ПАРФЕНТЬЕВ.КЛУБ 🇷🇺

Мои пять копеек про миф о том, что аборты снижают уровень преступности, восходящий к работам Левитта и Донохью.   Пока меня не было, у коллег случилась вокруг него дискуссия (если, конечно, можно так назвать беседу, в которой «наша» сторона приводит научные аргументы и факты, а противная сторона ограничивается истерическими всплесками). С учетом этого пишу не для противной стороны, а для тех, кто все-таки пытается мыслить сколько-то логично и основательно.   Пожалуй, о научной стороне вопроса почти все стоящее уже было сказано (тут, а также тут и далее), поэтому я добавлю лишь чуть-чуть – и не по фактам, а по методологии.   А потом скажу кое-что более важное и принципиальное, смысловое.   Коллеги уже все сказали о критике других ученых, в общем-то, не оставившей от версии Левитта камня на камне. Не буду повторяться. Но есть пара дополнительных нюансов.   ▪️Допустим, что модель Левитта выдержала бы всю математическую и прочую критику (а это не так). Но и тогда из нее не следовал бы вывод, что легализация абортов снижает уровень преступности.   Дело в том, что модель Левитта не учитывает, что параллельно легализации абортов в США шел целый ряд других разномастных социальных процессов. Включавший изменения в социальной политике, образовании и много в чем еще. Причем временное распределение этих процессов по штатам было схоже с распределением времени легализации в них абортов.   При таких обстоятельствах вообще невозможно толком сказать, что стало причиной чего. У снижения уровня преступности и легализации абортов могли быть другие общие или даже просто связанные между собой причины.   ▪️При этом есть данные, которые подтверждают именно такую гипотезу.   В 2020 году было опубликовано интересное исследование по Румынии. При Чаушеску в Румынии аборты были запрещены, потом – разрешены. Исследователи проанализировали связь этих событий с уровнем преступности.   И вышло, что после разрешения абортов общее количество преступлений снизилось, но вот уровень преступности на душу населения существенно не изменился. То есть просто стало меньше людей – и поэтому меньше преступлений – в абсолютном выражении.   ▪️Иными словами, даже если бы модель Левитта оказалась «верной», нет никаких оснований (а) делать на ее основании вывод о том, что легализация абортов стала именно причиной снижения преступности и, что важнее, (б) распространять ее за пределы США с их специфической историей и культурой.   Но я все понимаю. Разумеется, если какой-то модный среди либералов ученый написал о чем-то в научно-популярной книжке, то это истина в последней инстанции. Именно это – «наука», которой надо безоговорочно «верить». 😊   А все, кто использует реальный серьезный научный анализ – просто ретрограды и мракобесы.   📌 Но я хочу обратить внимание на более важный момент – принципиальный и смысловой.   Предположим на секунду, что модель Левитта была бы полностью верна.   Но из нее никак не следует, что аборты желательны в целях борьбы с преступностью или являются подлинным решением проблемы преступности.   Нет, понятно, что бороться абортами с преступностью можно. Все как в «румынском» исследовании: чем меньше людей – тем меньше преступлений. Нет человека – нет проблемы.   В принципе, можно всю преступность таким образом извести – достаточно просто уничтожить еще до рождений всех людей. И наступит полный правопорядок – тишь да гладь. И никаких преступлений!   Но если вдуматься в суть – идея Левитта была не в том, что аборты снижают число преступлений, а в том, что нежеланные дети чаще становятся преступниками. А аборты позволяют от этих несчастных нежеланных радикальным образом избавиться, убив их.   Концепция, безусловно, богатая. Получается, если с кем-то чаще происходят некие проблемы – надо попросту заранее избавиться от соответствующей группы населения целиком. И это улучшит показатели. Логика, надо заметить, абсолютно нацистско-евгеническая. Борьба за «качество» населения путем превентивного уничтожения недостаточно «качественных» людей.   Но ведь логика нравственно здорового человека протестует против такого хода мысли.   Если проблема в нежелательности детей, то ее решение – никак не в убийстве этих детей.   Ведь сама эта нежелательность – конструируется обществом через культуру. Они же не по природе своей нежелательные, такие дети. Их такими делают окружающие люди, пестующие определенные взгляды в своих головах, определенные ценности, определенное – негодное – отношение к жизни.   И настоящее решение – причем это очевидно! – в изменении этих взглядов, а вовсе не в массовых убийствах.   А в изменении мировоззрения людей и общества. Таком, чтобы все дети – по крайней мере, для подавляющего большинства из нас – стали желанными, независимо ни от чего другого (в сравнении с ценностью жизни и человеческой личности явно второстепенного).   Но такое решение, видимо, не всем подходит. Некоторые очень хотят именно убивать. 🥲

Дорогие друзья! Из хороших новостей – я (пока) опять дома на какое-то время. Из не очень хороших – к сожалению, не в лучшей форме и в целом ситуация непростая. Судя по всему, мне предстоят сложные и довольно нервные диагностика и лечение. Поэтому периодически я, вероятно, снова буду на какое-то время оказываться не дома. На этом фоне мне придется работать несколько меньше привычного. При этом я продолжу вести канал и общаться с вами – но по мере сил, в более «щадящем», не ежедневном режиме. Очень благодарен всем за помощь и за душевную поддержку – они своевременны и нужны. ❤️ Между тем, я наверняка пропустил кучу всего, пока был не с вами. Если вы хотите спросить меня о чем-нибудь важном и актуальном, можно это сделать в комментариях. По возможности постараюсь ответить.

Пост от админов канала Дорогие друзья и читатели! Павел Александрович получил все ваши пожелания ❤️ И передал для вас послание с благодарностью за поддержку. "Дорогие друзья! Я пока ещё в больнице на какое-то время - нужно проверить некоторые важные вещи. Дальше все зависит от результатов. Помимо этого самочувствие у меня вполне приемлемое. Очень благодарю всех за добрые пожелания и помощь. И за молитвы всех, кто молится. ❤️ Надеюсь, что в скором времени, так или иначе, к вам всем вернусь - и мы продолжим наше общение о важном и не очень. 😊 Спасибо ещё раз!" Если кто-то из вас хотел поддержать финансово, но ещё не успел, номер карты указан в предыдущем посте. Большое всем спасибо!

📌 Дорогие друзья! Позавчера Павел Александрович был госпитализирован, поэтому какое-то время постов в Клубе не будет. Пока неизвестно, надолго ли, диагноз ещё неясен. Последнее время было непростым для Павла Александровича, но он, как и все эти годы, неизменно находил время и силы писать для нас всех о важных вещах и общаться с подписчиками. Наша поддержка для него тоже сейчас важна и нужна. Будем признательны всем, кто решит её оказать. Напоминаем номер карты (Сбер): 5228 6005 7520 5556

Ну а теперь – об актуальной политике.   Выборы, снятие с них партий и кандидатов и все такое прочее. Я намеренно постараюсь обойтись без имен и названий – потому как речь о фундаментальных принципах, которые от конкретных названий никак не зависят.   Не раз и не два за эти дни я наблюдал в интернет-обсуждениях занятное.   Например, скажет, кто-то, что ХХХ сняли с выборов несправедливо, по явно смехотворному и неадекватному основанию. И сразу начинается примерно такое:   «Какая разница, за что! Правильно сняли. ХХХ – гад(ы)! Они ведь … тут следует перечень».   С другой стороны, когда с выборов на примерно таких же основаниях снимают с выборов YYY, тем же людям глубоко близкого и симпатичного, они немедленно искренне и живо возмущаются, усматривая тут радикальную несправедливость и антинародность. Потому что «а нас-то за что?» (с).   Разумеется, много и других людей, у которых все ровно так же, только X и Y меняются местами, потому как у них обратные симпатии и антипатии.   Что мы на самом деле наблюдаем?   Мы наблюдаем полную подмену. В головах множества людей для объективной, неумолимой (в том числе ими самими!) справедливости никакого места не осталось. В этих головах произошла полная подмена понятий. «Справедливым» такие люди называют просто то, что лично им нравится, хочется и кажется правильным и хорошим. «Несправедливым» - соответственно, то, что лично им не нравится, не хочется и кажется неправильным и нехорошим.   В этой картине мира далее власть, государство, закон, суд и т.п. – в идеале становятся просто механизмами выполнения (любыми способами) всего, что нравится, хочется и кажется. И «справедливого» преследования (тоже любыми способами) всего, что не нравится, не хочется и не кажется.   Каждая группа таких людей спит и видит, как бы заставить всех вокруг, в том числе не согласных, считать справедливым и нравственным то, что кажется ей. Если надо, то и прямым насилием, иногда и вплоть до уничтожения. А закон и власть – это просто инструменты достижения этой идеальной замечательной цели.   Разумеется, никакой реальных, объективных, не зависящих от чьих-либо пристрастий и желаний неумолимых справедливости и нравственности, в мире таких людей не существует. В таком мире им просто неоткуда взяться.   В этой картине мира «цель оправдывает средства», и это нормально для нее. А почему бы и нет! Главное, чтобы все было по-нашему!   В свое время еще проницательный французский политический мыслитель Алексис де Токвиль писал в том духе – что, мол, вокруг множество партий, групп и фракций. Каждая предлагает свое видение идеального общества и мечтает всех в него переделать. И каждая мечтает принудить всех к этому своему идеальному обществу мощью государства. Таким образом, все они мечтают об огромной мощи государства, которая будет служить, конечно же, их желаниям.   Мечта про мощь у всех общая, а вот желания радикально разные. Поэтому выполняется ровно половина их "мечты".   Мощное государство, разумеется, наступает (в том числе их стараниями!). После чего оно начинает выполнять, разумеется, не желания этих разных групп, а исключительно свои собственные. То есть желания конкретной элиты, дорвавшейся до рычагов управления.   Все, кто надеялся вот так воплотить в жизнь свои безудержные пожелания, просто забыли о старом анекдоте. Помните, про сына полковника, которому отец говорит, что полковником он, конечно, станет – а вот генералом – нет, потому что «у генерала свой сын есть»?   Так вот, у государственной элиты, кем бы она ни был, есть свои хотелки. Которые она и начинает беззастенчиво исполнять всеми госресурсами. И чего бы ради ей исполнять ваши-то?   Причем в описанной ситуации ее трудновато в чем-то серьезно упрекнуть – просто потому, что практически все активное и громкое общество вокруг мыслит ровно так же, как она. Разница только в том, что одна группа у рычагов, а другие – нет. Никакой другой серьезной разницы нет.   Разумеется, такие действия элиты подрывают право, закон и вообще все, что придает обществу хоть какую-то устойчивость.   Потому что сила закона именно в том, что он не является и не должен быть орудием чьего-то произвола и чьих-то личных или групповых желаний и интересов. И он остается законом, пока люди хотя бы минимально в нем это видят.   Когда закон и суд становятся просто циничным средством достижения чьих-то властных, политических или иных целей – они объективно перестают быть законом и судом. И шаг за шагом общество начинает, само того сперва не замечая, сваливаться в опасный водоворот хаоса и утраты всяких и любых опор.   Кончается это неизменно плохо.   При этом я не идеалист, и прекрасно понимаю, что суд и закон всегда используются теми, у кого есть такая возможность, в личных политических и прочих целях. Так всегда было. И до какого-то предела социальные системы к этому устойчивы.   Но это нельзя делать цинично и откровенно «в лоб» - таким образом, чтобы всем было очевидно, что это только средство достижения цели и ничто больше. Своему политическому противнику можно помешать на выборах, используя формальные предлоги и инструменты. Но это должно хотя бы выглядеть сколько-то солидно и основательно.   Заблокировать нежелательный мессенджер можно и в интересах наживы какого-то «своего» лобби. Но основания для этого тоже должны хотя бы выглядеть достаточно вескими и убедительными, а не явно надуманными и смешными. И т.п. Надо оставлять закону шанс оставаться законом.   Тем, кто поступает иначе, может казаться: «А что такого-то! Зато мы показали, кто тут в доме хозяин! Пусть делают, что мы хотим! А всем, кто не хочет – лежать, бояться!». Они даже могут считать, что это такая демонстрация полноты власти и статуса.   Но на самом-то деле это демонстрация отсутствия реальной опоры. Делать так – значит, активно рубить тот самый сук, на котором (сам того не замечая!) сидишь.   Но есть и более серьезная проблема.   Пока в обществе так много людей и групп, которые сами мыслят ровно так же – и отличаются от такой элиты только теми конкретными предпочтениями и хотелками, которые жаждут проводить в жизнь всей государственной мощью – эта болезнь остается неизлечимой.   Если вы сами живете внутренне в парадигме «победитель – прав, а проигравший – плачет», стоит ли жаловаться, когда ее к вам тоже применят? Это даже почти неизбежно.   Слова «Ибо суд без милости не оказавшему милости» - они, в том числе, и про это. P. S. Для ясности. Лично я не испытываю никаких симпатий ни к кому из снятых. Как и ни к кому из снимавших. Среди них всех лично я голосую за Гомера и Аристотеля.

Лукавый, но добродушный старик в зеленой шляпе, изображенный на картине Йозефа Мадленера — горный дух, вроде Рюбецаля из немецких и чешских преданий. Немецкий художник так и назвал картину, Der Berggeist. Чем она любопытна? Именно открытка с репродукцией этой картины повлияла на образ мага Гэндальфа в мире Средиземья. Стала для него отправной точкой. Сам Дж.Р.Р. Толкин написал на конверте, в котором хранил открытку — ‘Origin of Gandalf’. То есть происхождение Гэндальфа, прямое указание на то, откуда взялся персонаж. Причем Толкин считал, что привез открытку еще из юношеского похода по Швейцарии в 1911 году. Эту версию воспроизводит и первый биограф Толкина, Хамфри Карпентер. Только вот Йозеф Мадленер написал своего «Горного духа» не раньше 1920-х. По крайней мере, так утверждает дочь художника. Так что, скорее всего, в памяти Толкина переплелись события разных лет. Но старик в зеленой шляпе, ласково гладящий белую лань — точно прототип Гэндальфа (а, может, и его коллеги Радагаста Бурого, особенно любящего зверей). Первая иллюстрация — картина Мадленера Der Berggeist, дальше — Гэндальф на иллюстрации братьев Хильдебрандт и в фильме «Властелин колец: Братство Кольца» (2001) #галерея_фм #разбор_мифов Panfilov FM

Несколько дней подряд я пытаюсь написать об актуальной политической жизни. Ну, вы знаете, все эти снятия с выборов «Яблока»/Матвеева на основании нарушения авторского права и т.п.   Честно говоря, не очень хочется писать, но надо. Но, пока оно зреет и не созрело до конца, я напишу вроде как о другом. Но, на самом деле-то, о том же самом.   Вот посмотрите – государство, своей великой мощью, в масштабах всей страны определяет, сколько времени школьники должны дома готовить уроки. И это ни у кого не вызывает особого удивления.   Между тем, это же совершенно удивительная и странная вещь.   Как и то, что государство централизованно определяет, чему и как вообще должны учиться дети всех граждан. И, опять-таки, в целом почти все воспринимают это как что-то якобы «само собой разумеющееся».   Между тем, это, конечно же, совсем не так.   Ведь еще несколько столетий назад любым родителям мысль о том, что не они, а кто-то там, пусть даже и высокочтимый монарх, будет решать за них, чему надо научить их детей – показалась бы весьма фантастической, смехотворной и абсурдной.   Не монарх же рождал этих детей. Не монарх заботится о них и кормит. Не монарх оставит им, в конце концов, какое-никакое наследство. И вообще, они продолжают род и носят фамилию отнюдь не монарха.   У монарха есть свои личные дети и вот их обучение, конечно же, целиком в его ведении. А обучение и воспитание наших детей – в нашем. Для монарха же достаточно, чтобы эти дети не нарушали порядок, соблюдали законы и уважали Богом установленную власть. Вот и все законные «государственные ориентиры» для воспитания и обучения.   Посмотрите, как всего за несколько столетий изменилось восприятие! Как сегодня у многих вызывает недоумение и подозрение семейное образование – как это, учиться не по утвержденной школьной программе?!!! «А как же социализация!».   «Собственником» воспитания и образования всегда, тысячелетиями была семья. И это логично и естественно – потому что именно семья детей рождает, и именно ее, семью, дети продолжают дальше в истории.   Тем не менее, за последние столетия все забыли о том, что образование и воспитание – «собственность» семьи. И подспудно начали считать его «собственностью» государства.   Этот передел владения завернут в красивые мифы. Если им верить, без его величества государства все вообще жили бы в средневековом невежестве и ничего не знали (чушь, конечно!). И вообще, слава ему, государству, за его великие образовательные дары.   На самом деле-то, «дары» весьма сомнительны. Пришли посторонние семьям дяди и вместо семей завладели обучением их детей, причем не только делают это на деньги самих семей (налоги), но еще и сами с нехилой части этих денег неплохо кормятся. Определяя, что будут вкладывать в детские головы, как и кто – а родителям во всем этом процесса, в целом, оставлена весьма условная и подчиненная роль где-то под школьным плинтусом.   И, в сущности, это касается не только образования.   Почти все государственно-политическое развитие последних столетий сводится к тому, что государство стало владельцем множества сторон личной и семейной жизни людей, которые ранее принадлежали, собственно, им самим. В обмен на яркие мифы о многочисленных «славных дарах» и впечатляющие, но довольно далекие от реальной реальности обещания.   А итог печальный.   Люди этот «аутсорс» начали воспринимать как что-то «естественное». Основой их гражданско-политической жизни стало бесконечное ожидание реального исполнения несбыточных ярких мифов и впечатляющих обещаний. Которые никогда реальностью не станут, потому что быть ею не могут в принципе.   Зато сами заниматься своей жизнью и строить ее – и по отдельности, и вместе – люди, в массе своей, успешно разучились.   Мы обменяли внутреннюю силу на красивые посулы и выученную беспомощность. И этот обмен стал основным бензином всех государственно-политических систем современного мира.   Останется ли оно и дальше так, впрочем, напрямую зависит от того, что каждый из нас будет делать со своей жизнью. А всякие текущие актуальные «политические новости» весьма второстепенны на фоне понимания этого.

Как зарабатывать на 50% больше? По данным PwC, ещё в 2025 году специалисты со знанием ИИ получали на 56% больше, чем их коллеги. Сейчас эта разница продолжает расти: компании охотнее конкурируют за тех, кто быстрее закрывает задачи и успевает делать работу трёх-пяти человек. Автоматизируйте рутину и повысьте свою стоимость на рынке на курсе «Нейросети на практике: для себя, работы и бизнеса» от Академии Эдюсон. Вы разберётесь в работе 125+ ИИ-сервисов, включая самые популярные. На практике и 22 реальных кейсах научитесь прописывать команды так, чтобы получать нужный результат с первого запроса. Через 1–2 месяца сможете за секунды анализировать данные, генерировать отчёты, тексты, изображения и презентации. Вы передадите нейросетям до 80% рутины и сфокусируетесь на карьерном росте. Если возникнут вопросы, целый год на связи куратор. Доступ к материалам и обновлениям останется навсегда. В финале вы получите удостоверение о повышении квалификации — официальное подтверждение ваших новых навыков. Оставьте заявку с промокодом ПАРФКЛУБ и заберите курс со скидкой 65%. Реклама. ООО "Эдюсон", ИНН 7729779476, erid:2W5zFJ1D9e1

🔼 Станислав был тем человеком, с которым можно было глубоко обсудить вопросы методологии исторической науки, философии истории, сложные и спорные темы – и эти беседы служили всегда источником вдохновения и вели дальше в глубину. Было радостно разговаривать с коллегой, с которым мы часто понимали друг друга с полуслова – порой достаточно было одного намека, чтобы устанавливалась эта удивительная сонастроенность, которой мне теперь будет так не хватать. Конечно, особым даром для меня была совместная с ним работа над большой монографией по истории Католической Церкви в России и над некоторыми другими текстами. Как я уже сказал, наше профессиональное общение вскоре дополнилось духовным, религиозным. И здесь мы тоже были созвучны друг другу очень во многом. Я бы сказал даже, во всем действительно важном и фундаментальном. Станислав был человеком глубоко христианского и истинно католического духа. Истина Христова, неизменная католическая вера, забота о Церкви – это были для него не просто слова, а реальность, определяющая все стороны жизни. Воля Божия, продолжение подлинной жизни Церкви и спасение душ – всегда оставались для него центром всей жизни и всего, что он делал. В свое время, когда только начинала восстанавливаться в России Католическая Церковь, Станислав положил годы жизни и очень много своих сил и средств на труды по поиску лишенных пастырского окормления католиков в разных городах, возрождению приходов, возвращению им храмов. Мы часто говорим о христианской традиции, не слишком задумываясь, что это значит. Для Станислава христианская традиция была непрерывным живым присутствием Христа в Его Церкви – от древности до наших дней. И его занятия церковной историей были не просто профессиональным интересом – это было именно формой служения Христу и Церкви. Служения, неразрывно связанного с пониманием этой непрерывности – с пониманием того, что без связи с прошлым не может быть и подлинного церковного будущего. И вовсе не случайной была на этом фоне его забота о сохранении латинского литургического наследия, о восстановлении живой практики традиционного латинского богослужения, помощь в возрождении служения Тридентской Мессы в России. Мы много общались о прошлом, настоящем и будущем Церкви. Станислав очень глубоко переживал те кризисные явления, которые часто в наши дни наблюдаются в человеческой, исторической составляющей церковной жизни. И не только пока был здоров, но уже и в болезни неизменно всей душой откликался на любые начинания, способные помочь братьям и сестрам по вере на их пути ко Христу и к истине. Ну и, конечно, он был просто ярким и уникальным человеком и другом. Ему было присуще неизменное чувство юмора – ироничное, саркастичное, но, вместе с тем, глубоко доброе и человечное. И оно помогало с надеждой смотреть даже на самые трудные моменты в жизни Церкви, общества – да и в нашей собственной жизни тоже. Увы, далеко не все свои начинания Станислав успел довести до конца. Но, будем надеяться, мы общими усилиями сможем продолжить его труды – и я уверен, что сделанное им за эти годы не останется без плодов и у людей, и у Бога. Когда мы в последний раз встречались лично, мы договорились, что, когда Станиславу станет получше, сходим с ним вместе в ближайший парк, погуляем, подробно побеседуем о разном. Увы, уже не привелось. Но я надеюсь, что однажды мы встретимся снова и продолжим нашу беседу – уже в вечности.

Неделю назад, 6 августа, после тяжелой болезни отошел ко Господу мой коллега – историк Церкви, главный редактор христианского «Радио Мария» Станислав Генрихович Козлов-Струтинский. Станислав, прежде всего, был для меня дорогим другом и – в очень многих важных вещах – единомышленником, близким по духу человеком. Получилось так, что знал я его с нескольких сторон, очень разных – хотя и глубоко связанных между собой на самом деле. И узнавал я эти стороны постепенно, одну за другой. Вначале я его узнал просто как коллегу по одной из профессиональных сфер и, в определенной степени, учителя. Тогда я только начинал заниматься историей Католической Церкви в России. К тому времени я уже был историком, но вступал в эту новую для себя область исторического знания. И один из католических священников порекомендовал мне Станислава, как хорошего специалиста, который может подсказать много полезного – особенно по тематической архивной работе. Я позвонил Станиславу, и он с готовностью согласился. Мы встретились, познакомились – и это оказалось совершенно особенным опытом. К тому времени я уже привык к не самым приятным особенностям профессиональной среды. Дело в том, что у историков чем-то частым, почти нормальным является своего рода профессиональная ревность. Большинство тех, кто работает с первоисточниками (да и не только с ними) не очень любят делиться с коллегами эксклюзивной профессиональной информацией – особенно если пока не успели сами ее опубликовать. А Станислав оказался совершенно уникальным в этом отношении человеком – открытым и немыслимо щедрым. Казалось, сам тот факт, что кто-то еще занимается той же областью, его глубоко обрадовал. Он рассказывал все и делился всем, чем только мог. И когда он предложил обращаться к нему в случае дальнейших вопросов, было понятно, что это не просто вежливая формальность. И я обращался. То, что началось как профессиональное общение и своего рода наставничество, переросло в духовную и личную дружбу. Мы искренне радовались находкам друг друга, в каких-то вопросах первопроходцем оставался он, в какие-то более глубоко закапывался я – и мы постепенно стали, можно сказать, советниками и учителями друг друга – на долгие годы. 🔽