✘ 𝑴𝑬𝑳𝑳𝑰𝑬 𝑺𝑻𝑶𝑹𝑰𝑬𝑺 ✘

Небольшие новости касаемо новой главы: половина уже написана, осталось только все правильно обернуть и оформить😘 Пока ещё не знаю, насколько большой она выйдет (вряд ли намного), но скорее всего она уже будет последней🥺

🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍 🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟🌟 История: Невеста по почте Персонажи: Амели & Киллиан Расс Автор: 𝐌𝐞𝐥𝐥𝐢𝐞 𝐒𝐭𝐨𝐫𝐢𝐞𝐬 🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍🤍 #невеста_по_почте • #переписка • #милое • #комфортик

Любимые, в связи с тем, что "зеркало", которым я пользовалась последние несколько месяцев и которое единственное не требовало ни впн, ни чего-либо ещё, с 1 июля прекращает работу, то и моя активность здесь может заметно снизиться в плане частого нахождения в сети, как бы это ни было грустно😔 Поэтому, сейчас мне как никогда нужен активный менеджер, который сможет находиться в сети почти 24/7 и отвечать за меня на запросы рекламы, вп/оп/нт и так далее. Нужен ответственный и надёжный человек, которому будет не в напряг подобная деятельность, и желательно уже имеющего опыт. Буду ждать предложений сотрудничества в личных сообщениях канала! И очень благодарна каждому, кто откликнется🥹

250 🤩 на последнем посте и 5 разных мнений – новая история ⭐️ = 10 реакций

– Теперь вы рады, мистер Джонсон?.. – тихо произнесла она, и эти тихие слова ударили меня как пощёчина. – Это достаточное наказание за то, чего я не делала?.. Впрочем, зачем я вам это говорю; вы же наверняка до сих пор всё равно мне не верите... – она издала горький смешок, и я едва подавил новый порыв ненависти к себе. Я медленно, словно стараясь не спугнуть её или боясь, что она рассыпется и исчезнет от малейшего движения, опустился на одно колено перед ней. Вблизи я ещё лучше видел её заострившиеся скулы, тёмные круги в уголках глаз, потрескавшиеся и искусанные губы. Мне хотелось прижать её к груди, укрыть от пронизывающего ветра и снега, но в тот момент я толком не мог даже пошевелиться. – Я искал тебя, – еле слышно прошептал я одними губами, не зная, что ещё сказать. Амели замерла, но затем на её лице отразилась новая смесь недоверия и боли. – Зачем?.. – тихо пробормотала она. – Зачем вам искать ту, которую вы собственноручно вычеркнули из своей жизни, ясно дав понять, что больше не желаете когда-либо видеть меня?.. Это же глупо... а вы далеко не глупый... «Я чёртов идиот», хотелось выкрикнуть мне, но тут девушка вновь подняла голову, устремив на меня свои больные, покрасневшие глаза, и на этот раз я увидел в них промелькнувшие слёзы. – Впрочем, какая теперь разница... – еле слышно прошептала она, и в дрожащем её голосе я услышал тихую обречённость. Онемевшими руками она подтянула коробочку с монетами к себе на колени, бережно пересчитывая каждую. Я не мог смотреть на это, но вместо того, чтобы отвернуться, я стоял и не шевелился, не в силах отвести взгляда. Я не мог ничего сказать, ибо здесь попросту не было слов, которыми я мог бы хоть как-то загладить свою вину. Пересчитав монеты, Амели, прижав коробочку груди, словно последнюю соломинку надежды, попыталась встать, но я видел, как ей было тяжело, как дрожало её хрупкое, измученное тело, ослабленное холодом, голодом и болезнью. Она была похожа на хрупкую веточку саженца, которая вот-вот готова сломаться, стоит лишь прикоснуться к ней... – Куда ты? – вырвалось у меня автоматически, когда девушка медленно побрела прочь, едва подавив порыв схватить её за руку и остановить. Амели замерла, но не обернулась. – Не знаю... куда-нибудь, – рассеянно ответила она тихим голосом. – Где меня ждут... отнесу собранную выручку... может быть, на всех хватит, – бормотала она, прикладывая ледяную ладонь ко лбу, словно ей было жарко. Или дурно. Я смотрел, как девушка нетвёрдым шагом бредёт прочь, время от времени тихо кашляя, и в этот момент меня охватил самый настоящий страх; что она сейчас уйдёт, снова исчезнет, и тогда я уже, возможно, её точно никогда больше не увижу. За пару шагов преодолев разделяющее нас расстояние, я уже не стал церемониться и крепко, но в то же время осторожно поймал Амели за рукав. – Ты никуда не пойдёшь, – безжалостно произнёс я твёрдым, не терпящим возражений голосом, крепко сжимая тоненькое запястье, и потащил девушку к припаркованному неподалёку такси. – Ч-Что вы делаете?.. Отпустите меня!.. – Амели пыталась вяло вырываться, явно из последних сил, но у неё не было ни малейшего шанса. Открыв дверь, я без церемоний втолкнул её в салон, тут же сев следом и сунув опешившему водителю несколько крупных купюр. – Езжай быстро и не задавай никаких вопросов, – приказал я ледяным тоном, каким обычно разговаривал только со своими подчинёнными. Слабо икнувший водитель, если до этого и хотел возразить, то после моего взгляда нервно кивнул и завёл мотор, лишь бросив недоверчивый взгляд на Амели. Сама же девушка вся сжалась на сиденье, словно хотела исчезнуть; я видел, как её трясло. – Отпустите... Меня ждут... я должна... – прошептала она еле слышно, и я услышал раздавшийся от неё тихий всхлип, от которого сжалось сердце, однако, несмотря ни на что, был непреклонен в своём решении больше никогда её не отпускать. Я был обязан всё исправить, хотела ли она того, или нет. #представь • #стекло • #бездомные #незаслуженно_обвинённая • #подчинённая_и_босс 🎀 𝐌𝐞𝐥𝐢𝐬𝐬𝐚 𝐌𝐚𝐥𝐥𝐢𝐧𝐬 🎀 𝐁𝐚𝐫𝐫𝐢𝐞𝐫: 250 🤩 и 5 мнений 𝐁𝐨𝐨𝐬𝐭: https://t.me/boost/mellie_stories

Создавалось такое впечатление, будто Амели провалилась сквозь землю, или её и вовсе никогда не существовало... ни в этом городе, ни на этой земле. Постепенно, моя надежда начинала угасать с каждым днём, ровно как и шансы найти одну бедную девушку в огромном городе. Возможно, Амели уже и не было в живых, и всё это по моей вине. Из-за того, что я не разобрался, позволил ярости ослепить меня и повёл себя как обиженный мальчишка, а не серьёзный предприниматель, который привык взвешивать свои решения и не рубить с плеча. Я своими руками погубил бедную девочку, которую когда-то любил, и которая была, пожалуй, единственным светлым и искренним существом, которое вообще существовало в моей грёбаной жизни. А я просто взял и своими руками погасил этот свет, и теперь каждый день проклинал себя за это. Мне было тошно от собственного бессилия, как и от самого себя. ⭐⭐⭐ В один из дней я как обычно возвращался с работы; уставший и разбитый. Уже скорее по привычке, я решил пройтись по ночному городу, хотя и в душе понимал, что это бессмысленно; мой разум уже будто почти смирился с тем, что я больше никогда не увижу Амели, однако сердце до сих пор отказывалось это признавать. Я шёл и всматривался в лица людей, проходящих мимо, но все они казались мне пустыми; я словно находился в каком-то параллельном мире, где лишь одно лицо могло сиять так ярко и выделяться из серой массы этих пустых, бездушных масок. Задержавшись у одного из кафе, я рассматривал разложенную на витрине выпечку, как вдруг мой взгляд упал на хрупкую, сгорбленную фигурку, одиноко сидящую на снегу возле мусорного бака. На вид это была самая обычная бродяжка – грязная, оборванная и, судя по всему, больная, поскольку она время от времени хрипло, натужно кашляла. Перед ней на асфальте стояла маленькая картонная коробка с небольшой горсткой монет. Она сидела, низко опустив голову, из-за чего я не мог разглядеть её лица; но по какой-то причине что-то привлекло меня в этой нищенке. Я отвлёкся от выпечки и подошёл к ней, встав рядом. Девушка слабо пошевелилась и немного подняла голову, и у меня резко что-то дрогнуло в сердце. Её лицо, укрытое грязными, растрёпанными волосами, в которых запутались мелкие снежинки, отчего-то показалось мне смутно знакомым... Я резко замер. Нет... Не может быть... – Пожалуйста... подайте хотя бы пару монет на кофе, – раздался её тихий, дрожащий и надтреснутый голос, и в этот момент весь мой мир рухнул. – Амели?.. – хрипло прошептал я, едва слыша собственный голос. Девушка вздрогнула и полностью подняла голову, и у меня всё оборвалось внутри. Господи... От увиденного мне стало дурно. То, как она выглядела... От той светлой, весёлой девушки, которую я знал и помнил, не осталось ничего; лишь тусклая, измученная и уродливая оболочка. Её лицо было бледным, грязным и осунувшимся, глаза красные и больные, а волосы больше напоминали старую мочалку – сухие, потускневшие пряди ниспадали на лоб, словно солома. Так же Амели выглядела ужасно худой и замёрзшей – хрупкие плечики, припорошенные снегом, дрожали, судорожно кутаясь в тоненькое пальто, которое даже кошку не смогло бы согреть, не то, что человека... Я стоял там и не мог пошевелиться, чувствуя себя последней мразью и моральным уродом. Какие же мучения пришлось пережить этой бедной девочке из-за моей неоправданной жестокости?.. В этот момент мне захотелось убить самого себя. – Амели, – вновь выдохнул я, чувствуя, как у меня подкашиваются ноги. С одной стороны, у меня будто чёртов камень с души свалился, ведь спустя столько поисков я наконец нашёл её, живую, но с другой – я не мог даже смотреть на неё из-за сдавившего сердце чувства вины. Амели вздрогнула, в её глазах отразилась целая гамма чувств – от неверия и растерянности до жгучего стыда и скрытой боли, от которой у меня буквально разорвалось сердце. Она снова опустила голову и обняла себя руками, словно хотела стать ещё меньше. Ей было стыдно смотреть на меня. Она чувствовала себя униженной, сидя вот так передо мной, в таком виде и таком состоянии.

🩹🩹🩹🩹🩹🩹🩹🐾🩹🩹🩹🩹🩹 ⠀🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤🔤 🔀🔀🔀 𝐏𝐎𝐕 𝐑𝐀𝐘𝐌𝐎𝐍𝐃 Предательство – страшная вещь. Это не просто удар ножом в спину, которого ожидаешь меньше всего; это целенаправленное, вероломное действие, специально направленное туда, где это будет ощущаться больнее всего. И особенно, когда это происходит от рук того, кому ты доверял больше всего. Прошло уже почти полгода с тех пор, как я уволил Амели. У меня до сих пор в пасти стояли её большие, полные слёз глаза, и то, как она отчаянно умоляла меня поверить ей, что она невиновна. Но я тогда даже слушать её не стал. Для меня она отныне стала той, кого я презирал и ненавидел больше всего. Она стала для меня врагом, оставившим свой невыносимо нежный, но ядовитый поцелуй Иуды прямо на моих губах. После того, как я выгнал её с позором из компании, я позаботился о том, чтобы она больше никогда не смогла работать в этой сфере. Но на этом я не остановился – я подговорил всех знакомых предпринимателей и директоров, чтобы её нигде не взяли даже на самую низшую должность. Теперь дорога в бухгалтерию ей была навсегда закрыта, и она не могла никуда устроиться даже простой уборщицей. Вот такое наказание я уготовил ей за обман. Я хотел, чтобы она помучилась, чтобы страдала так же, как страдал я. И я не испытывал ни малейшей жалости к ней. Я был в ярости, обманут, но больше всего меня ранило её предательство. Горько было осознавать, что я оказался так слеп, да ещё и позволил себе влюбиться в неё. А ведь я в одно время даже хотел пригласить её на свидание... и невыносимо жалел, что она оказалась змеёй, которую я пригрел у себя на груди. ... По крайней, мере, я так думал, даже не подозревая, как жестоко ошибался. Пока в один момент настоящего виновного не нашли. Им оказалась моя секретарша. Её поймали буквально за руку, застав за фотографированием важных документов, и отпираться было попросту бесполезно. В этот самый момент мой мир будто рухнул, и я осознал всю ужасную трагичность и мерзость своего поступка. Я не просто уволил неугодного сотрудника. Я незаслуженно обвинил и обрёк на невыносимые страдания ни в чём не повинную девушку. Господи, каким же мерзким и ничтожным ублюдком я себя в тот момент почувствовал... После этого жизнь потеряла для меня всякий покой. Я осознал, что должен немедленно вернуть Амели и всеми правдами и неправдами исправить всё то дерьмо, которое я натворил, руководствуясь только своим чёртовым гневом и мнимым чувством предательства. Я даже был готов чуть ли не на коленях просить у неё прощения за всю ту боль, что причинил ей; и хотя понимал, что никакие извинения не смогут исправить то, что я тогда сломал собственными руками, я был обязан сделать это, даже если придётся растоптать в пепел свою чёртову гордость и смешать себя с грязью ради того, чтобы снова увидеть хотя бы одну улыбку на её лице. Следующие дни слились в один бесконечный поток. Я отчаянно пытался найти её: обзванивал все фирмы, просматривал списки сотрудников в надежде хоть где-то увидеть такое знакомое лицо, но всё было безуспешно – моей девочки нигде не было. Я хорошо «позаботился» об этом, за что теперь ненавидел себя. Я даже съездил на старый адрес Амели, который был указан у неё в резюме, но там теперь жили совершенно другие люди. Через хозяйку квартиры я узнал, что Амели выгнали за задержку квартплаты ещё полгода назад – спустя всего несколько дней после того, как я её уволил. От осознания этого к моему горлу подступил горький комок тошноты; я своими руками разрушил бедной девочке жизнь, и теперь она была неизвестно где – одна, без дома, без поддержки... брошенная на произвол судьбы тем, кто когда-то поклялся её защищать. Только она этого так и не узнала... Однако я не сдался. Я продолжал искать её повсюду; чуть ли каждый день ходил по городу, заглядывал во все магазины и кафе, расспрашивал людей на улицах, показывал им фотографию Амели – ту единственную, которая у меня осталась. Из обычного долга это превратилось для меня в своего рода одержимость, которая лишь усиливалась, когда с каждым разом я слышал один и тот же ответ: «Нет, простите, я не видел эту девушку. Обратитесь в полицию».

350 🤩 на последнем посте и 5 разных мнений – новая история ⭐️ = 10 реакций

Закончилось всё тем, что я заболела, судя по всему, обычной простудой, которая впоследствии могла вполне перерасти в настоящее воспаление лёгких; я постоянно кашляла, мне было ужасно плохо, всё тело ломило и дрожало, как от озноба. Осмотревший меня «староста», как мы его все называли, нахмурился и вынес вердикт. «Нужны подходящие лекарства. Без них долго не протянешь. Либо твоё тело само окажется достаточно сильным и самостоятельно справится с болезнью, либо... нам остаётся только молиться.» Я слушала его и понимала, что, скорее всего, не переживу эту зиму. Некоторые из моих «братьев по несчастью» пытались мне помочь. Марта – добрая женщина средних лет, оказавшаяся на улице почти так же, как и я – укрывала меня старыми одеялами, которые находила на помойках, пытаясь согреть; растапливала снег, кипятила получившуюся воду и сыпала в неё какие-то сушёные веточки, травы и цветы, и отпаивала меня этим. А Джек – самый младший из всех, даже раздобыл где-то слабенькое жаропонижающее, которое наконец помогло мне временно избавиться от озноба и ломоты во всём теле. Совершенно незнакомые люди, измученные и побитые жизнью ещё больше, чем я, оказались куда более верными и заботливыми, чем те, в кого я так верила всю свою жизнь. Спустя несколько дней я почувствовала себя немного лучше. Болезнь ещё не полностью отступила, а лишь ушла во временную «ремиссию». И я решила сегодня наконец выйти из подвала вместе с остальными. Сегодня была вновь моя очередь приносить деньги... И вот... моя история подошла к тому, с чего и началась... Время медленно, но неумолимо близилось к вечеру. Сейчас я уже не испытывала такого жгучего чувства стыда от попрошайничества, как в первый раз, но всё равно ощущала при этом определённый дискомфорт; поэтому я лишь мысленно молилась, чтобы собрать хотя бы часть желаемой суммы, чтобы наконец собраться и уйти оттуда, обратно в сухое тепло подвала, подальше от холодного ветра и равнодушных, а то и полных отвращения взглядов... Неожиданно я почувствовала, как на меня упала чья-то высокая тень. Немного подняв свои больные, слегка воспалённые глаза, я увидела чьи-то ноги в тёмных брюках и дорогих чёрных туфлях. Судя по всему, кто-то состоятельный... – Пожалуйста... подайте хотя бы пару монет на кофе, – жалобно прошептала я дрожащими, потрескавшимися от холода губами. Я не поднимала головы полностью, чтобы разглядеть незнакомца как следует; в этом не было никакого смысла, ведь я всё равно забуду его лицо уже спустя несколько минут, а моё только отпугнуло бы его... Но вместо ожидаемого звона железных монет или шелеста мелких купюр, я внезапно услышала тихий, до боли знакомый голос, от которого моё сердце вмиг застыло в груди. – Амели?.. Всё моё тело вмиг похолодело, не в силах пошевелиться. Время вокруг будто остановилось. Медленно, словно боясь поверить, что это происходит взаправду и я не ослышалась, я затравленно подняла голову. ... Раймон?.. #представь • #стекло • #бездомные #незаслуженно_обвинённая • #подчинённая_и_босс • #скрытые_чувсва • #псевдо_предательство 🎀 𝐌𝐞𝐥𝐢𝐬𝐬𝐚 𝐌𝐚𝐥𝐥𝐢𝐧𝐬 🎀 𝐁𝐚𝐫𝐫𝐢𝐞𝐫: 350 🤩 и 5 мнений 𝐁𝐨𝐨𝐬𝐭: https://t.me/boost/mellie_stories

Когда-то я обходила такие места стороной, а эти грязные, оборванные люди с пустыми глазами вызывали во мне только страх. Сейчас же я по горькой иронии сама оказалась одной из них. Сначала я думала, что меня прогонят, и в первую же секунду хотела как можно скорее уйти оттуда. Я слышала, что эти озлобленные, побитые жизнью люди никого не подпускают к своим территориям, и боялась, что со мной сделают что-нибудь ужасное. Но, к моему удивлению, меня не только не прогнали, а приняли достаточно тепло и спокойно, и даже пригласили погреться у огня, разведённого в железной бочке. Мне дали немного еды и воды, а один пожилой мужчина, который выглядел самым старым из всех бездомных, одолжил мне свой потрёпанный, но довольно тяжёлый и тёплый кардиган. Проведя в том лагере ночь, утром я всё-таки решила уйти, чувствуя себя неловко. Но спустя пару дней пришла вновь, и меня снова приняли, словно так и было надо. Именно тогда я наконец поняла, что мне, по сути, больше некуда идти; а эти люди – единственные, кто был готов принять меня, кем бы я ни была. Спустя почти шесть месяцев, как я оказалась на улице, меня было почти не узнать. Моя старая одежда вся истрепаталась, покрылась грязью и пропиталась запахами улицы. От меня в буквальном смысле несло, как от помойки, из-за чего я сама порой еле сдерживалась, чтобы не вырвать. Но постепенно я и к этому привыкла. Так же мои новые знакомые научили меня, как легче адаптироваться, как правильно нужно выживать и не умереть слишком быстро где-нибудь в подворотне. Они подробно объяснили мне все правила улицы, которым нужно следовать, чтобы не попасть в неприятности; рассказали, как правильно попрошайничать и не стыдиться этого, где можно найти временную подработку, как лучше согреваться холодными ночами. «Запомни одну вещь: если ты слишком стыдишься того, чтобы просить денег, значит, тебе гораздо легче будет сразу лечь под забор и умереть. Здесь, на улице, правят свои законы, девочка. Здесь твоё достоинство не заменит тебе кусок хлеба и крышу над головой, а окружающим на тебя плевать. Твоя единственная задача – выжить любой ценой,» сказал мне один из них. Я всё это запоминала, и до сих пор с трудом верила, что теперь это – моя реальность. В то время как моя прошлая жизнь казалась мне чем-то далёким, невозможным и недосягаемым... Иногда, случайно проходя мимо своего старого места работы, я останавливалась и просто часами смотрела на высокое белое здание; вспоминала своих прежних коллег, свой уютный, маленький уголок в дальнем конце офиса, и его... Раймона. Я представляла, как он прямо сейчас сидит в своём кабинете на третьем этаже, как всегда, обложившись важными документами и бумагами; его хмурый, сосредоточенный взгляд устремлён куда-то вдаль, вчитываясь в очередной отчёт, который принесла его секретарша. Когда-то их ему приносила я... а теперь это делал кто-то другой. Каждая такая мысль приносила невыносимую боль. Но каждый раз я лишь горько вздыхала и шла дальше, таща за собой ржавую тележку, полную железа, или же пакет, набитый пустыми стеклянными бутылками, найденными на помойке. Теперь это был мой единственный способ заработка. Постепенно, погода на улице начинала меняться в худшую сторону. Ночевать на улице уже было слишком холодно, и поэтому наш лагерь начал искать подходящее убежище, в котором можно было бы пережить зиму. В конце концов, нам удалось более-менее устроиться в подвале заброшенного дома, где хотя бы не продувало, и было относительно сухо и тепло. «... Лишь до тех пор, пока не начнутся дожди и его не затопит к чёртовой матери. А пока... Нам всем нужно держаться вместе», сказал тогда тот пожилой мужчина, который в самый первый день одолжил мне свой кардиган. Наступили самые тяжелые времена в моей жизни. Погода ухудшалась с каждым днём; я уже буквально чувствовала приближаюшуюся зиму каждой клеточкой своего тела, дрожа как осиновый лист от пронизывающего холодного ветра. Добывать железо становилось всё труднее, а найти хотя бы ничтожную подработку становилось практически невозможно. Каждую ночь я не могла уснуть от холода, а моё состояние только усугублялось...