Маркетинг культуры

Пояснительная бригада к предыдущему посту про мою позицию😑 Я никогда не искала работу в Берлине, я работаю на себя, и мой приоритет все эти годы — выстраивание бизнеса в сфере искусства. Просто я долго пробовала делать это локально, но из-за специфики немецкого рынка наконец-то отказалась от этой идеи. В Германии много своих правил, в этой стране важно ассимилироваться, а я этого не планировала и не планирую делать. Мы с мужем выросли в международных компаниях в то время, когда в Москве работали экспаты со всего мира. Нам очень нравилась эта концепция жизни в разных странах, и переезжали в 2019 в Берлин мы когда-то такими же экспатами — по работе, на время. Мы не выбирали страну на всю жизнь, не эмигрировали — просто ковид и события в мире нас здесь задержали. Поэтому я знаю, что нужно сделать, чтобы найти работу здесь (например, вернуться в корпоративный мир или получить местное образование, выучить немецкий на С100, строить локальные связи), но не выбираю этот путь. Экспатство — это про жизнь в тех странах, где твои профессиональные знания и навыки востребованы и где тебе рады. Взамен ты получаешь интересную, насыщенную карьеру и опыт, жизнь в разных странах. Эмиграция и ассимиляция — это, по моему мнению, путь, когда ты подстраиваешь свою рабочую траекторию под страну, куда уехал навсегда. Взамен получаешь жизнь в этой стране. Так вот, мы не выбирали никакую страну на всю жизнь. Нам просто интересно профессионально развиваться, и если в Германии это не происходит, то надо двигаться дальше 👩‍💼

Я: переедем жить на Ваннзее к любимой Вилле Либермана, пойду к ним волонтерить ⭐ Переехали на Ваннзее. Полгода пытаюсь с ними связаться, ответ: «Спасибо, мы очень маленькие, нам не нужно». Как квинтэссенция моего опыта взаимодействия с культурой в Германии в последние семь лет: «Очень хорошо, вы такая молодец, нам совершенно ничего от вас не нужно, у нас и без вас все очень плохо».

Ужасно вдохновилась Арт Базелем в этот раз! Успеть всё посмотреть было в моем случае невозможно, особенно с учетом heat wave и моей непереносимости жары. Поймала себя на ощущении, что я как будто попала в арт-диснейленд, особенно в Basel Social Club — там художникам отдали старое офисное здание. У меня случился небольшой ПТСР: я работала в корпорациях с 2010 до 2016 года, а в офисы ходила каждый день до 2018-го, и вся офисная атрибутика меня до сих пор триггерит. Особенно запомнились комната, где «отмечали день рождения коллеги», и опенспейс со зловещими кулерами с зеленой жидкостью и вечно работающими кофемашинами. Еще приятно удивила аудитория — серьезные мужчины в костюмах в пятницу вечером были в меньшинстве, и в основном ходили обычные любители искусства, студенты, художники и очень много детей. К моменту, как я попала на сам Арт Базель, я видела уже столько рилсов и постов от кураторов, коллекционеров и арт-изданий с главными работами ярмарки, что как будто и сама уже сходила. Поэтому старалась фокусироваться не на регионе DACH, который и так вижу постоянно на местных событиях, а на тех, кого вижу редко — галереях из Азии, Южной Америки и Скандинавии. Интересно было послушать разговоры галеристов со случайными покупателями. Я была в субботу, когда все, кто хотел, уже всё зарезервировали и купили, и в основном люди просто смотрели на искусство, а русскоговорящие искали (и находили) Матиссов и Кандинских. Конечно, никогда не знаешь, какие у кого на самом деле продажи, просто наблюдая со стороны. Но в контексте обсуждения того, что офлайн-ярмарки как формат устаревают, у меня особенно сжималось сердце на втором этаже Арт Базеля. У многих галерей там стенды выглядели интереснее, чем у блю-чипов, но почему-то складывалось ощущение, что эта поездка у них не окупилась. Хотя, конечно, это могут быть просто мои проекции и додумывания: всё же это был обычный публичный день, когда, повторюсь, все возможные заявки на продажи уже случились. На третий день в Фонде Бейелера, на выставке Пьера Юига, меня окончательно накрыло. Во-первых, контраст идиллической картины снаружи — красивые люди, сидящие и лежащие в тени, красивая природа, ландшафт, архитектура — и абсолютно сюрреалистический зловещий лабиринт внутри. Во-вторых, осознала, что в этом мае исполнилось ровно 10 лет с тех пор, как я пришла работать в искусство. И если опустить всё, что я об этом решении и выборе думаю спустя столько времени, то самое интересное для меня — это то, как сильно поменялось мое восприятие и взаимодействие с искусством. Мой годичный диплом по истории искусства, полученный в 2017 году, был только началом в этом, видимо, бесконечном пути узнавания и изучения искусства. С тех пор я столько прочитала книг, прослушала столько курсов и лекций, поговорила с таким количеством людей и посетила такое количество событий, что то, что я вижу и как я это понимаю, изменилось кардинально. И как интересно, что это по-прежнему только начало. Когда говорят о коллекционерах, часто упоминают страсть к искусству. И как мало говорится об этой страсти в контексте людей, которые каждый день выбирают работать в этой сфере, делая это не из-за денег, а по большой любви 💚