Издательство "Фантом Пресс"

Яркая сцена из «Моих друзей» Хишама Матара(пер. Марии Александровой). Подростком в Бенгази Халед услышал по радио почти кинговский рассказ о кошке, которая нежно, кусок за куском, откусывала от человека всё — и он позволял, — пока от него почти ничего не осталось. И только тогда сказал: «Нет». Впечатление на всю жизнь. И во многом — предсказание этой жизни. В доисламскую эпоху арабы относились к кошкам без симпатии — в фольклоре она часто символизировала зло. В частности, в кошку превращались гули, пустынные демоны. В более мягком варианте — та, кто «ест и забывает». Ислам кошачьих вроде бы реабилитировал: пророк отрезал рукав халата, только чтобы не потревожить спящего на одежде кота. Но в арабских пословицах кошка по сей день — сущность тихая, но безжалостная. Матар, кажется, вырос с той же программой на подкорке. И эмиграция (как и ненависть) в его романе именно такова: поначалу целительная, почти незаметная — пока в один день не обнаруживаешь, что от тебя откусили язык, родину, молодость, возможность вернуться. Остался — только ты сам. Или не осталось ничего, пока ты сам не скажешь — «нет». И не вернешься душой к настоящему своему. Даже пребывая телесно в далеком и чужом. …Впрочем, иногда номинально близкое и «свое» куда враждебнее. Об этом будет в «Возвращении» того же Матара, которое случится у нас осенью. #фантомпресс #хишамматар

Что остаётся нам в наследство от родителей? Иногда — ощущение тепла, прикосновение рук и губ, голос, что рассказывал сказки на ночь, запах только что испечённого пирога, песни, звук смеха. Любовь. А иногда — тайна. О которой мы не знаем до зрелых лет, а порой не узнаём вовсе, не догадываясь, как глубоко она перекопала всю нашу жизнь. Иногда мы натыкаемся на нее в альбоме старых фотографий, в пожелтевшем письме, в словах родни, которая-то была в курсе. И все меняется за секунду — прошлое, настоящее и будущее — и ты остаёшься с болью и вопросом, который часто уже некому задать. А если и есть кому — услышишь в лучшем случае «это было для твоего же блага», «мы заботились о тебе» или сухое и безжалостное «так у нас было принято», «а что сказали бы соседи?». Возможно, у тебя была мечта — и ты сам не понимаешь, в какой момент она стала невозможной, в какой момент твоё будущее выбрали и перекроили за тебя, без тебя. Не потому, что хотели разрушить твою жизнь. Наоборот, ведь взрослые всегда знают, что для тебя лучше. Особенно когда речь о твоем теле, твоем ребёнке, твоей любви и всей твоей жизни. А потом проходит время, и остаётся только гадать: кем бы ты стал, если бы однажды тебе позволили выбрать самому? В «Секрете матерей» (пер. с французского Нины Хотинской) Софи де Баэр Колетт возвращается к умирающей матери, — и вдруг обнаруживает, что все, что она знала о своей семье, держится на недосказанности, на полуправде. На чужих решениях, принятых когда-то «ради её блага», июльской ночью 1969 года. Той самой, когда человек впервые ступил на Луну — а в одной французской семье в этот вечер тихо сломалась чья-то судьба. «Пусть мама не была идеальной матерью, но ведь и монстром она тоже не была». Наверное, это одна из самых страшных фраз романа. С монстром проще — его можно ненавидеть. Куда труднее жить с любимым и любящим человеком, который сделал тебе так больно. «Секрет матерей» — роман о женщинах, которым приходилось молчать, чтобы выжить. О детях, которым потом приходится расплачиваться за это молчание. И о том, что любовь не всегда спасает от лжи — иногда она сама становится её оправданием. Фото @polarisbook #фантомпресс #софидебаэр

Они все чокнутые, правда. Дураки — все. Рис Кинник — человек, которого проще всего назвать социопатом и затворником. Его дочь Бетани — яжемать, способная оставить детей одних. Её муж Шейн — религиозный фанатик. Лия — маленькая девочка, которая уже помолвлена. Ашер — тот самый мальчик, который без всяких эпитетов озвучивает всё, что остальные предпочитают не замечать и уж тем более не выносить наружу. Особенно хорош Рис, который тут же начинает спорить со всеми и по любому поводу. Он легко превращает в позу даже страсть к книгам — их в доме столько, что в буквенном болоте можно утонуть. Но всё это, конечно, видимость. Каждый герой, как и в «Велнессе», намного сложнее, чем кажется. Бетани оставляет детей не ради секты, а пытаясь спасти их от неё. Шейн не просто смешной фанатик из телевизионной карикатуры. Даже Рис, который всю жизнь защищал право быть самым умным человеком в комнате, иногда оказывается просто виноватым человеком, не знающим, как об этом сказать. Уолтер, собственно, и пишет о том, как удобно измерять людей плоскими шаблонами и загонять в них многогранное «я» как в прокрустово ложе. Для каждого у нас есть свой диагноз, свой ярлык: фанатик, неудачник, плохая мать, псих, предатель. Но за каждым удобным словом есть человек, с которым когда-то что-то случилось. Поэтому главы здесь называются не «кто прав» и не «как всё исправить», а гораздо осторожнее: «Что случилось с…» Иногда это единственный честный вопрос, который можно задать о семье. Да и о каждом из нас. И вот ещё что: иногда это смешно. Несмотря на всю драматичность. Уолтер это умеет. #фантомпресс #джессуолтер

Читаем отзывы. Иногда кажется, что к издательской аннотации неплохо было бы добавлять еще одну: чего от этой книги не ждать. Нельзя же получить от одного романа сразу все. Так вот, от «Голодного прилива» Амитава Гоша(пер. Марии Александровой) точно не стоит ждать приключений в духе «Ибисной трилогии». Хотя тигры будут, и бури будут, и опасные путешествия, и семейные драмы, и трагическая история беженцев Моричджхапи. Но сам роман устроен иначе. Это скорее неторопливое путешествие по реке, где размышлений больше, чем действия, а герои порой отступают в тень перед природой. Об этом, кстати, пишут многие наши читатели. Но недостаток ли это? Событий во внешнем мире и без того стало как-то слишком много. Мы едва успеваем на них отреагировать, а осмыслить уже не успеваем — тут же происходит что-нибудь следующее. Гош как раз никуда не торопится и дает время подумать. О природе и человеке, о праве на землю, о цене прогресса, о том, почему одни трагедии остаются в истории, а другие почти бесследно из нее исчезают. Так что да, «Голодный прилив» — роман неспешный и без экшн-фишек. Но иногда (и даже — в основном) именно медленное чтение позволяет разглядеть то, мимо чего мы обычно пробегаем. #фантомпрес #амитавгош

Не так часто в последние годы удается увидеть Фэнни Флэгг на встречах с читателями. Что вполне понятно: в сентябре ей исполнилось 82 года. Поэтому особенно приятно было увидеть фотографии из маленького алабамского Фэрхоупа, где на днях Флэгг два часа разговаривала с читателями и подписывала книги. Место для встречи выбрали не случайно. В 1981 году именно в книжном Page & Palette состоялась первая в жизни Флэгг автограф-сессия - тогда она только начинала карьеру писательницы. С тех пор прошло 45 лет, а магазин успел сменить четыре поколения одной семьи. Флэгг возвращалась сюда с каждой своей книгой, а с владельцами Page & Palette давно уже не просто дружит: нынешняя хозяйка магазина Карин Уилсон говорит, что Фэнни называла ее своей дочерью, а она Фэнни - второй мамой. Поводов вспомнить Флэгг в этом году вообще немало. «Жареным зеленым помидорам» исполнилось 35 лет, и в мае фильм снова показывали в кинотеатрах по всей Америке. А Page & Palette к своему 60-летию выпустил специальное юбилейное издание самого первого романа Флэгг - того самого, с которым она пришла сюда в 1981 году. Всего тысяча подписанных экземпляров. В общем, прошло 45 лет, а Фэнни Флэгг снова сидит в том же книжном магазине, смеется, разговаривает с читателями и подписывает книги. И, кажется, это одна из тех историй, которые она сама вполне могла бы придумать. ...Ну а у нас стартовал очередной сезон продаж "Рождества и Красного Кардинала": каждый раз удивляемся тому, что книга, где Рождество - лишь эпизод, а снега всего горстка, у нас надежно закрепилась в статусе исключительно зимнего бестселлера. Магия названия, ничего не попишешь. Фото со встречи - https://pageandpalette.squarespace.com/book-events/2026/10/1/fannie-flagg-ticketed-event #фантомпресс #фэннифлэгг #фантом_новости

Наталья Ломыкина, Forbes. Автор романа «Кокон» Чжан Юэжань об исторической памяти и положении женщин в Китае. Чжан Юэжань — одна из самых известных современных китайских писательниц поколения 1980-х. Она начала публиковаться совсем молодой и быстро стала заметным голосом новой китайской литературы. Российские читатели знают ее как автора романа «Кокон», вышедшего в издательстве «Фантом Пресс» в переводе Алины Перловой. «Кокон», дважды претендовавший на значимую литературную премию «Ясная Поляна» в номинации «Иностранная литература», рассказан на два голоса, чередующимися монологами двух друзей детства — Ли Цзяци и Чэн Гуна, которые встречаются после долгой разлуки. Трагедия семьи Чэн Гуна, случившаяся во время Культурной революции, напрямую связана с родственниками Ли Цзяци, и это открытие разлучило их на годы. Теперь они хотят понять друг друга и найти способ поговорить о самом болезненном. Но для Чжан Юэжань тайна давнего преступления — лишь отправная точка, ей важно разобраться, как вина, страх, молчание и невозможность простить передаются от родителей детям и меняют судьбы людей, родившихся много позже исторической катастрофы. Сама Чжан Юэжань родилась в 1982 году и Культурной революции не застала, но считает, что право говорить об исторической травме не заканчивается вместе с поколением ее непосредственных свидетелей. Почему современная женщина так и не освободилась от прежних обязанностей, куда исчезают социальные лифты, можно ли матери закрыть дверь кабинета и сказать семье «я работаю» — об этом Чжан Юэжань во время своего приезда в Россию поговорила с литературным обозревателем Forbes Натальей Ломыкиной. Читаем интервью по ссылке — https://www.forbes.ru/forbes-woman/569129-avtor-romana-kokon-czan-uezan-ob-istoriceskoj-pamati-i-polozenii-zensin-v-kitae #фантомпресс #чжанюэжань #фантом_пресса #кокон

Синхрорелиз! С сегодняшнего дня на всех площадках доступна электронная версия ретро-гламур-иронического детектива Анны Фицджеральд Хили «Этикет для убийц и влюбленных». Учим правила хорошего тона для швей, аристократов и… не совсем аристократов вместе с Динарой Селиверстовой (переводчица) и Мариной Лисовец (супер-чтица, в аудиоверсии от @vimbo_audiobooks) «Я искала книгу, которая сбила бы меня с ног. Нечто сексуальное, забавное, темное, причудливое и таинственное. Может, чуть-чуть старомодное. Немного странное. Однажды, возвращаясь из книжного магазина, я то и дело поглядывала на мрачный триллер и исторический роман. И мечтала — вот бы это была одна книга, а не две. Под шум дождя, стучавшего в стрельчатое окно моей спальни, я свернулась калачиком, чтобы почитать. Я задремала над тайнами Патриции Хайсмит и романом Джейн Остен, и мне снились шторма, обрушивающиеся на дом бабушки и дедушки в Истпорте, штат Мэн. Солоноватый, мшистый запах места, застывшего во времени. И во сне я начала слагать свою историю — тот самый роман, который никогда не попадался мне в книжных магазинах. Наконец я проснулась и попыталась восстановить все в памяти. Роман „Этикет для убийц и влюбленных“ похож на слегка безумного незнакомца, высокого и мрачного. Сообщника в преступлении для всех девушек, которые в книжном магазине разрываются между кровавым триллером и романтической комедией. Потому что, в конце концов, можем же мы получить и то, и другое?» #фантомпресс #АннаФицджеральдХили #фантом_новости

Немного странно отмечать день рождения автора, которого мы еще даже не представили. С другой стороны — чем не повод немного нарушить собственные планы и устроить преданонс. Тем более что речь идет об одной из самых стилистически прекрасных книг этого года. Да и не только этого. Сегодня Эдварду П. Джоунзу исполнилось 76 лет. Писателем он стал поздно, в 41 год. А свой единственный роман The Known World вынашивал в голове много лет. Получилось неплохо: Пулитцеровская премия, премия Национального круга книжных критиков, Международная Дублинская литературная премия. В ноябре мы выпустим этот роман на русском. У нас он называется «Знакомый нам мир», перевод Марины Извековой. …Если посмотреть на Джоунза, возникает хулиганское ощущение, что перед нами герой недавнего кинохита «Американское чтиво». Но, слава богу, дальше все ровно наоборот. Джоунзу не приходится сочинять книгу, которую от чернокожего писателя хотят получить белые издатели. Он написал именно ту книгу, которую хотел сам. Сюжет, правда, тоже провокационный: Виргиния, 1855 год. Бывший черный раб, получивший свободу, разбогатевший и ставший владельцем плантации. И тридцати трех собственных рабов. Но роман вовсе не построен вокруг одиночного, пусть и эффектного исторического парадокса. Джоунза интересует более глобальная вещь: что происходит с человеком внутри системы, в которой один человек имеет право владеть другим. Причем независимо от цвета кожи. Написано это совершенно невероятно. Мы много спорили, с кем его сравнить. С Фолкнером? С Тони Моррисон? Критики сравнивали и с ними, и с Кормаком Маккарти. Нам вот все время вспоминался Маркес. Не потому, что магический реализм — его как раз нет вовсе. Просто сам слог Джоунза магический — свободный, неторопливый, невероятно красивый. Рассказчик может посреди сцены вдруг уйти на восемьдесят лет вперед, сообщить, что станет с человеком, которого мы только что встретили, потом вернуться обратно — и роман от этого не рассыпается, а, наоборот, становится все больше. Кажется, никакой дополнительной эзотерики такой прозе просто не требуется. В общем, встречаемся в ноябре. Обложку покажем совсем скоро. #фантомпресс #эдвардпджоунз

Сегодня Таш Оу отмечает день рождения: ему исполняется пятьдесят пять. Он родился в Тайбэе у малайзийских родителей, вырос в Куала-Лумпуре, в восемнадцать уехал в Англию учиться праву в Кембридже и четыре года проработал юристом, параллельно сочиняя первый роман. Дебют The Harmony Silk Factory сразу получил Уитбредовскую премию и попал в длинный список Букера, куда потом угодили еще два его романа, «Пятизвездочный миллиардер» и прошлогодний The South. «Меня тянет к персонажам, которые проваливаются в щели, — говорит Оу, — кто не помещается ни в одну культуру и вечно куда-то переезжает». Нетрудно догадаться, с кого списано. «Карта невидимого мира» (пер. с английского Анны Гайденко) — Индонезия шестидесятых, последние годы Сукарно, страна вытравливает из себя колониальное прошлое, и голландца Карла, приемного отца шестнадцатилетнего Адама, увозят солдаты. Мальчик с пачкой старых писем отправляется искать его в Джакарту, а старший брат Джохан сыто живет в Малайзии и никак не может забыть, как когда-то бросил младшего. «Пятизвездочный миллиардер» (пер. с английского Александра Сафронова) — книга зеркальная. Шанхай наших дней, малайзийские китайцы, приехавшие за новой жизнью, и таинственный миллиардер, который пишет им всем учебник успеха. Ирония, которую Оу сам проговаривает в интервью: потомки тех, кто век назад бежал из Китая за лучшей долей, возвращаются туда экономическими мигрантами. По настроению и по тому, о чем он пишет, Оу ближе всего к Даниэлю Шпеку, и то, что их дни рождения стоят в нашем календаре через день, явно не случайно. Те же люди, выдернутые со своей земли и так и не прижившиеся в чужой, та же жизнь, которая решает за человека, где ему жить и кем быть. Шпек рассказывает об этом ярко, с семейными тайнами, роковыми встречами и страстями, а Оу вполголоса. Даже когда рушится режим или обваливается экономика целого региона, его герои скорее молчат и смотрят, чем заламывают руки, и драма у него тлеет тихо, задумчиво, по-восточному медитативно. В Малайзии все откуда-то приехали, говорит Оу, это в генах. Судя по его книгам, уезжать — тоже. #books #phantompress #ТашОу

Вчера в Переделкине вручали литературные премии Французского института в России. И у нас сразу две прекрасные новости. Премию имени Мориса Ваксмахера получили два переводчика книг «Фантом Пресс». Александра Василькова - за перевод романа Соржа Шаландона «Бешеный». Тимофей Петухов - за перевод книги Роже-Поля Друа «Алиса в Стране Идей. Как жить?» (премию от имени Тимофея получил главред "Фантома" Игорь Алюков). Премия Мориса Ваксмахера существует с 1996 года и отмечает лучшие переводы французских книг на русский язык. А главную премию в этом году получила в этом Наталья Мавлевич, мэтр цеха французских переводчиков! Мы всегда много говорим о писателях, но хорошая переводная книга рождается дважды. И второй раз - на другом языке, благодаря переводчику. Поэтому особенно приятно, когда эту работу замечают и оценивают профессионалы. А тут сразу две наши книги и два замечательных переводчика. Наталья, Александра, Тимофей, поздравляем! И очень за вас рады! #фантомпресс