Клинический психоанализ

Строгое Сверх-Я – это интериоризированный муж-параноик, который наказывает не за содеянное, а за помысленное, за желания, за фантазии. Р. Руссийон.

[В разговоре за последнюю неделю] – Появление чего-либо, даже пугающего, может быть попыткой скрыть / отвести внимание от чего-то другого. – Безработный наркоман (Граф). – Когда нет чувств кажется, что только чувства имеют значение. – С ним случилось самое страшное – он потерял контроль над мечтой. – Похоже, что Ваша жизнь потерялась между хронической нерешительностью и чрезмерной импульсивностью. – То что Вы ищите, скорее следует назвать не «адреналин», а «одурин» или «ослепин». © Автономов Денис, 2026 #размышления #психология #афоризмы #юмор

В отличие от маниакально-депрессивного синдрома, гебефрении или простой кататонической шизофрении параноидальный синдром, кажется, имеет в своей основе рациональное зерно. В рассуждениях параноика присутствует формальная логика. Однако в глубине души он страдает от страшного психического расстройства, какое только возможно для человека. Параноик не способен к сопереживанию, не может поставить себя на место другого. Из этого следует, что для человека с подобным диагнозом не существует других людей, за исключением неких объектов, влияющих на его самочувствие. Филип К. Дик. Кланы альфанской луны. #эмпатия #паранойя #недомогание_от_культуры

– Я ошибался, – сказал он. – А теперь сообразил? ... – На первом курсе я посещал семинар по биологическим системам, – сказал он. – В конце семестра преподавательница принесла в жертву водяного жука. Раньше, в начале семестра, она назвала его Точкой. Несколько недель весь курс был помешан на Точке. Мы его иногда кормили. – Она дала жучку имя? – И не просто так. Она вывела изображение на наши экраны и вскрыла ему брюшко бритвой. Все вывалилось наружу. Помнится, кто-то даже расплакался. Это ведь не кто-нибудь, а наш Точка. А жук стал поедать свои вывалившиеся внутренности... – Не припомню, чтобы садизм включали в программу. – Она хотела показать, что мы очеловечиваем насекомых. Воображаем, что они – совсем как мы. Думаем, что они боятся смерти. А там просто система рефлексов. Он обнаруживает источник высокоэнергетической пищи – и ест. Поняв, что происходит, мы ужаснулись. Может, у Точки было больше сознания, чем у заводной игрушки, а может, и нет. Так или иначе, он вел себя, как никогда не повел бы человек, потому что не был человеком... Я думаю: как бы я действовал, если бы был как они? Или по-другому: если бы я был как они, что заставило бы меня действовать так? Обычно это работает... – Я не понимаю, как они мыслят, и это ужасно пугает. Джеймс С. А. Кори. Милость богов. #эмпатия

«Из партий, как бы их ни звали, Опоры мы не создадим. Нам так же чужды их печали, Как мы и наши нужды им». Иоганн Вольфганг Гёте. «Фауст». #недомогание_от_культуры

В большинстве исследований обнаруживалась связь между травматическими переживаниями в детстве и диагнозом ПРЛ почти всегда с сексуальным насилием. Изучению той же проблемы посвящена работа с громким названием «"Истинные" и "ложные" воспоминания о сексуальном насилии над детьми и феноменологический взгляд Кейси на процесс запоминания». По мнению J. Paris, все воспоминания пациентов с ПРЛ искажены когнитивными схемами, и "восстановленные воспоминания" могут быть особенно ненадежными. К тому же считается, что у большинства детей, переживших тяжелую травму, не развиваются симптомы ПРЛ, формирование которого зависит от сочетания ранней (первые 5-7 лет) хронической межличностной травмы, врожденной эмоциональной уязвимости (высокая чувствительность, импульсивность) и отсутствия хотя бы одного стабильного поддерживающего взрослого. ПРЛ и ПТСР представляют собой клинические состояния, которые не только часто коморбидны, но имеют ряд сходных симптомов: эмоциональную дисрегуляцию, импульсивность, диссоциативные симптомы. [Психоаналитик] O. Kernberg утверждал, что суть ПРЛ заключается в нарушении интеграции идентичности: вследствие травматического опыта и использования диссоциации как защитного механизма - пациенты оказываются неспособны интегрировать различные компоненты "self" и значимых других в целостную идентичность. Диссоциация при этом играет критическую роль, разрывая связи между опытом, памятью и идентичностью. Диссоциативные состояния нарушают мониторинг источника памяти - способность различать реально пережитые события и их внутренние репрезентации или псевдовоспоминания. Проблема диссоциативных ложных воспоминаний, отличаемых от намеренного вымысла и лжи, продолжает находиться в центре внимания современной психиатрии. По мнению H. Dehon, высокие показатели диссоциации связаны с повышенным уровнем ложного воспроизведения критических стимулов и, что важнее, с ухудшением процессов мониторинга источника (source monitoring). Это подтверждает гипотезу о том, что диссоциация влияет не на активацию ассоциаций, а на неспособность отличить реально воспринятое от внутренне сгенерированного. Доказана связь ложных воспоминаний с травматическим опытом, однако в таком случае возникает проблема - если ложные воспоминания включают в себя информацию о травме, то получается, что в памяти воспроизводится не травма, спровоцировавшая ревоспоминание, а другое событие. Исследование K. Wilson и соавт., возможно, проливает свет на другой диссоциативный феномен, встречающийся в рамках ПРЛ - жалобы пациентов на "голоса и сущности в голове", поскольку доказано, что люди с высокими показателями диссоциативности склонны верить в паранормальные явления и сообщать о ложных воспоминаниях. Это указывает на общую уязвимость к нарушениям мониторинга реальности. Источник: Менделевич В.Д. Психопатологические пересечения пограничного расстройства личности и посттравматического стрессового расстройства: фокус на истинных и ложных ревоспоминаниях. Клинический разбор в общей медицине. 2025; 7 (8): 92-96. #прл #диссоциация

Дал интервью Виталию Козыреву Психоаналитические дебаты Поговорили о лудомании, долгах, созависимости, Достоевском, Блаженном Августине и Апостоле Павле. Видео будет опубликовано через 2 недели #встречи_с_замечательными_людьми #психология

Как убедительно показал Эрих Фромм, трагедия отчужденного человека заключается в подмене подлинного бытия модусом владения и репрезентации: невротический симптом лишь кажется бунтом, являясь на деле продуктом вытесненного страха, травмы и конформизма. В терминах Фромма, невроз – это отчаянная попытка адаптироваться к Системе, сохранив иллюзию автономии, где уязвленное эго симулирует независимость, прячась в болезнь ради безопасности. ...Невротик чувствует себя бессильной жертвой тупика, субъект духовного сопротивления, даже уничтожаемый физически, проживает экзистенциальное «Я не могу иначе». Это последнее натяжение стоического тонуса – соматическое вето, которое измученная плоть накладывает на компромисс с Системой, утверждая суверенитет духа там, где Интерфейс рассчитывал зафиксировать лишь послушную единицу учета. Текст: Антон Николаев #психоанализ #недомогание_от_культуры

Пограничное расстройство личности (ПРЛ) со времени его описания и включения в международные классификации психических и поведенческих расстройств остается одним из самых загадочных и дискуссионных феноменов в психиатрии. До сих пор ведутся споры о его праве на существование и высказываются категоричные мнения о том, что «ПРЛ является ложным диагнозом, не подтвержденным наукой, от которого следует отказаться». В рамках ПРЛ обнаруживается ряд парадоксальных с точки зрения классической психиатрии состояний: 1. Непонятно, если ПРЛ – это расстройство личности, которое должно характеризоваться устойчивостью и неизменностью, то почему в значительном проценте случаев при достижении взрослости происходят полное купирования симптоматики и фактическое выздоровление пациентов. 2. Неясно, если ПРЛ причислено к непсихотическому уровню психических расстройств, то почему в его структуре обнаруживаются «вербальные галлюцинации» и «квазипсихотические бредовые идеи». 3. Не объяснено, почему ПРЛ одновременно относят к личностному и биполярному спектрам психических расстройств и в схемы терапии включают стабилизаторы настроения и антипсихотики. 4. В связи с выявлением в анамнезе пациентов с ПРЛ психотравмирующих событий отсутствует единство взглядов по поводу того, считать ли ПРЛ «новой истерией» или разновидностью посттравматического стрессового расстройства (ПТСР). Среди типичных феноменов особо выделяются истинные и ложные ревоспоминания и репереживания, дифференциация которых оказывается сложным процессом из-за отсутствия возможности подтвердить реальность событий, которые для пациента служат основой флешбэков и флешфорвардов. Источник: Менделевич В.Д. Психопатологические пересечения пограничного расстройства личности и посттравматического стрессового расстройства: фокус на истинных и ложных ревоспоминаниях. Клинический разбор в общей медицине. 2025; 7 (8): 92-96. #прл

Что такое газлайтинг? Термин «газлайтинг» возник как концепт в популярном дискурсе и относится к ситуациям, которые заставляют человека сомневаться в тех аспектах его собственного опыта, в отношении которых он обычно сам считается авторитетом. «Газлайтинг» обычно используется для обозначения случаев, когда другой человек (или даже целые учреждения) навязывает свою собственную интерпретацию или повествование о восприятиях и переживаниях человека. При этом этот другой или другие не рассматривают этого человека как «компетентного» в отношении его собственного опыта и не имеющего уникального, привилегированного доступа к собственному восприятию. Систематическая практика газлайтинга может оказать глубокое дестабилизирующее воздействие на психику человека. Он начинает сомневаться в том, реальны ли его переживания, может ли он доверять себе и не «сошел ли он с ума». Люди могут действительно могут ошибаться в отношении своего собственного опыта или неверно его истолковывать. Человек может думать, что он голоден, когда ему просто скучно или он может быть подвержен иллюзии восприятия (принять палку за змею) и т.д. Газлайтинг возникает, когда людей заставляют сомневаться в вещах, над которыми у них должна быть особая власть точно воспринимать с перспективы от первого лица, что в дальнейшем порождает глубинное недоверие к самому себе, чувствовать себя ущербным, что открывает возможность для манипуляций и злонамеренного влияния. Этим газлайтинг отличается от позиции скептика, так как газлайтинг предполагает доминирование, неоправданное и манипулятивное навязывание своей точки зрения. Типичный пример газлайтинга был представлен в фильме «Газовый свет», где муж неоднократно заставляет женщину сомневаться в своем собственном восприятии. Он намеренно и постепенно убавляет яркость газовых ламп, затем отрицает, что он это сделал. Женщине кажется что стало темнее, но он говорит ей, что это не так, и что ей все мерещится. Источник: Barnes, E. (2023). Trust, distrust, and ‘medical gaslighting’. The Philosophical Quarterly, 73(3), 649-676. #газлайтинг