлету цен на квартиры после ковида мы обязаны как раз этой самой льготной программе. Китайская Угроза 👍

Рубрика инвестиций в «падающий нож» Раз мы сегодня заговорили про дивидендный сезон, стоит сказать пару слов и про мой публичный портфель. Сдувайте пыль со ссылки, на отчет по прежнему можно посмотреть в snowball. Какой-то особой теории, гаданий и гипнотизирования графиков в этом тексте не будет. Я хочу просто подвести промежуточные итоги за 3 года существования этого портфеля. За этот срок я занес на биржу 820 тысяч рублей, получил получил прибыли от продажи активов, купонов и дивидендов на 110 тысяч, и нереализованный убыток (падение текущих цен активов) на сумму почти 68 тысяч. То есть, если бы я сегодня продал весь портфель, то вся эта куча денег принесла бы мне баснословные 30+ тысяч рублей чистыми. На android мне бы хватило, но не больше. И это я еще не посчитал чистый доход за вычетом инфляции, и там в целом дело может дойти до убытка, и мне даже на мороженное не хватит. Ребята, которые три года держали депозиты в банках могут подавиться икрой от моих доходностей — у них дела идут явно лучше, чем у любых других инвесторов. Вот я это все как-то описал, и текст совсем не хочется продолжать — чего-то позитивного без совы на глобусе я не вижу. Рынок живет в отвязке от любых типов анализа компаний, ему все равно, какое там ROE у компании, кредитная нагрузка или дивидендная политика — бумаги падают, когда есть плохие новости. А когда новости хорошие, они тоже падают, просто медленнее. Все понимают, что до наступления определенного события никакой позитивной «движухи» на фондовом рынке не будет. И это на фоне того, что индекс Мосбиржи уже почти откатился до уровня февраля 2022 года. Иными словами, рынок-то дешевый, но покупать что-то не тянет. Даже Набиуллина на пресс-конференции сказала: если вы считаете, что фондовому рынку нужна помощь, значит сейчас дешево и стоит покупать, если есть желание. Но вот опять же — а с перспективой на что покупать? Нет, вы не подумайте, я не ожидаю индекса Мосбиржи в 100, я все еще комфортно себя ощущаю в этих падающих акциях. Но вопрос в том, опираясь на какой факт и перспективу сейчас делать покупки? Другое дело облигации. Собственно, портфель мой перестроился, сейчас в нем почти 65% составляют облигации и 35% акции (хотя пропорция у акций с каждым днем все меньше и меньше). Тут понятно чего ждать, а при желании можно и ОФЗ с 15% доходностью на 10-20 лет купить. Собственно, поэтому портфель в эту сторону перестраивается — рынок долга намного прозрачнее и понятнее. У государства и голубых фишек есть деньги, чтобы платить по долгам. Напоминаю, что все это не является индивидуальной инвестиционной рекомендацией. А что в итоге? Первые три года были проиграны депозитам в чистую. Но в таких случаях любители статистики просто берут более дальний горизонт. Так что вернемся к подведению промежуточных итогов на 5 и 10-й годы. А уж если и тогда все будет плачевно, то, да, фондовый рынок в России будет гиблым местом. Китайская Угроза 👍

Как заставить капитал работать в 2026 году, чтобы не быть в минусе Очередной дивидендный сезон выходит на финишную прямую — и это снова поднимает вопрос, как грамотно распорядиться грядущими выплатами. Например, уже 30 июня состоится годовое собрание акционеров Сбера, на повестке которого — утверждение дивидендов за прошлый год. Для многих акционеров это момент соблазна: потратить деньги на ремонт, закрыть кредитку или съездить за границу. Но с точки зрения даже простой финансовой грамотности такой подход вызывает вопросы. Потому что любая корпоративная выплата — это не подарок судьбы, а ваш капитал, который должен продолжать работать. И уж точно не обесцениваться под давлением инфляции. И, объективно, вариантов, куда пустить эти деньги, есть несколько. Прежде всего, вклады и накопительные счета — пока ключ более чем вдвое превышает инфляцию, они все еще остаются максимально логичным вариантом для консервативной парковки кэша. Понятная доходность и четко зафиксированные условия — то, что нужно для той части портфеля, которая не должна подвергаться риску. Но и облигации тоже списывать со счетов преждевременно. Рано или поздно цикл высоких ставок развернется — и те, кто зафиксирует сейчас хорошую купонную доходность, в перспективе получат еще и приятный бонус в виде роста стоимости самих облигаций. Что же касается акций, здесь моя логика остается прежней. Интерес представляют бизнесы, способные генерировать стабильную прибыль даже в условиях дорогих заемных денег. Компании с прозрачной дивидендной политикой, ориентированные на развитие внутренних проектов и цифровизацию. Ну и самый неочевидный, но нередко самый рентабельный актив — это вы сами. Пустить часть ликвидности на повышение квалификации или запуск собственного проекта бывает куда выгоднее, чем пытаться обогнать индекс Мосбиржи А что в итоге? Щедрые дивиденды от крупнейшего банка страны — не повод выдохнуть, а начало нового этапа. Хороший повод пересмотреть структуру активов и задать себе простой, но неудобный вопрос: что из купленного сегодня принесет реальный результат через пять или десять лет? Китайская Угроза 👍