Виток

Это невероятно: книга «Одинокий город» Оливии Лэнг вышла в аудиоформате — текст читает Тильда Суинтон. На русском языке ее озвучивала Саша Сулим.

Размышление дня: наш язык, то, как мы говорим, пишем и, конечно, мыслим, формируется средой, а средой сегодня стали алгоритмы, социальные и нейросети. Развитие речи через большие тексты, письма, живую речь уперлось в другие институты. В Библии есть интересный пример старшего брата Исава, который продал свое первородство младшему брату за тарелку чечевичной похлебки. У меня есть, возможно несколько гипертрофированное, ощущение, что мы так же сейчас продаем свое авторство и право на собственное мышление алгоритмам и нейросетям. «Границы моего языка означают границы моего мира». Людвиг Витгенштейн У вас еще не сформировалась аллергия на слова ясность и присутствие, особенно любимые ChatGPT? Встречаются они как в живой речи, так и в анонсах событий, в изданиях, статьях. Слова очень красивые, и они, как и длинное тире, вовсе не сигнализируют о контакте автора с нейросетями. Я люблю и длинное тире, и эти слова (правда теперь каждый раз делаю паузу перед клавиатурой, когда хочу их написать). Но язык становится похож на трендовую одежду или предметы декора: мы надеваем быстрые формулировки, не позволяя воспоминаниям, рациональной части, чувствам работать. Кратко описать задачу и скопировать предложенный текст проще, чем попробовать выстроить собственную идею. Для последнего требуется усилие. На него у нас часто не хватает времени, но позже — и желания. Я знаю, что это беспокоит не всех — скорее людей, работающих со словом или маркетингом, а значит имеющих большую начитанность в среде коротких текстов. Но я все чаще сталкиваюсь с вопросами для интервью, очевидно написанных не самим журналистом, постами в каналах, очевидно написанных не самими авторами (а некоторых я очень ценю как людей с прекрасным опытом), и текстами, опубликованными в медийном пространстве медийными людьми (некоторые из них буквально известны своей писательской деятельностью), но написанными нейросетью. А еще замечаю, как меняется моя речь — как и в нее, осознанно или нет, внедряются растиражированные формулировки. И внутри рождается сопротивление одновременно со страхом соблазниться и продать свое авторство, обокрасть саму себя. При этом, я не считаю нейросети злом и сама могу их использовать: семейный бюджет ведет специальный бот, а в отдельный чат я закидываю самые безумные, странные или просто неоформленные идеи, чтобы покрутить их с разных сторон. Я проходила очень вдумчивый курс по нейросетям. Я верю, что этот инструмент изменит (уже меняет) повседневность человека. Знаю, что в умелых руках и мозгах он работает как мощная волшебная инъекция, замедляющая время и усиливающая способности. Но при этом отчаянно хочется бороться за живую речь. За авторскую ошибку в пунктуации и синтаксисе. За тексты, не разбитые по блокам и не построенные на бесконечных противопоставлениях. За самостоятельность и рост всех, кто пишет. В конце концов за свободу и аутентичность своих слов. За безграничный масштаб своего мира. Изображение: Теун Хокс виток