Бла-бла-номика

Бюджет 2027-2029: затягивание поясов   Проект федерального бюджета на 2027-2029 гг. – это попытка свести концы с концами в стагнирующей экономике с масштабными оборонными и социальными задачами. Особенно это заметно в части законопроекта, относящейся к 2027 году и в сравнении с тем, что ранее (закон о бюджете 2026-2028) ожидалось на 2027 год.   Нужно учитывать, что новый бюджет опирается на существенно худшие прогнозные показатели, чем предполагалось ранее на 2027 год: 🔸ожидаемые темпы экономического роста сокращены вдвое (с 2,8% до 1,4%), 🔸стоимостной объем экспорта – на 8,8%, 🔸прибыль прибыльных предприятий – на 7,9%, 🔸экспортная цена на российскую нефть – на 13,1%. 🔸Предполагается, что среднегодовой курс доллара в 2027 г. составит 87,4 руб./$, а не 95,8 руб./$, как ожидалось ранее. 🔸Неизменны только ожидания по инфляции – предполагается, что с 2027 года она выйдет на уровень 4%.   Исходя из этого, какого-либо заметного роста доходов бюджета ждать просто неоткуда. Всего в 2027 г. бюджет должен собрать 43,3 трлн руб. доходов (+5,1% г/г), из которых 84% придется на ненефтегазовые доходы (в 2026 году – 82%). Продолжающееся сокращение нефтегазовых доходов означает, что доходы бюджета все сильнее зависят от темпов роста и развития экономики, формирующего базу налогов, сборов, страховых взносов и т.д.  Однако резкое замедление экономики замедляет и рост бюджетных доходов. Если по итогам 2026 года плановый рост ненефтегазовых доходов составляет 16,6% г/г, то по итогам 2027 г. – только 8,0%. И это – с учетом реализации всех новых предложений о повышении налогов (НДФЛ на пассивные доходы, налог на сверхдоход и др.). Более высокие темпы роста поступлений ожидаются лишь там, где Минфин планирует повышение нагрузки (введение налога на прибыль для ПИФ, повышение НДФЛ на «пассивные» доходы, рост утилизационного сбора и т.д.).   При этом расходные обязательства федерального бюджета меньше не становятся. Суммарный объем расходов федерального бюджета на 2027 г. составляет 48,7 трлн руб. (+0,4% г/г и +5,7% по сравнению с планом на 2027 год в рамках бюджетной трехлетки 2026-2028). По сравнению с ранее утвержденными расходами на 2027 г., резкий рост демонстрируют три основных статьи расходов: 🔸национальная оборона (+26,4%, до 17,1 трлн руб.), 🔸ЖКХ (+30,8%, до 1,8 трлн руб., прежде всего за счет субсидий на поддержку ипотеки), 🔸обслуживание госдолга (+21,6%, до 4,6 трлн руб.). Таким образом, высокие процентные ставки продолжают выкачивать ресурсы федерального бюджета. При этом многие расходы на развитие экономики, науки и технологий, а также социальное развитие, планируется сократить. Например, финансирование затрат на социальную политику в 2027 г. планируется уменьшить на 6,2% по сравнению с ранее утвержденными расходами, на национальную экономику – на 6,0%, на здравоохранение – на 5,5% и т.д.   Разрастается и дефицит федерального бюджета: в 2027 г. его плановый объем составит 5,4 трлн руб., в 2028-2029 гг. – 5,1-5,2 трлн руб. в год. Основным источником его покрытия останутся госзаимствования (на 2027 г. планируется выпуск гособлигаций на сумму 7,7 трлн руб., при этом 1,3 трлн руб. пойдет на погашение ранее выпущенных бумаг).   В целом, бюджетная ситуация и планы на 2027 год могли бы выглядеть более оптимистично, если бы Банк России откликнулся на призывы Минфина к снижению ставки, а бизнес в ответ на это запустил бы новый инвестиционный цикл. Все это создало бы основу для органического роста доходов бюджета и сократило бы потребности в финансировании дефицита. Однако Банк России пока ничего определенного на этот счет не высказал, а бизнес в условиях полной неопределенности (которую власти в очередной раз подчеркнули, введя новые налоги) более склонен к осторожным решениям. Ну а экономический рост тем временем сдерживается (ухудшение прогнозов тому подтверждение) на фоне жесткой политики сразу по двум направлениям: и денежно-кредитной, и налогово-бюджетной. #бюджет #доходы #расходы #ключевая_ставка #Минфин #ЦБ

Дайджест Бла-бла-номики. Самое интересное за неделю с 28 сентября по 4 октября: 🔸Налог на условные сверхдоходы 🔸Вместо заводов в ТЦ: новый прогноз Минэкономразвития 🔸Прогноз МЭР: безрадостные ожидания для рядовых россиян 🔸Спрос падает, а цены …? 🔸И снова впадаем в … чистые импортеры?! 🔸Разбираем экономические проблемы на котах: версии от Банка России и Бла-бла-номики 🔸Антиинфляционная политика нового времени 🔸От знания к пониманию: чего не хватает российско-китайским отношениям #дайджест

Безрадостные ожидания Прогноз социально-экономического развития на ближайшую трехлетку, недавно представленный Минэкономразвития, для рядовых россиян не несет позитивных перемен. Хотя формально выполнение социальных обязательств и поддержка семей с детьми остаются приоритетами госполитики. Рост реальных располагаемых денежных доходов может замедлиться до 1% в 2026 году после 7,4% в 2025-ом. В 2027 году восстановление будет более чем скромным и составит 1,4%. Одновременно резко пересмотрена в сторону снижения норма сбережений. Прогнозное значение на 2026 год - 9,5% по сравнению с 16,6% в 2025 году. При этом на фоне спада инвестиций потребительский спрос заявлен в качестве основного драйвера экономического роста на ближайшую перспективу. Попросту говоря, люди будут вынуждены «проедать» все свои слабо растущие доходы, в том числе из-за опережающего роста обязательных платежей. В частности, нам обещают увеличение платы за коммунальные услуги темпами выше инфляции, повышение тарифов на пассажирские перевозки до экономически обоснованного уровня, регулярное увеличение акцизов и сборов, а также рост налогов на пассивные доходы, включая банковские депозиты. Кроме того, вырастет ставка по льготной ипотеке для семей с одним и двумя детьми до 8-10% вместо прежних 6%. В общем, скучно точно не будет, особенно людям с высокими кредитными обязательствами, без финансовой «подушки безопасности», и вообще всем, кто и так еле-еле сводит концы с концами. #Минэкономразвития #сбережения #доходы #инфляция

🔸Банк России решил разбирать экономические проблемы на котах. И начал со своего любимого вопроса - что такое инфляция и почему растут цены. С оппонентом надо говорить на его языке - поэтому мы решили снять ответ ЦБ с более широким взглядом на причины инфляции в России. Почему нужно переключаться на строительство экономики предложения - на языке котиков, специально для ЦБ. #ЦБ #инфляция

Налог на условные сверхдоходы   Одна из интриг последних дней раскрыта: в Госдуму поступил законопроект о налоге на сверхдоходы для компаний горно-металлургического комплекса. Вот основные моменты: 🔸Налог относится к компаниям-недропользователям, добывающим руды черных и цветных металлов, а также неметаллическое сырье (по закрытому перечню), являющимся плательщиками НДПИ.   🔸 «Сверхдоходом» считается повышение средней мировой цены (пересчитанной в рубли) конкретных полезных ископаемых в истекшем году по сравнению с 2025 г. на 10% или более (на 2028 и 2029 год суммы дополнительно индексируются). Средние цены и пересчет в рубли госорганы будут делать сами. Налогоплательщику останется умножить расчетный «сверхдоход» на свой объем добычи, определенный при расчете НДПИ, и рассчитать налог по ставке 30% (для золота – 20%).   🔸Установлен «потолок» отчислений по налогу на сверхдоход, равный разнице между 15% расчетной выручки (произведение средней мировой цены и объема добычи) и суммой уплаченного НДПИ за соответствующий год. Если это соотношение получилось отрицательным, налог на сверхдоход не платится.   🔸Для компаний с более крупным «сверхдоходом» установлена рассрочка: по истечении года нужно уплатить сумму, не превышающую 4% расчетной выручки, а все, что превышает эту величину, можно уплатить в 2029 году.   Симптоматично, что новый налог очень далек от реальных показателей бизнеса. Усредненная цена, условная (расчетная) выручка, условный потолок выплат – из фактических показателей компаний в расчет принимается только объем добычи. «Сверхдоход» в данном случае превращается в сверхусловность. Никого не волнует, действительно ли компания получила вмененные ей сверхдоходы: экспортировала ли она сырье или направила на переработку, сколько в действительности составила ее прибыль.   Точка отсчета для «сверхдоходов» (2025 год) специально выбрана так, чтобы расширить базу налога. В 2025 году рубль сильно укрепился (что привело к масштабным потерям в том числе и экспортной выручки), поэтому сравнение рублевых цен на сырье именно с 2025 годом позволит обнаружить «сверхдоходы» даже там, где компании еще не отошли от потерь, связанных с укреплением рубля. Периоды ослабления рубля, которые раньше могли использоваться компаниями для компенсации потерь от периодов его укрепления, теперь будут сопровождаться дополнительными изъятиями средств. И хотя новый налог пока что предлагается установить на 2027-2029 годы (без введения в Налоговый кодекс), вряд ли кого-то удивит продление такого удобного для Минфина источника доходов и на более длительную перспективу. #налоги #сверхдоходы #рубль #экспорт

Антиинфляционная политика нового времени 🔸 Экономисты Йенс ван'т Клостер и Изабелла Вебер в своей статье для журнала Journal of European Public Policy выступают с критикой антиинфляционной политики ЕС, которая актуальна и для наших реалий. Ключевой тезис работы – повышение процентных ставок оказывается неэффективным для борьбы с инфляцией, а точнее шокфляцией (shockflation), вызванной все более часто повторяющимися проблемами и сбоями на стороне предложения, и весь механизм антиинфляционной политики нуждается в кардинальном пересмотре. Как отмечают авторы, текущий режим, в котором Европейский центральный банк отвечают исключительно за инфляцию, а другие органы ЕС не играют никакой активной роли в обеспечении ценовой стабильности, сформировался в относительно спокойные времена, которые принято называть «Великим успокоением» (Great Moderation), когда глобализация вела к удешевлению товаров массового производства для населения ЕС, а сокращение влияния профсоюзов ослабило связь заработных плат и инфляции. В этих условиях для поддержания ценовой стабильности действительно было достаточно решений центрального банка по ключевой ставке. Однако с 2021 года ситуация радикально изменилась – сначала пандемия коронавируса, а затем рост геополитической напряженности сделали шоки предложения обыденностью в мировой экономике. И если раньше они воспринимались временным явлением, на которые разумный центральный банк не должен реагировать, то теперь при росте инфляции ЕЦБ сталкивается с дилеммой – либо действовать привычными методами, эффективность которых в новых условиях невысока (повышение ставки не решает проблемы на стороне предложения), либо бездействовать, теряя свою репутацию и доверие со стороны общества. В качестве решения авторы статьи предлагают новый механизм антиинфляционной политики в Европе, в котором денежно-кредитная политика играет не главную и единственную, а вспомогательную роль. По мнению экономистов, необходимо усовершенствовать ценовой мониторинг. Евростат и Еврокомиссия должны целенаправленно выявлять и мониторить системно значимые цены в сфере энергетики, продовольствия, логистики, нефтехимии – и заранее отслеживать уязвимости в цепочках поставок (возможно даже на уровне отдельных компаний). В случае наступления ценового шока, в дело в первую очередь вступают меры по стабилизации предложения: стратегические резервы, целевые инвестиции, при необходимости – временные и селективные ценовые ограничения. Более активную роль в обеспечении ценовой стабильности должны играть и антимонопольные органы. Центральному банку при такой системе уже не нужно будет реагировать на любой рост инфляции повышением ключевой ставки, а только в том случае, когда в экономике действительно наблюдается серьезный перегрев. Для России это звучит почти как готовая повестка. Нам тоже нужен тщательный мониторинг цен на ключевые ресурсы, товары и услуги, и более скрупулезный анализ факторов ценообразования. Нужны стратегические запасы и временные интервенции в период шоков. Нужна координация между ведомствами в борьбе с инфляцией, а не просто высокая ключевая ставка, которая вроде как должна способствовать снижению инфляции, но на деле с этим она слабо справляется, но зато приводит к сжатию инвестиций и торможению роста экономики. #инфляция #ключевая_ставка #ЕС #ЕЦБ #ДКП

От знания к пониманию: чего не хватает российско-китайским отношениям   🔸 Результаты недавнего опроса ВЦИОМ об отношении россиян к Китаю, с одной стороны, показывают достаточно благополучную картину. Большинство опрошенных (57%) относятся к Китаю скорее положительно, 48% говорят, что их мнение о Китае за последние 10 лет улучшилось. Но если копнуть глубже, обнаруживается тревожная вещь - мы пытаемся выстраивать с Китаем отношения, толком его не понимая.   Россияне воспринимают Китай, прежде всего, как сильную экономику с производственной мощью (60%), с богатой культурой и историей (47%). При этом 72% россиян не могут назвать ни одного китайского писателя или произведения, список наиболее популярных имен ограничивается стандартным набором - Конфуций (3%), «Искусство войны» (3%), Лао-цзы (2%). И все. Дальше –  тишина. При этом китайцы в отличие от нас прекрасно знают русских классиков - Толстого, Чехова и других, чьи произведения входят в стандартную школьную программу. То есть в этом отношении мы изначально проигрываем китайской стороне: любой образованный китаец на переговорах априори лучше понимает нашу культуру и нас самих, чем мы их.   Дефицит знаний о Китае - это реальная проблема, тормозящая развитие двусторонних отношений, которые можно было бы развивать с гораздо большей пользой для России (а нам явно не хватает совместных проектов, китайских инвестиций, доступа к новым технологиям). Пока же эксперты говорят о том, что «многие дружественные и побратимские связи часто носят номинальный характер», а у региональных властей нет ни навыков, ни особого желания для полноценного развития отношений с Китаем. В результате все сводится к визитам официальных лиц, но ими дело во многом и ограничивается.   Пока в массовом восприятии, да и в элитах, превалирует образ Китая как чего-то далекого и чуждого, рассчитывать на то, что мы научимся извлекать выгоду из отношений с Китаем, не приходится. Не зная китайской культуры, истории, литературы, философии, современной общественной мысли, мы не можем: 🔸понимать логику решений китайских партнеров; 🔸видеть их интересы и красные линии; 🔸предлагать взаимовыгодные схемы сотрудничества; 🔸строить долгосрочные отношения, а не ограничиваться только разовыми сделками. Разворот на Восток - уже очевидно, долгосрочная история. И чтобы в сближении с Китаем чувствовать себя полноценным партнером, политика по интеграции с ним должна быть проактивной. У каждого со школьной скамьи на подкорке «London is the capital of Great Britain», но в новой эпохе подкорку уже давно пора расширять. #Китай #культура #ВЦИОМ

Вместо заводов - в ТЦ: новый прогноз Минэкономразвития 🔸 В свежем сентябрьском прогнозе Минэкономразвития есть примечательный момент. Прогноз по динамике ВВП в нем практически неизменен по сравнению с предыдущим майским вариантом прогноза, и лишь на 2026 год оценка незначительно улучшена - с 0,4% до 0,6%. Но вот прогноз по динамике инвестиций значительно ухудшен. В этом году ожидается падение инвестиций в основной капитал на 5,4% в связи с «сохраняющимися жесткими денежно-кредитными условиями» (в майском прогнозе падение ожидалось на 1,5%). В 2027 году ожидается рост лишь на 0,2% «при складывающихся денежно-кредитных условиях» (в мае рассчитывали на рост на 2% в следующем году). И эти изменения вызывают ряд вопросов. Прежде всего, о качестве самих прогнозов. Между двумя версиями прогноза прошло чуть больше 4 месяцев - достаточно короткий период для столь сильных расхождений оценок по инвестициям. Но более важен другой вопрос - как так получается, что рост ВВП сохранен на фоне провала инвестиций? За счет чего планируется поддерживать рост экономики? Само Минэкономразвития дает такой ответ: «Основным фактором роста ВВП на среднесрочную перспективу станет внутренний спрос». По итогам 2026 года рост потребительской активности ожидается на уровне 4,1%, в 2027 году - на 2,7% с ускорением до 3,1% в 2029 году. Растет и розничная торговля, и объем платных услуг, и оборот общественного питания. То есть что получается? Мы опять видим ключевое противоречие российской экономической политики. То ЦБ тормозит динамику по всем направлениям, включая инвестиции, говоря о том, что надо ограничивать внутренний спрос, то Минэк указывает на спрос как на основной фактор роста ВВП, причем сразу в среднесрочной перспективе. Тут как-то все сразу и одновременно «не летает», что называется. И возникает высокая вероятность, что даже весьма невысокие темпы роста ВВП в 2027-2029 гг. (на 1,4-2,4%) окажутся недостижимыми. Ведь Минэк при расчетах опирался на внутренний спрос… При этом если мы делаем ставку на внутренний спрос, но не наращиваем инвестиции, то за счет чего мы этот спрос будем удовлетворять? Первое время, конечно, можно на старых мощностях работать, но постепенно будем неизбежно все больше переключаться на импорт. И вот тут переходим к главному вопросу - а может пойти наконец на разрешение всех этих противоречий в пользу роста и развития? Ведь в конечном счете для достижения национальных целей и решения задач безопасности нужен рост доходов бюджета. Пределы повышения налоговой нагрузки без ущерба для экономики уже достигнуты, и без расширения доходной базы ситуация с бюджетом будет оставаться сложной, сколько бы там Трамп ни шалил на Ближнем Востоке. А для расширения доходной базы нужен экономический рост. Других вариантов нет. Да, опора на внутренний спрос скорее всего выльется в необходимость некоторого повышения целевого уровня инфляции. Ну так и в других случаях пресловутые 4% устойчиво достигнуты не будут. Но в одном случае будет что-то создано для будущего, а во втором – не особо. #МЭР #Минэкономразвития #ВВП #ДКП #инвестиции #импорт #спрос

Спрос падает, а цены…? 🔸 Две новости, опубликованные на прошлой неделе с разницей в две минуты, стоит повесить в рамочку в кабинете каждого, кто отвечает за экономическую политику той или иной направленности, но особенно в ЦБ. В каждой из новостей сформулированы условия, в которых разворачивается экономический процесс, и непосредственно сам процесс. Формулировка описания условий при этом одинаковая: «на фоне снижения спроса…». Но в Китае в этих условиях цены на жилье падают, а в России - растут. Условия те же, но результат противоположный. Это расхождение говорит о российской экономике больше, чем многие доклады и статьи. В Китае рынок ведет себя в целом по учебнику. За годы бума там накопили огромное предложение жилья, поэтому, когда спрос сжимается, цены снижаются. В России спрос тоже падает: в июле выдачи по программам господдержки рухнули более чем на 40% г/г, банки ужесточают требования к заемщикам. Но цены при этом продолжают расти. Когда цены растут вопреки падающему спросу, причина явно не в спросе, а в предложении и/или издержках. Дорожают стройматериалы, рабочая сила, логистика, растут тарифы. А еще проектное финансирование: при нехватке средств на эскроу-счетах застройщик платит банку по ставке, привязанной к ключевой. И поэтому каким бы ни был объем нераспроданного жилья, полноценного снижения цен на рынке никто не ждет. Здесь возникает традиционный уже неудобный вопрос. Если инфляция идет от издержек, то как ее должна победить ключевая ставка? Спрос она уже придавила, это видно по ипотеке. Но издержки высокая ставка только увеличивает, потому что стройка финансируется в долг. Получается ровно та история, когда регулятор лечит симптом и усугубляет болезнь. Спрос падает, цены растут. Более наглядного подтверждения тщетности безапелляционного применения подхода «задавим спрос и победим инфляцию» сложно и придумать. Но в ЦБ, судя по всему, и на этот случай найдется объяснение: наверно, что-то вроде того, что спрос еще недостаточно придавили. Вывод простой. Устойчиво низкой инфляции в экономике, где главная проблема - дефицит предложения и растущие издержки, нельзя добиться одной только жесткостью ДКП. Ее можно добиться, расширяя доступное предложение: строить, производить, инвестировать в мощности, снижать издержки. Для этого же нужны доступный длинный капитал и понятные правила игры. Сначала нужно создать фундамент. Точечные низкие таргеты и прочие красивые цели подождут, когда их будет, на чем достигать. Иначе будем и дальше наблюдать, как спрос падает, а цены растут, и удивляться, почему учебник снова не сработал. Просто читать надо было другую главу… P.S. Спасибо @bankrollo за наводку #жилье #недвижимость #Китай #инфляция #ключевая_ставка #строительство

И снова впадаем… в чистые импортеры?! 🔸То, что ситуация с экспортом сельхозпродукции не очень радужна, давно очевидно – особенно на фоне столь длительного периода крепкого рубля. Первое полугодие еще держались номинально: экспорт все-таки чуть превышал импорт. Но в июле чаша весов качнулась в сторону импорта, и расклад изменился. По данным ФТС, за январь–июль 2026 года экспорт продовольственных товаров и сельскохозяйственного сырья вырос на 24,9% г/г до $25,66 млрд – именно об этом в основном и докладывают. Однако одновременно импорт прибавил лишь 5,1% г/г – и этого скромного роста хватило, чтобы сравняться с экспортом и даже слегка его перегнать: $25,68 млрд. Разрыв символический, но знак поменялся, и это главное. Предсказания – дело неблагодарное, но что-то подсказывает, что тенденция сохранится до конца года: факторов, способных ее переломить, в обозримом будущем не просматривается. Велика вероятность, что по итогу мы снова станем нетто-импортером агропродукции и повторим «достижение» прошлого года, когда впервые за пять лет завезли еды больше, чем вывезли. Не случайно снова пошли разговоры и о мерах поддержки экспортеров – которые, может, когда-то и сработают. Только вот здесь и сейчас отечественные сельхозпроизводители несут убытки одновременно на двух фронтах: и на внешнем рынке (крепкий рубль убивает рентабельность экспорта), и на внутреннем (подешевевший импорт давит на цены и вытесняет местную продукцию). Доля убыточных организаций в категории "Сельское, лесное хозяйство, охота, рыболовство и рыбоводство" по итогам I полугодия 2026 года достигла 30,47% (против 22,67% в I полугодии 2025), что является максимальным значением, по меньшей мере за последние 10 лет (далее есть вопрос с сопоставимостью данных Росстата). Печальнее всего, что все это было абсолютно предсказуемо. С таким рублем экспортеру попросту не заработать, и все чаще проще оказывается «прикрыть лавочку». Вот только за этим следует закономерное продолжение: сокращение внутреннего предложения и – по иронии (хотя на самом деле и без нее) – ускорение той самой продовольственной инфляции, ради борьбы с которой крепкий рубль и удерживается. Круг замыкается, а расплачивается за него и аграрий, и потребитель. #сельхозпродукция #экспорт #импорт #ФТС #продовольствие #инфляция