ВЕНИЧКИ

Октябрь уж наступил — уж роща отряхает Последние листы с нагих своих ветвей; Дохнул осенний хлад — дорога промерзает. Журча еще бежит за мельницу ручей, Но пруд уже застыл; сосед мой поспешает В отъезжие поля с охотою своей, И страждут озими от бешеной забавы, И будит лай собак уснувшие дубравы… АЛЕКСАНДР ПУШКИН #видео: Иннокентий Смоктуновский Венички

В одной, в другой навалятся, А в третьей не притронутся — У нас на семью пьющую Непьющая семья! НИКОЛАЙ НЕКРАСОВ, «Кому на Руси жить хорошо» #видео: ©️Максимъ Добрый, Саратов Венички

Андрюша Миронов обожал напиток, который я при всем своем уважении к нему и абсолютной всеядности мог только пригубливать. Андрюша пил виски Black Label. У меня в кабинете осталась как мемориал одна недопитая Андрюшина бутылка. Но он пил не просто виски, а виски с молоком! Это был единственный случай такого коктейля в истории алкоголизма. Сначала наливалось молоко, потом виски. Кажется, один к десяти. Один – это молоко, а десять – виски. Напиток на него действовал, и он клялся, что такой коктейль не оставляет запаха. АЛЕКСАНДР ШИРВИНДТ Венички

— Не может же болезнь быть всеобщей, — возразил, пожимая плечами, Неведомов, — во всех эпидемиях обыкновенно более половины остается здоровыми, а тут — все… АЛЕКСЕЙ ПИСЕМСКИЙ, «Люди сороковых годов», 1869 Венички

Для нашего уважаемого друга… Грусть тоска запала в душу Эй, гитара, дай аккорд Чтоб в затравленую душу Разудалый влез огонь Позабуду всё что было Всё плохое вырву прочь Пусть цыганка очарует Разволнует мою кровь... Фильм «Из жизни отдыхающих», 1980 Танцуем все, праздник то какой💃🏻 🕺 А что еще остается в этой стране? Венички

Клянитесь, что лучшего вина не пили и никогда уже не сможете. То же с сыром. Он прекрасен, какими бы носками не пах. Сам я аккуратно следую этому правилу, благодаря чему и прослыл хорошим собеседником и знатоком кулинарии... СЛАВА Сэ, «Путешествующим» Венички

В наш тесный круг не каждый попадал, И я однажды — проклятая дата - Его привел с собою и сказал: "Со мною он — нальем ему, ребята!" Он пил как все и был как будто рад, А мы — его мы встретили как брата… А он назавтра продал всех подряд, - Ошибся я — простите мне, ребята! Суда не помню — было мне невмочь, Потом — барак, холодный как могила, - Казалось мне — кругом сплошная ночь, Тем более, что так оно и было. Я сохраню хотя б остаток сил, - Он думает — отсюда нет возврата, Он слишком рано нас похоронил, - Ошибся он — поверьте мне, ребята! И день наступит — ночь не на года, - Я попрошу, когда придет расплата: "Ведь это я привел его тогда - И вы его отдайте мне, ребята!.." ВЛАДИМИР ВЫСОЦКИЙ, «Песня про стукача», 1964 Венички

— Что же ещё у нас осталось? - спросил я. — Яблоки на деревьях, золотой октябрь и наши мечты, - ответила она. ЭРИХ МАРИЯ РЕМАРК, «Ночь в Лиссабоне» Венички

​Вдогонку прошедшему Дню учителя Невольно вспоминаю Николая Петровича, учителя труда, Он, сам того нисколько не желая, Сумел привить на долгие года Мне ненависть такой высокой пробы К общественно-полезному труду, Что могут испытать лишь юдофобы, Узревшие давидову звезду. Явившись в класс наутро после пьянки И волю дав трясущимся рукам, Он раздавал тяжелые киянки Трясущимся своим ученикам. По детским пальцам ею попадая — А это деревянный молоток, — Всем сердцем ощущал уже тогда я, Насколько будет мир ко мне жесток. Склонясь в халате синем над тисками, Я твердо знал, предчувствуя судьбу, Что мне свой хлеб не добывать руками, Пахать придется на чужом горбу. На нем же въехать в райскую обитель Мне суждено, когда настанет срок, Прими же благодарность, о учитель, За твой когда-то данный мне урок, Что не служил я ямщиком на почте, Что тяжкий молот выше не вздымал. Твой прах истлел на алкогольной почве, Но ты судьбу мою не поломал. Ты мир духовных мне открыл сокровищ И сам того не ведая тогда, Простой советский Николай Петрович, Учитель ненавистного труда. ©️ ИГОРЬ ИРТЕНЬЕВ, 2001 Венички

— Чрезвычайно, чрезвычайно любопытно! Послушайте: а не согласились бы вы… заспиртоваться? Это было бы для Единого Государства чрезвычайно… это помогло бы нам предупредить эпидемию… Если у вас, разумеется, нет особых оснований… ЕВГЕНИЙ ЗАМЯТИН, «Мы» Венички