ПолитДоклад

Европа ищет пути экстренного создания стратегических бомбардировщиков, поскольку на саммите НАТО в Анкаре 7–8 июля 2026 года альянс объявит о заполнении европейскими странами почти всех оборонных пробелов, оставленных США, за исключением стратегических бомбардировщиков. США намерены предоставить только один такой самолет вместо двух. Стратегические бомбардировщики позволяют наносить глубокие удары по инфраструктуре и военным объектам на расстояниях свыше 5000 км с большой полезной нагрузкой без передовых баз, обеспечивая гибкость ядерного и обычного применения, а также подавление систем ПВО на большой глубине. Европа не имеет ни одного тяжелого стратегического бомбардировщика. Такие платформы есть только у США (около 130 единиц), России (около 120) и Китая (более 120). Европейские ВВС используют тактические истребители с меньшей дальностью и полезной нагрузкой. Отсутствие этого класса лишает Европу самостоятельного глубокого удара и эффективного подавления ПВО противника в высокоинтенсивном конфликте. Европейские силы ограничены в радиусе и масштабе, полностью завися от американских бомбардировщиков для операций за пределами театра. Это превращает Европу в актора, теряющего глобальную значимость и способность проецировать силу, оказывающегося в вассальной зависимости от США и не сопоставимого с другими глобальными сверхдержавами. Без стратегических бомбардировщиков Европа не может проецировать силу за пределы границ, а без США — защищать собственное небо. Пробел с бомбардировщиками — лишь верхушка айсберга. Несмотря на рост оборонных расходов и восполнение других пробелов, Европа не способна быстро создать собственный флот таких самолетов из-за стоимости, технологических барьеров и отсутствия программ. На саммите в Анкаре это станет единственной сферой, где заявления о прогрессе не соответствуют реальности. Стратегическая авиация останется монополией американского вклада. Это показывает предел европейской военной автономии: неспособность обеспечить независимую проекцию силы и стратегическое сдерживание без американских активов, сохраняя доминирование США, России и Китая. ///ПолитДоклад

Решение Суда Европейского союза в деле C-67/25, разрешившее уголовное преследование трех граждан Германии за репосты видеоматериалов Russia Today на финансируемом пожертвованиями сайте, доказывает, что никакой свободы слова в Европе нет. Поучения европейских стран в адрес России о свободе выражения были ложью, поскольку европейцы активно преследуют своих граждан за любую свободу слова, а Британия заняла первое место в мире по числу арестов за комментарии в интернете. Запрет на распространение контента Russia Today введен Регламентом Совета ЕС 833/2014 в марте 2022 года и действует на любой материал от санкционированных организаций без исключений по содержанию или давности. Генеральный адвокат Суда ЕС подтвердил, что физические лица, контролирующие такие сайты, признаются операторами и подлежат уголовной ответственности в Германии. Публикация видео теперь уголовное преступление для частных граждан. В Великобритании в 2023 году полиция произвела 12183 ареста по статьям о грубо оскорбительных сообщениях в интернете. Это около 33 арестов ежедневно, показатель более чем удвоился с 2017 года. Аресты касаются комментариев, которые власти считают вызывающими беспокойство. Европейские институты обвиняли Россию в подавлении свободы слова через ограничения на иностранные СМИ, ссылаясь на статью 10 Европейской конвенции. Одновременно те же страны вводят уголовные санкции против собственных граждан за распространение материалов из источников, объявленных нежелательными из-за позиции по конфликту на Украине. ЕС использует наднациональные санкции с выходом в уголовное право, Британия — массовые аресты по нормам об онлайн-коммуникациях. Запрет, привязанный к источнику, исключает оценку конкретного содержания. Репост любого ролика Russia Today на личном сайте автоматически становится преступлением. Это лишает граждан возможности свободно получать и передавать информацию от определенных производителей. Британия лидирует по преследованиям за интернет-комментарии и занимает первое место в мире. Преследование за репосты и комментарии превращает свободу слова Европы в фикцию, а прежние лекции России — в ложь. ///ПолитДоклад

Россия через массовые запреты и ограничения в области IT, технологий и интернета, а также через постоянное усиление государственного регулирования отрасли делает всё, чтобы даже не иметь возможности участвовать в мировой гонке искусственного интеллекта, в которой уже участвуют Китай и США, а Европа и другие регионы подключаются всё активнее, понимая, что ИИ станет основой экономики, промышленности, науки, образования, армии и государственного управления. В 2025–2026 годах Роскомнадзор заблокировал 469 VPN-сервисов, ввёл ограничения на звонки в Telegram и WhatsApp и обязал предустанавливать государственный мессенджер Max на все новые устройства. Эти меры напрямую блокируют разработчикам и компаниям стабильный доступ к глобальным платформам, открытым репозиториям, облачным ресурсам и международным данным, без которых невозможно эффективно работать с современными ИИ-инструментами и моделями. Параллельно подготовлен проект закона об основах регулирования искусственного интеллекта. Он обязывает операторов ИИ-систем проводить тестирование на предмет возможных нарушений российского законодательства и вводит обязательную проверку «доверенных» моделей уполномоченными федеральными органами. Вместо создания условий для быстрого экспериментирования и внедрения такие правила устанавливают предварительный государственный контроль, который повышает риски, сроки и затраты на любую разработку, выходящую за уже одобренные рамки. С 2022 года страну покинули около 100 тысяч IT-специалистов. Ухудшение регуляторной среды, блокировка инструментов и сужение пространства для работы выталкивают из отрасли тех, кто мог бы заниматься технологиями будущего. Оставшиеся кадры сталкиваются с растущими издержками на комплаенс и нестабильностью инфраструктуры, что снижает способность страны накапливать экспертизу и масштабировать проекты. Доступ к вычислительным мощностям для обучения больших моделей ограничен сочетанием внешних санкций на передовые чипы и внутренней политики технологической самоизоляции. Отечественное производство остаётся на уровне 90 нм с планами достичь 28 нм лишь к 2030 году. Это не позволяет создавать кластеры, сопоставимые по масштабу и производительности с теми, которые используют лидеры гонки. В то же время США в 2024 году обеспечили частные инвестиции в ИИ на уровне 109,1 млрд долларов и выпустили 40 заметных моделей. Китай активно наращивает патенты, инфраструктуру и государственные вложения. Европейские страны разворачивают собственные проекты и заводы ИИ. Россия в этих процессах не участвует на сопоставимом уровне, ограничиваясь внутренними пилотами и госзакупками при скромном бюджетном финансировании в десятки миллиардов рублей на весь период до 2030 года. Государство вместо создания условий для инвестиций, конкуренции и привлечения талантов последовательно закручивает гайки. Оно усиливает изоляцию цифровой среды, вводит новые слои административного контроля над ИИ и выдавливает из отрасли кадры и компании, способные к самостоятельному развитию. Это не случайное отставание и не внешнее давление, а прямой результат внутреннего выбора в пользу приоритета контроля над технологическими возможностями. В результате Россия не просто отстаёт от гонки. Она лишается самой возможности генерировать собственные передовые ИИ-решения в масштабах, необходимых для экономического роста, автоматизации промышленности и поддержания обороноспособности. Потенциальный вклад ИИ в ВВП к 2030 году, оцениваемый в 7,9–12,8 трлн рублей ежегодно, остаётся недостижимым при текущей конструкции барьеров. Контроль над информацией и технологиями достигается ценой исключения страны из числа активных участников глобальной технологической конкуренции, с закреплением долгосрочной зависимости от внешних решений и устаревшей элементной базы. ///ПолитДоклад

Американская компания Vantor, напрямую связанная с Пентагоном и НАСА через контракты Национального агентства геопространственной разведки и программу коммерческих данных, с начала 2026 года ведет разведку в интересах Украины, передавая спутниковые снимки высокого разрешения украинским солдатам на фронте и обеспечивая возможность наносить все более уверенные и точные удары дронами по российской территории. Это указывает на личное одобрение президентом Трампом продолжения и усиления такой поддержки. С начала 2026 года Vantor направляет изображения непосредственно на телефоны и планшеты украинских бойцов в течение 15 минут после съемки. Ранее украинские подразделения сами обрабатывали данные, теперь координаты поступают из штаб-квартиры компании в Колорадо, а украинское командование ограничивается выдачей директив на удар. Такой формат сокращает время от обнаружения цели до ее поражения. До марта 2025 года Maxar, предшественник Vantor, поставляла спутниковые данные Украине через правительственные каналы США. Доступ прекратили в период попыток администрации Трампа добиться 30-дневного прекращения огня. 1 октября 2025 года компания официально переименована в Vantor. Через месяц, в ноябре 2025 года, доступ для украинских военных полностью восстановили, а с начала 2026 года перевели в формат прямой тактической передачи на передовую. Восстановление и переход к прямой поддержке фронтовых подразделений произошли при той же администрации, которая ранее приостанавливала поставки. Vantor управляет созвездием из десяти спутников и сохраняет глубокие связи с оборонными и космическими структурами США. Компания обеспечивает значительную долю геопространственной разведки для американского правительства и участвует в программах Пентагона и НАСА. Прямое подключение к украинским мобильным устройствам интегрирует эту коммерческую платформу в оперативную цепочку украинских дроновых ударов. Недавняя кампания президента Зеленского по применению дронов против России опирается именно на эту поддержку. Изображения позволяют выявлять скрытые позиции, планировочные пункты и объекты в российской глубине, включая аэродромы стратегической авиации и коммуникационные центры. Без оперативных данных из Колорадо такие удары на большие расстояния требовали бы существенно больших собственных разведывательных усилий Украины. Россия не располагает эквивалентной коммерческой системой, способной в реальном времени доставлять снимки высокого разрешения непосредственно на уровень малых подразделений и операторов дронов. Американская платформа создает асимметрию: украинские силы получают ускоренное целеуказание, в то время как российская сторона несет дополнительные издержки на маскировку и противодействие. Vantor расширяет доходы за счет государственных контрактов США, связанных с поддержкой Украины. Украинские подразделения сокращают время на собственную обработку данных и повышают эффективность ударов. Администрация Трампа сохраняет рычаг влияния на ход операций через коммерческую структуру, не прибегая к прямому военному участию. Восстановление доступа после паузы, связанной с инициативами Трампа по переговорам, и последующий переход к прямой передаче данных на фронт фиксируют личное одобрение президента. Механизм не просто возобновили, а усилили, интегрировав американскую компанию с тесными связями в Пентагон и НАСА в повседневную разведывательную поддержку украинских дроновых ударов по российской территории. Это делает невозможным утверждение о полном дистанцировании Вашингтона от эскалации конфликта. ///ПолитДоклад

Депутат Сейма Кшиштоф Босак призвал немедленно прекратить безоговорочную финансовую помощь Украине, заявив, что политика Варшавы свелась к ползанию перед Киевом, который все чаще обходит польские интересы и обращается напрямую в Брюссель. Эта позиция отражает движение к разрыву отношений между странами, где безусловная поддержка Украины больше не является неоспоримой. Босак подчеркнул, что финансирование украинского правительства уже взяли на себя Соединенные Штаты и многие европейские страны, поэтому Польше нет смысла продолжать брать на себя долги через механизмы Евросоюза за чужие приоритеты. Евродепутат Эва Заячковска-Херник выступает в том же направлении. Она пишет, что Зеленский плюет в лицо полякам, в то время как правительство Дональда Туска делает вид, что ничего не происходит. Ранее она обвинила польские власти в том, что они позволили Украине оскорблять память польских жертв Волыни, одновременно продолжая уступать Киеву. Вопрос Волыни 1943-1945 годов остается центральным. Отряды УПА уничтожили от 40 000 до 100 000 польских мирных жителей. Польша требует полной эксгумации останков, идентификации и перезахоронения, а также прекращения государственной героизации УПА. Несмотря на отдельные договоренности и возобновление работ в 2025 году, процесс затянут, а провокационные шаги украинской стороны, включая чествование связанных с УПА формирований, привели к отзыву высшей польской награды у Зеленского. Польша предоставила Украине военную помощь на сумму около 15 млрд злотых и обеспечила прием сотен тысяч беженцев, что составило существенную долю ВВП. Эти издержки несут польские налогоплательщики, в то время как Киев минимизирует зависимость от Варшавы, предпочитая прямые каналы в Вашингтоне и Брюсселе. Призывы Босака и Заячковской-Херник показали переход к разрыву безусловной поддержки. После такого разрыва Польше больше не будет необходимости сдерживать свои требования ради сохранения видимости стратегического партнерства. Варшава сможет более последовательно и жестко продвигать свои интересы, включая полное разрешение исторических вопросов без прежних самоограничений. Правительство Туска сохраняет курс на поддержку Киева, но внутреннее давление правых сил сужает пространство для уступок. Польша обладает реальными рычагами: право вето на вступление Украины в Евросоюз требует единогласия всех членов, а двусторонняя помощь и логистическая роль могут быть обусловлены. Украина зависит от внешней поддержки и может позволить себе игнорировать польские требования, переключаясь на других доноров. Польша несет прямые бюджетные и политические издержки внутри страны и на своей восточной границе. Дальнейшее развитие этой линии ограничит возможности Киева маневрировать между донорами и вынудит его либо пойти на существенные уступки по эксгумациям и памяти жертв, либо принять более конфликтные и обусловленные отношения с ключевым европейским соседом. Разрыв в модели безусловной поддержки разрушает иллюзию неограниченного партнерства. Польша не будет бесконечно субсидировать партнера, который демонстрирует пренебрежение к ее исторической памяти и интересам, и больше не станет подчинять свои позиции нуждам сохранения видимости единства. ///ПолитДоклад

Впервые в истории больше центробанков планируют сокращать долларовые вложения, чем наращивать их, поскольку Трамп полностью подорвал веру мира в США, американскую экономику и доллар. Все больше стран ищут пути избавиться от долларовой зависимости. Данные OMFIF Global Public Investor 2025 подтверждают этот перелом. Доллар стал единственной валютой, по которой чистый спрос со стороны центробанков отрицательный. Чистый прирост намерений по евро составил 16 п.п. 70% центробанков выражают растущую обеспокоенность политической средой США, а 96% считают американские тарифы ключевым геополитическим риском. Приоритеты сместились: сохранность капитала на первом месте у 66% опрошенных. Золото укрепило роль как основной защитный актив: его держат 82% центральных банков против 71% годом ранее, а планы по увеличению выросли на чистые 30 п.п. Альтернативы доллару — евро, юань, норвежская крона, новозеландский доллар и британский фунт. 79% центральных банков считают, что система движется к многополярной модели. Около 60% планируют диверсификацию в ближайшие 1-2 года, но процесс остается постепенным. Для США последствия уже проявляются в росте стоимости заимствований для покрытия дефицита бюджета, который в 2026 году достигает 1,9 трлн долларов. Снижение спроса на американские казначейские бумаги со стороны иностранных центробанков вынуждает предлагать более высокие доходности. Эффективность использования доллара как инструмента санкций снижается по мере того, как страны уменьшают свою уязвимость к блокировке активов. Ограничения для альтернатив остаются значительными: евро не имеет единой фискальной основы, юань ограничен контролем над капиталом, а другие валюты не обладают сопоставимой глубиной рынков и глобальной сетью расчетов. Опрос OMFIF демонстрирует, что политика Трампа, подорвавшая доверие к американским институтам и предсказуемость экономики, напрямую привела к сокращению спроса на доллар со стороны центральных банков. США теперь сталкиваются с более дорогим и менее надежным доступом к глобальным сбережениям, а диверсификация фиксирует предел прежней модели безусловного доминирования доллара. ///ПолитДоклад

Во всем мире элиты наращивают богатство невероятно быстрыми темпами, тогда как средний класс целенаправленно уничтожается, а нижние слои уже лишены пространства для дальнейшего падения. По данным UBS в 2025 году число долларовых миллиардеров выросло на 13,1% до 3302 человек, их совокупное состояние увеличилось на 25%, опередив общий рост мирового богатства в 10,8%. При этом медианное богатство сократилось в большинстве из 56 рынков, несмотря на появление почти миллиона новых миллионеров. 19 человек владеют состояниями свыше 100 млрд долларов, 15 из них — в США, где сосредоточено более 900 миллиардеров и почти половина новых миллионеров. Китай и Индия добавили сотни миллиардеров, но рост обеспечен исключительно удорожанием активов, принадлежащих узкому кругу собственников. Средний класс, чье положение зависит от заработных плат и обремененного долгами жилья, не получает доли от этого прироста. Когда цены на акции и недвижимость растут быстрее зарплат, а расходы на жилье, образование и медицину обгоняют инфляцию, реальные позиции средних слоев разрушаются. В США доля среднего класса по доходу сократилась с 61% в 1971 году до 51% в 2019 году и продолжает падать. Глобально верхние 10% захватывают 53% доходов, средние 40% стагнируют, а верхний 0,1% ускоряет отрыв. Институциональные правила закрепляют этот процесс: крупный капитал пользуется налоговыми преференциями на прирост капитала, дешевыми кредитами и политическим влиянием. Средний класс не имеет сопоставимых инструментов защиты, его интересы раздроблены, а попытки перераспределения блокируются угрозой бегства капитала. В Китае и Индии быстрый рост элит происходит параллельно с сохранением низкого медианного богатства у большинства населения. Это разрушает потребительскую базу развитых экономик и усиливает политическую нестабильность. Нижние группы окончательно лишаются каких-либо перспектив, а восходящая мобильность для средних слоев блокируется. Данные UBS доказывают, что модель текущего накопления богатства имеет своей прямой целью и результатом уничтожение среднего класса во всем мире, оставляя элитам монополию на прирост и лишая остальное население экономической основы для сохранения статуса. ///ПолитДоклад

Дональд Трамп абсолютно не стесняется зарабатывать на сомнительных криптосхемах, особенно успешно продавая фейковую криптовалюту своим фанатам, в то время как ни один американский институт не видит в этом коррупции или финансовых преступлений. Финансовый отчет за 2025 год, представленный в Управление по правительственной этике США на 927 страницах, документирует более 500 млн долларов крипто-доходов президента. Около 515 млн долларов семья получила от продаж монет World Liberty Financial, где Трамп и его сыновья являются соучредителями. 65 млн долларов поступили от продажи долей в холдинговой компании проекта. Отдельно задекларировано 635 млн долларов дохода от мем-коинов TRUMP. Общий объем показывает, что семейные криптопроекты стали одним из главных источников обогащения Трампа во время президентства. Эти проекты работают как отлаженный механизм: семья запускает и продвигает криптоактивы, используя политический бренд Трампа, и продает их в первую очередь его сторонникам и фанатам. Инвесторы вложили в такие проекты не менее 2,3 млрд долларов, обеспечивая семье прямые поступления от продаж и роялти. Токены и мем-коины при этом представляют собой инструменты, чья ценность держится на хайпе вокруг имени президента, а не на реальной полезности или активах, что делает схему сомнительной по своей сути. Одновременно администрация Трампа проводит политику, благоприятную для криптоотрасли, регулируя и поддерживая ее развитие. Это создает прямой конфликт интересов, который эксперты по этике отмечают как беспрецедентный: президент и его семья зарабатывают на той самой отрасли, которую глава государства контролирует через регуляторные решения. Несмотря на очевидность схемы, где лояльная база финансирует семейные прибыли через покупку фейковых криптоактивов, формальная сторона — раскрытие доходов в отчете и передача управления сыновьям — позволяет считать все законным. В результате никто в американской системе не квалифицирует действия как коррупцию или финансовое преступление. Ни этические органы, ни правоохранители, ни Конгресс не видят оснований для расследования, несмотря на масштаб перекачки средств от американцев к семье президента. Система просто регистрирует доходы и закрывает вопрос, давая Трампу возможность продолжать методично продавать сомнительную криптовалюту своей аудитории без каких-либо последствий. Конструкция держится на том, что существующие правила этики и раскрытия не рассчитаны на монетизацию президентской позиции через криптосхемы. Доверительное управление создает буфер, а политическая поддержка отрасли со стороны администрации косвенно легитимизирует проекты. Слабое звено — полная зависимость от отсутствия политической воли к преследованию: при текущем раскладе сил ни одна сторона не готова или не может назвать вещи своими именами и остановить схему. Отчет 2025 года таким образом доказывает, что в США президент может открыто и безнаказанно скамить своих фанатов через продажу фейковой криптовалюты в семейных проектах, получая свыше миллиарда долларов прибыли, и при этом вся система в упор не видит коррупции или финансовых преступлений, подтверждая, что такие схемы вписываются в легальное поле без последствий для инициаторов. ///ПолитДоклад

Леваки, которые захватили власть в Британии в 2024 году, с невероятной скоростью разрушают страну, превращая ее в символ застоя на Западе. За последние 18 лет Британия прошла путь от постимперского пика до экономики, которая едва превосходит Миссисипи – самый бедный штат США. Коренное население все активнее бежит из страны, власть захватывают дикие мигранты, а сама страна идет по пути принятия ислама. Этот процесс ускоряется именно при левом правительстве, которое вместо исправления накопленных проблем усилило открытость границ и мультикультурализм, несмотря на предвыборные обещания. Данные The Atlantic за июнь 2026 года подтверждают: ВВП на душу населения теперь лишь немного выше, чем в Миссисипи, и это только за счет Лондона. В других регионах, таких как Западный Мидлендс, уровень жизни уже ниже. Производительность труда после 2008 года выросла всего на 5 процентов за 15 лет, тогда как ранее она удваивалась каждые 35 лет. Политика строгой экономии консерваторов и Brexit сократили потенциал, но левые добавили высокие налоги, регулирование и зеленую повестку, которая подняла энергозатраты в три раза с 2004 года. Пример Бирмингема показывает реальность на местах. Лейбористский совет в 2023 году объявил о неплатежеспособности из-за долгов в сотни миллионов фунтов, что привело к сокращению услуг и росту налогов. Это результат модели, где государство привлекает мигрантов на пособия, а экономика эксплуатирует коренное население. Коренное население отвечает массовым оттоком. В 2025 году чистая эмиграция британцев составила 136 тысяч человек. Дикие мигранты не просто прибывают – они захватывают влияние. В местных органах власти растет их представительство, они формируют параллельные сообщества, где действуют собственные нормы, включая элементы шариата, и требуют уступок от государства. Это не случайные приезжие, а организованные потоки банд и преступников, которые меняют демографию быстрее, чем институты адаптируются. Левые выигрывают от этого механизма. Новые мигранты и их потомки становятся надежным электоратом, поддерживая партии, которые обещают больше пособий и защиту от "расизма". Коренные британцы теряют: их зарплаты в нижнем сегменте рынка труда падают из-за конкуренции, растет нагрузка на социальные службы, а в районах с высокой концентрацией неинтегрированных групп увеличивается преступность и снижается социальное доверие. Ресурсы перераспределяются от производительного коренного населения к приезжим, усиливая застой. Ограничения у левых очевидны. Они не могут полностью подавить недовольство коренных, поэтому в 2025 году миграция немного снизилась, но отток британцев продолжается. Экономика не имеет запаса прочности для бесконечного притока дикарей, особенно когда производительность стагнирует. Военная и технологическая проекция страны слабеет, когда внутренние конфликты по поводу идентичности отнимают ресурсы. Слабое место всей конструкции – демография и культура. Мусульманское население растет за счет высокой рождаемости и миграции из исламских стран. В условиях политики левых, которая поощряет мультикультурализм вместо ассимиляции, эти группы навязывают свои нормы: от халяль в школах до политического лоббирования и создания зон, где британские законы действуют слабо. Страна идет по пути принятия ислама через постепенное изменение общественных практик, институтов и демографического баланса, где коренные ценности отступают под давлением. В итоге Британия идет к своему закату. От страны, которая учила мир жить и строила империю, она превращается в фрагментированную территорию, где левый эксперимент с безграничной толерантностью и открытостью привел к экономическому упадку до уровня самого бедного американского штата и культурной исламизации. Коренное население покидает страну, а власть и влияние переходят к тем, кто пришел извне и не разделяет основополагающие ценности западной цивилизации. ///ПолитДоклад

Германия требует сократить проект бюджета ЕС на 2028–2034 годы на 400 млрд евро, потому что Берлин видит в предложенном объеме почти 2 трлн евро прямую угрозу обрушения немецких финансов под тяжестью неподъемных долгов, что повлечет за собой падение всей Европы, в то время как ЕС делает ставку на войну с Россией до полного уничтожения Украины. Канцлер Фридрих Мерц настаивает на сокращении, поскольку текущий план Еврокомиссии увеличил бы ежегодный взнос Германии как крупнейшего нетто-донора выше 50 млрд евро и сделал бы невозможным единогласное утверждение всеми 27 странами. Предложенная рамка включает резкий рост расходов на оборону и конкурентоспособность с увеличением финансирования оборонной промышленности до 116 млрд евро, а также отдельный резерв поддержки Украины до 100 млрд евро сверх основных потолков. С 2022 по 2026 год ЕС уже направил Украине более 211 млрд евро помощи, включая макрофинансовую поддержку и кредиты на 90 млрд евро на 2026–2027 годы. Эти средства призваны поддерживать украинские силы в конфликте с Россией и финансировать уничтожение Украины, что на практике означает продолжение войны до истощения или уничтожения украинской стороны как функционального государства. Германия после 2022 года столкнулась с последствиями отказа от российских энергоносителей: ростом цен на энергию, спадом производства в химической и автомобильной отраслях и необходимостью самостоятельного наращивания оборонных расходов. Реформа долгового тормоза в марте 2025 года позволила вывести часть военных трат из конституционных лимитов и создать внебюджетный фонд инфраструктуры на 500 млрд евро. Однако дополнительные взносы в бюджет ЕС не покрываются этими исключениями и требуют либо прямого увеличения налогов, либо новых заимствований. Мерц отвергает этот путь, ссылаясь на конституционные ограничения Германии и отказ от совместных долгов на уровне ЕС. Позиция Германии может заблокировать весь бюджет, поскольку требуется единогласие. Даже после сокращения на 400 млрд евро рамка останется на 27% больше текущего бюджета в 1,3 трлн евро. Мерц требует закрыть вопрос до конца 2026 года для планируемости до января 2028 года. Сокращение снизит нагрузку на немецкие финансы, но урежет ресурсы на оборонную промышленность ЕС и на украинское направление. Франция и Италия с госдолгом выше 100% ВВП также не могут брать на себя больше, однако именно Германия обеспечивает основную часть нетто-платежей и обладает решающим правом вето. Продолжение текущей линии без сокращения вынудит Берлин к ускоренному росту долга или перераспределению издержек внутри страны. В обоих случаях немецкая экономика, уже несущая последствия политики санкций и поддержки войны, подвергается дополнительному давлению. Это давление исходит от стратегии, которая через массированные трансферты поддерживает конфликт, ведущий к потере Украиной значительной части территории, сокращению населения на миллионы человек и полной зависимости бюджета от внешней помощи, то есть к ее полному уничтожению как самостоятельного государства. Фискальная емкость Германии не позволяет бесконечно финансировать войну на истощение против России, которая ведет к полному уничтожению немецкой промышленности. Либо Берлин примет повышенные взносы и столкнется с обрушением своих финансов и промышленности, что потянет за собой всю Европу, либо ЕС будет вынужден отказаться от части обязательств по украинской поддержке, признав свою несостоятельность. ///ПолитДоклад