• СНЫ 📖 ХЕМИНГУЭЯ •

В Египте главное что? Игнорировать продавцов экскурсий. Собственно, именно это я и делала, когда к нам подошёл такой персонаж — отворачивалась и смотрела в сторону. — Мадам, посмотрите, у нас есть каньон. Я сама скала. Игнорирую. — Мисс, посмотрите, дайвинг. Коралловые рифы. Я делаю вид, что у меня вода в ушах. Игнорирую. Тут он говорит: — Королева! И что вы думаете? Голова моя сама, ей-богу, повернулась в его сторону. И он мне быстренько продал все эти экскурсии. Что хочется сказать в свой 42-й день рождения? Спасибо всем моим мужчинам: папе, брату, мужу за то, что на протяжении всей моей жизни балуют меня и обращаются, как с королевой. Моим друзьям, которые верят в меня больше, чем я сама. Моим дочкам, которые каждый день меня учат чему-то новому и часто обнимают. Моей маме, которая никогда не даст мне свернуть не туда. И вам, мои читатели, за то, что я все ещё пишу. И не бросила это дело)

Познавательный четверг и сегодня поговорим об амазонках – женщинах, которые испортили грекам самооценку. С амазонками, как с любым сильным образом: чем меньше фактов, тем увереннее рассказчики. Кто такая амазонка? Женщина-воительница. Она уверенно ездила верхом, ловко управлялась с орудием, чем сильно била по мужскому самолюбию среднестатистического древнего грека. Самый живучий миф гласит, что амазонки удаляли одну грудь потому, что она мешала им стрелять из лука. Звучит эффектно. Даже по-гречески трагически. Но подтверждения этому нет. Откуда это пошло доподлинно неизвестно. Может, версия возникла из попытки объяснить само греческое слово «амазонка», где «а» – «без» и «mazos» – «грудь». А может, кто-то из греков плохо понял иранский язык. Вот представьте: Вбегает в греческий город иранский торгаш Хосров и кричит: — Ha-mazan! Ha-mazan! Что на иранском означает — «Воины»! Но греки услышали: «Без груди!» А после того, как степные воительницы наваляли греческим мужчинам, они совсем обиделись и зацепились за это неправильно расслышанное слово, придумывая истории о неполноценности женщин-варваров. – Кто это был, Хосров? – мог спросить какой-нибудь Константинос. – Ha-mazan, – с акцентом ответил бы иранский торгаш. – Вооот, Хосров подтверждает. Амазон! Потому и злые такие, что груди одной нет и замуж никто не берёт. Так что, бабоньки, расходимся, дорогие. Возвращайтесь к чистке кувшинов. Не на что тут смотреть. Да, сам факт, что женщина может оказаться сильнее мужчин, для греков был неприемлем. В греческой семейной иерархии женщина должна была быть дома: прясть, готовить, чистить горшки, растить детей, поддерживать порядок и… помалкивать. А амазонка делала всё наоборот. Опасаясь, что жёны вдохновятся свободолюбием и распоясаются, греческие мужи рассказывали им страшилки: – Хочешь свободы, как амазонки? Пожалуйста! Иди, отрежь себе грудь. Какая женщина на это согласится? Но давайте начистоту: фактически грудь не мешает женщинам стрелять из лука. Так что и отсекать её не было никакой надобности. Этими роскознями греки пытались всего навсего сохранить контроль внутри собственных семей, делая амазонок пугающей социальной аномалией. Они погрузились в свои фантазии о покорённых женщинах-воинах и даже породили отдельное сюжетное направление – амазономахии, где выдуманные греческие герои неизменно побеждают воинствующее женское племя. Но вышла неувязочка: греческие мужики так увлеклись сочинительством о боях, что совсем забыли про грудь. И не предупредили художников. Так что в греческом искусстве амазонок изображали, хоть и повержеными, но с обеими грудями. Упс. В общем, я думаю, этот миф появился из самой обыкновенной игры слов и уязвленного мужского самолюбия. Не более. Спустя какое-то время забылась не только отсечённая грудь, но и сами амазонки стали считаться выдумкой. Пока археологи не нашли подтверждение: у скифов, сарматов и других степных народов действительно были женщины-воины. Их хоронили с конским снаряжением, стрелами, кинжалами и копьями. Конечно, это не подтверждает существование отдельного царства женщин, где мужчин держали в загонах для размножения. Но подтверждает, что существовали кочевые племена, где женщина владела орудием, ездила верхом наравне с мужчинами, то есть была полноценной мобильной боевой единицей. И вполне могла внушать сладкую жуть в творческие умы греческих мужиков, вдохновляя на новые и новые истории. Век живи, век новое узнавай.

— А в спине у него торчит топор! — говорю я. — И он вот так, с топором в спине, прошёл мимо тебя? — Угу. Байкальский фестиваль молодёжной музыки в 2000 году собрал в одном месте тысячи людей. Это было грандиозное событие. Все были полны музыкальных амбиций, и мы с нашей небольшой рок-группой не были исключением. Неделя рокерского драйва, жизнь в палаточном городке и масса впечатлений. В то лето Байкальск заполонили огромные белые мотыльки. Ими были облеплены все фонарные столбы, что создавало апокалиптическую атмосферу внутри и без того перегретого лагеря. Ходил там один панк. У него не было зубов, и его, представляете, два раза укусила лошадь. Сначала за одну руку, потом за другую. А он играл на гитаре, на минуточку. Звали его Горшок. Это потом «Король и Шут» станет группой, которую знают все. А тогда, в 2000-м, они были такими же, как мы: идейными, заряженными, мечтательными и малоизвестными. Но вернусь к парню с топором. В один из вечеров я решила пойти к Байкалу и посидеть на берегу. Ушла подальше, села на камень, смотрю на звёзды. Вдруг слышу хруст веток за спиной. Из леса вываливается человек. Шатаясь, проходит мимо меня. Я смотрю, а у него в спине — топор. Он падает на колени и ползёт на карачках к воде. А когда дополз, стал жадно пить прямо из Байкала. А я что? Мне шестнадцать. Я, мягко сказать, обалдела. Сползла с камня и побежала в лагерь за подмогой. Прямо через пролесок, перепрыгивая через пни, как лань. Прибегаю. Задыхаюсь. Глаза еле держатся внутри орбит. Кричу своим: — Там парень на берегу... А в спине у него торчит топор! — И он вот так, с топором в спине, прошёл мимо тебя? — Угу. — В клетчатой рубашке? — Да... А они ржут. Оказалось, я стала жертвой фестивального креатива. Парню привязали к спине деревяшку, сверху надели рубаху, в деревяшку через ткань воткнули топор, а для лучшего эффекта добавили бутафорской крови. — Я сам ему этот топор воткнул, — смеялся Костя. — А Настя из своих гримёрских запасов крови ему отлила. А шёл он шатаясь и прильнул к Байкалу потому, что сушняк у него. Пятый день не просыхает человек. Я потом часто бывала на подобных фестивалях. Но если никто не ползёт на водопой с топором в спине, считаю организацию слабой. А в 💬 MAX обсудили габионы и на чём спотыкается логика.

Расскажу вам ещё одну историю про Аську. Давным-давно Аська преподавала йогу и собирала женщин для духовных тазобедренных практик. Тогда это было очень модно. Считалось, что если достаточно долго дышать… тазом, жизнь обязательно как-нибудь наладится. Я их группу ласково называла «Вагини» и, сколько Аська меня не зазывала, сколько не рассказывала про важность раскрытия нижней чакры — я не приходила. Время половина одиннадцатого вечера, как вдруг мне звонит Ася: — Петшик, ты где? — спрашивает она шёпотом. — На работе ещё, Ась. Что случилось? — Едь ко мне, — шепчет она. — Срочно. Аська жила недалеко, так что у неё я была уже минут через восемь. Звоню в дверь — не открывает. У меня холодок по спине. Думаю: всё, как в передаче «Следствие вели». Дёргаю ручку двери — открыто. «Тело обнаружили соседи» — зазвучал голос Леонида Каневского в моей голове. — Ася? — зову. Тишина. Зажимаю ключ от машины в руке, чтобы если что дать бой врагу. — Аська, я захожу, — говорю, — И, блин, давай ты не сдохла, пожалуйста... — Я в спальне, — воет Аська. Захожу и вижу картину: Аська сидит на полу, нога закинута за голову, лицо красное. Она вся взъерошенная. — У меня нога застряла, — кряхтит. — Как у тебя застряла нога? Ты же инструктор по йоге, ё-моё. — Раньше такого не было... А тут что-то в пояснице стрельнуло — и ни туда ни сюда. — В скорую позвонить не догадалась? — Стыдно. — А мне, значит, не стыдно? — Тебе не стыдно. Сделай что-нибудь. — Аська, я антикризисный менеджер, а не травматолог. — У меня кризис! — рявкнула Аська. — Распутывай меня давай! Я уже в туалет хочу. — Будешь орать на меня — я тебя так оставлю. Давай, голову отклони чуток. Плечо давай... Да аккуратно давай, а то вывихну... Дышать не забывай... Ртом… Давай! Ещё чуть-чуть... Кое-как опустила её ногу туда, где она и должна находиться, Аська выдохнула и похромала в туалет. — Поехали в больницу, — предлагаю. — Зачем? — Заземляться, Ась. Оказалось, у Аськи спазмировало ягодичную мышцу и защемило нерв. Получается, что даже Аськина жопа ягодичная мышца отвергла её духовную практику. И две недели ей кололи диклофенак в её проработанную нижнюю чакру. 💬 MAX

Дядька мужа принёс сегодня с рыбалки живую рыбу и торжественно вручил нам двух больших окуней и маленького карасика. Окуни выглядели съедобной рыбой, а маленький карась выглядел, я бы сказала, жертвой обстоятельств. Он был слишком мал. Есть его в таком крохотном размере бессмысленно. Даже преступно. Варя тоже с этим согласилась, и мы поместили карася в ведёрко. — Оль, ну вы с ума сошли? — спросил муж, когда мы наливали воду в ведро. — У нас спасательная миссия, Коль, никаких возражений! — строго ответила я. — Мы вернём его в пруд. Ему надо подрасти. Сейчас его смерть бессмысленна, понимаешь? — А может, купим аквариум, пап? — предложила Варя. — Пусть он живёт у нас и растёт. — А потом съесть его? — изумился муж. — Это негуманно. Кто вообще ест своих питомцев? — Можем его не есть, — сориентировалась дочь и переключилась на меня, — Пусть просто живёт у нас, да, мам? Я немного подумала и отказалась. Спасение ради справедливости — это одно, а опека над карасём — совсем другое. Мне достаточно двух собак, трёх дочерей, мужа и Валеры. Карась уже совсем перебор. — Ладно, — сдался муж. — Поехали отпускать карася. Ехали на пруд с ведёрком на коленях. Карась вальяжно плавал. Ещё бы. Он только что избежал сковородки. Можно сказать, выбил себе условно-досрочное. Варя предложила назвать его Аркадием. Я сказала, что имена дают тем, кого планируют оставить. Варя сказала, что поздно. Он уже Аркадий. И теперь мы должны время от времени его навещать. Аркадия выпустили в пруд, и он, ни секунды не мешкая, ушёл в камыши. Домой мы вернулись с чувством выполненного долга. Правда, окуни, оставшиеся лежать в раковине, смотрели на нас как на лицемеров. Больше историй в 💬 MAX

Есть такие люди, которых приглашают на ЗОЖ-вечеринки, но только один раз. Это я и мой приятель Борька. Я просто неприятный человек, не верящий в БАДы и ЗОЖ, а Борька — патологоанатом. Дёрнуло нас как-то принять приглашение на ретрит. Тогда это, конечно, называлось иначе — погружением в духовные практики. Мы с Борькой, хоть сами по себе люди довольно просветлённые, на таких мероприятиях становились ворчливыми скептиками. Но наша тогдашняя компания не сдавалась и всеми силами пыталась сделать из нас «здоровых человеков». И вот сидим мы за столом, ужинаем. На столе, само собой, сплошные полезные продукты: салат, овощи, зелёная гречка. Или, как называет такое моя свекровь, — силос. Мы с Борькой вилками в этой скошенной траве ковыряемся, лица выражают печаль. — Зачем только я согласился, — шепнул мне Борька. — Да, — печально выдохнула я. — Сидела бы сейчас с бокалом кьянти, сериальчик смотрела. — И сигаретку, — мечтательно протянул Борька. — Я за всю жизнь, — услышала нас Ася, организатор этого ретрита и инструктор по йоге, — не выкурила ни одной сигареты, не сделала ни глотка алкоголя. Я не ем красное мясо, и на каждом чекапе мой врач говорит, что мой организм идеально здоров. — Это отрадно, — сказал на это Борька. — Здоровые люди очень ценятся, Ась. Будет что нездоровым пересадить. Аська округлила глаза: — Как это? Нельзя пересадить органы без моего согласия. — Ну, вообще-то можно, — хмыкнула я. — У нас презумпция согласия. Не отказалась заранее — значит, согласна. — Это как так? — возмутилась Ася. — Очень просто, — начал объяснять Борька. — Если завтра тебе на голову упадёт кирпич, твои здоровые органы вполне можно будет изъять и пересадить. — Ага, — подтверждаю я. — Ты, Аська, очень ценный человек для общества и медицины. И хорошо, что развивается ваше сообщество здоровых людей. Чем вас больше, тем лучше. Доноры всегда нужны. А то нам, нездоровым, нечего было бы пересаживать. Так что мы вас всячески поддерживаем. За столом стих хруст сельдерея. Все уставились на нас. — Нет, вы можете выразить несогласие на изъятие органов в завещании или предупредить родственников, чтобы они в случае чего его выразили, — поспешила успокоить я. — А если не успел изъявить несогласие и предупредить родственников? — спросил кто-то. — Значит по умолчанию согласен на изъятие, — отвечаю. Этот кто-то молча сходил к машине и принёс коньяк. Ретрит быстро перешёл в философскую попойку. Обсуждали подводные камни закона и хрупкость человеческой жизни. Кто-то просил Борьку рассказать что-нибудь из практики, кто-то умолял рассказывать не очень подробно. А вот Аська за вечер не произнесла ни слова. И почему-то больше нас с Борькой на свои ретриты не приглашала. Обидно. Мы ведь только стали входить во вкус. 💬 MAX

Подходит ко мне Кира вчера и изъявляет желание научиться шить. Прямо так и говорит: — Мамуль, научи меня сшить сумку. Я обрадовалась. Думаю, настал тот день, когда в семье буду шить не только я. Швейные приблуды все достала. — Показывай, — говорю, — чему учиться хочешь? Показывает она картинку сумки: там оборочки, подклад с карманом, ткань в горошек. Молодец, думаю! Сразу сложную задачу выбрала. Учиться — так на трудных проектах. Вся в мать! И вот сижу я в ночи, одна, в темноте. Строчу эту сумку в горошек с оборочками, с подкладом и кармашком. Кира спит. И я чувствую какой-то подвох, но где?

В интернете ходит тренд на замечательную идею, как жить в старости: три старушки живут вместе в одной квартире, а две другие квартиры сдают и тратят деньги от аренды в своё удовольствие. Не прошёл этот тренд и мимо меня. Но восторга не вызвал. Ну, во-первых, куда мы с подругами должны деть своих мужей? Ведь надо же планировать переезд заранее. Как это реализовать? — Милый, мы тут с девочками решили стареть в тренде, ты когда планируешь освободить жилплощадь? Так, что ли? Сразу вспоминается Воланд из «Мастера и Маргариты»: — Вы когда умрёте? В общем, брак этот тренд точно не укрепит. Во-вторых, я читаю новости и несколько месяцев назад в «Аргументах и фактах» был такой заголовок: «Тела трёх пожилых женщин, застреленных в подмосковной деревне, нашли в подвале. По предварительным данным, причиной убийства стало ограбление по наводке». Настораживает. В-третьих, совместное проживание в любом случае неудобно. Ведь или твои подруги живут в твоей квартире, или ты живёшь в квартире подруги. И у вас могут быть прекрасные отношения, но быт, поверьте, крушит и более надёжные связи. Словом, плюсов для себя я не нашла. Так что в старости я планирую зарабатывать не на сдаче жилья, а на вышивке бисером. Буду вышивать яркий орнамент на купальных стрингах для тиктокеров и продавать, как эксклюзив: «заряжено бабушкой от сглаза». Экстравагантный оберег от бабули для активной молодёжи. А что? Времени занимает немного, а спрос точно будет огромный. И мужа никуда девать не придётся.

Всё реже руки мои дотягиваются до ТГ. Но... Познавательный четверг, и сегодня обсудим такие интересные слова, как «урод» и «задница». Не делайте поспешных выводов, ведь это удивительные слова, которые до XV века означали вовсе не то, что мы знаем о них сейчас. Ведь кто такой урод XV века? Это «тот, кто родился», и не просто родился, а родился не таким, как все, а именно первым. Урод — это первенец, который получал особые привилегии и положение в семье. Именно «урод» получал «задницу». Где-то сейчас вдумчиво кивает головой психолог. Но, друзья мои, задница тогда означала ничто иное, как наследство. И это зафиксировано в юридических документах нашей древней Руси, и говорится там, что всякому уроду положена задница. То есть буквально: каждый первенец должен получать наследство. Каково? Мне поначалу подумалось, что ударение в этом слове, возможно, ставилось на предпоследний слог и звучало как «задни́ца», но нет. Задница и в XV веке звучала так, как мы привыкли её произносить. Спустя тысячелетия эти слова претерпели свои филологические метаморфозы, потеряли былую стать и стали означать совсем иные вещи. Впрочем, согласитесь, фраза «каждому уроду положена задница» всё ещё звучит довольно юридически и всё ещё несёт в себе флёр справедливости. Весь основной движ сконцентрировался в 💬 MAX Присоединяйтесь)

Свободолюбивый попугай мечтал сбежать из зоомагазина. Николай мечтал о попугае всю жизнь. Их встреча могла бы стать счастливым совпадением, но быстро превратилась в испытание для всей семьи. Теперь им предстоит выяснить главное: кто кого приручит? Рассказ «Валера» опубликован на Литрес. Это пока не роман, но всё равно маленький шаг к большой мечте. <ЧИТАТЬ НА ЛИТРЕС> А если хотите полистать страницы, как живую книгу, то добро пожаловать в экспериментальный раздел моего сайта: https://opetshik.ru/valera Напишите, где вам понравилось больше. В такие моменты особенно ясно чувствуешь: шаг может быть медленным и неуверенным, но это всё равно движение вперёд. Я иду. Горжусь собой. И очень благодарна, что вы проходите этот путь со мной. Спасибо🩷