Устойчивый фандрайзинг

Полезное фандрайзеру Рубрика «Подписчики спрашивают» «Ответили ли "Деменция.net" на ваш пост?». Нет, ответа не последовало. Однако моя гипотеза, как мне кажется, подтвердилась. Якорным донором проекта является Сбер. Для себя этот вопрос закрываю. Тренды фандрайзинга Первое. Пожертвования от частных лиц продолжают снижаться. Даже традиционная реклама уже не дает прежних результатов. Я прогнозировала это и писала об этом раньше. Впереди отпускной сезон. Расходы на отдых, детские лагеря, путешествия. Благотворительность для многих уходит на второй план. Кроме того, рост цен и другие экономические факторы также не способствуют увеличению пожертвований. Второе. Согласно исследованию «Платформы онлайн-пожертвований в России — 2025», сборы через платформы выросли на 57%. И здесь мой прогноз тоже подтвердился. Платформы крупных компаний действительно обладают гораздо большими возможностями вовлекать людей в благотворительность. Но добавлю ложку дегтя. Даже на этих платформах я прогнозирую спад летом. «Мертвый сезон» накладывается на текущую экономическую ситуацию. Третье. В рамках закрытых конкурсов средства будут получать прежде всего сильнейшие организации с доказанной практикой и понятными результатами. Тренд на поддержку лидеров своих направлений будет усиливаться. Четвертое. Крупный бизнес до середины августа, как правило, сосредоточен на реализации текущих проектов и реагировании на новые вызовы. Запуск новых партнерств в этот период происходит значительно реже. Мой главный совет фандрайзерам ❣️Идите в июле в отпуск. Это лучшее, что вы можете сделать для себя. 📍А в августе включайте скорость леопарда. Именно тогда начинается «новый» и самый важный сезон для фандрайзинга. Где поучиться Вышла база знаний с образовательными возможностями для НКО. И еще раз. Идите в отпуск. Это лучшее, что вы можете сделать для себя. Всем тихих, спокойных выходных! Подписывайтесь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX

Фонд Потанина сегодня представил два масштабных исследования рынка целевых капиталов. Первое исследование — «Эндаументы. 20 лет в публичном поле» — посвящено тому, как тема целевых капиталов некоммерческих организаций была представлена в российских СМИ с 2006 по 2025 год. Авторы анализируют динамику интереса медиа и общества к эндаументам, изменение ключевых сюжетов, тональности публикаций и состава основных спикеров. Это важная работа для понимания того, какое место конкретный целевой капитал — и тема в целом — занимает в медиаполе, а также где остается неиспользованный коммуникационный потенциал. Однако наибольший интерес на первом чтении вызывает второе исследование —  «Состояние рынка эндаумент-фондов и перспективы его развития». Оно дает объемное представление о структуре, динамике, ключевых барьерах и перспективах развития российского рынка целевых капиталов. Пока делюсь лишь первыми выводами: отчет очень содержательный и, безусловно, требует более глубокого погружения в данные. Главный тезис — рынок растет, но этот рост остается крайне неравномерным. По состоянию на середину 2025 года совокупный объем активов достиг 179,8 млрд рублей, однако всего 6% наиболее зрелых фондов контролируют 89,3% капитала. Иными словами, устойчивость сектора сегодня обеспечивается узким ядром профессионализированных игроков, тогда как значительная часть рынка по-прежнему существует в режиме операционного выживания. Одним из ключевых ограничений остается дефицит стратегического управления. Несмотря на долгосрочную природу эндаумента, 81% фондов не имеют утвержденной стратегии фандрайзинга, а многие организации живут в горизонте краткосрочного планирования. Для рынка это серьезный сигнал: устойчивость определяется не только размером капитала, но и способностью института системно работать с донорами, репутацией и сценариями роста, а не действовать эпизодически. Именно здесь Институт развития фандрайзинга может быть практическим решением — как партнер по разработке стратегии, настройке фандрайзинговой модели и сопровождению организационного развития эндаумента. Еще одна системная проблема — низкая прозрачность части сектора. По данным исследования, 34% фондов фактически невидимы в публичном поле: у них нет работающего сайта или содержательной отчетности. Для доноров, партнеров и управляющих компаний это не просто коммуникационный дефицит, а фактор институционального недоверия. Публичность в данном случае — уже не опция, а важнейшая инфраструктура доверия. Не менее остро стоит и кадровый вопрос. Средний размер команды фонда составляет 2,8 человека, а 52% организаций управляют эндаументом силами всего 1–2 сотрудников. Такая модель делает многие фонды зависимыми от «единственного двигателя» и повышает риски выгорания, утраты управленческой преемственности и остановки развития при смене ключевой фигуры. Именно поэтому подготовка специалистов для сектора и продвижение карьерных возможностей в эндаумент-фондах — одна из практических задач, которую Институт развития фандрайзинга уже берет в работу. Пожалуй, один из самых важных выводов исследования состоит в том, что барьеры рынка взаимосвязаны и формируют замкнутый круг: нехватка кадров ведет к слабой стратегии, слабая стратегия — к низкой публичности и ограниченному фандрайзингу, а это, в свою очередь, сдерживает рост капитала и институциональную устойчивость фондов. Если ваша организация как раз находится точке перехода от выжигания к устойчивости, Институт развития фандрайзинга готов подключаться — от стратегии до практической настройки работы с донорами. Читаем, анализируем и берем в работу. Подписывайтесь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX

Как превратить юбилей фонда в сильную фандрайзинговую кампанию и привлечь новых партнеров? Об этом рассказал Глеб Узунов, директор эндаумент-фонда Университета МИСИС. Поговорили о подготовке кампании, правильном фокусе, вовлечении студентов и о том, почему бизнес сегодня готов инвестировать в вечный капитал университета. И главное — как выйти на 100 млн рублей. Смотрите видео Youtube VK RUTUBE Подписывайтесь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX

Почему сложно привлекать средства в эндаумент? Работая над созданием и пополнением эндаумент-фондов, я постоянно сталкиваюсь с одним вопросом со стороны доноров: «Зачем это нужно?» И речь даже не про сам эндаумент. Сегодня многие уже понимают, что такое целевой капитал и как он работает. Вопрос в другом: зачем нужны эти средства в перспективе? Очень часто оказывается, что деятельность, на которую предполагается направлять доход от целевого капитала, не выглядит как решение проблемы. Скорее как очередное «латание дыр». В ней нет системности, масштабного социального эффекта и понятного вклада в будущее. И это реальная проблема. Получается, что содержательный продукт нужен самому фонду и его директору, но при этом не отвечает запросам общества, бизнеса и государства. Поэтому в одном из проектов я решила пойти другим путем. Сначала разобраться, какие запросы сегодня есть у государства, бизнеса и филантропов. Затем сопоставить их с тем, что мы уже делаем в рамках своей миссии. И только после этого формулировать цель для привлечения средств в эндаумент. Потому что цель эндаумента — это не просто желание организации создать финансовую подушку безопасности. Это точка пересечения трех интересов: национальных и общественных приоритетов; того, что готов поддерживать бизнес; того, что важно филантропам. И именно в этой точке рождается сильная цель для сбора средств. Я все больше убеждаюсь, что успех привлечения средств в эндаумент в современном мире зависит не только от качества фандрайзинговой стратегии. Гораздо важнее ответ на вопрос: «На что будет направлен доход от целевого капитала через 5, 10 или 20 лет?» То есть первично содержание. Фандрайзинг — вторичен. Основную причину сложностей со сборами в эндаументы я вижу именно здесь. Часто сам «продукт» эндаумента не отвечает запросам сегодняшнего дня и будущего. А если на него нет спроса и фандрайзер не может убедительно объяснить, зачем это нужно, то денег в эндаументе тоже не будет. На схеме показала основные элементы, которые, на мой взгляд, важно учитывать при создании эндаумент-фонда и разработке стратегии его развития. Если у вас есть сложности с формированием стратегии или поиском сильной идеи для эндаумента — пишите. Фея фандрайзинга на связи. Подписывайтесь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX

Красивый отчет далеко не всегда означает эффективный отчет Продолжаю разбирать годовые отчеты НКО. Несколько дней назад посмотрела отчет проекта «Деменция.net». Начну с хорошего. Мне понравился дизайн. Команда выбрала концепцию блокнота, и она выдержана на протяжении всего отчета. Получилось стильно и узнаваемо. Отдельно отмечу интерактив с читателем — упражнения для профилактики деменции. Такие элементы помогают не просто прочитать отчет, а вовлечься в тему. Еще один сильный ход — визуализация экосистемы проекта. Очень четко показана разносторонняя деятельность организации. Для человека, который впервые знакомится с проектом, это помогает быстро понять масштаб работы и связи между направлениями. Но дальше у меня как у фандрайзера и человека, который регулярно оценивает организации глазами бизнеса, появились вопросы. Финансовый отчет вынесен на последние страницы и оформлен достаточно лаконично. При этом основные источники поступлений объединены в одну категорию: гранты, взносы учредителя и пожертвования НКО. Общая сумма внушительная — более 68 млн рублей. И тут мне сразу захотелось понять: сколько из этой суммы составляют гранты; сколько вложил учредитель; какой объем приходится на пожертвования НКО. Это же открытость и прозрачность. Для меня это принципиально разные источники средств. Они по-разному характеризуют устойчивость организации и ее способность привлекать ресурсы. Еще больше вопросов возникло при анализе расходов. Более 43 млн рублей направлено на информационную и просветительскую деятельность. И вот здесь просыпается мой профессиональный интерес. Кто эти замечательные доноры и партнеры, которые готовы финансировать столь сложное и не всегда очевидное для бизнеса направление? Как коллеги выстраивают партнерства? Какие аргументы работают? Какие модели привлечения ресурсов позволяют поддерживать такую деятельность? Мне правда было бы интересно это узнать. Потому что именно такие кейсы могут многому научить весь сектор. В целом отчет производит впечатление сильной, профессиональной организации. Но если смотреть на него глазами потенциального корпоративного партнера, то вопросов о финансировании остается больше, чем ответов. А ведь прозрачность — это не только показать цифры. Это еще и помочь читателю понять, откуда берутся ресурсы и за счет чего организация может сохранять устойчивость. Поэтому для меня хороший отчет — это не только красивый дизайн, сильные тексты и впечатляющие результаты. Это еще и способность ответить на вопрос, который всегда задает бизнес: «А как устроена ваша финансовая модель?». Подписывайтесь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX

Рейтинг RAEX Вышел новый рейтинг RAEX благотворительных НКО. К методике рейтингов всегда есть вопросы. Но что есть, то есть — будем анализировать. 📍Фонд Потанина занял первое место среди частных и корпоративных благотворительных НКО по уровню партнерского потенциала в 2026 году. Здесь у меня вопросов нет. Заслуженно. 📍На втором месте — фонд «Вклад в будущее» Сбера. При этом объем поступлений фонда составил 2,7 млрд рублей — даже больше, чем у лидера рейтинга. Расходы — 2,2 млрд рублей. Теперь захотелось подробнее изучить, на какие программы и направления направляются такие значительные средства. 📍Среди фандрайзинговых фондов рейтинг возглавил БФ «Русфонд». Прошлогодний лидер — БФ «Подари жизнь» — опустился на пятое место. Как мне кажется, свою роль здесь сыграл показатель прозрачности. По этому критерию фонд Подари жизнь занимает лишь 80-е место. Интересно, что среди первой десятки рейтинга только четыре организации имеют высокие показатели информационной открытости. У «Русфонда», например, 21-е место по прозрачности. Получается, что прозрачность пока не является обязательным условием лидерства в рейтинге! 📍Зато рейтинг Топ-20 фандрайзинговых НКО по информационной прозрачности возглавили БФ «Волонтеры в помощь детям-сиротам», Фонд медицинских решений «Не напрасно» и БФ «Берегиня». Давно являюсь сторонником качественных годовых отчетов и информационной открытости. Когда мы вместе с бизнесом оцениваем потенциальных партнеров, на эти показатели всегда обращаем особое внимание. Поэтому сегодня мне было особенно приятно получить сообщение от фандрайзера фонда «Не напрасно»: «Анастасия, здравствуйте! Сегодня вышел рейтинг RAEX по НКО. И мы там на втором месте по прозрачности среди всех НКО — это невероятный результат! Мы точно знаем, что это во многом благодаря вам, потому что при оценке прозрачности в первую очередь учитывается отчетность. Благодаря вашей работе у нас получился один из лучших годовых отчетов в истории фонда. Мы совершили настоящий рывок и поднялись со 154-го на 2-е место». Честно говоря, такие сообщения радуют не меньше собственных достижений. А завтра сделаю разбор одного очень красивого годового отчета, который буквально кричит: «У нас все отлично с ресурсами. Нам деньги не нужны». Именно поэтому красивый отчет далеко не всегда означает эффективный отчет. Подписываясь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX , вы точно знаете, как стать партнером бизнеса.

Фудшеринг — это не про благотворительность, а про экономический эффект.  Прочитала исследование фонда X5 «Выручаем» «Экономика заботы». Кратко: раздача еды - это не про помощь бедным и благотворительность, а у деятельность есть конкретный экономический эффект. Несколько любопытных выводов: Передача качественных продуктов вместо утилизации работает как инструмент экономической эффективности. Речь не только о помощи людям, а о снижении потерь, более рациональном использовании уже произведённых ресурсов и поддержке потребления. Когда семьи получают базовые продукты, они не выпадают из экономики. Наоборот, высвобождают часть бюджета и перенаправляют деньги на другие категории: более качественное питание, лекарства, ЖКХ и повседневные расходы. То есть фудшеринг не замещает спрос, а перестраивает его — и тем самым поддерживает смежные отрасли.  По оценке авторов, увеличение продуктовой помощи на 1 кг на человека в год связано со снижением уровня бедности в регионе на 20,55%. Это уже не только социальный, но и макроэкономический эффект: устойчивее потребление, ниже нагрузка на систему поддержки, выше качество человеческого капитала.  Главный барьер сегодня — НДС на передачу продуктов. Исследование показывает: отмена этого барьера может увеличить объём фудшеринга минимум на 40%, а чистый эффект для экономики составит 30–40 млн рублей в год даже при выпадающих доходах бюджета в 10–20 млн. Потенциал рынка — около 720 тыс. тонн продуктов в год: этого хватило бы, чтобы закрыть до 20% потребности в еде для 5,3 млн человек. Отдельно порадовал раздел «Экология в рублях: скрытая цена спасенной еды». Цифры, данные. Имея такое исследование, привлечь партнеров становиться легче. Есть аргументы. Вывод: фудшеринг — это не только социальная практика, а полноценный экономический механизм. Подписываясь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX , вы точно знаете, как стать партнером бизнеса.

Сегодня, в День медицинского работника, хочу поздравить коллег — всех, кто держит на себе медицину: врачей, медсестёр, управленцев. Спасибо за профессионализм, выдержку и за то, что вы каждый день работаете там, где цена ошибки слишком высока. Один важный тренд в медицине: российские больницы и частные клиники наконец начинают открывать собственные фонды. Это уже делают Ильинская больница и ЕМС. Для меня это признак взросления рынка: клиники начинают брать на себя не только лечение, но и социальную ответственность за доступ к сложной, дорогой, высокотехнологичной помощи.  На мой взгляд, перспективы у этой модели сильные. Но только если фонды при клиниках будут строиться не как PR-надстройка, а как самостоятельные, прозрачные и профессиональные институты: с понятными критериями отбора, сильным экспертным советом, раздельной ролью клиники и НКО, внятной отчётностью и долгой работой с донорами.  Мой любимый пример — Great Ormond Street Hospital Charity. Что особенно ценно в подходе данной больницы— они связывают “кирпичи” и “науку”. С одной стороны, у донора есть понятная стройка и ясный образ результата. С другой — параллельно благотворительная организация берёт на себя обязательство инвестировать не менее £15 млн за пять лет в стратегию онкологических исследований: новые методы лечения, клинические исследования, ускорение внедрения открытий в NHS и улучшение качества жизни детей и семей. То есть человеку предлагают вложиться одновременно в стены, маршруты помощи и будущее медицины. Мне кажется, это и есть главный урок для нас. Сильный медицинский фандрайзинг начинается там, где есть не общий призыв “помогите больнице”, а ясная конструкция доверия: вот клиническая задача, вот пациентский путь, вот технология, вот исследование, вот инфраструктурный результат, вот как именно ваша поддержка меняет исход. Когда медицина говорит с обществом таким языком, благотворительность перестаёт быть экстренной реакцией и становится частью системы. С праздником, коллеги. Очень хочется, чтобы в российской медицине становилось больше таких союзов — между врачами, фондами, донорами, исследователями и управленцами. Потому что именно в этих союзах рождается не только помощь “здесь и сейчас”, но и новая архитектура доверия к медицине в целом. Подписываясь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX , вы точно знаете, как стать партнером бизнеса.

Важно сделать Государство все больше включается в регулирование некоммерческого сектора. И что важно НКО, фандрайзерам напомнить руководителям, верификация домена сайта организации через госуслуги до 1 сентября. Подробную инструкцию написала Мария Бойко, партнёр Института развития фандрайзинга.

Норникель опубликовал отчет об устойчивом развитии за 2025 год. И если вы работаете в НКО, фонде или развиваете эндаумент, такие документы нужно читать не “для общего развития”, а как карту входа в партнерство. Почему это важно? Потому что хороший корпоративный отчет сразу показывает, как компания мыслит, во что вкладывает ресурсы, каким языком описывает социальный эффект и в какие рамки принимает внешние инициативы. И это очень полезно для всех, кто занимается фандрайзингом. На стр. 20–21 у Норникеля хорошо видно, как стратегия социально-устойчивого развития разложена по ЦУР и национальным целям. Это, пожалуй, один из самых полезных разворотов для НКО. По сути, это быстрый тест на релевантность: если ваш проект не вписывается в эту рамку, скорее всего, не стоит тратить силы на попытку “продать” его компании. А если вписывается — вы уже понимаете, на каком языке строить предложение.  На стр. 26–27 визуально собраны ЦУР, национальные проекты и ключевые метрики. Для фандрайзеров это особенно важный фрагмент, потому что он показывает: бизнес говорит не общими словами про “поддержку добра”, а через показатели, объемы, вклад, результаты. Это и есть язык современной коммуникации с корпоративным партнером. Не эмоция вместо цифры, а эмоция, подкрепленная системой метрик.  С 119 страницы начинается раздел про комфортную и безопасную среду, где подробно раскрыты благотворительность и социальные проекты. Для НКО это полезно не только как обзор направлений поддержки, но и как способ понять, что именно компания считает социальными инвестициями, а что — отдельными форматами участия.  Отдельно советую посмотреть стр. 128–129. Там эндаумент показан не как “отдельный финансовый инструмент”, а как часть экосистемы развития территорий присутствия компании. Это очень важный сигнал для сектора: крупный бизнес воспринимает эндаумент не как красивую надстройку, а как инфраструктуру долгосрочной устойчивости. А на стр. 132 уже есть конкретика по результатам двух фондов целевого капитала: фонд «Наш Норильск» с капиталом 3,74 млрд руб. и фонд «Кольский» с капиталом 1,9 млрд руб., через которые поддерживаются НКО и развитие территорий.  Еще один важный момент — стр. 134, где отдельно выделена спонсорская поддержка. И это полезное напоминание для всех, кто ищет ресурсы у бизнеса: нужно очень четко различать благотворительность, социальные инвестиции и спонсорство. У Норникеля, например, 261,3 млн руб. составили расходы на спонсорство, а 2,2 млрд руб. — финансирование спортивных клубов. Это разные логики финансирования, разные цели и, соответственно, разные входы для переговоров.  С 139 страницы начинается блок про экологическое благополучие. И это тоже важно для НКО: если компания системно инвестирует в экологическую повестку и подробно ее описывает, значит, экологические, территориальные, просветительские и связанные с качеством жизни проекты могут находиться в зоне стратегического интереса бизнеса — но только если вы умеете это доказать на языке задач компании.  Главный вывод для НКО и эндаументов простой: корпоративный отчет - это не “отчет для галочки”, а инструкция, как бизнес видит мир, партнерство и эффект. И если мы хотим привлекать большие, устойчивые деньги, нам нужно учиться читать такие документы профессионально. Полностью отчет Норникеля можно прочитать здесь Подписываясь на Устойчивый фандрайзинг и в MAX , вы точно знаете, как стать партнером бизнеса.