Телега морозных историй

Пока я очень медленно моргала, в мире выстроилась какая-то сомнительная культура раздачи диагнозов (с подключением меня, я знаю), которая выглядит так, что ты попиздел с кем-то за жизнь, а тебе хоба и 23 секунды спустя говорят ой ты наверное на спектре, да? И в глаза так участливо заглядывают. Мой главный вопрос, конечно, это ой а че борзые такие, забыли что реальность это не интернет, и неловкие ситуации могут решаться не баном, а прописыванием в щи? Мой второй главный вопрос, безусловно, это: дорогие мои, это у вас такая форма приветственного нейроотличного обнюхивания жопы, или как это понимать? Потому что я человек простой, мне не понятно. Почему если тебе какой-нибудь нормис ляпнет ого ебать а ты случайно не аутист, не пограничник, не нарцисс-абьюзер — это О БОЖЕ НЕТ ГАЛЯ У НАС ОТМЕНА, а если то же самое тебе скажет какой-нибудь аутист, пограничник или нарцисс-абьюзер — это такая вариация новой социальной нормы. Я в принципе не понимаю, с каких таких медными никелированными спицами вязаных хуйцов у нас в разговоре ставить друг другу диагнозы вдруг стало нормой, практически нормальнее чем "доброе утро" сказать. Ого, у тебя лицо такое напряженное, у тебя не геморрой ли часом? Ты так вспотел на созвоне, какие-то проблемы с сердцем? Ничего себе, ты на корпоративе не бухаешь, антидепрессанты что ли пьёшь? Попытки самовыпила были? Ну и так далее. И всё это с огромной претензией на осознанность и прогрессивность. Мы-де проработанные, называем вещи своими именами. Ебать. Ну, во-первых, есть большая разница между называть вещи своими именами и лезть малознакомым людям в жопу без приглашения. Во-вторых, почему-то на встречный вопрос по поводу достатка или выбора одежды проработанные ужасно обижаются. Хотя эти штученьки мы как раз выбираем, в отличие от, например, попадания на спектр. Короче насрано в головах с каждым годом всё крепче, и это крепче всё настойчивее лезет в овертоново окошко, так что света белого за ним не видно. Держимся, ребят, держимся, шлём нахуй, вежливо киваем, внутренне угораем и шлём нахуй. Можно в формулировке «моя доула квантового кринжа считает, что разговоры на эту тему вредят свежести моего дао». Ваша доула кринжа это, понятно, Телега. Есть ещё, кстати, мнение, что в приличном обществе за столом не обсуждают политику, здоровье и религию, но к этому разговору мы пока не готовы. Пис.

Помните славные времена, когда мы все жаловались на новый дизайн аватарок ВК? Пришло время насрать Дурову в панамку по новому поводу 🥰 И ведь люди с зарплатками которые нам и не снились реально посвящали этой хуерге собрания. Спринты. Совещания.

Мы все уже наверное тыщу раз слышали задолбавшее «важно не событие, а как ты его воспринимаешь». Типа не можешь изменить реальность — измени своё отношение, тыры-пыры. Что, вроде мы уже писали про это? Раз триста примерно? А вот не угадали, этот текст вообще не то, чем кажется. Оставайтесь с нами, рассказывайте друзьям. Короче к вящему моему ужасу научно доказано, что, сука, всё реально так. Да, наше восприятие травмирующего тяжёлого события всегда необъективно, клонится в сторону чернейшей черноты бесконечности и рисует его гораздо мучительнее, чем оно было на самом деле. Разумеется, и в этот раз наш мозг приложил к этому, гм, руку. Значит, смотрите, что происходит, когда происходит некоторое дерьмо. Наша амигдала гиперактивна. Её можно понять. Это её работа — генерировать страх, ужас, тлен, ангст и безысходность. И вот эта её гиперактивность, внимание, следите за руками, нарушает нормальную работу гипоталамуса. А гипоталамус у нас в мозгу не только регулирует биоритмы (фан факт: именно разрушение гипоталамуса прионами приводит к фатальной семейной бессоннице, человеку становится нечем спать), он ещё отвечает за субъективное восприятие времени. И в условиях стресса он, бедняга, просто не может разделять происходящее на удобоваримые фрагменты, тем более — организовывать их в связный таймлайн. Поэтому самые жуткие воспоминания нашей жизни всегда такие скомканные, запутанные. То тянутся бесконечность, как пауза между фразами на сцене, когда в лицо бьёт луч прожектора, то вмещают в пять минут больше насилия и боли, чем может, казалось бы, поместиться в одну человеческую жизнь. Это просто особенность нашего железа. Зачем тебе эта информация? Ну, лично я для себя нашла в этом ключ, например, к тому, что каждый такой тортик из говна — на 70% ложь. Поэтому я могу сама решить, какая именно версия ближе всего к реальности, вздохнуть над ней и выбросить из головы к херам. И — да, разумеется, чем социопатичнее человек, тем лучше и детальнее он запоминает эти истории благодаря общей сниженной активности амигдалы. Но это уже совсем другая история. Пис.

Есть теория, согласно которой мы на самом деле почти не имеем дела с объективной реальностью: она настолько сложна и многогранна, а наш мозг настолько не вывозит комплексный обстрел сигналами, что буквально генерирует мир вокруг нас каждую наносекунду времени. Согласись, очень отрезвляющая мысль для таких персонажей как мы, которые уже десять лет требуют, чтобы люди, бляди такие, не пиздели себе, и не бултыхались в розовых соплях иллюзий. Была бы, если бы не одно но: объективная реальность существует, и — о ужас — неизбежно наступает. И прикладывает нас асфальтом об лицо, хотим мы того или нет. Почему? Ну, например, потому что независимо от того, что ты там себе воображаешь, фонарный столб вполне реален и осязаем. И какими бы аффирмациями ты ни убаюкивал свою маленькую амигдалу, если ты будешь игнорировать существование столба, ты уебёшься в него лбом. Оставляя за скобками случаи мучительной надежды (когда мы имеем дело с болезнями и невосполнимыми утратами), идеальные штормы и стихийные бедствия, я вам так скажу, мои хорошие: абсолютно все ситуации, когда говно наступает внезапно и неожиданно — следствие того, что ты игнорировал реальность. Не бывает так, что отношения разваливаются без единого звоночка или хотя бы бледно-розового флажочка. Если ты была само совершенство, а он ушёл к этой сучке крашеной одним днём, это был либо международный День Соломинки На Горбу Ебучего Верблюда, либо ты была в отношениях с каким-то пиздаболом. Или, что вероятнее, твоё совершенство было / стало не нужно. Не бывает так, что увольняют абсолютно нисхуя. Даже если ты всё делал идеально, раз тебя уволили — значит, ты нанялся к каким-то пиздаболам. Или, что вероятнее, то, что ты там идеально делал, было / стало не нужно. В общем, можно продолжать бесконечно — да, да, как обычно, под крики «вы обвиняете жертв!!11». Нет, мои маленькие отрицулечки; я просто пытаюсь не терять контакт с реальностью. Она просто есть — такая, какая есть. Нужно помнить, что объективной реальности глубоко поебать на вещи нематериальные: на ваши убеждения и устремления, на ваши мечты и интерпретации, на ваши навязочки и вайбы, на всё, что составляет до 80% жизни отдельных человеческих существ. На самом деле есть только то, что может зафиксировать камера без звука. Всего остального в реальности не существует, какие бы последствия и войны эти неосязаемые вещи ни порождали. Правда в том, что реальность — не плохое, не хорошее, не злое и не доброе место. И с ней вполне можно иметь дело и можно даже договориться, если принимать к сведению эту её маленькую особенность. Ну, только при условии что вы не называете её «дорогое Мрзд». Таким она нахуй голову отрывает при первой возможности. Пис.

читаю по утрам персонализированную подборку всяких новостей из мира науки, искусства, археологии, макабра, и случайно обнаружила, что люди действительно бесятся с жиру. так что если у тебя там допаминовые качельки и прочая обусловленная цифровой эпохой депра и неспособность палец о палец ударить, придвигайся к экрану (а теперь переведи взгляд на точку на горизонте, а теперь обратно на экран), будем исправлять. у нашего мозга есть два взаимоисключающих режима работы: дефолтный и исполнительный. в первом мы максимально непродуктивны: предаёмся сладким грёзам, растекаемся мыслию по древу, сладко ебланируем и скачем как ебучие лягушечки с темы на тему. во втором мы фокусно ебашим. оба режима, как несложно догадаться, взаимоисключающие: во-первых, за их работу отвечают несколько разные области мозга. во-вторых... ну, если дефолтный не выключается во время работы исполнительного, то и результаты будут говно и риск депрессии повышается, а исполнительный подтравливающий в дефолтный не даст тебе качественно разлагаться и рефлексировать. понятно, что суп можно есть вилкой, но ложкой это делать удобнее. поэтому я почесала в затылке (базово в подборке-то было только исследование о влиянии гиперактивного дефолтного режима на риск возникновения депрессии), покумекала немножко, и подумала НУ НАВЕРНОЕ оба режима надо бы разделять и использовать по назначению. но как! ну я короче узнала, как. переведи взгляд с экрана на воображаемую далёкую точку на горизонте. верни взгляд на экран. дефолтный режим похож на полусон, поэтому не любит некоторое количество вещей — он от них скукоживается и выключается. первая вещь — дискомфорт. постоять на холоде, поплескать на лицо холодной водой, задержать дыхание на выдохе, выполнить несколько подходов нелюбимой физухи — хороший способ выключить его. сюда же я бы записала психологический дискомфорт: пообещать кому-то сделать. работать вместе с кем-то (в публичном месте, офисе, на звонке с другом). вторая вещь — ясность. дефолтный режим правит там, где мы не знаем, сколько у нас задач, сколько мы будем их делать, когда закончим — поэтому мы делаем их постоянно или никогда или вот-вот. (иронично, блядь, подумала я мрачно в этом месте, то есть, чем больше у меня задач, тем выше шансы провалиться в ебучий кисель непродуктивности и утонуть в нём нахуй) поэтому, если тебе нужно фокусно поработать, ты пишешь чётенько, что конкретно тебе нужно сделать, и сколько ты будешь этим заниматься. и садишься заниматься. сюда же я запишу ясность сроков, да-да, пресловутое помодоро, фокусный режим у системы и разбитые на отрезки работа/отдых ролики на ютубе. причём так, чтобы это было видно — чтобы можно было перевести взгляд и увидеть, что там по времени. третья вещь — вынуть мышление из головы наружу (и вообще вынуть голову из жопы). это значит переключиться с рефлексии и размышлений на писать от руки, делать наброски, проговаривать вслух, в том числе самому себе. четвёртая — бросить дефолтному режиму кость в виде фонового звукового сопровождения. без текста — отвлечётся как пить дать. без эмоциональной нагрузки — понятно, почему. что-то знакомое — и рефлекс выработаешь, и мозг, увлечённый новизной, не ломанётся в личку к какому-нибудь из знакомых Никит, обсуждать тёплый ламповый звук. собрала я себе из этого джентльменского набора небольшой стартовый сет, чтобы входить в фокусный режим (рассеянный на то и режим по умолчанию, что включается сам), и у меня впервые за долгое время был ебануться какой продуктивный понедельник. такое ощущение контроля над жизнью мне нравится, может и вам пригодится. пис.

я довольно много лет тщательно воздерживалась от того, чтобы делиться своей жизнью с внешним миром. вот вам загадочные обрывки и послания, держите. потому что, во-первых, какая разница, если что наверху, то и внизу, а, во-вторых — какое их, спрашивается, дело? но так уж получилось, что я существо чрезмерно чрезвычайно рефлексирующее. и лучшие мои годы приходились на времена, когда я все эти формальности на хую вертела. ну вы знаете — тебе двадцать, у тебя двадцать третий по счёту совершенно новый дневник на дайриках с невероятно остроумным никнеймом, и ты очень замысловато и поэтично описываешь, как вчера побухал, траванулся и грустно курил с утра на балконе, да так, что Буковски завистливо поскрипывает в гробу. сегодня я осознала, что с одной стороны, конечно, да. какое вообще их дело, чем я живу, что делаю, и что из этого получается. а с другой — я лишаю себя важного инструмента самоисследования. потому что то, что ты готов вынуть из сердца, поднять над головой и показать не абстрактной вСелЕннОЙ, а тем самым остальным — довольно показательная штука, на самом деле. нам ведь только кажется, что мы все ужасно сложные и загадочные. на самом деле мы очень простые и умещаемся в абсолютно каждый написанный нами текст длиннее пары строчек. за нас всё говорит выбор слов, акценты, приоритеты и фокус внимания. всё, всё, абсолютно всё. где нам болит, что для нас важно. наши слова выдают нас с головой — они снежная лавина, океанский прибой, анафилактический шок. в мире нет кнопки отмены или мьюта, всё, что мы говорим, звучит на самом деле и только так, как мы это произнесли. потом, конечно, можно попытаться объяснить. но факт того, что нужно объяснять, как мы знаем, говорит сам за себя. посмотрим, захочется ли мне в итоге пытаться что-то объяснить. пис :*

Дорогие друзья. Этот год был, следующий год будет не этот, стоп, не та методичка. Рановато ещё, конечно, для новогодних пожеланий, но то, что я сейчас напишу, актуально всегда, везде, в любой момент времени, поэтому если в 2026 ты будешь следовать только одному правилу, то пусть это будет оно: не надо срать там, где ешь. Поверьте человеку, который однажды проклял целый цыганский лагерь, выросший как плесень на его сакральном обрывчике: это плохо заканчивается. Срать там, где ешь, впрочем, не надо не потому что вас проклянёт незнакомая женщина в интернете, и даже не потому что фекалии употреблённые внутрь даже случайно исторически склонны людей убивать. Делать так не надо, потому что тогда ничего, кроме говна, в твоей жизни не останется. Cовременный мир — довольно неприятное место. Там, где тебе в лицо не летит нефильтрованная глубинность народа, тебя заебут просветлёнными правилами и прочим пуританством. Праздник либо ты устраиваешь себе сам (потратив средства, время и нервы), либо тебе его устроят маркетологи корпораций. Не хватает смысла, контакта, честности, тишины. Не хватает справедливости, покоя, веры в то, что всё будет хорошо. На этом фоне можно отлететь на раз-два. Чтобы просто существовать не двигаясь умом приходится прилагать нихуя себе усилия. И мы прилагаем. Мы создаём себе безопасные места, внутри и снаружи. Мы тщательно выбираем своих близких. Мы выбираем то, что мы смотрим, слышим, читаем, видим. Мы слушаем себя и выбираем, чем и кем себя окружить. А потом ты позволяешь мудозвону-начальнику залезть тебе в голову, две недели живёшь на кофе и дедлайнах, орёшь на партнёра, не отвечаешь на сообщения друзей днями, спишь как попало, тащишь работу в постель, в ванну, на любимый уголок на диване, в каждый первый разговор — и вуаля, нахуй. Всё разваливается. Любимый уголок больше не уголок, да и вообще ничего больше не уголок, друзьям ответишь "когда закончишь с делами", жить тоже будешь когда закончишь с делами, нет времени развлекаться, нет времени на партнёра, нет времени на сон, ещё один дедлайн, ещё один проектик, ещё одна задачка. Поздравляю, ты только что насрал там, где ешь. Так делать не надо. Защищай свой мир. Любой ценой. Тебе не должно быть стыдно за то, что ты оставляешь за дверью своего места всё, что может мешать тебе в этом месте заряжаться. И — да, нам часто приходится сжимать яйца в кулаке и идти дальше вопреки, а не благодаря. Но даже в сраном концлагере люди находили силы оставлять какую-то часть жизни только своей. И, кстати, благодаря этому выживали. Без этого ты даже не в концлагере рискуешь помахать кукухе платочком. Ты не можешь позволить себе быть второстепенным персонажем в своей собственной жизни. Второстепенные персонажи забываются. Бывают, конечно, ситуации, когда у тебя для тебя нет своего места. Но это тема для другого разговора. Пис.

«ФУРИЯ. ТОМ 2. ВО ВСЕ ГЛАЗА» СКОРО В ПРОДАЖЕ! Ника Чайкина, некогда побывавшая и воровкой, и секретным агентом, теперь становится матерью для своей приёмной дочки по имени Надя. Она продолжает заниматься спасением «оперённых» и благодаря старым друзьям запускает благотворительную организацию «Крылья», однако далеко не все рады её помощи. В её жизнь возвращается Братство Воров, а значит, события вокруг Ники и её подопечной Блю закрутятся с ещё большей скоростью. И узнать, что же с ними произойдёт, вы сможете на 152 страницах долгожданного второго тома! Новый том «Фурии» поступит в продажу 12 декабря в фирменном магазине, на сайте BUBBLE и на фестивале Comic Con Игромир 2025. Сценарист: Надежда Коновалова. Художники: Екатерина Осинцева, Екатерина Степанова. Колорист: Анастасия Сёмышева. Обложка: Юлия Журавлёва.

очередная отмазка, почему мамочка не писала новые телеги, друзья 😌 ну теперь-то начну.

ПЛОХОЕ В ПЯТЬ РАЗ СИЛЬНЕЕ ХОРОШЕГО Или что такое Индекс Готтмана? Веками искусство и религия изображали человеческую жизнь как борьбу сил добра и зла. На метафизическом уровне – злые боги противостоят силам света и гармонии, Дьявол пытается низвергнуть Творца. На индивидуальном – искушение и разрушительные инстинкты борются со стремлением к добродетели, альтруизму и самопожертвованию. «Хорошо» и «плохо» – одни из первых слов и понятий, усваиваемых детьми, а большинство людей могут отсортировать любой опыт, эмоцию или результат на “белое” и “черное”. Так какую же форму принимает этот вечный конфликт в нашей повседневной жизни? В статье Baumeister et al., 2001 – “Bad Is Stronger Than Good” были рассмотрены и сопоставлены сразу несколько исследований из разных практических областей, включая семейные отношения, эмоциональный аффект, репутацию, финансы и нейробиологию. И все они подтверждают одну общую гипотезу: зло сильнее добра. Говоря другими словами, события с отрицательной валентностью (например, потеря денег, развод и критика) окажут на человека большее влияние, чем события того же типа с положительной валентностью (выигрыш в лотерею, свадьба и похвала). Это не означает, что зло всегда будет торжествовать над добром, обрекая человечество на гибель и страдания. Скорее, добро может одержать верх над злом благодаря численному превосходству: множество хороших событий могут преодолеть психологические последствия одного плохого. Некоторые данные свидетельствуют о том, что реакции мозга сильнее на плохие вещи, чем на хорошие. Это объясняется тем, что мозг обрабатывает негативные эмоции иначе: миндалевидное тело активируется и помогает фиксировать детали, но снижает участие гиппокампа, который отвечает за контекст. Такой способ запоминания полезен для выживания – он помогает избегать опасных ситуаций в будущем. Но он же может быть проблемным в современном мире, где угрозы часто символические. Например, те, кто склонен к руминации или тревоге, «застревают» на негативных деталях и не могут отпустить событие. Интересно, что с возрастом происходит обратное: люди начинают меньше обращать внимание на негатив и лучше запоминают позитивные события. Это связывают с изменениями в эмоциональной регуляции и мотивации. Исследование Готтмана и Крокофф (1989) стало одним из тех редких примеров, когда психологический эксперимент приобрел почти литературное измерение – наблюдение за тем, как любовь медленно превращается в привычку, а привычка – в раздражение. Учёные записывали на видео, как супруги разговаривают: о мелочах, о работе, о детях, о том, кто должен вынести мусор. Затем эти записи тщательно расшифровывались и кодировались – каждое слово, пауза, жест, интонация. Результат оказался не в пользу романтических идеалистов. Позитивные взаимодействия действительно присутствовали, но их влияние на удовлетворенность браком оказалось ограниченным. Зато негативные эмоции – упрёк, презрение, оборонительная реакция, отстраненность – имели вес, несоизмеримо больший. Одно напряженное высказывание могло перечеркнуть эффект нескольких добрых слов. Исследование показало, что качество отношений определяется не количеством любви, а частотой боли. Готтман первым зафиксировал этот дисбаланс с научной точностью: он предложил показательный диагностический индекс для оценки отношений. Для того, чтобы отношения были успешными, позитивные и хорошие взаимодействия должны превосходить по численности негативные и плохие как минимум в пять раз. Если соотношение ниже этого, отношения, вероятно, потерпят неудачу и распадутся. И именно в этом кроется простая и не самая приятная истина: человеческая психика устроена не для равновесия, а для выживания. Она запоминает боль точнее, чем радость, и реагирует на угрозу быстрее, чем на любовь. Можно назвать это инструкцией “как все исправить”, а можно – причиной не выбирать плохое, заведомо зная о его разрушительной силе. #психология #отношения