Вечерний картограф

Хотел обойтись без мемов про омичей, но в последний момент из научного интереса решил проверить: по-прежнему ли заголовки новостей о них складываются в картину трэша и угара? Оказалось, что с годами ничего не меняется, вот последние известия:   Омичи стали попадаться за плохим занятием по ночам Омичка ответила мужу побоями и оскорблениями на подаренную квартиру Омич жестоко покарал нечистоплотный автосалон Молодой омич убил пенсионера и остался недоволен приговором Омичи попросили запретить им поворот налево на загруженном перекрестке Омичи нашли спасение от жары в КамАЗе Омичам разрешат официально жарить шашлыки Обидчивый омич спалил дачу соседей Омичи стали реже буянить После празднования Дня молодежи омичей развезут по домам   Проверил на соседних областных центрах: нет, ничего подобного не происходит ни с новосибирцами, ни с курганцами, ни (на всякий случай) с томичами. Впрочем,   Тюменец забыл на скамейке у подъезда миллион рублей   – но это другое. Вообще, слово омич необыкновенно хорошо, с ним прямо-таки хочется создавать сенсационные заголовки, в чем и упражняются региональные СМИ. Но я, выйдя из поезда, немедленно отдал себе отчет в том, что следующие несколько дней пройдут в обществе миллиона омичей. Каково это?     В общем и целом очень даже неплохо. Поселившись рядом с вокзалом, в центр решил ехать, разумеется, на трамвае, который является необходимой частью любого омского опыта. Трамвай в Омске – это просто герой. Пути находятся в чудовищном состоянии, из-за чего средняя скорость примерно 15 км/ч, но трамваев много и ходят они часто и по расписанию. Самая «центровая» остановка – Учебная улица, вот до нее-то и доехал на потрепанном жизнью КТМ-8. Довольно успешно, если не считать последнего поворота, на котором под непреодолимым воздействием центробежной силы обрушился на омича, отреагировавшего парой ласковых.   Во время прогулок по Омску сложилось и укрепилось впечатление о городе как глубоко контрреволюционном. Практически все, что было построено в центре после 1917 года, вопиет: «Смотрите, граждане, при царе такой фигни не было!». Особенно, конечно, музыкальный театр в форме трамплина, подойти к которому поближе я не осмелился – настолько он страшен. Ощущения от встречи вполне передает центральный персонаж скульптуры омича Михаила Врубеля «Роберт и монахини» (в Омске хранится ее копия).   Впрочем, постсоветская архитектура Омска вызывает еще больше вопросов, чем советская. «Пугать так пугать», – решили омские архитекторы и построили кукольный театр «Арлекин». Ресторан «Колчакъ» не пугает, но изумляет. Словно изначально это неплохой закос под модерн, но потом что-то пошло не так – а, самое главное, памятник адмиралу немедленно вызывает ассоциацию с брюссельским писающим мальчиком (пруф). И да, технически это тоже фонтан.   В этом году Омск без лишнего шума объявили культурной столицей России и, вероятно, по этому поводу в центре проходит масштабная реконструкция. Набережные закрыты, ворота крепости в лесах. Такое ощущение, что к новому статусу омичи отнеслись как к очередному мему, не особо рассчитывая на наплыв желающих прильнуть. Но мы не таковы.   Городская жизнь при этом течет своим чередом. Омичи просят запретить им поворот налево, словно мало запрета на разворот во дворе под угрозой штрафа. И верят в то, что все образуется, если поехать в Питер. Да почему бы и нет, собственно говоря.       О дореволюционных красотах города в следующем посте.

Для понимания сути Омска нам понадобятся семь карт. Первая, как ни странно, от Яндекса 1️⃣. Лишенная государственных границ, она иногда замечательно иллюстрирует границы природные – и это тот самый случай. Омск лежит на самом краю Великой Степи, и обращен к ней, чем отличается от прочих сибирских городов. В 1854 г. Омск, бывший до того уездным городом Тобольской губернии, стал центром Области Сибирских киргизов, а после ее раздела в 1868 г. – Акмолинской области, конфигурация которой подчеркивает исторически основную функцию Омска: присматривать за степными кочевниками 2️⃣.   Невероятное восхищение вызывает тот факт, что у пригородного вокзала Омска стоит памятник карте Омской области 3️⃣. Которая иллюстрирует ключевую роль города в системе железнодорожных перевозок России: здесь сходятся в одну две ветки Транссиба, но тут же к ним добавляется построенный в 1960-е годы Средсиб, соединяющий Омск с Барнаулом. Памятник изображает все это более чем красноречиво.   Пожалуй, самый известный житель Омска (не по своей воле) – Федор Михайлович Достоевский. Четыре года провел он здесь, звеня кандалами и завидуя вольному киргизу на той стороне Иртыша. Места Достоевского в Омске обязательны к посещению, и уличная навигация в этом помогает 4️⃣.     А карта 1923 года 5️⃣ помогает осознать историческое развитие Омска. Желтым и красным показаны Омская крепость и ее форштадты. К югу от них – город Ленинск, выросший из Атаманского хутора близ вокзала, а на другом берегу Иртыша – не показанный на карте Ново-Омск. Но он представлен в качестве Кировского района на карте 1935 года 6️⃣. Сегодня бывшие Ленинск и Ново-Омск – части мегаполиса, но они сохранили свое своеобразие, отличающее их от исторического ядра города.   В Омск ваш корреспондент прибыл из Петропавловска на поезде Кисловодск-Новокузнецк, и что это было за прибытие! Когда поезд переезжал через Иртыш, по радио заиграла epic music, словно специально написанная на этот случай. Въезд был максимально торжественным и сулил необыкновенные приключения. Но о том, что было дальше – в следующей серии.    Ах, да, седьмая карта. Выполненная на виноградной косточке Анатолием Коненко (человеком, который подковал блоху и провел верблюда через игольное ушко) и хранящаяся в областном музее изобразительных искусств имени Врубеля, она красноречиво указывает на безграничные возможности и нечеловеческую фантазию омичей.

Четыре железнодорожные грации на здании управления Омской железной дороги / университета путей сообщения – как минимум четыре причины посетить Омск. Об остальных в готовящихся постах 😎