Тёмная теология

Начинаем

#стрим Сегодня в 20:00 запустим трансляцию, на которой вместе с Василом и теологом Андреем Шишковым обсудим общие вопросы философских оснований современной теологии и в частности проект Андрея Шишкова по рецепции Объектно-ориентированной онтологии Хармана в христианской теологии. Однако, в первую очередь, постараемся ориентироваться на ваши вопросы в чате или с донатом. Задонатить или поддержать трансляцию можно на Donationallerts или Donatpay, а также по номеру карты: 2202 2050 7205 0724 (СБЕР). Обязательно приходите, друзья, будет интересно! Запись трансляции останется на канале после стрима, поэтому подписывайтесь на мой Youtube-канал, а также на ресурсы Андрея Владимировича и Васила, которые указаны в описании к трансляции!

43 года Меня иногда спрашивают, в какое время своей жизни ты бы хотел вернуться? На это я отвечаю: ни в какое. Мне хорошо сейчас и интересно, что будет впереди. Так что двигаюсь только вперёд

Записал для своих подписчиков на Boosty довольно необычную реплику. Я взял классическую дзенскую притчу “Десять быков” и проинтерпретировал её как метафору богопознания. Получилось, как мне кажется, неплохо. https://boosty.to/theologia/posts/4b1e6d73-dcf9-46ba-9304-0e47d726723e

Один подписчик — действующий священник — попросил меня прокомментировать свежий выпуск подкаста “Почитай Отца”, который ведут молодые богословы и апологеты диакон Николай Антонов и Пётр Пашков. У него возникло ощущение “безумной каши из понятий и тезисов из разных парадигм, поставленных в один ряд”. Тема выпуска – первородный грех. Я послушал и у меня возникло такое же ощущение. Но дело тут не в подготовке самих богословов, они люди образованные и в теологии разбирающиеся. Проблема тут системная. В эту ловушку попадали и гораздо более именитые коллеги. И поэтому стоит её обсудить. На мой взгляд, Пётр и отец Николай пытаются усидеть на двух стульях. С одной стороны, они как богословы хотят оставаться в догматической традиции и корректно выражать учение церкви в традиционных богословских понятиях. С другой – как апологеты они стремятся быть понятными современным людям. Проблема в том, что эти две перспективы нельзя просто взять и соединить друг с другом. Современный человек не мыслит себя и мир в платоническо-аристотелианской парадигме, а догматическое учение сформулировано именно в ней. Задача богословия – объяснение вероучения на актуальном понятийном языке. Догматика в её антично-средневековом формате – язык не актуальный. Да, это важная часть предания, но – как музейный экспонат. В лучшем случае догматы — это объект эстетики или даже политической философии, но уж точно никак не эпистемологии и онтологии. Чтобы быть понятым богословие должно переформулировать догматическое учение в соответствии с актуальной для людей онтологией. А это, как минимум, предполагает учёт номинализма. В противном случае получается жест в духе Марселя Дюшана, но наоборот. Берётся выставочный экспонат, которым люди уже подзабыли как пользоваться и переносится в контекст повседневной жизни. Как провокационный акт художественного вандализма — вполне имеет право на существование, но вызывает у публики непонимание и ощущение неуместности и неловкости. Задача объяснить, что такое грехопадение как состояние и ощущение человека, не прибегая к неактуальному платоновско-аристотелевскому языку, сложная, но не невозможная. Но про общую падшую человеческую природу придётся забыть, её не существует в реальности в том смысле, что у святых отцов. P. S. И заметка на полях. Ребята, ну не надо психологизировать категорию вины. Можно же интерпретировать её нейтрально как причину.

Вчера ушёл в бардо один из самых известных буддологов и практикующих западных буддистов, Роберт Турман. Думаю, что он знает, что там делать. Его перевод Тибетской книги мёртвых, “Бардо Тодол”, один из лучших, на мой взгляд. На втором фото он ещё молод — с детьми, в том числе — дочерью Умой, в будущем известной актрисой.

Люди иногда сильно расстраиваются, когда кто-то из популярных богословов или проповедников вдруг впадает в традиционализм или фундаментализм, начинает сильно упрощать, а иногда становится настоящим мракобесом. То же самое иногда происходит с богословским образованием и даже богословским магистериумом. Прогресс сменяет деградация, поступательное движение – попятное. Я смотрю на это как на движение планет на небе. Иногда они двигаются прямо, но бывают периоды, когда их траектория поворачивается вспять – вступает в ретроградную фазу движения. Ретроградный Меркурий в реальности никому не угрожает, но у некоторых людей вызывает тревогу. Ещё это символ смутных времён и кризиса. Но Меркурий в нём не виноват, он просто символически абсорбирует ожидания и страхи людей. Иногда это хороший повод обратить внимание на проблемы. Вот, например, своей энцикликой “Magnifica humanitas” папа Лев XIV обозначил начало ретроградной фазы католического магистериума. Казалось бы, что может быть плохого в старом-добром христианском гуманизме? Да вроде ничего, но это явный поворот назад – попытка спрятаться обратно в пещеру субъекта, где тепло и уютно и не надо иметь никаких дел с эпохой гиперобъектов. Бегство от мира. Эскапизм. Понимаю. Не осуждаю. И это не папа Лев и его помощники – ретрограды, это тренд такой. Период ретроградного магистериума. У православных он, кстати, начался пораньше и, видимо, закончится попозже, у них не Меркурий, а, скажем, ретроградный Юпитер или Сатурн. Такой взгляд позволяет задуматься о контексте, в котором производится богословское знание. Он часто оказывает довольно сильное влияние на мысль и поведение. Давайте будем добрее к отдельным людям и институциям: это не игумен X сошёл с ума и стал мракобесом, а начался ретроградный период игумена X – дай ему Бог дожить до его окончания. Это не церковь свернула на рельсы фундаментализма, а церковь вступила в ретроградную фазу своего движения. Этот символ говорит нам о кризисе, и мы должны понять, в чем он заключается.

Обнаружил почти случайно на днях в завалах одной церковной эмигрантской библиотеки печатный экземпляр так и неопубликованного труда архимандрита Евфимия (Вендта) «Начертание и наречение решений Отрешенного. Графика и грамматика догмата». Судя по всему, это прижизненная ксерографическая копия авторского машинописного экземпляра с пометками и исправлениями (Муазне, ок. 1970 г.), который рассылался для ознакомления очень узкому кругу. О самом о. Евифмии уже было написано здесь и здесь. И вот спустя год этот загадочный софиологический мистик-инженер отозвался сам. Полного текста труда в сети я не нашёл. Но самый интересный вопрос — сколько таких печатных самиздатных комплектов было сделано в принципе. С учётом формата, я бы предполагал какую-то совсем малую рассылку единомышленникам в церковно-богословских кругах русского зарубежья. М. Богатырёв, опубликовавший работу о самом о. Евфимии и о его труде пишет, что таких экземпляров было всего порядка 25 штук, хотя и сомневается в точности количества: Будет ли трактат архимандрита Евфимия когда-либо переиздан? Сомнительно. Это раритет, существующий на правах «вещи в себе». Книга изготавливалась вручную, по мере написания трех томов, с 1968 по 1973 год. Общее количество выпущенных манускриптов неизвестно, впрочем, существует сомнительное упоминание о 25 машинописных копиях, вписанное в библиографическую карточку одной из Калифорнийских библиотек. Экземпляры распечатывались на пишущей машинке в Покровской женской обители (Бюсси-ан-От) и рассылалась тем людям, от которых архимандрит Евфимий ожидал получить критические отзывы о своей работе. В число адресатов, по имеющимся у нас сведениям, входили: игумен Геннадий (Эйкалович), издатель и общественный деятель Н. А. Струве, священники Георгий Сериков и Борис Бобринской, а также философ А. А. Тахо-Годи. Надежды отца Евфимия на полемический резонанс не оправдались. Единственный отклик — очерк Г. Эйкаловича «Развернутый иероглиф» — был опубликован в «Вестнике РСХД» в 1973 году и приурочен к кончине архимандрита. Нам посчастливилось обнаружить трактат «Начертание» в библиотеке Покровского монастыря и переснять его на цифровую камеру в 2008 году. Известно, что сам труд состоит из 3-х томов. Что физически представляют собой эти три тома, мне неизвестно. В электронном каталоге библиотеки Свято-Сергиевского богословского института в Париже числится подобное издание из 3-х томов. Попавший же мне в руки экземпляр вполне мог быть одной из первых копий, снятых прямо с “материнского” экземпляра в Муазне. В экземпляре – 252 стр., включающие 48 атласов + Приложение Были писаны в виде статей и отзывов ещё на 48 стр. Формат страниц – Letter 21,5 × 28. То есть это не полные три тома, изданные одним томом. А это всё значит, что либо это одна из сокращённых самим автором версий текста, либо не завершённая ещё на тот момент часть текста, который писался и рассылался, вероятно, также и в редакции православных журналов зарубежья. Но для окончательного понимания надо видеть сам 3-х томный оригинал. Книга начинается Заглавным рисунком (см. фото №2), который подписан собственноручно автором: «Архимандрит Евфимий, инженер-механик». Наверное, имеет смысл оцифровать этот экземпляр в обозримом будущем.

В моём канале на Boosty вышла вторая лекция теоретического блока в цикле об объектно-ориентированной онтологии. В ней я рассказываю про один из главных онтологических принципов ООО: первичность и автономию объектов. Лекция 2. Независимо от человека, а не – без человека – Онтология начинается с объектов – Задачи партизанской метафизики: “освобождение объектов” – “Старый режим” пал: критика метафизики как онтотеологии – “Новый парламент” состоит из двух фракций: феноменологи (Жанико) и пост-метафизики (Марион, Анри и др.) – ”Партизанская борьба“ Хармана за возвращение метафизики – Союзник в борьбе: инфрафизика Бруно Латура – Критика философии человеческого доступа (ФЧД) – Причём здесь Кант? – Почему ФЧД ошибочны? – Сильная и слабая версии ФЧД – Ошибка онто-таксономии – Не отказаться от перспективы человеческого мышления об объектах, а не считать его основанием для онтологии – Что такое корреляционизм Квентина Мейясу? – В чём разница между ФЧД и корреляционизмом? – К чему приводит эта разница? – В ООО “нет ни капли мизантропии” (Харман) https://boosty.to/theologia/posts/85d02c85-a203-477e-a2c0-a2ed02483194

Я упомянул в прошлом посте, что один из самых популярных в наших краях философов, Бён-Чхоль Хан, занялся садоводством и даже написал об этом очередную книгу, которая называется “Во славу Земли”. Так он на практике реализует свои же рецепты от выгорания. Подлинное замедление связано с скукой (но не тоской), а нет ничего скучнее монотонной работы в саду. Но и прекраснее, по его словам, тоже. Хан не первый философ-садовод, пишущий про своё занятие. Из современных можно вспомнить Оливию Лэнг и её “Сад против времени”. Но держать целый сад, пусть даже и небольшой в условиях города довольно сложно. Удел горожанина – это комнатные растения. В нашем доме их много. Есть араукария и фикус, хойя и аспарагус, бесчисленные суккуленты типа песчаной розы, которые плодятся как кролики, декабрист. Последнее пополнение – замеокулькас. Не буду врать, нашим домашним садом занимается моя жена, я лишь слежу и наслаждаюсь результатом. Но, наверное, самый сложный и одновременно самый интересный, с эстетической точки зрения, вид домашнего садоводства – это бонсай. Мой давний подписчик Владимир, которому не чужды принципы объектно-ориентированной философии, ведёт об этом свой канал. Там можно не только следить за тем, как растут его растения (что само по себе уже созерцательно), но и узнавать детали этого японского искусства на стыке с наукой и философией. Вдруг кто-то захочет завести себе сад.