Loader from SVO

Я никогда не устану восхищаться форматом ШОРТРИДа, который мы когда-то придумали. Одна из главных проблем - это ограниченность важного ресурса - времени для изучения всего нового, что появляется в плоскости зрения практикующего юриста. У юриста-консультанта чаще всего есть специализация, в рамках которой он должен глубоко знать предмет. Часто такое бывает и у инхаусов. Но ведь наличие специализации не исключает необходимость следить за общим «юридическим фоном». А это может отнимать очень много времени. Мы в ШОРТРИДе придумали как сделать так, чтобы для изучения «юридического фона» и поддержания общего представления о нем юристы тратили меньше времени. Мы берем юридические материалы (законы, постановления пленумов и проч.) и «шортим» их. У нас в редакции на нашем сленге «шортить» означает сокращать материал, не теряя при этом суть и качество изложения. Вот прекрасный пример. Недавно были приняты масштабные поправки в закон о банкротстве, это 239 страниц текста. Юрист-инхаус, к примеру, периодически сталкивается в банкротством (например, контрагентов компании), поэтому ему надо держать в голове хотя бы основные контуры нового регулирования. Оно очень важное - законодатель фактически перекроил архитектуру банкротного процесса, введя новые процедуры (санация, реструктуризация долгов). Если он будет читать текст закона, он потратит на это примерно 3 часа. А если юрист прочитает на ШОРТРИДе новый материал о банкротных поправках, он потратит на это 15 минут. Зато будет знать о всех основных новеллах. И если потом в ходе работы надо будет работать с новыми нормами, общее представление о них уже будет в голове.

Прочитал пресловутый указ о введении принудительного управления в отношении имущества частных российских компаний. Кажется, человек, написавший этот текст, не любит русский язык, не восхищается им, не хочет изложить мысли так, чтобы российское юридическое юношество зачитывалось этим указом! Первый абзац п. 1 - 15 строк, 111 слов в одном предложении. Это просто "Канцелярит Канцеляритович" во плоти. Разве так надо писать указы?! Вот возьмите самый лучший с точки зрения языка президентский документ - указ Путина о традиционных ценностях. Он написан великолепным языком. Тягучим как запах донских степных трав. Журчащим как воды великих сибирских рек. Прекрасным как юная дева, собирающая грибы в брянском лесу и одетая в белые одежды и с венком из лесных трав на голове. Отдельный вопрос юристам-публичникам: а в законах у президента есть такое полномочие? Ведь в публичном праве "можно только то, что разрешено". Я цивилист, в публичном праве не разбираюсь. А после того как некоторые "публичники" при попытке любознательных цивилистов зайти в публичное право начинают обзываться на них грубыми словами, желание лезть в законы, устанавливающие полномочия органов власти, просто пропадает. Ну и собственно цивилистическое замечание по поводу указа. Доверительное управление - это ведение чужого дела. Причем управляющий обязан вести его в интересах хозяина дела (собственника имущества), а не в чьих-то еще (тем более, что дело ведется за его - собственника - счет). Нарушение этой обязанности порождает обязанность по возмещению убытков. Поэтому само решение, выбранное в указе, кажется очень ... странным. #частное_право_периода_мобилизации

Какое интересное дело (13-КГ26-3-К2) рассмотрела недавно гражд.коллегия верх.суда! Оно посвящено различиям правовых последствий обязательства установить залог и собственно залога как вещного права. Определение написано неплохо, я бы оценил его на 5 по десятибалльной шкале (при этом что обычный уровень определений гражд.коллегии, на мой взгляд, 2-3). Фабула дела такова. ИП Баров предоставил ООО «Заря» заем в размере нескольких десятков миллионов рублей. Возврат займа должен был обеспечиваться залогом. Помимо уже заключенных договоров залога, заемщик обязался оформить залог земельных долей, принадлежавших его учредителю и генеральному директору Валдаевой (договор подписывала не она, а представитель по доверенности) . Однако договор залога этих долей заключен не был. Заем не был возвращен, заемщик был впоследствии было признан банкротом. Земельные доли Валдаева ранее передала Кузнецову, который впоследствии выделил принадлежащие ему доли в самостоятельный земельный участок. Баров обратился в суд, требуя признать последующие сделки с земельными долями недействительными и обратить взыскание на образовавшийся земельный участок. Он исходил из того, что обязанность предоставить землю в залог возникла из договора займа, а отсутствие отдельного договора залога объяснялось уклонением Валдаевой от его оформления. Суд первой инстанции согласился с Баровым и обратил взыскание на часть земельного участка. Апелляционный суд пришел к противоположному выводу: залог не возник, поскольку договор с собственником земельных долей заключен не был, необходимые условия ипотеки не были согласованы, а обременение не было зарегистрировано. Кассация отменила апелляцию и оставила в силе решение первой инстанции. Верх.суд отменил решение кассации и оставил в силе апелляцию. Любопытно, что это произошло через отмену зам.предом отказного определения. Верх.суд разрешил спор очень догматично. Указание в договоре займа на то, что директор заемщика передаст в залог принадлежащие ей земельные доли не может квалифицироваться как залог (то есть, как вещное право). Для того, чтобы он возник, требуется чтобы залогодатель (1) заключил договор залога (создающий его - залогодателя - обязательство установить обеспечение), (2) залог должен быть зарегистрирован в реестре и (3) обеспеченный долг должен возникнуть. (1) и (2) это следствие принципа разделения (то есть, одного основания для возникновения вещного права недостаточно, нужна запись в реестре, а (3) это действие принципа акцессорности. То есть, для того, чтобы обеспечение возникло, необходимо наличие обеспеченного долга. В принципе, все это и написано в определении, может быть, и не очень детально и глубоко. Да и сам вопрос для хорошо образованного юриста не кажется сложным. Но что меня заинтересовала следующая деталь. Суд первой инстанции решил дело в пользу залогодержателя, ссылаясь на то, что Валдаева (директор заемщика) уклонялась от того, чтобы заключить договор ипотеки и зарегистрировать залог. И суд счел, что этого достаточно для того, чтобы у кредитора появились права залогодержателя. Это чем-то напоминает английское право справедливости (equity) и вещное обременение, возникающее по праву справедливости (equitable mortgage). Право справедливости исходит из того, что то, "что должно было быть сделано, как будто бы сделано". То есть, для возникновения обычного вещного обеспечения (legal mortgage) нужна регистрация. Если регистрации нет, но стороны ведут себя так, как будто рассматривают себя связанными обеспечением, то хоть для общего права его действительно нет, а вот для права справедливости - обеспечение все-таки есть. Несмотря на отсутствие регистрации. И оно будет связывать всех, кто знает (или должен был знать) о нем. То есть, это чем-то похоже на решение суда первой инстанции по этому делу, отмененное симпатичнейшей коллегией верх.суда. А это, я напомню, не какой-нибудь там Ленинский районный суд Лондонграда, а Жердевский районный суд Тамбовской области! Вот такая вот эквити по-тамбовски.

В ленте новостей этим летом заметное место занимает новость о том, что даже с очень высокими баллами по ЕГЭ школьниками тяжело попасть на бюджетное место в хороший университет. Эти места занимаются олимпиадниками, которых стало много, и детьми, имеющими социальную льготу, которых стало очень много. Получается, что бюджетные места практически распределяются между ними. И тем, кто не участвовал в олимпиадах и не имеет льгот, но хорошо учился в школе и получил высокие баллы, остаются только платные места. Эта история - очередной доказательство того, что «бесплатное» высшее образование это зло. Зло - потому что лицемерие. Бесплатного ничего не бывает (как не было бесплатных советских квартир или медицины), за образование бюджетников сейчас платит государство, а в конечном счете - мы все, из наших налогов. Справедливая система была бы такой: обучение в университете всегда платное, но платить ты можешь либо из собственного кармана, либо из денег, которые тебе заплатило (например, путем выдачи сертификата) государство за хорошие оценки по ЕГЭ, за высокие результаты на олимпиаде, в связи с особенностью социального статуса (ребенок сирота или инвалид). Тогда системе становится простой, прозрачной или справедливой. Но тогда логичным становится и следующий шаг - если высшее образование это про деньги, то никаких университетов, содержащихся за счет бюджета, быть не должно. Конечно, возможны какие-то исключения, связанные с тем, что университет это не только образование, но и фундаментальная наука (которая, как известно, сама себя не прокормит). Но это именно что исключения. Я уже много писал об этом, что любое вовлечение государства в финансирование университетов это зло, которое влечет за собой стремление чиновников ограничивать академические свободы, вмешиваться в процесс обучения, требовать цензуры и проч. Все эти истории на слуху. Видимо, возможна и такая модель: раз все высшее образование существует за счет бюджета (фактически высшее образование считается в обществе обязательным), то и оно должно быть доступным всем желающим. Раз уж оно оплачивается всем обществом через налоги, уплачиваемые его членами. Но это, кажется, утопическая идея.

На Шортриде вышла отличная колонка Николая Андрианова по поводу одного из самых сложных вопросов строительного подряда - допработ. Очень рекомендую. Прочитать можно здесь.

Как помнят дорогие читатели, у верх.суда есть несколько высот, которые он не способен взять. В их числе - ст. 178 ГК об оспаривании сделки, совершенной под влиянием заблуждения (другая - понятие недвижимой вещи, еще одна - это арестный залог и так далее). И вот - новый подход к снаряду, дело № 57-КГ26-5-К1. Состав тройки: судья Пчелинцева - председатель (ее добрые читатели конечно же по, так скажем, яркому выступлению об обложке паспорта представителя; другой мем с ее участием - это отповедь юристу о том, что надо слушать, что говорит председатель Краснов), докладчик - судья Фролкина, а также - судья Г.Г. Попова, которая была судьей эк.коллегии и писала отличные тексты по своим делам (а до этого была судьей второго (вещного состава) ВАС РФ. Фабула дела предельно проста. Пожилая и серьезно больная женщина - собственник квартиры. У нее двое детей. Одна из них, дочь, везет мать в Росреестр, и там уговаривает ее подписать договор дарение квартиры, по которой эта дочь становится собственником. Мать через какое-то время подает иск о признании сделки недействительной, заявляя, что она не понимала, что делает. Что она хотела бы завещать квартиру обоим детям. Суд первой инстанции иск удовлетворил, сославшись на то, что имело место заблуждение в природе сделки. Апелляция отменила, сказав, что это не заблуждение. Кассация поддержала апелляцию. Верх.суд отменил апелляцию и кассацию, оставив в силе решение первой инстанции. Определение занимает 11 страниц. Из них - вводная часть и описание фактов - 5 страниц. На еще 5 страницах, являющихся (номинально) мотивировочной частью, изложено 30 абзацев. Из них - 19 абзацев это цитаты норм ГК. Еще 5 абзацев - довольно простые обобщенные выводы из этих норм типа: "статья 178 ГК обеспечивает защиту прав лиц, чья действительная воля при совершении сделки была искажена" "не всякое заблуждение признаётся пороком сделки, а лишь существенное для данного конкретного лица и при данных конкретных обстоятельствах, то есть такое заблуждение, при отсутствии которого сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку вовсе". "Если все условия, позволяющие оспорить сделку как совершённую под влиянием существенного заблуждения, имеются и в случае, если стороны успели осуществить взаимные предоставления, суд применяет последствия недействительности сделки в виде двусторонней реституции". 5 абзацев - это технические выводы типа "Суд первой инстанции, делая вывод о том, что оспариваемая сделка была совершена истцом под влиянием существенного заблуждения, исходил из совокупности обстоятельств заключения сделки, установленных в ходе судебного разбирательства". "Суд апелляционной инстанции ... приведённые нормативные положения к спорным отношениям применил неправильно, не принял во внимание, что при разрешении спора о признании недействительной сделки, совершённой под влиянием заблуждения, необходимо оценивать существенность заблуждения участника сделки (стороны сделки) с учётом конкретных обстоятельств данного дела, особенностей положения участника сделки, состояния его здоровья, характера деятельности, значения для него оспариваемой сделки, а также исследовать поведение другой стороны сделки, обстоятельства наличия у неё возможности распознать заблуждение, под влиянием которого действовал гражданин, совершая сделку, и дать им оценку". Наконец, самый содержательный вывод, который есть в судебном акте, такой: "Суд первой инстанции принял во внимание, что Яшина СМ. не имела намерения дарить дочери Шальневой Е.А. принадлежащую ей квартиру, она не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел - о передаче всей квартиры в собственность дочери - Шальневой Е.А. и, соответственно, о лишении возможности получения её сыном Яшиным М.В. права собственности на ХА долю квартиры в порядке наследования после её смерти". "Суд первой инстанции также учёл, что Яшина СМ. является , страдает рядом серьёзных заболеваний, имеет затруднения при передвижении, спорная квартира является её единственным жильём, она продолжает проживать в этой квартире и нести расходы по её содержанию, Яшина СМ. не обладала волеизъявлением [так в тексте! - Р.Б.] на безвозмездное отчуждение данного жилого помещения путём заключения 26 декабря 2023 г. договора дарения квартиры с Шальневой Е.А. и не понимала последствий его заключения, отменила накануне заключения этого договора составленное 24 марта 2006 г. завещание, которым она завещала всё принадлежащее ей имущество своей дочери Шальневой Е.А." Вот, собственно, и все. Помимо того, что в последнем предложении допущена грубая терминологическая ошибка (волеизъявлением нельзя обладать, его можно совершать или не совершать), это просто неправильно. Если лицо не совершало в действительности волеизъявления, то это уж точно не ст. 178 ГК, а другие составы - 170, 177 и проч. Одно дело, если старенькая мама вообще не понимала, что с ней происходит, а другое - если она все понимала и осознанно делала, но потом решила, что хотела бы по-другому. И уж если и пытаться вменить дочери то, что она врала матери при совершении сделки, то это уже ст. 179 ГК, но никак не 178. В общем, вывод такой: гражд.коллегия по-прежнему не пишет такие судебные акты, которые требует председатель Краснов. А он, напомню, требует, что они были четкие, резкие, бескомпромиссные. Для того, чтобы суды правильно применяли ст. 178 ГК судебные акты высшей судебной инстанции должны быть совершенно другими. В них должны подробно описываться, что такое заблуждение, чем оно отличается от обмана, что такое заблуждение относительно юридической природы сделки, чем оно отличается от принципа "незнание закона не освобождает от его последствий", что такое мотив совершения сделки и проч. Пока этого не будет, в судах по-прежнему будет постоянный ахаляй-махаляй.

Новое видео на бусти. Мы с Кириллом Трубицыным рассказываем Павлу Мищенко о сервисе интеллектуального поиска судебной практики CasusLegal. Оно в бесплатном доступе, посмотреть могут все. КВН не требуется.

Интересная мысль у Х. Коциоля (Grundriss des bürgerlichen Rechts): "Обычай представляет собой общепринятый способ поведения определенной группы (например, социального сословия, народа), которого придерживаются, поскольку "так принято и подобает". Обычай соблюдается индивидом во избежание утраты уважения со стороны членов группы". Действительно, ведь последствия нарушения обычая не правовые, а моральные. Например, если кто-то не уступает место в очереди на предвылетный досмотр в аэропорту пассажиру, опаздывающему на рейс (а так принято!), то никаких правовых последствий нарушения этого обычая не будет. Опоздавший не сможет взыскать убытки с того, кто его не пропустил. Но на того, кто не пропустил, другие будут смотреть с неодобрением или даже неприязнью. И именно нежелание этого подталкивает к тому, чтобы обычай был соблюден. Это кстати, сильно отличается от советского учения о праве. То исходило из того, что обычай - это источник правовых норм, то есть, таких правил, нарушение которых влечет за собой правовые последствия.

В новостях пишут, что председатель Краснов хочет упразднить кассационные окружные суды, оставив единственную кассацию в верх.суде. В теории это разумно. Большое количество ординарных инстанций это плохо, потому что подрывает стабильность судебного акта. Идеальная судебная система такая: первая инстанция рассматривает дело по существу. Апелляция проверяет правильность установления и интерпретации фактов, а также корректность применения норм права. Кассация же занимается лишь вопросами права, при этом именно она обеспечивает единообразие практики. Сложный вопрос - сплошная или выборочная кассация, но я уже про это много раз писал, не хочу повторяться. Я сторонник выборочной кассации. Разумеется, никакого надзора, права зампреда отменить отказное определение и в помине быть не должно. Это чудовищная отрыжка совка. Но что-то мне подсказывает, что ничего из всех этих тонких решений в законопроекте председателя Краснова не будет. Хотя он, разумеется, будет четкий, резкий и бескомпромиссный. Реальность же (только в арбитражных судах, я не знаком с деятельностью общей юрисдикции) такова, что первые инстанции завалены делами и хотя решают их более-менее справедливо (по ощущениям 80-85% дел решаются правильно), они очень плохо пишут решения. Апелляции имеют примерно тот же дефект, особенно 9, 10 и 13. И их тексты так же дурны. Кассации же очень разные. Когда-то прекрасный ФАС УО сейчас испортился, но по-прежнему это лучший суд среди окружных, он пишет неплохо. ФАС МО пишет ужасно, ФАС СЗО - очень неровно. В общем, идея председателя Краснова явно ухудшит положение дел в тех округах, в которых сейчас более-менее приличные кассационные суды.

До сих пор на моем бусти-канале самые популярные материалы - это разбор форматирования юридических документов и ролик о юридическом письме. Содержательные ролики (в смысле, по правовым вопросам) тоже популярны, но все-таки то, что касается именно юридических софт-скиллс бьет рекорды. Есть задумка сделать видеоролик о том, как я использую нейросети в ежедневной юридической работе. Если будут какие-то пожелания, пишите в комментариях. Учту.