Философское кафе

Когда-то профессор Вадим Васильев пытался выяснить, у какого аналитического философа борода длиннее — у Дэвида Льюиса или Роберта Брэндома. В этом забеге появился сильный участник: профессор-эпистемолог Jared Bates из Hanover College.

Тарас Тарасенко ПОКАЗАЛ как надо (или нет): https://youtu.be/l9xkYRd1LTg?si=WFdrYi_NJiPmlUz-

Call for papers! Вечные возвращения Улисса: Античность и Средние века сегодня (октябрь 2026) Редакция журнала Another One и коллегия авторов Renovatio приглашает к участию в выпуске, посвященном проблемам исследования античной и средневековой мысли, интеллектуальной культуры, философии и литературы в их связи с современностью. Влияние Античности и Средневековья простирается за пределы условной исторической периодизации: способы артикуляции субъекта, природы, божественного, текста, а также нормы, выработанные в эти эпохи, продолжают определять контуры современной философии, литературы, политической теории. Античная и средневековая мысль вновь и вновь становится объектом философского переосмысления и концептуального присвоения. Философская продуктивность возвращения Улисса на Итаку состоит в структуре самого возвращения: то, к чему возвращаются, обнаруживает себя иначе, нежели то, что было покинуто. Возвращение не восстанавливает исходное, но учреждает его заново. Подобным образом философия обращается к своим истокам, всякий раз переопределяя границы того, что считается ее прошлым, какие тексты становятся привилегированными объектами чтения и какие концептуальные ресурсы могут быть извлечены с перспективы исторической дистанции. Мы приглашаем авторов к рефлексии о том, как идеи, образы и практики этих эпох работают (или могут работать) в актуальных философских, научных, литературных и социальных контекстах — от эпистемологии, философии сознания, теории субъекта и свободы воли до этики и психоанализа, критической теории и политики памяти. Приглашаем присылать статьи, эссе, переводы и рецензии на книги до 14.10.2026 через форму для подачи рукописей на сайте журнала. Возможные тематические направления: — рецепция античной онтологии, эпистемологии и этики в философии XX–XXI вв.; — Античная и Средневековая философия как ресурс критики современных эпистемологических и онтологических парадигм; — управление собой и другими: практики субъективации от античной парресии и средневековой исповеди до современной биополитики и психотерапии; — фигура мудреца / святого в античности и Средневековье — и фигура интеллектуала / эксперта сегодня; — Античная и Средневековая литература как поле для современной критической теории; — арабоязычная и еврейская философия как источник Античного наследия для Средневековья; — политическая философия: античные концепции политейя, vita activa, свободы и их современное переосмысление; — Античная и Средневековая философия языка, логики и семантики и их соотношение с аналитической традицией; — палеомодерн vs. постмодерн: архаика, традиция и современная эстетика, поэтика, теория образа, аскетика и архитектура. Приглашенные редакторы: Дмитрий Бугай, Андрей Нечаев Ответственный редактор: Александра Ильина (tg: @firefight_er) Контакты редакции: ao.philos.journal@gmail.com Another One x Renovatio

Мор и Ньютон В одной из своих ранних рукописных записных книжек (1661) Ньютон писал: «Тем не менее материя может быть столь мала, что её невозможно описать; превосходный доктор Мор в своей книге о бессмертии душ дал этому бесспорное доказательство» (Portsmouth Collections, Cambridge, Add. MSS 3996, no. 8).

Друзья, канал нашего коллеги Матвея Сысоева и канал сектора современной западной философии ИФ РАН, где он был модератором, взломали и используют для продажи ВПН-ов. Не ведитесь, вам такие ВПН-ы не нужны. Матвею поскорее вернуть себе все права и полномочия

А.М. Пятигорский, 2006: "Хомский уже отошёл от дел".

Вышла статья коллеги Максима Ухина про метафизику. Статья посвящена критическому анализу метафизики как философского проекта, претендующего на тотальное описание мира, чей онтологический статус сопряжен с парадоксом автореференции. Исследуется проблема сосуществования метафизик, каждая из которых исключает альтернативные подходы, несмотря на их актуальное присутствие в универсуме. Основное внимание уделяется противоречию между исторической обусловленностью метафизики и ее амбициями к вневременной универсальности. В работе опровергается тезис о бессмысленности метафизических высказываний через мысленный эксперимент с «Безумцем-в-сердце-своем», демонстрирующий перформативное противоречие при отрицании метафизики. Анализируется двойственность метафизики как исторического и трансисторического феномена. Предложена классификация стратегий от несовозможности (сокрытие, исключение, ассимиляция) до всеобщей инклюзии (имманентизма). Ключевым выводом является невозможность завершения метафизики через рефлексию, поскольку рефлексирующая операция рефлексии модифицируется при самоприменении и не может быть исключительно присвоена ни одной из метафизик. Предложены варианты переосмысления рефлексивных отношений мета- физик и мира.

Юлия Чугайнова про логику опоздания, Финиковый Компот, №4, август, 2013, С. 5-6

Тристан Гарсия. Нужно всё истолковывать в качестве интенсивностей. Летом 1967-го года в главном здании Сорбонны проходит заседание Французского философского общества. В аудитории Мишле присутствуют Жан Валь, Фердинан Алкье, Морис де Гандийяк, Жан Бофре, Жорж Булиган, Алексис Филоненко, Люси Пренан и другие представители парижского философского бомонда. Эти учёные собрались здесь, чтобы выслушать доклад молодого таланта, Жиля Делёза, приглашённого представить некоторые из идей грядущего «Различия и повторения»(1968). Делёз представит доклад-манифест с загадочным названием «Метод драматизации», где развернётся не только его собственная онтологическая программа, получавшая развитие на протяжении последующих 20 лет, но и новое видение философии и образа философа. Жан Валь, председатель комиссии, заканчивает своё вступительное слово, и его молодой коллега начинает свой доклад: «Идея — открытие Идеи — неотделимо от определённого типа вопроса. Прежде всего, Идея — это «объектность», которая […] отвечает на зов лишь некоторых вопросов». Французский мыслитель вспомнит о «когда?», «где?», «в каких пропорциях?», «как?», «в каких случаях?» и прочих специальных вопросах, на которые может откликнуться Идея. Постойте, но разве эти вопросы не метят в акцидентное, промахиваясь мимо сущности, которую мы пытаемся схватить с их помощью? Почему среди всех перечисленных специальных вопросов нет самого важного: «Что это такое?». Такой вопрос мог сработать в мире, управляемом платоновскими неподвижными и изолированными небесными идеями. Философ, о котором пойдет в речь в этом докладе, не всматривается в светлое небо, созерцая в нём вечное, он не занимается Видением-в-Боге, но куда в большей степени практикует Видение-в-Мефистофеле (именно так охарактеризует метод Делёза его научный руководитель Морис де Гандийяк), всматриваясь в глубины интенсивного ада, где нет тождества, а лишь непрерывный процесс дифференциации, где нет ясного и отчётливого, но лишь смутное и тёмное. Описывая глубины, в которых отныне и обитает Идея, Делёз говорит о процессах биологической дифференциации, клеточного деления, пространственно-временных динамизмах, колебаниях пространства и полостях времени, эмбрионах. По аудитории гуляет пока еще не озвученный вопрос, который позднее будет задан Станисласом Бретоном: разве каждое из перечисленных «интенсивных» явлений не составляет предметное поле конкретных естественных наук или других дисциплин? Да, в определённом смысле доклад фиксирует положение догоняющего, в котором оказалась философия в середине XX века. В каком ключе и каким способом к интенсивному должна обратиться сама философия? В зачаточной форме в выступлении присутствуют намёки на будущую идею о производстве понятий, теорию события, как и призыв искать «темного предшественника» и «драму», скрытых за всяким логосом, но Делёз не формирует у слушателей отчётливого и содержательного представления о методе такого поиска. Однако собравшихся в аудитории Мишле объединяли не только вполне легитимные вопросы о смутном понятии Метода Драматизации, но и впечатление, которое удачно сумел выразить эпистемолог Жан Ульмо: «Вопреки моему философскому невежеству, мне кажется, что я вас понял». Через сложное сочетание поэтического, научного и историко-философского Делез выражает стихийную интуицию о тектонических сдвигах в устройстве нашего познания, одновременно демонстрируя стиль философии, который опирается не на классическое понятие, но своеобразную интенсивную интуицию, которая охватила всех в этой аудитории, или, быть может, странное наитие об Идее, которое охватило целую эпоху. Однако как «интенсивность» в принципе возникает на горизонте западного познания, а затем — становится «эпохальной»? Спустя почти 50 лет после знакового делёзовского выступления Тристан Гарсия отправляется в генеалогической поход с целью выяснить, как сложились сами условия возможности такого мышления. Приятного чтения. https://syg.ma/@nikita-archipov/tristan-garsiya-nuzhno-vsyo-istolkovyvat-v-kachestve-intensivnostey

Исайя Берлин : Интервью Всеволоду Шишковскому. Апрель 1989 https://youtu.be/KKBkjpSSvxk