Вестник Кавказа

День Хетага в Северной Осетии В прошедшее воскресенье Северная Осетия отметила один из своих главных национальных праздников — День Хетага. Согласно преданию, Хетаг был младшим сыном кабардинского князя Инала. Приняв христианство, он был вынужден бежать от родственников-язычников в горную Осетию. Погоня настигала его, и когда силы уже были на исходе, Хетаг услышал таинственный зов: «Хетаг! В лес!». Но до спасительной лесной чащи он не успевал — расстояние было слишком велико. Тогда он воззвал к Уастырджи (так осетины называют Святого Георгия, покровителя мужчин и воинов) и произнес сакральную фразу: «Пусть лес придет к Хетагу». И случилось невероятное — прямо на глазах у преследователей часть леса, покрывавшего склоны близлежащих гор, отделилась и за мгновение выросла вокруг беглеца, скрыв его от врагов. Преследователи потеряли след и ушли ни с чем. Хетаг провел в священной роще ровно один год, а затем переселился в высокогорное селение Нар, где основал знаменитый род Хетагуровых. Именно от него берет начало фамилия, подарившая миру Коста Хетагурова — великого осетинского поэта, прозаика, публициста и художника, чье имя известно далеко за пределами Кавказа. Сегодня в День Хетага в Святую Рощу, расположенную в Алагирском районе Северной Осетии, съезжаются десятки тысяч человек. Сюда приходят с тремя традиционными пирогами (символами Солнца, Земли и Воды), с надеждой на лучшее и с верой в то, что святое место услышит каждую молитву. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇬🇪🇦🇿Грузия привлекает азербайджанские инвестиции в порт Анаклия Тбилиси меняет подход к одному из крупнейших инфраструктурных проектов Южного Кавказа. Правительство Грузии приняло решение строить глубоководный порт Анаклия по модели Landlord: базовая инфраструктура останется в собственности государства, а частный бизнес будет привлекаться только к управлению терминалами. Об этом заявила министр экономики Мариам Квиривишвили. После того как соглашение с китайско-сингапурским консорциумом CCCC так и не было подписано, Тбилиси начал искать новых финансовых партнёров. Среди потенциальных инвесторов названы Азербайджан, Китай и государства Центральной Азии. Особенно примечательно упоминание Азербайджана. Для Баку участие в проекте означает возможность ещё сильнее закрепить своё положение как ключевого узла Среднего коридора. Уже сегодня грузопотоки по этому маршруту продолжают расти, а Грузия параллельно модернизирует порты, железные дороги и автомагистрали, рассчитывая превратить страну не просто в транзитную территорию, а в полноценный логистический центр между Азией и Европой. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

Дорогие деньги становятся новой нормой: почему последствия войны против Ирана выйдут далеко за пределы Ближнего Востока, и как это скажется на Южном Кавказе Мировая экономика, похоже, вступает в новую фазу, где дешевые кредиты становятся скорее исключением, чем правилом. По оценке Bloomberg Economics, военная кампания США и Израиля против Ирана изменила долгосрочные ожидания центральных банков: средняя ключевая ставка крупнейших экономик мира теперь, вероятно, останется существенно выше как минимум до 2028 года. Если до эскалации конфликта ожидалось, что к концу 2026 года глобальный показатель составит около 4,41%, то теперь прогноз повышен до 5,10%. Разрыв сохранится и в последующие годы — даже к 2028 году ставки, по расчетам аналитиков, будут примерно на полпроцента выше прежних ожиданий. Причина заключается не столько в самой войне, сколько в ее экономических последствиях. Даже несмотря на частичную стабилизацию нефтяного рынка после прекращения наиболее интенсивной фазы боевых действий, центральные банки увидели главный риск — возвращение устойчивой инфляции через энергетический рынок, транспортные издержки и страховые премии. Именно поэтому регуляторы предпочитают сохранять жесткую денежно-кредитную политику значительно дольше, чем планировали еще несколько месяцев назад. Эту тенденцию уже подтверждают и национальные регуляторы. Например, данные Банка Англии показывают, что британский бизнес продолжает закладывать повышенный рост цен даже после ослабления напряженности вокруг Ирана, что усиливает аргументы в пользу длительного сохранения высоких ставок. Для Южного Кавказа подобная перестройка мировой экономики имеет не менее важное значение, чем сама война. Прежде всего это означает удорожание капитала. Государствам региона — Азербайджану, Грузии и Армении — станет сложнее привлекать внешние кредиты для инфраструктурных проектов, модернизации промышленности и бюджетного финансирования. Международные инвесторы в условиях высоких ставок традиционно сокращают вложения в развивающиеся рынки, предпочитая более надежные активы. Азербайджан оказывается в наиболее устойчивом положении благодаря экспортным нефтегазовым доходам. Однако даже для Баку эффект неоднозначен. Краткосрочный рост цен на энергоресурсы приносит дополнительные поступления в бюджет, но длительный период дорогих денег способен снизить мировой спрос на сырье и одновременно сделать международное финансирование новых проектов значительно более дорогим. Для Грузии основной риск связан с инвестициями. Экономика страны в значительной степени опирается на иностранный капитал, банковский сектор и туристическую отрасль. Если стоимость денег в мире останется высокой, объем прямых иностранных инвестиций может постепенно сокращаться, а стоимость обслуживания внешнего долга — увеличиваться. Армения сталкивается сразу с несколькими вызовами. Более дорогие международные финансовые ресурсы ограничивают возможности для кредитования экономики и реализации крупных инфраструктурных проектов. Дополнительным фактором остается высокая зависимость от внешних денежных переводов и общего состояния экономик партнеров. Есть и менее очевидное последствие. Высокие мировые процентные ставки практически всегда означают более сильный доллар и осторожность инвесторов. Для стран Южного Кавказа это создает дополнительное давление на национальные валюты, усложняет обслуживание внешнего долга и делает импорт дороже. Вместе с тем кризис открывает и определенные возможности. По мере того как мировые логистические маршруты продолжают диверсифицироваться, значение Среднего коридора через Южный Кавказ объективно возрастает. Для Азербайджана и Грузии это шанс закрепиться в качестве ключевого транзитного маршрута между Европой и Азией. Однако реализовать этот потенциал будет сложнее именно потому, что строительство транспортной инфраструктуры в эпоху высоких ставок становится значительно дороже. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇷🇺🇦🇲Пашинян возвращается в российскую повестку Премьер-министр Армении Никол Пашинян прибыл в Екатеринбург для участия в международной промышленной выставке «Иннопром-2026». Это его первый визит в Россию после парламентских выборов, по итогам которых правящая партия «Гражданский договор» сохранила возможность самостоятельно формировать правительство. Формально центральным событием станет участие армянского премьера в пленарной сессии форума, однако политическое значение визита определяется не выставкой, а запланированными переговорами с председателем правительства России Михаилом Мишустиным. Встреча проходит на фоне продолжительного охлаждения российско-армянских отношений, вызванного разногласиями по вопросам безопасности, внешнеполитического курса Еревана и его активизации в отношениях с западными партнёрами. Выбор именно экономической площадки выглядит показательным. Москва и Ереван демонстрируют готовность поддерживать рабочий диалог прежде всего в сферах торговли, промышленной кооперации и взаимодействия в рамках ЕАЭС, даже несмотря на сохраняющиеся политические противоречия. За несколько дней до визита Пашинян и Мишустин уже обсуждали по телефону вопросы торгово-экономического и научно-технологического сотрудничества, что стало своеобразной подготовкой к личной встрече. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇦🇿Финансовая доступность вместо дешёвых кредитов: что меняет программа FINGROW для Азербайджана Азербайджан делает очередной шаг к перестройке финансовой инфраструктуры, смещая акцент с точечных мер поддержки бизнеса на системные механизмы расширения доступа к капиталу. Центральный банк Азербайджана и Всемирный банк приступили к практическому обсуждению реализации программы FINGROW (Finance for Jobs and Economic Growth), которая станет частью многоэтапной региональной инициативы для стран Европы и Центральной Азии. На первый взгляд перечень вопросов выглядит привычно: финансирование малого и среднего бизнеса, цифровые платежи, финансовая инклюзивность, совершенствование системы кредитных гарантий. Однако именно эта комбинация отражает изменение подхода международных финансовых институтов к экономическому развитию. Сегодня ключевой проблемой для малого и среднего бизнеса становится не столько стоимость кредита, сколько возможность его получить. Банки по-прежнему осторожно оценивают риски небольших компаний, а отсутствие достаточного залогового обеспечения ограничивает доступ предпринимателей к финансированию. Именно поэтому отдельное внимание в рамках FINGROW уделяется развитию механизма государственных кредитных гарантий, позволяющего разделить риски между государством и банковским сектором. Не менее показательным является акцент на цифровизации финансовых услуг. Развитие безналичных расчётов, цифровой идентификации клиентов и современных платёжных решений постепенно становится одним из главных факторов расширения финансовой доступности. Международная практика показывает, что цифровые сервисы позволяют существенно снизить стоимость обслуживания клиентов и вовлечь в финансовую систему предпринимателей и население, которые ранее пользовались ею ограниченно. Показательно, что реализация FINGROW совпадает с новой пятилетней стратегией сотрудничества Всемирного банка с Азербайджаном на 2025–2029 годы. В опубликованной ранее программе одним из центральных направлений обозначены повышение конкурентоспособности экономики, поддержка предпринимательства, создание рабочих мест и расширение доступа к финансированию, включая развитие устойчивых финансовых инструментов и цифровой экономики. Если заявленные механизмы будут реализованы в полном объёме, FINGROW может стать не просто очередным проектом международной технической помощи, а одним из элементов долгосрочной модернизации финансовой системы страны, где развитие предпринимательства рассматривается как основа устойчивого экономического роста, а не как временная антикризисная мера. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

Водный кризис в Центральной Азии: почему это становится вызовом и возможностью для стран Залива Водный кризис в Центральной Азии все меньше выглядит как только экологическая проблема и все больше - как фактор долгосрочной региональной нестабильности. Для государств региона вода давно связана с вопросами энергетики, межгосударственных отношений, внутренней занятости и социальной устойчивости. По мере роста населения, износа инфраструктуры и климатических изменений давление на эту систему будет усиливаться. Именно поэтому разговор о воде в Центральной Азии - это разговор о будущей архитектуре безопасности и развития на всем евразийском пространстве. Почему кризис будет нарастать У Центральной Азии сразу несколько уязвимостей. Во-первых, регион остается крайне зависимым от трансграничных рек и от таяния ледников, которые питают крупнейшие водные системы. Во-вторых, значительная часть воды по-прежнему уходит в малоэффективное сельское хозяйство, основанное на старых ирригационных моделях. В-третьих, любое сокращение водных ресурсов здесь почти автоматически становится политическим вопросом, потому что страны, расположенные в верховьях и низовьях рек, по-разному зависят от одних и тех же водных ресурсов. Водный кризис усиливает конкуренцию между соседями, обостряет споры внутри приграничных районов и обостряет ситуацию в таких зонах, как Ферганская долина, где одновременно плотное население, сложная этническая структура и хронический дефицит ресурсов. Последствия выйдут за пределы региона Главный риск заключается в том, что водный кризис Центральной Азии вряд ли останется внутри границ самих центральноазиатских республик. Если ухудшение доступа к воде будет накладываться на рост цен, ухудшение условий жизни и падение доходов в сельских районах, это усилит внутреннюю миграцию, а затем и давление на внешние страны. В такой логике «экспорт нестабильности» может пойти не только в сторону России, но и южнее - через Иран, Афганистан и Пакистан, то есть в направлении более широкого пространства, где интересы государств Залива уже давно присутствуют экономически и политически. Чем больше нестабильности будет на евразийском контуре, тем выше станут риски для торговых маршрутов, логистики, продовольственных цепочек, инвестиционных проектов и в целом для той связности, на которую Залив делает ставку в последние годы. Почему у стран Залива здесь есть ресурс У стран Залива есть важное преимущество: они давно научились жить в условиях хронического дефицита воды. Они накопили огромный опыт в опреснении, повторном использовании сточных вод, цифровом учете, управлении спросом, сокращении потерь и строительстве устойчивой водной инфраструктуры. Но Центральная Азия - это не прибрежный Залив, и прямое копирование модели опреснения здесь невозможно в большинстве случаев. Зато опыт Залива может оказаться особенно полезным в других направлениях: модернизации ирригации, водосберегающем сельском хозяйстве, цифровом мониторинге, управлении сетями, снижении потерь и создании механизмов государственно-частного финансирования. Где здесь окно возможностей Для государств Залива водный кризис в Центральной Азии - это и возможность сформировать новую нишу влияния. Если раньше сотрудничество Залива с регионом в основном связывалось с энергетикой, логистикой и инвестициями, то теперь вода может стать следующим направлением долгосрочного партнерства. Центральная Азия получает доступ к капиталу, технологиям и управленческим решениям. Залив - новый контур устойчивого присутствия в важном евразийском пространстве, где пересекаются интересы Китая, России, Турции, Ирана и Запада. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇦🇲Армения делает ставку не на паспорт, а на фактическую связь со страной Парламент Армении принял одну из самых резонансных избирательных реформ последних лет. Теперь для участия в парламентских выборах и референдумах одного армянского гражданства недостаточно. Согласно новым поправкам, право голоса получат только те граждане, которые на 48-й день до очередных выборов (или на 28-й день до внеочередных) прожили на территории Армении не менее 366 дней из предыдущих 730. Иными словами, государство вводит полноценный ценз фактического проживания. Формально власти объясняют реформу необходимостью защитить избирательный процесс от внешнего влияния. Вице-спикер парламента Рубен Рубинян прямо заявил, что речь идет о предотвращении ситуаций, когда за пределами страны могут массово скупаться голоса или организовываться централизованные кампании по доставке избирателей в Армению. Контекст делает эти объяснения особенно показательными. Закон появился вскоре после парламентских выборов, вокруг которых звучали обвинения в попытках внешнего вмешательства через многочисленную армянскую диаспору, прежде всего проживающую в России. Именно этот фактор многие наблюдатели считают главным политическим мотивом реформы. Однако критики называют происходящее опасным прецедентом. Представители гражданского общества уже заявили, что ограничения противоречат конституционному принципу всеобщего избирательного права и лишают значительную часть многомиллионной армянской диаспоры возможности влиять на будущее страны, несмотря на сохранение гражданства. Фактически Ереван предлагает новую формулу политической легитимности: решать судьбу государства должны не все обладатели армянского паспорта, а прежде всего те, кто постоянно живёт внутри страны и ежедневно сталкивается с последствиями принимаемых решений. Это решение наверняка станет предметом не только внутренних судебных споров, но и более широкой дискуссии: где проходит граница между защитой национального суверенитета и ограничением фундаментального избирательного права собственных граждан. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇦🇲🇦🇿🇹🇷Армения собирается восстановить ж/д сообщение с Азербайджаном и Турцией Премьер-министр Никол Пашинян заявил, что Ереван уже начал восстановление железнодорожных участков Гюмри — Ахурик, ведущего к границе с Турцией, а также узла у Ерасха на границе с Азербайджаном. При этом армянская сторона подчеркивает: работы ведутся независимо от продолжающихся консультаций с российскими партнерами по вопросам управления железнодорожной инфраструктурой. Фактически речь идет о первом практическом этапе реализации стратегии по разблокированию транспортных коммуникаций Южного Кавказа. Еще в мае Пашинян анонсировал восстановление этих направлений, однако теперь власти подтверждают, что проект перешел в стадию реализации. Особое значение имеет участок Гюмри — Ахурик. После открытия границы он способен восстановить железнодорожное сообщение с Турцией через Карс — маршрут, который не функционирует более трех десятилетий. Не менее важен Ерасхский узел, который потенциально может стать частью будущего сообщения с Азербайджаном и Нахичеванью в рамках обсуждаемой региональной транспортной архитектуры. Однако для запуска этих маршрутов одной реконструкции путей недостаточно, необходимы политические договоренности между сторонами. Показательно и другое заявление Пашиняна. Он подчеркнул, что Армения «не может оставаться наблюдателем», если международные транспортные маршруты будут формироваться в обход страны. Это свидетельствует о стремлении Еревана закрепить за собой роль одного из ключевых транзитных звеньев между Черным морем, Турцией, Кавказом и далее в направлении Центральной Азии. Для России происходящее также имеет стратегическое значение. Несмотря на обсуждение будущего концессионного управления армянской железной дорогой, Ереван не объявляет о пересмотре соглашений с российской стороной. Напротив, Пашинян заявил, что рабочие консультации с Москвой будут продолжены, одновременно демонстрируя готовность самостоятельно инвестировать в восстановление инфраструктуры. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇷🇺🇦🇲🇪🇺Пашинян вновь пытается усидеть на двух стульях На встрече с Урсулой фон дер Ляйен армянский премьер заявил, что Ереван не намерен создавать кризис в отношениях с Москвой. По его словам, Армения действует исключительно в собственных национальных интересах. Формулировка примечательная. Еще несколько лет назад подобные заявления звучали как подтверждение союзнических обязательств перед Россией. Сегодня же они становятся политическим оправданием курса на ускоренное сближение с Европейским союзом. И Брюссель не скрывает, что готов этот курс финансировать. Еврокомиссия объявила о новом пакете поддержки Армении на 38 млн евро. Из них 18 млн евро направят на развитие экспорта, еще 20 млн евро — приграничным регионам. Одновременно ЕС пообещал открыть европейский рынок примерно для 80% армянских товаров. Но наиболее показательной оказалась даже не финансовая помощь, а политическая риторика. Урсула фон дер Ляйен прямо заявила, что Евросоюз видит «экономическое давление России» на Армению и намерен поддерживать страны, которые «выбрали Европейский союз». Это уже не просто экономическая программа. Это политический сигнал. Пашинян, в свою очередь, старается сохранить пространство для маневра. Он подчеркивает, что Ереван не стремится к конфликту с Москвой, однако практически каждый новый шаг армянского руководства — от углубления сотрудничества с ЕС до диверсификации внешней политики — объективно отдаляет страну от российской орбиты. Фактически Армения пытается реализовать модель многовекторности: сохранить экономические и логистические связи с Россией, одновременно получая финансовые ресурсы, инвестиции и политические гарантии от Европы. Вопрос лишь в том, насколько долго подобное балансирование останется возможным. История показывает, что в условиях усиливающегося противостояния России и Запада пространство для нейтралитета становится все уже. 👉Вестник Кавказа. Подписаться

🇮🇷Иранская нефть меняет правила игры: почему дело не только в дополнительных баррелях Возвращение иранской нефти на мировой рынок в 2026 году — это история не столько о росте поставок, сколько о смене самой логики ценообразования. Последние месяцы нефтяной рынок жил под влиянием геополитических рисков: войны на Ближнем Востоке, угрозы перекрытия Ормузского пролива и возможного выпадения значительной части регионального экспорта. Однако после того как Вашингтон в рамках промежуточных договоренностей с Тегераном временно ослабил нефтяные ограничения, а вероятность нормализации судоходства через Ормуз выросла, участники рынка получили важный сигнал: наиболее негативный сценарий может так и не реализоваться. 📌Премия за риск сокращается Возвращение иранской нефти на мировой рынок влияет на цены не столько через рост физических поставок, сколько через изменение оценки геополитических рисков. Еще в разгар кризиса стоимость Brent превышала $120 за баррель на фоне опасений, что конфликт приведет к длительной блокировке Ормузского пролива и выпадению значительной части ближневосточного экспорта. Однако после промежуточных договоренностей между Вашингтоном и Тегераном и восстановления судоходства через Ормуз ситуация начала быстро меняться. К началу июля Brent опустилась примерно до $71 за баррель — почти на 40% ниже пиковых значений. Такое снижение объясняется не только ожиданиями дополнительных поставок из Ирана. Рынок начал закладывать существенно меньшую вероятность масштабного перебоя экспорта из Персидского залива, а значит, из цены стала уходить геополитическая премия, накопленная в период максимальной неопределенности. Именно поэтому реакция цен оказалась заметно сильнее, чем можно было ожидать, исходя лишь из объемов иранского экспорта. 📌Меняется структура торговли До смягчения санкций иранская нефть продавалась преимущественно с существенным дисконтом, а основным покупателем оставался Китай. Значительная часть поставок проходила через сложные посреднические и полутеневые схемы. Теперь ситуация постепенно меняется. По мере ослабления ограничений иранская нефть возвращается в более открытую систему мировой торговли, а значит, начинает напрямую влиять на региональные ценовые ориентиры и усиливает конкуренцию между экспортерами. 📌Испытание для ОПЕК+ Возвращение Ирана создает новую проблему и для ОПЕК+. Пока страна находилась под жесткими санкциями, она формально оставалась членом организации, но фактически была выведена из общего механизма ограничения добычи. Теперь баланс начинает меняться. Если Тегеран сможет увеличивать экспорт и наращивать доходы, а остальные участники продолжат сдерживать добычу ради поддержки цен, внутри альянса неизбежно возникнет вопрос: кто должен платить за стабильность рынка? На фоне накопившихся разногласий внутри ОПЕК+ и выхода ОАЭ из соглашения эта тема становится еще более чувствительной. Возвращение Ирана усиливает внутренние противоречия и делает систему коллективных ограничений менее устойчивой. 📌Ормуз остается ключевым фактором Последний кризис вокруг Ормузского пролива вновь подтвердил: мировой нефтяной рынок зависит не только от объемов добычи, но и от безопасности транспортных маршрутов. Даже если Иран увеличивает экспорт, инвесторы оценивают не только количество поставляемой нефти, но и способность всего региона Персидского залива обеспечивать бесперебойные морские перевозки. 👉Вестник Кавказа. Подписаться