Русская классическая живопись

Левитан Исаак Ильич «Речка», (1888). Этюд Холст на картоне, масло. 22 x 32 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) С апреля по октябрь 1888 года Исаак Левитан вместе с художниками Алексеем Степановым и Софьей Кувшинниковой жил в Плёсе. Живописный волжский городок стал для мастера источником вдохновения: здесь он завершил картину «Вечер на Волге», создал несколько крупных пейзажей и десятки этюдов, посвященных природе и старинным улочкам Плёса. Этюд «Речка» был написан как подготовительная работа к картине «Осень. Мельница. Плёс» (1888). Художник внимательно изучает небольшой уголок природы: прозрачную воду, галечные берега, кустарники и деревья, подступающие к самой реке. Этот скромный мотив становится частью большого художественного замысла. Даже в этюде Левитан работает с той же тщательностью, что и над законченной картиной. Мягкими мазками он передает листву и кустарники, более плотными и короткими — фактуру гальки и берегов. Благодаря разнообразию живописных приемов небольшая работа отличается удивительным богатством деталей и в полной мере раскрывает мастерство одного из величайших русских пейзажистов.

Васнецов Виктор Михайлович «Книжная лавочка», (1876) Холст, масло 84 x 66,3 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Виктор Васнецов обладал редким даром точно передавать человеческие характеры. Начав творческий путь как рисовальщик народных сцен, он нередко обращался к воспоминаниям детства. Сюжет «Книжной лавочки» был навеян ярмарками, которые художник видел в Вятке и родном селе Рябово. Впервые этот мотив появился в рисунке для журнала «Пчела» (1875), затем — в живописном эскизе, а в 1876 году превратился в большую картину, представленную на V выставке Товарищества передвижных художественных выставок. Перед зрителем — шумная ярмарочная сцена. Крестьянин рассматривает лубочный лист со «Страшным судом», священник объясняет ему смысл изображения, рядом прислушиваются старушки, мальчик с надкушенным яблоком наблюдает за происходящим, а оборванные ребятишки увлеченно листают лубочную сказку о Бове Королевиче. За всем происходящим спокойно следит хозяин книжной лавки. Васнецов не просто изображает бытовой эпизод, а создает живой образ русской ярмарки, где переплетаются народная культура, вера и повседневная жизнь. Картина была приобретена Павлом Третьяковым. Позднее она находилась в собрании Сергея Голяшкина, а после его смерти в 1903 году вернулась в Третьяковскую галерею, где хранится и сегодня.

Головин Александр Яковлевич «Портрет художника Николая Константиновича Рериха», (1907) Холст, темпера, пастель. 106,5 x 106,5 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Портрет Николая Рериха был написан Александром Головиным по заказу Николая Рябушинского для галереи журнала «Золотое Руно», посвященной выдающимся современным художникам. Головина и Рериха связывала дружба, что позволило мастеру создать не только внешне точный, но и глубоко характерный образ. Во время работы художник сознательно продумывал каждую деталь: Рерих позировал в черном сюртуке, желтом жилете и лиловом галстуке. Сам Головин стремился подчеркнуть в его облике восточные, «азиатские» черты, создавая образ мыслителя и творца, словно принадлежащего сразу двум мирам — европейскому и восточному. Почти квадратный формат полотна придает фигуре монументальность, а необычный фон, напоминающий уходящий вверх дощатый пол мастерской, усиливает ощущение замкнутого художественного пространства. Темный силуэт Рериха выделяется на фоне сдержанной серо-зеленой и серебристой гаммы, благодаря чему взгляд зрителя сразу сосредотачивается на лице модели. В этот период Головин активно экспериментировал с темперой и пастелью, стремясь добиться мягкой, матовой поверхности живописи. Именно эта приглушенная палитра и тонкая работа с цветом делают портрет особенно выразительным, превращая его не просто в изображение известного художника, а в символический образ человека искусства начала XX века.

Шишкин Иван Иванович «Лесная чаща», (1867) Холст, масло 93,5 х 81,5 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Летом 1867 года Иван Шишкин работал на острове Валаам вместе с молодым пейзажистом Фёдором Васильевым. Именно тогда, в процессе создания знаменитой картины «Рубка леса», появился этюд «Лесная чаща», который сегодня воспринимается как самостоятельное завершённое произведение. Вертикальный формат помогает художнику добиться почти полного погружения зрителя в лесное пространство. Могучие стволы устремляются вверх, смыкаясь кронами и скрывая небо, а постепенно поднимающийся рельеф словно приглашает шаг за шагом углубиться в чащу. Шишкин с исключительной точностью передаёт разнообразие деревьев, кустарников и лесных трав. Но главное здесь — не ботаническая достоверность, а ощущение величия и внутренней жизни русского леса, который художник изучал с неизменной любовью и вниманием. В отличие от более академичной картины «Рубка леса», этот этюд сохранил непосредственность натурного впечатления. Благодаря свежему колориту, живой манере письма и гармоничной композиции «Лесная чаща» стала одним из лучших примеров того, как подготовительная работа может обрести художественную самостоятельность.

Архипов Абрам Ефимович «Келейник», (1891) Холст, масло. 65 x 61 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Работа «Келейник» относится к периоду творческих поисков Абрама Архипова конца XIX века, когда художник активно разрабатывал пейзажно-бытовой жанр под влиянием школы Василия Поленова и традиций Московского училища живописи. Картина была начата в Рязанской губернии, в селе Курша, и, вероятно, завершалась уже позже. Архипов переносит сцену монастырской жизни изнутри кельи в открытое пространство, соединяя бытовой мотив с живой природой. Старый послушник, выйдя из своей кельи, кормит птиц и словно растворяется в тишине летнего дня. Простая сцена обретает символический смысл: забота о живом, умиротворение и ощущение духовной гармонии становятся частью общего природного порядка. Свет, зелень, тень старого строения и тропинка, уходящая вглубь сада, создают ощущение цельности мира, где человек не противопоставлен природе, а включён в неё. В этой камерной работе Архипов соединяет повседневность и тихую духовность, превращая простой эпизод монастырского быта в образ внутреннего покоя.

Левитан Исаак Ильич «Цепь гор. Монблан», (1897) Картон, масло. 31 x 39 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Весной 1897 года Исаак Левитан отправился за границу на лечение. Тяжёлая болезнь сердца заставила художника посетить Италию, Швейцарию и Германию. Во время этой поездки он провёл несколько дней у подножия Монблана и создал ряд альпийских пейзажей. Красота и величие гор глубоко впечатлили мастера. В одном из писем Левитан признавался: «Из головы не выходят снега и ледники. Это удивительные сюжеты!» Однако новый ландшафт открылся ему не сразу — художнику потребовалось время, чтобы почувствовать и понять суровую природу Альп. Этюд «Цепь гор. Монблан» относится к позднему периоду творчества Левитана, когда его живопись становится более обобщённой и декоративной. Крупные цветовые плоскости, контрастные планы и лаконичность форм усиливают монументальность горного массива. Небольшая деревушка у подножия гор подчёркивает масштаб природы и напоминает о присутствии человека среди величественного мира вечных снегов.

Ярошенко Николай Александрович «Бечо в Сванетии», (1882) Картон, масло 18 x 25,3 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Этюд «Бечо в Сванетии» входит в серию кавказских пейзажей Николая Ярошенко, созданных во время путешествия через Главный Кавказский хребет. В каталоге 11-й выставки передвижников эти работы были объединены под названием «Путевые заметки из путешествий по Кавказу». Бечо — высокогорный перевал в Сванетии. Художник изображает небольшую долину среди величественных гор, почти не уделяя внимания бытовым деталям. Пространство строится на чередовании пластов земли и горных хребтов, создающих строгий и выразительный ритм. Лишь облака, клубящиеся над вершинами, оживляют композицию. Для Ярошенко подобные этюды стали своеобразной творческой лабораторией. Исследуя соотношение плоскости и пространства, художник стремился передать не столько детали местности, сколько общее впечатление от суровой и величественной природы Кавказа.

Беггров Александр Карлович «Петербургская биржа», (1891) Холст, масло 82,8 х 60 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Александр Беггров вырос в художественной семье, однако сначала выбрал морскую службу. После дальних плаваний и кругосветного путешествия он посвятил себя живописи, став учеником известного мариниста Алексея Боголюбова. Картина «Петербургская биржа» была представлена на 20-й выставке передвижников и в 1892 году приобретена Павлом Третьяковым. Художник изобразил оживлённую Стрелку Васильевского острова: по Неве движутся лодки, паровой катер тянет баржу, а над всем возвышаются Ростральные колонны и здание Биржи. Вертикальный формат подчёркивает величие архитектуры, а мягкая розовато-лиловая гамма передаёт атмосферу прохладного петербургского лета. Влажный воздух, лёгкая дымка и мерцающие отблески на воде создают живой и поэтичный образ города на Неве.

Киселев Александр Александрович «Заросший пруд», (1895) Холст, масло 44,5 x 80,5 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Александр Киселёв пришёл в искусство не сразу: сначала он окончил юридический факультет Санкт-Петербургского университета, а затем посвятил себя живописи. Со временем художник стал одним из известных русских пейзажистов, создав более 800 произведений и войдя в число передвижников. Картина «Заросший пруд» относится к периоду возвращения мастера в Петербург. В это время Киселёв активно занимался не только творчеством, но и преподаванием, а позднее возглавил пейзажную мастерскую Академии художеств. На полотне изображён тихий уголок природы, наполненный светом и спокойствием. Солнечные лучи играют на поверхности воды, густая зелень обрамляет пруд, а оставленная у берега лодка словно приглашает зрителя стать участником этой безмятежной сцены. Современники отмечали особую любовь художника к эффектам освещения. Киселёва привлекали блеск солнца, игра светотени и изменчивость природных состояний. Именно поэтому его пейзажи воспринимаются не только как точные натурные наблюдения, но и как искреннее признание в любви к русской природе.

Васнецов Виктор Михайлович «Гостиная в доме в Новом Рябове», (1913) Холст, наклеенный на картон, масло 53 x 45 см Государственная Третьяковская галерея, (Москва) Эта картина относится к числу самых личных и тёплых произведений Виктора Васнецова. Художник обращается к традициям «русского бидермейера», показывая не парадный интерьер, а уютный мир своей семьи и размеренное течение повседневной жизни. На полотне изображена гостиная усадьбы Новое Рябово, где семья Васнецовых проводила летние месяцы. Среди персонажей можно узнать супругу художника Александру Владимировну, старшего сына Бориса, а также дочь Татьяну или племянницу Людмилу, играющую за фортепиано. У окна расположилась девушка с вышивкой — вероятно, близкая подруга семьи Мария Кускова. Интерьер наполнен простыми и дорогими сердцу деталями: старинная мебель, цветастая портьера, букет полевых цветов, вид на сад за окном. Всё здесь говорит не о достатке, а о домашнем уюте, душевной близости и спокойствии. Дом в Новом Рябове Васнецов приобрёл в 1901 году неподалёку от Абрамцева. Название усадьбы напоминало художнику о родных местах в Вятской губернии. Лето 1913 года, запечатлённое на картине, стало одним из последних мирных и безмятежных периодов в жизни семьи накануне грядущих потрясений XX века.