Кисловодская газета | Новости Кисловодска

С глубоким прискорбием сообщаем, что 15 июля, скончался выдающийся исследователь, краевед, автор трудов по истории архитектуры старых городов КМВ и других замечательных исследований БОГЛАЧЕВ Сергей Васильевич. Отпевание в субботу, 18 июля, в Лазаревском храме г. Пятигорска в 12:00 часов. Похороны на Хорошевском кладбище

17 июля — дата печально известная: ночью в подвале Ипатьевского дома была расстреляна царская семья. Единственным выжившим свидетелем той страшной ночи стал коккер-спаниель по кличке Джой, принадлежавший цесаревичу Алексею. Двух других питомцев — французского бульдога Ортипо и кавалер-кинг-чарльз-спаниеля Джимми — постигла иная участь: встревоженные выстрелами и криками, они принялись выть, и их застрелили. Джоя забрал один из охранников, прихвативший заодно личные вещи убитых. Именно собака стала главной уликой, по которой мародёра обнаружило следствие Белой армии, занявшей Екатеринбург. Спаниеля изъял генерал Михаил Дитерихс, командующий войсками Колчака, и привёз в Омск. Позже Джой попал к полковнику Павлу Родзянко, сопровождавшему британскую военную миссию генерала Нокса. Вместе с ним пёс уехал во Владивосток, а оттуда они перебрались в Великобританию. В Англии Родзянко приобрёл небольшое имение, примыкавшее к Королевскому парку. Там были манеж и конюшня, это позволило ему открыть школу верховой езды. Джой умер несколько лет спустя в Виндзоре, окружённый заботой, любовью и лаской нового хозяина. В своей автобиографии Павел Родзянко написал: Каждый раз, когда я прохожу мимо своего сада, я думаю о могиле маленькой собачки в кустах с надписью «Здесь лежит Джой». Для меня этот маленький камень знаменует конец империи и образа жизни. Невольно вспоминаются и слова самого цесаревича. Когда Алексею было восемь лет, он упал, сильно ушибся, и начался жар. Три недели мучений днём и ночью. Тогда мальчик сказал: Если умру, поставьте мне в парке маленький каменный памятник. *На последнем фото Джой в саду английского имения полковника П.П. Родзянко. Виндзор. Начало 1920-х годов.

В Кисловодске состоялась рабочая встреча, которая даст старт необычному, но важному сотрудничеству. Заместитель начальника УФСИН по краю Дмитрий Кулаков и начальник управления образования города-курорта Кисловодска Елена Анатольевна Бурова обсудили, как производственные мощности исправительных учреждений могут помочь социальной сфере курорта. Главная цель — не просто заказ, а двойная польза: ✔️Обеспечение детских садов качественными товарами (в первую очередь — постельным бельём). ✔️Трудовая адаптация осуждённых и их социализация через реальную работу. Первым практическим шагом стало решение о пошиве партии постельных принадлежностей для одного из детских садов города-курорта Кисловодска. Но на этом партнёры останавливаться не планируют — впереди новые совместные проекты и социально значимые заказы. Похоже, у кисловодских дошколят скоро появится не только новый текстиль, но и надёжный хозяйственный партнёр.

Кисловодск готовится встретить День знаний во всеоружии❗️ Совсем скоро в школах города-курорта прозвенят первые звонки. И к этому дню готовятся все — от педагогов до самых юных учеников. Более 350 ребят объединились в ремонтные бригады, чтобы своими руками преобразить родные школы: ✅красят стены; ✅ремонтируют мебель; ✅приводят в порядок спортплощадки и территорию. Это не просто труд, а настоящий урок ответственности и любви к своему городу и маленькому дому❤️

Семья Зубко из Кисловодска стала участником Всероссийского проекта «Истоки.Школа» ❤️ С 7 по 11 июля в городе Печоры прошёл четвёртый заезд Всероссийского проекта «Истоки.Школа» — смена «Семья». Кисловодск на этом масштабном мероприятии представила семья Зубко. В течение пяти насыщенных дней 51 семья из разных регионов России (в том числе 10 многодетных) и 161 участник стали частью большого сообщества, объединённого главными ценностями — любовью, традициями и доверием. Программа смены включала:✨ 7 часов духовной программы;✨ 15 часов общения с экспертами, тренерами и психологами;✨ творческие вечера, игры и экскурсии. Для семьи Зубко участие в проекте стало не просто поездкой, а возможностью провести время вместе, познакомиться с замечательными людьми, получить новые знания и укрепить семейные ценности. Всероссийский проект «Истоки.Школа» реализуется в рамках национальной системы молодёжной политики и объединяет участников со всей страны, создавая пространство для общения, развития и сохранения традиционных семейных ценностей.

Пропасть, в которую ты летишь,- ужасная пропасть, опасная. Тот, кто в нее падает, никогда не почувствует дна. Он падает, падает без конца. Это бывает с людьми, которые в какой-то момент своей жизни стали искать то, чего им не может дать их привычное окружение. Вернее, они думали, что в привычном окружении они ничего для себя найти не могут. И они перестали искать. Перестали искать, даже не делая попытки что-нибудь найти... Это, пожалуй, самая известная цитата из повести Джерома Сэлинджера «Над пропастью во ржи», которая была опубликована 75 лет назад — 16 июля 1951 года. На русском языке она выйдет только в 1960-м году в журнале «Иностранная литература». Автором перевода стала великая Рита Райт-Ковалева. Те, кто прочитал после нее Селенджера в подлиннике, испытали разочарование — перевод превосходил оригинал. Коллеги упрекали: «Рита, вы переводите как писатель!». Но Рита Яковлевна и была настоящим писателем. Она дружила с Велемиром Хлебниковым, вспоминала, как тот однажды сказал ей: «Вас надо — не Р-ррита Ррайт, а Л-лита Л-лайт, вы не «Эр-р», а «Эль»… не «хорошая», а — «холосая». В течение десяти лет, до самой гибели Маяковского, Рита Райт находилась рядом с ним и Бриками. Когда в конце 1960-х годов началась гнусная кампания по вымарыванию имени Бриков из биографии Владимира Владимировича, отважная Рита Яковлевна была одной из тех немногих, кто публично вступился за Лилю Юрьевну. Именно Рита Райт познакомила русских читателей с произведениями Фолкнера, Кафки, Воннегута… Именно она перевела с голландского «Дневник Анны Франк». Сергей Довлатов вспоминал: Когда-то я был секретарем Веры Пановой. Однажды Вера Федоровна спросила: — У кого, по-вашему, самый лучший русский язык? Наверно, я должен был ответить — у вас. Но я сказал: — У Риты Ковалевой. — Что за Ковалева? — Райт. — Переводчица Фолкнера, что ли? — Фолкнера, Сэлинджера, Воннегута.  — Значит, Воннегут звучит по-русски лучше, чем Федин?  — Без всякого сомнения.  Панова задумалась и говорит:  — Как это страшно!