История России

В 1861 году граф Строганов стал вызывать меня для преподавания юридических наук цесаревичу Николаю Александровичу. Из чувства патриотизма я не мог отказаться и переехал на целый год в Петербург. Это решило дальнейшую судьбу мою роковым образом. В 1863 году меня пригласили сопутствовать цесаревичу в поездке по России. Я стал известен и двору. По окончании поездки я вернулся в Москву к своим занятиям и мечтал остаться тут. Но Богу угодно было иначе. Цесаревич скончался, оплаканный всей Россией. Новый цесаревич, слышав обо мне доброе от покойного брата, пожелал меня иметь при себе для преподавания. Я не мог уклониться и переехал в Петербург в 1866 году на жительство и на службу. Тут довелось мне последовательно вести занятия и с в. кн. Владимиром, и с цесаревной Марией Федоровной, и с в. кн. Сергием, и даже с в. кн. Николаем Константиновичем. Я стал известен в правящих кругах, обо мне стали говорить и придавать моей деятельности преувеличенное значение. Я попал, без всякой вины своей, в атмосферу лжи, клеветы, слухов и сплетен. О, как блажен человек, не знающий всего этого и живущий тихо, никем не знаемый на своем деле! […] Без всякого ходатайства с моей стороны и без всякого участия цесаревича я был назначен членом Госуд. Совета и тут получил возможность высказывать вслух всем свои мнения по государственным вопросам - мнения, коих никогда ни от кого не скрывал. Так, мало-помалу приобрел я репутацию упорного консерватора - в противодействии новым направлениям и веяниям государственных либералов. К концу царствования эти влияния и направления приобрели господственное значение. Началось, ввиду общего недовольства, безумное стремление к конституции, то есть к гибели России. Это стало в умах какою-то заразой: русские люди, сохранившие еще разум и память прошедшего, ждали в страхе, что будет, ибо покойного Государя склонили уже совсем к этому гибельному шагу. […] К несчастью, и у нас, и там существует закоренелое мнение, что в России при самодержавной власти есть непременно тот или другой - один человек всесильный, который всем распоряжается и от которого все зависит. И вот этим человеком все и всюду стали считать меня и доныне считают - человека, всегда уклоняющегося от всякого исключительного присвоения себе какой-либо власти. […] Таково ощущение всей обезумевшей теперь молодежи и в столицах, и во всех углах России: толпа людей, не имеющих никакого понятия о ходе государственных дел, о пружинах администрации, о делах и о людях, выставляет меня виновником всех, - что у них слывет, - злоупотреблений, насилий, ретроградных мер, и кричит, что во имя свободы надобно меня уничтожить. Автобиография Константина Петровича Победоносцева, изложеннная в письме Николаю II

Закладка храма и города Романов-на-Мурмане(Мурманск), 4 октября 1916 г.

Коллективная фотография военнослужащих вермахта. На школьной доске написано мелом «Русский должен умереть, чтобы мы жили».

​​Описание Кавказской войны сложно ввиду ее «мозаичности»: есть несколько ключевых точек, но основная часть длительной компании сводилась к эпизодам. Одним из таких ярких, но ныне забытых эпизодов стала оборона Навагинского форта в устье реки Сочи 27 сентября 1839. Эта атака интересна тем, что русские близоруко прохлопали всю подготовку к набегу, и черкесы могли показать себя в зените мощи. Тем интереснее результат. Сам форт был расположен скверно – он планировался как пост таможенников, хотя формально входил в оборону Черноморской береговой линии. Закрытый с одной стороны непроходимым холмом, с трех он был окружен густым лесом – возможность сконцентрировать крупные силы и ударить внезапно налицо. В довершение «английский купец» Белл слил горцам план укреплений. Гарнизон форта мощью не впечатлял – 1 рота линейной пехоты + небольшая группа стрелков из Мингрельского егерского полка: 313 бойцов и 8 офицеров. Черкесы собрали 2,5 тысячи бойцов. Горцы действовали грамотно: дождались бури и под покровом ночи ударили небольшими группами – у каждой была своя цель. Артиллеристов вырезали еще на стене, все офицеры были перебиты сонными во флигеле, ворота открыты – бери не хочу. Судьбу форта решили раненые местного лазарета – 80 человек, ударившие в тыл черкесам из неразумно брошенных на стене пушек. Картечью. Этот отчаянный поступок настолько шокировал горцев, что они бежали, бросив раненых и убитых. Храбрые в первом натиске, они всегда пасовали перед трудностями.

​​Александр Сергеевич Пушкин был в окрестностях Оренбурга с 21 по 23 сентября 1833 года. Цель — сбор материалов для повести «Капитанская дочка» и книги «История пугачёвского бунта». Пушкин носил ногти необыкновенной длины (это была его причуда), что нашло анекдотичный отклик в воспоминаниях местных жителей. Владимир Даль пишет: «И казаки на другой же день снарядили подводу в Оренбург… и донесли: «Вчера-де приезжал какой-то чужой господин, приметами: собой невелик, волос чёрный, кудрявый, лицом смуглый, и подбивал под „пугачёвщину“ и дарил золотом; должен быть антихрист, потому что вместо ногтей на пальцах когти». Пушкин много тому смеялся». 🎨 Виктор Адольфович Котельников-Гофман. «А.С. Пушкин в Уральске».

Крымский мост. Москва, 1937-1938 год.

10 сентября 1875 года русские войска героически взяли столицу Кокандского ханства - город Коканд. Земли ханства окончательно вошли в состав Российской Империи. Попытки России закрепить свое влияние в Средней Азии относятся еще к началу ХIХ в. Но напряженное положение в Европе и борьба с Турцией и Персией не давали возможности проводить активную завоевательную политику в отношении восточных ханств. После окончания Крымской войны и относительной стабилизации дел на Кавказе русское правительство получило возможность для проведения более активной завоевательной политики в Средней Азии. Дополнительным фактором для этого было опасение британского продвижения в этом регионе: Англия занимала прочные позиции в Афганистане, а в бухарских войсках появились английские инструкторы. Размах, который приняли завоевания в Средней Азии, вызвал коренную реорганизацию управления завоеванным краем. В 1867 г. из "новых земель" образуется особое Туркестанское генерал-губернаторство в составе Сырдарьинской и Семиреченской областей с центром в Ташкенте. Первым губернатором был назначен инженер-генерал К.П. Кауфман. Несмотря на успехи царских войск в борьбе с восточными ханствами, которые фактически находились в орбите влияния России, они продолжали сохранять свою независимость. Первый решительный удар был нанесен по Бухарскому ханству. В результате похода в мае-июне 1868 г. сопротивление бухарских войск было сломлено. Территория ханства присоединялась к России. В июне 1873 г. та же участь постигла Хивинское ханство. Земли Кокандского ханства вошли в Ферганскую и Сырдарьинскую область сначала Оренбургского генерал-губернаторства, а позже Туркестанского генерал-губернаторства Российской империи. Сам Коканд стал всего лишь уездным городом Ферганской области, а административным центром стал город Новый Маргелан, который в 1907 году был переименован в Скобелев.

Санитарно-Автомобильный Отряд Всероссийского Земского Союза. Мотоцикл Харлей. 1915 год.

Русский священник в оленьих шкурах, начало XX века.

Самая смешная и хулиганская историческая книга! Историк Евгений Норин написал книгу о безумном европейском конфликте XVII века. Тридцатилетняя война в его пересказе звучит не как набор сухих фактов (хотя академичности этой книге не занимать), а как будто бы Тарантино и Гай Ричи вдруг решили писать исторические книги — с абсолютно разбитным стилем, до краёв наполненным чёрным, очень чёрным юмором. Объём издания составляет примерно 300 страниц, а в придачу — особая историко-географическая карта Европы. Оформить заказ можно здесь