Обаяние лунного света

Сабина, скажите, пожалуйста, как вы относитесь к копиям люксовых брендов? Я просто никак не могу до конца аргументировать, почему это плохо, и определить своё отношение к этому. Ну, в целом плохо отношусь. Но не осуждаю, когда человек очень хочет надеть на себя какой-то заветный логотип и совсем не может пока себе этого позволить и в итоге дает слабину. Понимаю. И искренне желаю всем, у кого есть тяга к люксу, так или иначе когда-нибудь к нему прикоснуться (к настоящему). Также меня не напрягают люди состоятельные, приобретающие копии. Это личный выбор. Напрягает другое: когда люди, делающие, на мой взгляд, этот сомнительный выбор, назидательно транслируют его как единственный разумный и здравый. Особенно кощунственно лично для меня это выглядит, когда крупные блогеры с видом, не терпящим возражений, рекламируют китайские копии с Садовода и сопровождают это фразой «зачем переплачивать за имя». «Имя» бренда — это не просто слово на сумке. Это многолетняя история и годы работы над созданием индивидуальности и разработкой собственного стиля. В этой индустрии каждый сезон происходят колоссальные творческие и финансовые процессы. Нельзя забывать, что помимо самих дизайнерских изделий это ещё и организация ошеломительных показов с участием лучших топ-моделей. Сильные рекламные кампании, которые вдохновляют и формируют вкус, бутики с безупречными интерьерами и атмосферой, которую каждый бренд выстраивает внутри своего пространства. Всё это тоже часть продукта. И в целом всё это то, что делает вещь вещью с историей, а не просто куском кожи с ручками. Всё это огромный интеллектуальный труд. Неправильно обесценивать весь этот путь и затраченные на него человеческие и финансовые ресурсы, сведя всё просто к «имени». Имя — это результат труда и огромных вложений. Особенно забавно, когда это говорят люди, у которых тоже есть свои продукты в сфере бьюти или моды. Они прекрасно знают, сколько стоит производить продукт высокого качества. Но почему-то их продукт — это ценность, и только посмей шепнуть «почему так дорого», а чужой — это переплата. Не люблю неуважение к чужому труду. Не хочешь платить за бренд — не плати. Купи себе обычную актуальную сумку без всяких регалий, которая в твоём понимании будет соответствовать цене и качеству. Средний сегмент сейчас предлагает огромное разнообразие. Это будет честнее. Но хочется-то именно условного «Шанеля» — только почти бесплатно. Желание не переплачивать, но при этом почему-то очень важно, чтобы выглядело так, как будто переплатила. Я не одобряю, что такой подход несётся в массы. Подделка — это не бюджетная альтернатива. И в этом нет рациональности (не надо заниматься самообманом). Это паразитирование на уже созданном. Созданном талантливыми, красивыми и особенными людьми. П.С. Что касается лично меня, я исключительно за оригинал. Ни одна копия не даст того ощущения удовлетворения и ценности, которое испытываешь, владея подлинными вещами.

Лондон, Tate Modern, зал Марка Ротко. Рядом — мама. Мой неизменный наставник в культурной жизни, мой первый проводник в мир искусства. Вообще у нас с мамой всегда совпадает восприятие произведений, которые вызывают много споров. Но есть искусство, к которому нужен отдельный ключ. Не только знание контекста, времени, логики появления произведения. Есть искусство, которое считывается через внутренний опыт. Через личные переживания, состояния, ассоциации. И если работа попадает в этот внутренний ряд — она открывается глубже, чем просто изображение. Как будто включается свет, и ты видишь не только картину, но то, что за ней стоит, то, что хотел передать художник. Если этого внутреннего совпадения нет — ключ просто не открывает эту дверь. И работа остаётся для тебя плоской, внешней. Работы Ротко для меня — это прям медитативные порталы. Когда я смотрю на них, время как будто замедляется. Я будто медленно погружаюсь в другое пространство и состояние. Мама же воспринимает их иначе: плоские, статичные и совсем лишённые внутренней жизни. Потому что там действительно не на что смотреть в привычном смысле. Либо возникает внутренний отклик, либо нет. Но в том, что Ротко — выдающийся художник, сомнений нет.

Здравствуйте! Очень надеюсь на Вашу помощь, я не понимаю, как мне вести себя в ситуациях с мужем, когда разговор заходит о вере. Мы с ним женаты 31 год, «в горе и в радости», всё такое. Я его очень люблю, благодарна ему, что он, крещеный, но неверующий, не позволяет себе пренебрежительных высказываний о Боге и церкви. Я несколько лет хожу по воскресеньям в церковь, иногда езжу в паломнические поездки, он никогда не возражает. Но иногда с ним случаются неприятности, часто одна за другой и тогда он психует и зло просит меня не молиться о нём. И я не знаю, как в эти моменты реагировать. Позавчера произошла такая размолвка, я сильно разозлилась на него, но и на себя тоже - от своего бессилия, от того, что не понимаю как его успокоить, как себя вести. Помогите, пожалуйста. Здравствуйте. Вы пишете, что мужа любите, вместе много лет. Это большая ценность тут на земле. И это важно бы сохранить, не вступая в борьбу за Бога. Ваш муж, судя по описанию, человек не враждебный к вере. И это уже очень много. Более того, вы пишете, что, когда вы стали воцерковлённой, он не препятствовал этому и не высказывался резко — а значит, по умолчанию уважает ваш выбор и ваш путь. Важно понимать, что он всё же не верующий (это его право) и, как человек рациональный, в моменты боли и неудач он не ищет помощи у Бога. Он ищет её в вас — простую, человеческую, практичную опору. Конечно, в сложные периоды его могут раздражать разговоры о (как ему кажется) несуществующих вещах. В такие моменты человек не хочет слышать ничего, что кажется ему чуждым: ему важно опереться на то, в чём он уверен и что ему действительно близко. Это вы. Именно поэтому с такими темами стоит быть максимально деликатной. Это не то, с чем можно приходить, когда ему плохо. В такие моменты любые разговоры о вере могут восприниматься не как поддержка, а как давление и тотальное непонимание, что, естественно, будет приводить к отдалению. Когда он говорит «не молись за меня», это не про запрет молитвы как таковой. Это просто форма протеста, реакция на внутреннее сопротивление. В такие моменты ему не нужен спор о Боге — ему нужен покой и родной человек рядом, который может его успокоить и приободрить. И потом, молитва — это ведь не демонстрация, а тайное делание. Она не требует разрешения. Молитесь за мужа, если у вас есть такой душевный порыв — просто ему об этом знать совершенно не обязательно. Ещё важно — не впадать в раздражение. Вы пишете, что сильно разозлились — и на него, и на себя. Но разве злость это тот результат, к которому мы стремимся, даже если уверены, что стоим на стороне правды? Есть точное наблюдение: дьявол начинается с пены на устах ангела, вступившего в бой за святое и правое дело. Самое уместное здесь — оставаться любящей и спокойной. Поддерживать мужа в трудные моменты так, как нужно ему, а не так, как бы вам хотелось. Иногда самое христианское поведение — это не слова о Боге (тому, кому это сейчас не нужно), а человеческое присутствие без навязывания своих представлений — с искренним желанием помочь так, как нужно именно этому человеку, которого вы знаете и любите тридцать лет. И, как ни парадоксально, стремление именно к такому поведению со временем меняет людей сильнее любых паломнических поездок. Удачи вам.

Нашла отличный гайд по Москве: еда, прогулки, маршруты. Люблю, когда у меня есть готовый список, а я просто выбираю по настроению.🤍

Сижу в пятницу, никуда не собираюсь, листаю ленту — и натыкаюсь в чьём-то блоге на ошеломительную рекламу нового пятизвёздочного отеля на Кутузовском, после которой люди обычно совершают компульсивные покупки со скоростью звука. Этот инфлюенсер и маркетинговый отдел отеля, конечно, сделали свою работу на 150 из 100. Снято — безупречно. Тот случай, когда понимаешь: человек свой хлеб ест не зря. Был подсвечен весь изюм этого отеля — так зазывающе и маняще, что захотелось немедленно выезжать в ту сторону. Хотя я, в общем, человек консервативный. В вопросах ресторанов и отелей — особенно. Найду «своё» и хожу туда следующие полторы тысячи лет. Но тут это был не маркетинг, а гипноз какой-то, честное слово. Я как заколдованная перешла по ссылке, забронировала номер, раскрыла чемодан и начала набивать его нарядными вещами. Информирую Евгения, что ближайшие два дня я планирую переодеваться примерно три раза в день в красивых интерьерах, вкусно есть, лежать в спа — в общем, уверенно сообщаю ему, что ему всё понравится. Евгений ничего не понял, но согласился. Приезжаем. Но, отель не смог выдержать собственного же маркетинга. То есть вообще. Клиенты появились, а что с ними делать — никто не знает. Номер мы ждали ещё два часа после официального времени заселения. Два. Часа. В новом отеле, где, казалось бы, всё должно работать особенно чётко. За это время мы успели заскучать настолько, что пошли за шампанским за свой счёт. Комплементарный бокал от отеля не случился — хотя это базовая вежливость в индустрии, если вы заставляете клиентов ждать. Когда номер наконец выдали, мы буквально переоделись на бегу и побежали в спа — хоть как-то спасать этот вечер. На входе охранник уточнил, живём ли мы в отеле. Вопрос прозвучал особенно комично, учитывая, что мы стояли перед ним в халатах и домашних тапках, искренне считая это довольно убедительным доказательством того, что мы всё-таки здесь проживаем. Ровно после этого спа закрыли буквально у нас перед носом. Рабочий день закончился. Мы поцеловали закрытую дверь и ушли. Из заявленных ресторанов, где я планировала радовать Евгения своими нарядами, работал только один — и, разумеется, не самый притязательный, а вполне себе посредственный. Ни извинений, ни обратной связи от менеджера отеля не было (она даже не пришла). Только щедрое предложение позднего выезда от рецепшена, которое отелю не стоит примерно ничего и которое нам было абсолютно не нужно. Ни попытки что-то сгладить, ни одного внятного жеста. То есть тратиться на удержание клиентов не хотелось вообще. Даже минимально. А ведь мы идеальные гости: лояльные, платежеспособные и одни из первых, кто вообще захотел поддержать новый красивый проект — даже несмотря на то, что живём в 15 минутах от отеля. Персонал абсолютно неопытный и какой-то беспомощный. Единственный логичный сценарий — это уехать. Что мы, собственно, и сделали. Возникает простой вопрос: зачем тратить огромный бюджет на такую убедительную рекламу, если дальше у тебя идёт полный провал на уровне сервиса. Это даже не разочарование. Это какое-то недоразумение выходного дня.

Это могла бы быть я, но я снова не пью и рано ложусь спать.

Стоило мне сделать «летний» цвет волос, как говорит мой муж (у него летний это светлый, зимний — тёмный), как тут же попалась моя фотка брюнеткой. И всё. Началась тоска. Всё-таки по натуре я тёмная сторона.

Разбор ненужностей в доме — это перезапуск атмосферы. Люблю эти дни зачистки — они наводят порядок не только на полках, но и в голове. Всё как-то встаёт на свои места. Я не тащу домой ничего лишнего, но каким-то образом раз в полгода выношу огромные пакеты. Как будто они тут самозарождаются как-то сами. И вот я наконец приступаю к любимому процессу. Но тут из ниоткуда материализуется Евгений. И всё превращается в борьбу за артефакты древней цивилизации. Евгений может запросто подраться за коробку от наушников, которых у него нет уже года три. Я ему говорю: Наушников нет. Коробка тебе зачем? Он: Это хорошая коробка для хранения. И становится ясно, что этот человек (мужем в такие моменты его сложно назвать) собирается хранить будущее барахло в помятой коробке от прошлого барахла. Или, например, он всерьёз пытался укусить меня за руку, когда я хотела изъять его баскетбольные шорты, в которых он последний раз кидал мяч, когда Nokia ещё была уважаемой компанией. Но выбросить их нельзя. А «вдруг» завтра он встанет — и в нём проснётся Майкл Джордан. Придётся срочно бежать на площадку. И как раз в этот его звёздный час под рукой окажется стратегический запас — те самые шорты, которые он хранил лет двадцать, не меньше. Причём защищает он это с таким накалом, как будто речь идёт не о бессмысленном старье, а о семейном наследии, которое он передаст нашим детям. Этот «вдруг» — вообще главный двигатель захламления пространства у мужчин. Ну да. А вдруг ему действительно понадобятся провода от техники, которой уже не существует. И тут я понимаю, что вместо успокаивающего меня ритуала сейчас будет бой. Бой за то, что ему никогда не пригодится. П.С. Но, проведя опрос среди своих замужних подруг, я знаю, что Евгений — не частный случай. Он представитель целого движения, у которого есть своя лига единомышленников.

Да.

В силу нашей новой рубрики про бьюти-рутину хочу показать бальзам для тела, которым пользуюсь уже много лет. Когда-то увидела его у Светланы Бондарчук и почему-то подумала: вряд ли она пользуется чем-то случайным. И влюбилась. Важно: это не продукт просто для увлажнения и приятного аромата. Это серьёзное средство высокого качества, которое работает именно с состоянием кожи. Его главная уникальность для меня — в универсальности. Это тот случай, когда одна банка закрывает весь мой уход для тела. Можно и нужно использовать для массажа (мой массажист очень хвалит). И обязательно как домашнее обёртывание для проблемных зон. Больше всего я люблю его именно за обёртывания. Сначала сухой щёткой — буквально пять минут по проблемным зонам. Затем контрастный душ (это увеличивает эффект от процедуры), и после — бальзам под плёнку. Плёнка самая обычная, я беру в ЗЯ. Держу около сорока минут. Делаю курсом: чередую обёртывания с ручным массажем в течение 10 дней. Результат всегда заметный и убедительный. П.С. Конечно, использую его и как крем после душа. Он подтягивает кожу, придаёт ей упругость, лоск и напитанность. Ещё обязательно наношу бальзам на зону декольте и локти. Эта рекомендация — от самого сердца.🙂‍↔️🤍