Канал визионера

Чего вы не знаете. Люди знают мирское, но не знают духовного. Люди знают внешнее – не всегда досконально, но всегда приблизительно; и не знают внутреннего, и даже собственные желания отвергают, отворачиваясь от них и следуя поговорке: чего я не вижу, того и нет. Люди знают многое, но знание это относительно, ибо надёжное знание – знание из опыта, пусть даже опыта лабораторного, а всё остальное знание – прочитанное, прослушанное, просмотренное – не есть их знание, и потому оно остаётся приблизительным, и потому оно искажается памятью и подменяется представлениями, и всё, что человек может познать, ограничено его восприятием и уровнем понимания, который основан на его же предыдущем опыте. Умение мыслить – навык, умение смотреть беспристрастно – достигается тренировками, умение выходить за пределы прежних представлений – плод опыта и доверия своему восприятию, ибо навязанное вам будет диктовать одно, а видеть вы будете другое, и там, где вы не создаёте проекции, оставаясь свидетельствующими, вы познаёте ту истину, которая может разойтись с прежними представлениями; и тогда вам придётся выбирать, во что верить. Большая часть того, что знает человек, есть вера в то, что испытали другие, и если вам говорят, что на вершинах трудно дышать, вы верите в это и потом уже принимаете как знание. И если вам говорят, что существует состояние, в котором нет обычных человеческих мук и страданий, то вы верите этому или не верите, и в зависимости от того, какой вы приняли выбор, вы и оставляете себе возможность познания пресловутого просветления или отвергаете её. Сначала вера – потом познание, и верят люди во многое и многое, чего сами не знают и чего не познают, и потому нет необходимости повторять все расчёты и эксперименты, сделанные ранее теми, кого считают учёными; и народная мудрость, воплощённая в поговорках, проверяется легче всего. И чтобы познать разностороннее, нужно прожить разное, и потому больше знают те, которые получили разнообразный опыт, и мало знают те, которые живут в одном месте, делают одно и то же и не стремятся к большему познанию, чем у них есть, предпочитая собирать впечатления, которые суть тоже познание, но познание очень поверхностное. И в чём наш главный интерес, то мы и познаём; и к чему нас тянет, в то мы и погружаемся, и любознательность встроена в нас, но насильное обучение часто отбивает всякий интерес к познанию большего, ибо возникает иллюзия того, что всё уже открыто и исследовано до нас, и нам остаётся только вкушать плоды прогресса и познания того, что испробовано другими; и мы верим в разные теории, но редко пытаемся проверить их на себе. Человек не знает себя абсолютно, но имеет набор представлений о себе, которые – и из опыта, и из обратной связи от людей, окружающих его; и он верит им больше, чем себе, потому что самопознанию его никто не научил. И он не знает тайн своего бытия, но знает, что у него есть тело, требующее ухода и поддержания, и он знает очевидное, но не разбирается в скрытом. И нет у человека иных инструментов, кроме восприятия, и нет иного способа познания, кроме того, чтобы попробовать всё на себе, и, пробуя на себе, он познаёт, что не всё, принятое как хорошее, для него хорошо, и не всё, что оценивается наилучшим, есть наилучшее для него. И так человек определяет подходящее и неподходящее, и так обретает собственную позицию и собственный взгляд на вещи, но принимать общепринятое проще, чем заниматься исследованием своих предпочтений и иметь независимое мнение, хотя, в определённой степени, свой собственный взгляд есть у каждого и у каждой. Никто не может познать нас лучше нас самих. Все изучающие людей по их проявлениям – создают ограниченные и наполовину ложные теории личности, ибо судят по себе, игнорируя уникальность, присущую каждому и каждой. Поверив в эти теории, мы начинаем видеть своё несоответствие им, и тогда нам нужно привести себя к общепринятой норме, а она – не для нас. И там, где мы не знаем, как поступить, мы обращаемся к опыту тех, кто был в подобных ситуациях, и так, из необходимости, мы берём чужие модели поведения, и это – простой выход и простая пища; и это – есть избегание самостоятельного усилия и познания того, что может быть познано только нами самими. Мы не видим, как проецируем своё на других, и как другие проецируют своё на нас, высказывая очередное «объективное» мнение. Мы не видим завес на своём восприятии и считаем, что раз уж мы что-то видим, то так оно и есть, но наше восприятие целиком зависит от нашей проявленности; и чем более мы открыты для мира, тем более ясно можем воспринимать себя и других. И потому любое познание начинается с инструмента исследования, а в самопознании этот инструмент – восприятие всех наших тел, включая тонике, и без участия внимания, без вовлечения Света Бога, который стал на время нашим, нам не познать ничего, и ничего не увидеть. И мы не можем познать природу этого Света, но можем познать его свойства, и степень его проявленности в нас прямо зависит от наших усилий по его проявлению; и только в Свете мы познаём причины своих состояний, но сам Свет остаётся непознанным до конца, ибо он – основа нашей жизни, и нельзя исследовать микроскоп с помощью его самого, требуются другие приборы. И то, что можно познать в бездействии, созерцая уже проявленное, ограничено, ибо наши проявления возникают из действия и проживания самого разного, и те, которые себя не проявляют, оставаясь закрытыми, никогда себя не познают до конца. И потому познание себя есть усилие в принятии и проживании, и потому без прохождения трудного не обретаются новые способности, и потому без испытаний на пути мы так и останемся сокрытыми для самих себя, и потому взгляд Бога на нас, Его Свет, как отдельная Сила, добавленный к Свету Бога в нас, даёт нам возможность увидеть то, чего сами мы, возможно, никогда бы не сумели увидеть, ибо чтобы обнаружить что-либо, нужно знать, где это искать. Без веры в возможность познания оно становится неосуществимым. Не верящие в истинность Божественного Присутствия и Проявления, отрицающие Истину того, что Бог – есть, живут в познании видимого вооружённым или невооружённым глазом, игнорируя невидимое, игнорируя главную суть своего бытия. Люди познают то, во что могут поверить, и поверившие в отсутствие Бога познают мир без Бога, жизнь без чудес, жизнь без возможности освобождения от мелкого, без возможности трансформации; жизнь, ограниченную простыми или сложными желаниями, которые все привязаны к миру, и миром же и заканчиваются. И такие познают себя частично, насколько им позволяют их способности достигать желаемого в мире. Но познание способностей не есть познание своей сути; и познание способностей всего лишь характеризует человека, но не описывает его природу. Человек не знает многого, но если даже если бы он знал о мире больше всех остальных, его знание из прочитанного не имеет смысла, если опыт его узок. И при великом опыте путешествий и посещения разных мест вы бедны, ибо не познали себя и не проявили в себе Свет Бога, а потому и ваш разнообразный опыт сужен тем, как вы его обрабатываете, тем, что вы можете чувствовать, пребывая в разном; тем, что позволяете себе видеть, используя фильтры представлений и предвзятость отношения к тому, что видите и что чувствуете. И главный опыт – опыт самопознания и определения своих пределов не только во внешнем проявлении, но и во внутреннем; и там, где вы расчищаете себя от подавленного и невыраженного, возникает возможность проявления нового, проявления того, что оставалось скрытым, что имелось в потенциале, но заслонялось обыденно-повседневным. Вы не узнаете того, чего действительно не хотите узнать. Ваш запрос может быть обращён либо к познанию, либо к избавлению от того, что делает вас страдающими. И если вас интересует облегчение, то вы познаете его и на нём и остановитесь, но если вас интересует познание всего, на что вы способны, то без Бога вам не обойтись; ибо Бог – Тот, Кто знает вашу природу и её возможности, и без Бога вам не познать её расцвета и наивозможной проявленности всего, на что вы способны и чем вы можете обладать.

Турция вызвала посла Украины из-за атак на турецкие суда в Черном море. Турецкий сухогруз Lider Bordo Mavi, перевозивший овощи из Самсуна в российский порт Туапсе, был атакован тремя дронами (👆видео). Пять членов экипажа получили ранения. К пострадавшему судну направили корабль Lider Kocatepe для оказания помощи, однако он также подвергся атаке дрона и вынужден был вернуться в Самсун (👆видео). Ранее ударам украинских дронов-камикадзе подверглись сухогруз SVS Justice (под флагом Вануату) (👆видео) и балкер Star II (под флагом Либерии) (👆видео). Анкара призвала к взаимному мораторию на удары по гражданскому судоходству и заявила о необходимости обеспечить безопасность людей и судов в Черном море. Турция несет миллиардные издержки из-за украинской эскалации в Черном море. Прямые атаки на турецкие суда - это лишь вершина айсберга. Тарифы на страхование военных рисков в Чёрном море выросли почти втрое — с 0,25–0,3% до 0,5–0,75%, а в отдельных случаях до 1%. В июле Турция сократила импорт российской нефти примерно на 25% из-за сбоев поставок в Чёрном море и навигационных ограничений. Перебои в поставках зерна вынудили искать альтернативных поставщиков, а будущие поставки уже подорожали на 17%. Турецкие порты Джейхан, Мармара Эреглиси и Мерсин теряют грузопоток. Пять месяцев назад через Босфор и Дарданеллы проходило около 200 судов в день, сегодня это число сократилось до 25–30. Турция теряет сотни миллионов $ за счет выпадения транзитных платежей. Что ж, не только Россия вынуждена проявлять стратегическое терпение. Интересно - почему?

Новый мир не по Вавилову В основе прогноза Вавилова о будущем мира лежит идея о смене - не формаций (как у Маркса), а циклов. Которые он по-прежнему называет капитализмом и феодализмом, но в их основу кладет не экономические, а метафизические понятия времени и пространства (соответственно). Красивое предельное упрощение, но при его абсолютизации теряющее смысл из-за массы противоречий с реальностью. Конечно, некие циклические колебания и повторения на каждом новом витке балансирования в истории заместить можно. Но пытаться вывести из этой примитивной схемы буквально всё - не продуктивно. К примеру, в разгорающейся сейчас борьбе за территории проще увидеть не захват пространства (которое само по себе просто не нужно, особенно и без того "ушибленной" своим бескрайними пространствами России), а - следствие раскола мира/глобализма. И старую борьбу за контроль людей - не земли. Чтобы не ограничиваться только критикой - вот альтернативный тезис. Новый фундамент власти и влияния - контроль внимания людей, как современного ключа к их воле. Человек действительно скоро будет не ресурсом (работником), а - проблемой (важнейшей социальной стихией), требующей внимания и умения её использовать для роста власти и славы. Уже сейчас можно наблюдать, как плата возможностью покупки вещей и услуг начинает для молодежи заменяется оплатой впечатлениями и вниманием, отношением. Психосфера подчиняет себе сферу вещей. Общество потребления товаров (которое не так давно сменило общество их производства), превращается в общество потребления впечатлений (информации). Речь идет о контроле над виртуальным миром, уже освоенным людьми. Но не как над неким "пространством", а о контроле их внимания (т.е. это не столько владение мертвыми большими данными, это только руда, сколько обладание горящей "печью" внимания, в которой пустые цифры трансмутируют в магические образы, пленяющие человеческое восприятие). Волны технологической революции очевидны: 📍Механизация и индустриализация в новое время вытеснила 70-80% населения, крестьян из сел, из с/х - в города. Дав "мясо" для революций и тотальных войн. И обеспечили промышленную революцию и физическую колонизацию планеты. 📍Автоматизация и цифровизация в новейшее время, последние десятилетия, вытеснили 70-80% населения, рабочих, из промышленности - в сферу услуг (обошлось (пока) без революций). Чтобы обеспечить информационную революцию и колонизацию информационной среды планеты. 📍Роботизация и ИИ нового мира уже в самые ближайшие годы вытеснит 70-80% населения не только из старой сферы услуг и управления, но и вообще из рыночной экономики, из трудовых отношений - в информационную среду, на рынок внимания. Экономика будет уже не в состоянии занять эти миллиарды людей работой в привычном понимании. Если человечество сейчас не перейдет к новому, "принимающему" мировоззрению (условно: третей ступени эволюции сознания, "творец ценностей", сменив видение), оставшись в агрессивной "осуждающей" парадигме капитализма ("белки в колесе стимулов", "раба ценностей", порядка правил - вторая ступень эволюции сознания) - мир ждут грандиозные войны, включая атомные, и революции, включая религиозные, в которых погибнут миллиарды. Вместо перехода к "золотому веку" расцвета человеческой проявленности, воцарится "жаждущее", варварское миропонимание разрушителей (первая (детская) ступень эволюции сознания человека), где порядок будут наводить воины. И войны будут бесконечны, пока не снова установится "осуждающая" парадигма и сам человек (заслуженно) не будет самим собой снова тотально осужден (как сейчас). У Вавилова есть хорошая мысль о том, что новом мире баланс власти священства и воинства будет зависеть от центра угроз - внешних или внутренних. Если основные угрозы будут внешними - воцарится тот самый примитивный техно-нео-феодализм с доминирование воинов и войн. Если на планете, в итоге, воцарится равновесие и мир - в будущем власть сконцентрируется у новых властителей внимания. У Вавилова также есть интересные параллели гибели античного Рима, находившегося на похожей с нынешней ступени эволюции сознания, и сегодняшней ситуации. Но главная актуальная для России загадка в этой аналогии другая - как тогда выжила Византия, бабка России? Если Запад тогда распался, разложился, причем именно своей рентной/феодальной элитой был сдан варварам, то Восток империи, за счет культурного эллинистического капитала, стяжки сильной верховной власти и ресурса городской/международной торговли, сумел переродиться в новую, гармоничную христианскую тысячелетнюю империю, сохранившую свет высокой цивилизации, отблеск которой осветил/инициировал и Русь. Ещё один важный момент - якобы грядет смерть массового образования и науки. В нынешнем виде - да, очевидно. Но скорее случится (если не победит новое варварство) - трансформация. Да, ум мешает потреблять, ум уже не нужен экономике и старые приемы по его тренировки не актуальны. Но учить - будут, но не работать мозгами, а - жить, общаться, чувствовать другого, сотрудничать и творить новое. Такое воспитание на Западе, особенно у северных социалистов (в Финляндии, к примеру), уже превалирует. Воцарение ИИ окончательно подрывает доминирование в обществе человека ума. Оно начинает заменяться на торжество человека сердца. Вместо бесконечной тренировки интеллектуальных способностей, которые всё равно проигрывают ИИ, люди начнут учиться чувствовать, открываться и раскрываться, эмпатии и принятию, интуиции и созданию по настоящему нового, тому, на что ИИ не способен. Ненужные больше способности к счету и хорошая память у нового поколения уже обнулились. В конце концов, каким будет грядущий новым мир - решат сами люди. Если Бога здесь, в этом мире нет, как у Вавилова - нас точно ждет мрачный неофеодализм и новые темные века, в той или иной форме. Если же Он действительно есть (а Он - есть), Создатель своё человечество в трудный момент не оставит и даст своим созданиям, со всей их священной свободной волей, хороший шанс выбрать лучшее будущее - новый мир не по Вавилову...

Субботняя рецензия на NOVUS ORDO Николая Вавилова Наконец-то дошли руки до визионерского труда видного китаиста Николая Вавилова «Новый мир: неофеодальный апокалипсис». Смелая книга, мало кого оставляющая равнодушным (743 отзыва на Ozone): о главном вопросе современности: что грядет? Вавилов, ничего не стесняясь, пытается ответить на все вопросы разом. Это будоражит воображение и вырывает из сна обыденности. Хотя ближе к концу силы автора, похоже, иссякают и изложение становится больше похоже не черновой конспект, в целом проходить мимо этой редкой по силе и яркости, честной попытки предупредить о грядущем - нельзя. Тем более, что с автором хочется спорить (об этом в следующем посте) и это прекрасно - содержательный диалог о стратегии встречи будущего в России необходим прямо сейчас, но его фактически нет совсем. Главное: автор объявляет конец эпохи капитализма и рыночной экономики, который наступит с обрушением себестоимости (повторяющегося) труда из-за автоматизации, роботизации и ИИ: 📍Новые информационная и социально-политическая революции произойдут в ближайшие пять лет (к 2030-3032). 📍Грядет третья мировая (атомная) война беспилотников (2029-2039). С этим сильным утверждением можно и согласиться, а вот следующее, объясняющее механизм грядущих перемен, вызывает вопросы: произойдет главное изменение за историю человечества - человеческая особь больше не ценна, (как раньше лошадь) человека заменит (машина) робот/ИИ. Действительно, стоимость повторяющегося труда человека, которая лежит в основе системы капитализма, будет обнулена. Останется только стоимость энергии и машинного времени, амортизация "железа", но это само по себе уже не тянет на роль нового фундамента власти в обществе (как сейчас вовсе не коммунальные услуги определяют характер и структуру социальности). Да, капитализм - умрет, вместе с исчезновением ценности человека, как трудовой основы экономики. Но ценность человека сама по себе не исчезнет, она лишь переместится из сферы экономики, социального базиса капитализма - в другой социальный базис нового информационного общества. Экономика, товары, деньги вообще стали главным для человека только в новое время. Марксизм, как экономическая теория, неплохо объясняет эпоху капитализма. А вот то, что было до и будет после - нет. Выйти из привычной экономикоцентричной марксисткой парадигмы постсоветскому человеку не просто, но, как говорится, жизнь заставляет. Так или иначе, но падение ценности человеческой жизни людям пережить всё-таки придется. Хотя далеко не все этот катастрофический этап перехода, очевидно, переживут, да и вымирание начнется (уже начинается), заявлять, как это делает Вавилов, что 8 млрд человек на планете больше не будут нужны и от них будут в любом случае избавляться - это перебор. Но главная проблема книги не в этом. А в экстраполяции черт феодализма на грядущий "посткапитализм" - "неофеодализм". Идея не новая и удобная для описания ещё не существующего с помощью наложения социальных отношений известного прошлого на уже видимые технические возможности будущего. Но вынуждающая "не замечать" некоторые явные концептуальные несостыковки, которые подрывают порыв мысли и не дают интересной идее по настоящему "взлететь" в общественное сознание. Начиная с "экономического" объяснения самой сути феодализма (традиционного общества) - как ренты. Тогда как совершенно очевидно, что в его центре была не экономика, не ресурсы, а сама власть в чистом виде (и война за неё). Правящий класс, знать, служивое дворянство только этим и занимались (войной, а не экономикой). В этом смысле лучше искать будущее сквозь призму загадочного "цифрового социализма" автора, как он собирался изначально, нежели мрачного "неофеодализма". Тогда, возможно, основу нового мира он мог бы увидеть не в сомнительном контроле пространства (физического и цифрового/платформы) и ренте, которую этот контроль якобы даст, а в контроле сознания людей (что пытался осуществить социализм) и феномене внимания, которым питается всё современное общество (но об этом, т.е. другом, альтернативном видении будущего - ниже👇).

Франкенштейн vs Синяя птица Вчера был день рождения отца "Синей птицы" Мориса Метерлинка, а сегодня - мамы "Франкенштейна" Мэри Шелли. Хороший повод их вспомнить, а заодно поискать разгадку феномена победы в современном искусстве (и дискурсе) готического образа безнадежного мрачного чудовища над романтичным, светлым символом счастья. Тут мы имеем столкновение через век двух эпох (романтизма и символизма), двух жанров и двух мировоззрений: 📕Героической эпохи богоборчества титанов Просвещения, попыток творца обернуться Творцом, трагически, громко оживить, вдохнуть душу в мертвую материю/вещь (золотой век литературы). 📕И эпохи зачарованного смирения перед Судьбой, вдохновенный поиск путей слияния с ключами и символами тихого, мерцающего Волшебного Света - с надеждой на внутреннее творческое преображение, которое преобразит и внешнюю человеческую среду, приоткроет божественное, расколдует, освободит одушевленный мир, пробудит Душу Света (серебренный век). Писатели-медиумы отправляют своих героев в Путь, в странствие-квест за мечтой, но по разному. Одинокий Франкенштейн и его проекция-тень - чудовище, на фоне холодных отражений, Севера, экзотики и страстей - встречается с последствиями своего выбора, основанного на вере в прогресс. У Метерлинка героям открывается чудесное в самой теплой повседневности, они не одни, они окружены близкими и друзьями, Хлеб, Вода, Сахар, Собака, Кошка - олицетворения внутренних сил человека. И здесь внешний мир оказывается проекцией внутреннего, но иначе. Не играй в Бога - внутренне стань Ему подобным, не гонись за счастьем с клеткой, не пытайся его присвоить, но остановись, прислушайся, научись видеть и обретёшь счастье в душе здесь и сейчас. Если «Франкенштейн» — это трагедия о том, как знание разрушает человека и мир, то «Синяя птица» — это сказка о том, как чистое сердце ведет к прозрению. Оба говорят о границах человеческого желания, но первый видит в этих границах гибель, а второй — возможность чуда, доступного тому, кто готов смотреть на мир глазами ребёнка. Оба эти взгляда на мир безнадежно устарели, как загадочные статуи неведомых богов исчезнувшей цивилизации. Но востребован, в качестве заморского экзотического блюда, оказался именно монстр Франкенштейна, переживший массу экранизаций: в 494 известных художественных фильмах, 248 короткометражных фильмах, 105 телесериалах и 421 телеэпизоде фигурирует та или иная версия или интерпретация персонажа Франкенштейна. "Синяя птица", впервые поставленная на сцене МХАТа Станиславским в 1908 году (и единственная его постановка, идущая до сих пор), тоже не забыта. Но в несравнимо меньшей степени. И только как спектакль для детей, для взрослых пьеса полностью утратила актуальность (которую имела в свое время настолько, что обеспечила автору нобелевку по литературе). Почему? Потому же, почему будущее в современном искусстве рассматривается только в мрачных тонах постапокалипсиса и антиутопии. В наш железный век Кали-юги востребованы пугалки, как то немногое, что ещё может пробить толстую шкуру бесчувствия измельчавшего массового человека. Высоты золотого века искусства кажутся недостижимыми и ставятся в рамку, на дальнюю полочку. Тонкости серебреного века доступны для понимания немногих. "Синяя птица" выглядит предельно наивно и плоско, её глубина доступна лишь чистому сердцу, а тут большие проблемы. Трагедия Франкенштейна, "нового Прометея", впрочем, тоже непонятна, зато теперь отзывается трагедия искусственного монстра, как "классово близкого". Чем вызвана эта обреченность современного человека? Внутренним, бессознательным самоосуждением? Человечество заслужило такой конец?.. Но такие вестники как Метерлинк (преодолевший свой "Танец смерти") или Экзюпери (успевший сказать главное перед последним полетом), своими "детскими" посланиями прокладывают другой путь, дают возможность примириться с окружающим миром и его Творцом, дарят светлую надежду на лучшее настоящее и будущее. Да, Франкенштейн побеждает Синюю птицу, он явно сильнее. Но чудо и счастье - на другой стороне, так что эта игра далеко не закончена...