Кот Шрёдингера

С детства удивлялся, почему древние греки так мечтали о клеосе, славе, если особого посмертного воздаяния за нее не было (как вы помните, Ахилл жалуется Одиссею, что лучше быть последним нищим, но живым, чем прославленным героем в аиде). А высшая слава – это конечно попасть на небо. Герои троянской войны на небе хорошо представлены, - но в основном астероидами. Есть целая группа троянских астероидов в точках Лагранжа на орбите Юпитера (это такие места, где объекты остаются неподвижными одновременно относительно Юпитера и Солнца). Троянские эти астероиды (тысячи их) потому, что первый открытый из них назвали Ахиллом, потом соседние – именами других ахейцев, осаждавших Трою. А потом стали открывать астероиды и в другой точке Лагранжа, их уже называли именами защитников Трои. Так точка Лагранжа L4 стала «лагерем греков», точка L5 — «Троей», а «Илиада» - популярным в астрономических кругах текстом.

📷 Mary Jacquel

Интересную интерпретацию сюжета Одиссеи излагает Ермек Ниязов (привожу в сокращении): «Гомер описывал мир, которого уже давно не существовало. Между гибелью микенских дворцов и оформлением Одиссеи лежали столетия. За это время исчезла письменность, изменилось значение титулов. Поэтому гомеровские басилевсы - не точная фотография общества бронзового века. Поэт населил легендарное прошлое людьми и понятиями своей эпохи. Но за сюжетом Одиссеи могла лежать память о реальном политическом перевороте: гибели дворцовой верхушки и возвышении местных вождей. В микенских табличках верховный правитель называется ванаксом. Это не просто богатый вождь. Вокруг него построена вся дворцовая система. Дворец учитывает землю, стада, ремесленников, оружие, сырьё, повинности и выдачу продуктов. Ванакс стоит в центре политической и хозяйственной организации, а басилевс в этом мире занимал куда более скромное место. Это мог быть местный вождь, или посредник между дворцом и населением, он стоял где-то внизу административной пирамиды, ближе к конкретной земле, роду, селению и группе людей. Именно поэтому басилевс оказался устойчивее дворца. Ванакс существовал, пока работала вся система. Ему требовались писцы, склады, налоги, дороги, охрана, мастерские, поставки бронзы… Дворцовая власть была сильной, но дорогой. Она держалась на огромном аппарате перераспределения. Стоило разорвать главные связи, и верхушка лишалась средств. Местный вождь жил иначе. У него были родня, земля, люди и контроль над продуктами. Ему не требовалось содержать сложную бюрократию. Он мог пережить гибель столицы, просто перестав быть младшим звеном чужой системы. Около 1200 года до нашей эры микенские дворцы были разрушены или оставлены. Исчезло линейное письмо Б, потому что оно обслуживало прежде всего дворцовую отчётность. Дворцовая организация уже не восстановилась. Вместе с дворцом исчез источник могущества аристократии. Часть верхушки погибла в войнах, часть могла бежать, часть растворилась среди новых местных элит. Но как правящий слой она не пережила катастрофу. Исчез ванакс и чиновничья иерархия. Басилевс остался. Через несколько столетий это слово уже означало правителя. Титул поднялся вместе с человеком, который пережил гибель своих начальников. На этом фоне «Одиссея» выглядит иначе. Пока Одиссей отсутствует, Итака живёт без центра. Дом правителя постепенно утрачивает контроль над хозяйством. Местная знать собирается во дворце, режет хозяйский скот, пьёт вино и ждёт, когда власть можно будет разделить окончательно. Женихи - представители влиятельных родов Итаки и соседних островов. Некоторые из них прямо называются басилевсами. Получается почти точная модель кризиса дворцовой власти. Правитель вместе с военной верхушкой уходит в далёкий поход. Центр остаётся без защиты. Местные вожди поднимают голову и начинают разбирать хозяйство. Гомер решает проблему возвращением Одиссея. Но этот финал слишком удобен, чтобы быть историей. Он похож на мечту дворцовой аристократии: ванакс всё-таки вернулся, его сын выжил, верные слуги взялись за оружие, а родовые вожди получили стрелу в горло. В действительности всё произошло наоборот. Ванаки не вернулись. Дворцы не восстановились. Погибшую систему некому было собрать заново. Басилеи стали хозяевами нового мира. Через несколько веков уже сам Гомер называл басилевсами Агамемнона, Менелая и Одиссея, потому что прежняя разница между ванаксом и местным вождём была забыта. Микенская катастрофа обезглавила общество, сменила правящий класс. Земледельцы продолжали возделывать землю, пастухи пасли стада, но исчезла верхняя конструкция - дворец, ванакс и обслуживавшая их аристократия. А местные вожди поделили пространство между собой. Так началась другая Греция. Не страна великих дворцовых центров, а мир небольших общин и соперничающих родов. Именно такой мир мы уже видим у Гомера. «Одиссея» дала погибшему порядку реванш хотя бы в песне. В реальной истории ванакс не вернулся, а басилеи поделили его имущество и власть».

у берегов Нормандии, 📷 Mathieu Noel

Еще одна древняя печать, самая удивительная из всех. Найденный в 2015 году «Боевой агат» из богатейшей гробницы "Воина-Грифона" в греческом Пилосе, похороненного около 1450 до н.э., считается шедевром бронзового века и одной из важнейших археологических находок в Греции за последнее столетие. Длина агата - всего 3,6 см. Поначалу его просто не заметили среди груд золота, найденных в могиле. Погребенный, - скорее всего, какой-то микенский вождь. Но само изображение считается позднеминойским, сделанным на Крите, пребывавшем уже в упадке после извержения и вызванного им цунами, но все равно остававшимся центром невероятно развитой для тех времен цивилизации. Находили и другие копии этого изображения – у них был какой-то общий источник, - предполагают, что фреска. Сцена, конечна, мало похожа на то великое минойское искусство, которое мы знаем, - вместо прекрасных здесь битва, один воин пронзает мечом другого, а третий уже готов. Но какой потрясающий стиль! Такой выразительной силы не найти даже в минойском искусстве, - а ведь тут еще речь о невероятно миниатюрной работе, ее могли сделать только под мощной лупой. «Могила относится как раз к тому времени, когда микенцы захватывали минойские территории. Мы знаем, что они совершали масштабные набеги на Крит, и вскоре после того, как умер Воин-Грифон, остров был завоёван», – говорила исследовавшая могилу археолог Шарон Стокер в 2016 году. Наверное, поэтому и минойское искусство обратилось к боевой теме... Но археологи считают, что к тому времени диковатые микенцы не просто грабили цивилизованных соседей с Крита, но уже научились читать и почитать их «культурный код»: предметы подобраны не случайно, - люди, устроившие погребение, понимали их смысл. Вот бы и нам понять! )

Еще одна потрясающая сторона минойского искусства - критяне создавали живые и пластичные композиции на совершенно миниатюрных объектах - например, на этих золотых перстнях-печатях. Присмотритесь повнимательней, чего там только нет!

Троянский конь, этрусская сердоликовая камея, 500 год до н.э. Наша минойско-ахейская Одиссея не окочена, впереди еще несколько серий )