Тина Канделаки

Бывают дни, когда конец и начало, скорбь и радость сходятся в одну точку. Кто-то может думать, что так не бывает, но для православных в Грузии день 28 августа — как раз такой день. Праздник Мариамоба (Успение Пресвятой Богородицы) вся страна встречает с именем Мариам на устах. Ещё в апостольские времена Богородица выбрала своим уделом Грузию, а затем святая Нино принесла в Грузию крест, данный Богородицей, и свет православия. С той поры история нашей веры полна чудес и таинств, случаев, когда люди отдавали свою жизнь не думая. Есть ли другое такое место на земле, где разом погибли сто тысяч мучеников, отказавшись наступать на разбросанные врагами иконы? Есть ли ещё страна, где самыми главными женскими именами были и остаются имена Девы Марии и святой Нино? В этот день мы отмечаем печальный праздник — день кончины Богородицы — и светлый праздник — её вознесение на небо. Это день, когда вся Грузия остаётся Уделом Богородицы — землёй, над которой простирается незримый покров самой Небесной Царицы. И каждый год 28 августа этот покров становится осязаемым — в звоне колоколов Сиони, в горящих свечах и в тысячах уст, произносящих имя Мариам.

Наступление ИИ это повод не только всплакнуть и писать мрачные прогнозы. Для продавцов современного искусства это повод продать то, на что в былое время никто, возможно, бы и не глянул. Главное правильно подать. Одним из главных трендов 2026 года владелец одной из ведущих арт-галерей Лондона Марио Зониас называет грядущую моду на наивную живопись, которая является ответом на генерацию ИИ-картинок. Не отстают и его коллеги, рассказывая о «детской прямоте», «эмоциональной непосредственности», сознательном сопротивлении алгоритмическому совершенству. «В среде, насыщенной генерируемыми ИИ изображениями, работы таких художников выделяются, они несут эмоциональную прямоту, которая становится всё более редкой в наше время», говорит Зониас. Уже появились звёздные художники, работающие в том самом стиле «детской прямоты», например Роберт Нава (Robert Nava), чьи картины регулярно продаются. Цена вопроса составляет сотни тысяч долларов за картину. Одна проблема, друзья, это сами картины, которые подаются как ответ ИИ. Можете на них посмотреть и понять, что то, что иногда черкают ваши дети, можно смело называть той самой «детской прямотой» и «сопротивлением алгоритмам». Просто вы продавать не умеете или ещё не знаете о наличии такого таланта. А вам эти «картины» чем кажутся? Искусством? Умелым маркетингом? Мошенничеством?

Иногда великого писателя возвращает за письменный стол не любовь и не потрясение, а чужое лицо на экране. Именно так, по легенде, случилось с Теодором Драйзером: после долгого творческого молчания он снова взялся за перо, посмотрев советский фильм «Мечта». На экране хозяйничала госпожа Скороход — смешная, властная и бесконечно одинокая героиня Фаины Раневской. Картину Михаила Ромма сняли в 1941 году. Действие разворачивалось в пансионе с красивым названием «Мечта», где никакой мечты давно не осталось. Раневская не превращала свою героиню в карикатуру: за резкостью и жадностью проступала несчастная женщина, цеплявшаяся за власть над жильцами. Фильм увидел Драйзер и, как вспоминали современники, был настолько поражён игрой актрисы и самой картиной, что вернулся к работе. Сегодня день рождения Фаины Раневской — актрисы, которой часто хватало нескольких минут в кадре, чтобы забрать себе весь фильм. Она не сыграла ни одной главной роли, но однажды её госпожа Скороход пересекла океан и усадила за письменный стол автора «Финансиста» и «Американской трагедии». Порой «Мечта» всё-таки исполняет своё обещание.

Я всю жизнь занимаюсь спортом и постоянно пробую что-то новое. Всегда ли я достигала тех спортивных целей, которые перед собой ставила? Нет. Но я не останавливалась. Мы все разные. У нас разное тело, генетика, скорость обмена веществ, возможности и, в конце концов, разный старт. Кто-то быстро видит результат, кому-то приходится идти к нему гораздо дольше. Но спорт — это не соревнование с человеком на соседней дорожке. Да и с собой вчерашним мы не всегда можем соревноваться: иногда сил больше, иногда меньше. Главное — продолжать🔥

Два беглеца переходят границу Московского царства и берутся за перо. Иоганн Таубе и Элерт Крузе — бывшие опричники и советники Ивана Грозного — после неудачного заговора бежали в Польшу и написали «Описание Московии». Их текст пережил и стрелецкие полки, и взятую Казань. Сегодня, в день рождения Ивана Грозного, интересно вспомнить, как вообще сложился привычный нам образ царя. При нём территория страны выросла более чем вдвое: были взяты Казань и Нарва, присоединено Поволжье, началось движение в Сибирь, появились книгопечатание, школы и постоянное стрелецкое войско. Под Молодью разгромили крымско-турецкую армию. Но образ Грозного во многом создавали его враги. Таубе и Крузе описывали его как кровожадного и извращённого человека, находящего удовольствие в пытках. Проверять такие рассказы было трудно, повторять — легко. Один текст становился источником для другого. Это не отменяет опричнину, новгородский погром и жестокость самого царя. Но со временем её стали рассматривать отдельно от эпохи, а достижения — отдельно от Грозного. Затем рукописный образ получил холст и экран: Репин запер царя рядом с умирающим сыном, Алексей Толстой закрепил образ тирана, а кино снова и снова возвращалось к безумному и кровавому государю. Так рамка стала важнее портрета: Казань, Молодь, Сибирь и Нарва остались за краями картины. А в центре до сих пор — Иван Грозный с окровавленным сыном на руках, каким его начали рисовать ещё два беглеца в польском убежище.

Недавно наткнулась на видео: американский блогер обнаружил в офисах Apple советский архитектурный след — будто на корпоративную планёрку тайком пробрались конструктивисты. Сходства и правда можно найти, но без признания архитекторов это пока эффектная версия, а не доказанный плагиат. Впрочем, маршрут влияния вполне реальный. Заха Хадид ещё в студенческие годы превращала идеи Казимира Малевича в архитектуру, а влияние супрематизма прослеживали и в её ранних зданиях — например, пожарной станции Vitra в Германии. А один из самых известных архитекторов современности и основатель бюро OMA Рем Колхас, ещё в молодости увлёкся проектами советского конструктивиста Ивана Леонидова. Знакомство с его работами подтолкнуло Колхаса к изучению архитектуры и позже повлияло на его собственный подход. Так что советский чертёж в Apple мог и не лежать, но его тень там появиться могла.