NERV. Писатель Сергей Ким

Пришла на почту рассылка с Литмаркета: "Литмоб «Офицер. Сердце под прицелом» — пронзительные истории о сильных людях, выборе и чувствах, которые помогают пройти через боль и обрести надежду. О тех, чья профессия — защищать Родину, и о любви, способной исцелять". Из 17 обложек - 13 со словом "развод". Я, наверное, чё-то не знаю об исцеляющей любви, да?

Поздравляю с Днём России!

Жили в палатке – не старой, брезентовой, а новой. Спали на раскладушках, укрывались старыми одеялами, хотя спальники нам уже выдали. Но многие, я в том числе, их распаковывать не спешили – потом же один фиг обратно упаковывать. Грелись печкой-буржуйкой, октябрь на дворе – уже холодало, начинались первые заморозки. Старым барсам выдали вещмешки с мобрезерва, поэтому их можно было отличить не по старой пиксельке, а по ВКПО. У меня ВКПО не было, но забрал вещмешок – он был нового образца, значительно более вместительный и удобный. Когда отбирали личный состав, спросил кто будет вторым номером расчёта у меня. Вызвался один парень. Правда, в следующие дни он протрезвел после дороги и резко передумал воевать, хотя по пути с севера грозился лично загрызть всех хохлов) Тут же у него резко обострились все возможные и невозможные заболевания, он вспомнил что ему когда-то на голову падал автомобильный аккумулятор, и вообще у него срочно появилось трое детей) Комиссовали его в общем. В целом это была типичная ситуация. Кто больше всех орал о том какой он крутой до отправки, на фронте зачастую сдувался. Или раньше. Также со временем разобрались и комиссовали всех, кто не служил срочку, если только они не хотели остаться добровольно. Комиссовали с заболеваниями, многодетных и тех, кому оформили бронь. У нас так комиссовали дядьку по кличке Молодой – на вид ему было все семьдесят лет, на деле было лет пятьдесят, он страшно маялся спиной, но хотел поехать с нами. Однако ему после медобследования сказали – какая тебе война? Тебе вообще инвалидность надо оформлять! Пока ждал свой пулемёт – остальные ходили на стрельбище, а я оставался на палатке. Рубил дрова, наводил порядок. Однажды так меня поймали приехавшие на полигон корреспонденты. Ну я на камеру выдал что-то бодрое и патриотичное – а попробуй не выдай, за журналистами маячил наш комбат)) Тем временем старые жилые домики на полигоне начали приводить в порядок, пригнав бригады гастарбайтеров – губернатор расстарался. Так что львиная доля средств, о трате которых он отчитался официально, ушла именно на это. Новый сортир построили, правда его какие-то свиньи начали быстро засирать. Народ негодовал и грозился поломать конечности, если кого-то поймают на горячем, но никого не поймали, увы. Проводили занятия. Просто стрельба по мишеням, пристрелка оружия, стрельба с перемещением, зачистка окопов, минное дело, много медицины. Кто-то вообще впервые стрелял, потому как срочка у некоторых проходила в девяностые, когда никто не стрелял. Патронов не жалели. Оглядываясь на это, скажу, что готовили-то нас относительно неплохо – целый месяц мы этим маялись. Потом же, да и сейчас в практику вошло другое: подписал контракт – поехал на СВО, без учёта твоей подготовки. Да и физической формы. Я, например, на полигоне сбросил минимум килограмм десять, потому как перемещаться приходилось много. Ходишь в броне, до стрельбища оружие и БК волочёшь на себе, были однажды и манёвры всех, когда я за день набегал километров десять в броне и с пулемётом, и под конец вообще сдох просто. Кормили нас срочники на полевой кухне, хотя еду привозили и знакомые-родственники и тётки из соседней деревни привозили на машине всякую всячину – пиццы, пирожки, газировка, энергетики. Ну и по запросам могли что-нибудь привезти индивидуально. Я столовался на местных харчах – было вполне приемлемо. Помыть котелок и умыться, правда, было непросто – с водой так себе было. Выручал моток одноразовых пакетиков, которыми обматываешь котелок, набираешь туда еду, а потом тупо выкидываешь пакетик. Срочники на кухне были вежливы) Ну а попробуй нахами какому-нибудь дядьке в горке без знаков различия, а это окажется майор или подполковник) С помывкой тоже было туговато, но народ периодически отпрашивался в город – по делам или за покупками снаряги. Я так ездил с другу и у него мылся. Нет, имелась у нас полевая автобаня… Но она быстро сгорела) По некоторым данным – какой-то сверхразум варил там себе алхимическое зелье, расширяющее сознание, и нечаянно сжёг машину.

Пятницу мы провели растительно. Мобилизованных пытались построить на плацу и пересчитать, но это оказалось жутко долго и неэффективно, так что мы барсовским взводом разок постояли и свалили. Задачу сваливания облегчало, что в нашем составе было пара майоров, человека четыре капитана, старлеи и лейтенанты. В отличие от других кубриков у нас всё было чинно и спокойно, никто не пил) Единственный эксцесс был, когда несколько товарищей за пределами части немного выпили и были задержаны. Но военную полицию поставило в тупик то, что нарушители пытались не сбежать из части, а законопослушно вернуться в неё) В субботу нас первыми, как самых благонадёжных и дисциплинированных, вывезли на стрельбище. Выдали совершенно убитые «калаши», мой, например, вообще отказался стрелять, подавившись патроном. Ну немного постреляли, потом послушали офицера, который уже был на СВО – он кратко обрисовал с чем нам вообще придётся столкнуться. Бои на лесополках, осколочные ранения как основная опасность, настоятельная рекомендация иметь максимальную бронезащиту – воротники, напашники. Плюс занятия по медицине, где в первую очередь отрабатывался навык быстрого перематывания жгутом. Познакомились с гемостатиками (отечественными) и турникетами (отечественными и трофейными). Отечественные медики оценили выше, чем трофейные. Гемостатики отечественные тоже считались хорошими, потому как среди трофеев, например, попадались старые натовские, которые рану-то закупоривали, но ещё и давали химический и термический ожог. Сразу же отговорили творить дичь, пихая в раны тампоны и женские прокладки, как кто-то практиковал поначалу. В воскресенье нас первыми отправили на полигон на постоянное место жительства и подготовки. Там же среди наших офицеров возникла идея поездить по городкам и отобрать наиболее адекватных и мотивированных – с этим подошли к замполиту бригады, тот идею одобрил. Следующие дни этим и занимались, а самых безнадёжных сразу же начали отправлять на фронт первой же партией. Потом начали выдавать оружие – автоматы и гранатомёты привезли сразу, а вот свой пулемёт я ждал ещё несколько дней. Оружие всё было неновым, но в отличном состоянии. РПГ и ПКМ вообще были прямиком с хранения – с нулевым настрелом и в идеальном состоянии. Калаши попадались потёртыми, но после оценки это было признано несущественным, потому как зачастую это было оружие, которое выдавали на присягу и в караул. Да, внешне стволы могли быть обшарпанными, но настрел у них опять же был околонулевым. Кому-то из барсов даже закреплённые в мобрезерве стволы выдали. Нарекания вызвали только некоторые АК-74М – они оказались откровенно паршивого качества в большинстве, у одного вообще ствол кривой оказался. Затем наш изначальный взвод раскидали по новосозданной роте, которая была нетипичного состава – из четырёх взводов. Трилинейных и один штурмовой – был такой эксперимент. Штурмовым взводом стал взвод из сахалинских казаков, которые тоже были в мобрезерве. Казаки я вам скажу – это было нечто. Но о них ещё пойдёт речь) Поначалу же они просто ходили на понтах, бравируя тем, какие они крутые, всё время тренируются и поэтому им нужно всё лучшее. Лично меня удивила позиция некоторых из них, которые заявляли какие они крутые рэмбо и как будут рвать хохлов. Откуда вы, блин, это знаете? Вы ж под обстрелом никогда не были, в бою не были, а до тех пор никто не знает как себя поведёт в такой ситуации. Я попал пулемётчиком во второй взвод, который некоторое время жил без офицера. Неплохо жил так-то) ЗКВ у нас был Димон – мировой мужик, весёлый, адекватный и спокойный. С боевым опытом – в 94м брал Грозный. Любимая фраза при побудке с утра - «подъём, воины ислама!».

Форму нам выдали в подвале, где мне приходилось со своими 192 см роста сгибаться. Дали старую пиксельку с ещё напузными погонами, которую забросили на склады хранения ещё после моей срочки, когда вернули нормальные погоны. Дали дубовые берцы и вещмешок образца 1930х годов, ныне уже устаревшую аптечку с ИПП в подсумке… Ну и собственно всё. На меня на удивление форму нашли, а вот одному дяде не повезло – на нём даже самые большие размеры не сходились, потому как китель не сходился на объёмистом пузе) После чего нас снова погрузили в автобусы и отправили в уже другую часть, где мы и должны были дислоцироваться. По прибытии встречающие нас контрактники спросили есть кто-то из мобрезерва. Остальные даже не поняли о чём шла речь, а я поднял лапу и меня отвели в отдельный кубрик, где я встретил знакомых по нашему БАРСу. Номинально наш БАРС был стрелковым батальоном, фактически мы тянули разве что на роту. По мобилизации явился дай бой взвод в пару десятков человек, остальные слились. Так закончился первый день мобилизации.

Решил всё-таки немного систематизировать и записать воспоминания о своей военной службе. О частичной мобилизации я узнал, как и многие – из телеобращения Президента РФ 21 сентября 2022 года. Было часов пять вечера, я обедал после работы, когда и началось выступление. Дядя ещё спросил меня – а не привлекут ли меня? Услышав, что привлекать будут имеющих пребывающих в запасе, имеющих соответствующие военно-учётные специализации и соответствующий опыт, ответил – что да, вполне возможно. Опыта боевых действий у меня, конечно, не было, но ВУСы были вполне востребованные, как мне показалось – разведчик-топогеодезист самоходно артиллерийского дивизиона и старший стрелок-снайпер. К тому же на тот момент я подписал контракт с БАРСом – мобилизационным резервом. Что представлял БАРС на тот момент? Что-то вроде Национальной Гвардии США – обычный гражданин заключает контракт с Министерством Обороны, получает небольшую выплату за нахождение в резерве в зависимости от звания, ВУСа и региона. В случае Сахалина это было где-то ну тысяч пять рублей. В обязанности входило раз в месяц являться на трёхдневные сборы в военную часть и выезд на полигон, а раз в год планировались месячные полевые учения с уже полноценным окладом военнослужащего. Пропущенные на официальной работе дни компенсировались, как будто ты эти дни отработал. Набор в БАРС с обзвоном потенциальных граждан начался ещё в августе 2021 года, что меня на тот момент уже насторожило. Почему решил записаться? Ну уж не ради денег, естественно) Развеяться, вспомнить армейскую службу, научиться обращаться с какой-нибудь военной техникой и оружием. Правда, до мобилизации особо поучаствовать не получилось из-за болезни матери за которой требовался уход, так что был я по сути всего на одном трёхдневном выезде. Где нас экипировали, выдали оружие согласно должностям и провели стрельбы на полигоне. Так как на тот момент в сахалинском БАРСе сводобными оставались лишь должности гранатомётчиков и пулемётчиков, я записался как пулемётчик, так как на срочке с пулемётами дел практически не имел. Ну разве что таскал по тревоге ПКТ наших МТЛБ. На следующий день с утра я почувствовал себя неважно, так что отписался на работу, что посижу денёк дома, полечусь. Мне сначала дали добро, а затем перезвонили и попросили явиться на сборный пункт. Как сказали – для уточнения данных. Ага-ага))) Взял рюкзак, собрал паспорт и военник, немного сменных вещей, телефон, пауэрбанк, перекусы в виде «сникерсов» и орешков, надел тактическую рубаху, камуфляжные штаны и берцы, после чего дядя отвёз меня на сборный пункт, который развернули в нашем мореходном колледже. Там уже потихоньку собирался народ, пару часов посидел там, подождал, дожидаясь очереди. Затем меня записали, и военком спросил «ну что, Сергей Александрович, готов?». А я что? Я готов. Нас погрузили в автобусы и отправили в военную часть. По пути кто-то уже начал вовсю наливаться то ли с горя, то ли на радостях) Попутно тормозили около магазинов – купить еды, питьё, курево, ну и бухло кто-то брал, как же без этого) В дороге разговорился с соседом, который был в перманентном охреневании. Парню не было ещё и тридцати, срочку он никогда не служил, дома ждало трое детей, из вещей у него с собой было звонкое ни хрена, потому что начальство ему тоже сказало просто заехать и отметиться. Я в его глазах выглядел как сверхподготовленный боец)) К вечеру мы добрались до военной части, где нас начали переодевать в военную форму. Там же поболтали с местными контрактники, кое-кто уже был на СВО. Некоторые несознательные личности упились уже до состояния нестояния, валясь на траве – таких вежливо утаскивала военная полиция) Наши невельские автобусы оказались тем ещё образцом трезвости, в отличие от некоторых кадров, приехавших с севера. Нас же не в одиночку отправляли, а приставляли кадрового военного и представителя полиции. В одном из автобусов именно страж порядка и упился в сосиску, так что свежемобилизованные его выносили на руках)

Насколько я фыркаю от созданных нейронкой текстов, настолько же мне нравится генерация картинок. Конечно, пока найдёшь сервис, с которым не было бы особых плясок с бубном, опухнешь... Но результат есть. Первый арт - самая первая обложка первого Ордена геноцида, второй - перерисовка, когда пришлось менять художника, ибо с первым дальше работать не получилось. А третий - нейронка. Ну, о перепетиях работы с художниками я уже не раз жаловался), так что возможность ни от кого не зависеть и получать вполне пристойный результат мне нравится.

Вдогонку в арту-нейропеределки обложки четвёртого тома. АСВК и ЗКВ. АСВК у нас во взводе была. Нештатная, разумеется. И, разумеется, добыл её ЗКВ. В тяжёлых боях с начальником по вооружению батальона. Лежала она на складе с прострелянной сошкой. ЗКВ её увидел и сказал «ХАЧУ». Мастер над оружием сказал «НЕ ДАМ». ЗКВ сказал «КАК ЭТО НЕ ДАШЬ, ЕСЛИ МНЕ НУЖНЕЕ». И выцыганил, естественно. Сошку какие-то умельцы заварили и у нас во взводе появилась данная огнестрельная единица. Скажу откровенно – чтобы с рук с неё стрелять дури надо иметь неимоверное количество, её просто-то перетаскивать было тяжело. Что неудивительно – с патронами и прицелом она весит килограмм 15 примерно. Отдача бешеная – после нескольких отстрелянных магазинов даже в броне на плече будет синяк, в организме контузия, а в ушах глухота. Более-менее стрельбу рядом выдерживал только я, потому как из-за бытности пулемётчика я и так был на одно ухо глуховат (слух выправился только спустя год после СВО примерно). Как-то мы с ЗКВ решили с неё пострелять по хохлам. Ну как – решили? ЗКВ захотел, а я был вторым номером. Он стрелял, а я в цифровой бинокль корректировал. Стреляли валовыми патронами 12,7 мм – не снайперскими, трассирующими. При этом по паспорту у неё дальность стрельбы 1500 м, а мы били, судя по дальномеру, где-то на 2,2 км с лишним. Никого не подстрелили, конечно) При этом ЗКВ, будучи отнюдь не снайпером-профи и стреляя обычными патронами, добился устойчивых попаданий в бруствер окопа. Курящий рядом хохол так ничего и не узнал, какой опасности подвергался. Разброс при этом составлял где-то ну примерно метр. К тому прицел на такую дальность тоже рассчитан не был и целиться было трудно – я сам попробовал, видно было уже очень хреново. Так что полагаю, что при более крутой оптике, а не со штатным 1П71, который всего-то десятикратный, и снайперским патроном вполне реально было бы вести огонь на такую дистанцию по «целевой аудитории», то бишь полевым укреплениям и легкобронированной технике.

Врата, глава 19: https://author.today/work/495609

Не так давно посмотрел «Проект Аве Мария», который наши локализаторы в своём духе обозвали «проект Конец Света». Дякую тобi Боже, шо не «Космическая братва», и то хлеб. Отзывы были хвалебными, вот и глянул. Если кратко – вообще не пожалел. Такой себе «Интерстеллар» на минималках и без выноса мозга в концовке. Сюжет: человечеству, как водится, жопень приходит. Виной тому – злобные микроорганизмы-астрофаги, которые умудрились ни много ни мало, а чутка затушить Солнце. И не только Солнце, но и вообще всё звёзды у нас в округе… кроме Тау Кита. Человечество объединяется, привлекает лучшие умы и все возможные ресурсы, и отправляет к Тау Кита корабль «Аве Мария», чтобы вероятно найти способ устроить солнышку дезинфекцию. Топлива, правда, из всё тех же астрофагов хватит только в один конец, но космолётчики не унывают и вполне готовы пожертвовать собой ради такого дела. Главный герой приходит в себя на той самой «Аве Марии», два других члена экипажа умерли за время полёта, а сам ГГ страдает провалами в памяти, но в целом помнит, что он хоть и был когда-то учёным, на момент надвигающегося апокалипсиса был всего лишь школьным учителем… А ещё в системе Тау Кита есть ещё один корабль – явно чудной и инопланетный. И путём превозмоганий ГГ устанавливает первый контакт с единственным обитателем корабля – каменным паучком, которого называет Рокки. Далее следует налаживание коммуникации с инопришеленцем и совместное превозмогание, дабы найти способ спасти и Солнце, и родную звезду паучка. Спойлер: естественно найдут) В целом же, да – иногда не чувствовалось куда же ушёл немаленький бюджет фильма, кроме как на гонорар Райана Гослинга, потому как фильм в целом довольно камерный. Да, тут нет эпика и мемного саундтрека «Интерстеллара», но фильм всё равно однозначно хорош. Несмотря на завязку, «Проект Аве Мария» по одноимённой книге Энди Вейера, который автор «Марсианина» - удивительно добрый и позитивный фильм. Я бы даже сказал, что он в духе советской фантастики, где перед лицом общей угрозы народы Земли таки объединяются и дружно пытаются спастись. Во вторую же очередь я бы сказал, что фильм о дружбе. Не так часто встречаются нынче фильмы, где инопланетяне не злобные или кровожадные уроды под стать нам, а первый контакт – это воистину контакт двух разумов. Каменнопаук, безусловно, тащит фильм наравне с Гослингом – он забавный, он жизнерадостный, он оптимистичный. И смотреть на то, как два друга выручают друг друга, а заодно и свои цивилизации – очень даже приятно. Что опять же удивительно для нынешнего Голливуда – никакой повесточки, ну вообще. И даже Россия показана с уважением и совершенно не клюквенно. Резюме: отличный фильм, добрый, позитивный и гуманистичный.