Алло, Галочка, ты не поверишь!

Во славу усопшей на днях в возрасте 97 лет Яёи Кусамы предлагаем глянуть на съёмку с нашим сладейшеством Эр. Клуни и вспомнить, что художница глаголила про горох, который принт: «Моя идея в том, чтобы через горошек передать всем людям в мире послание “любовь навсегда”. Эти точки для меня связаны со Вселенной, человеком и всем живым». Всем горох, таким образом, в этот вечер!

Заходим в офис, понимая, что уже четверг. Хорошего денька вам, православные!

Наше Бюро ненужных знаний отправилось на предшкольный шопинг и обрело мечту — костюмы Ника Кейва. Правда, не того, другого — но тоже хорошо. Американский художник Ник Кейв 34 года делает Soundsuits — скульптуры-костюмы, которых набралось уже больше пяти сотен. Выглядят они как смесь кутюра, инопланетной формы жизни и роскошного нервного срыва. Но началось всё совсем не с красоты. В 1991 году полицейские Лос-Анджелеса избили темнокожего парня Родни Кинга. Сосед случайно снял всё это дело на домашнюю камеру, и запись показали в новостях по всей стране. Год спустя копов оправдали, и город бомбануло. Кейв говорил, что эта история заставила его осознать, как легко всё, что составляет человека, исчезает за цветом его кожи. В 1992 году Кейв сидел в парке, думал эту мысль и вдруг заметил валявшуюся на земле ветку. Потом ещё одну. И ещё. Он собрал ветки, принес их в мастерскую и сделал скульптуру, которую решил примерить — при движении она издавала звук. Так появился первый Soundsuit, который Кейв назвал второй кожей и доспехом. Костюм полностью скрывал человека: его тело, лицо, расу, пол, возраст. Ну а дальше Ник разошёлся — веток ему стало мало. В ход пошли бисер, пуговицы, пайетки, мех, кружево, старые игрушки, искусственные волосы и вообще все, что человечество успело произвести, полюбить и выбросить. И броню от чужого взгляда Кейв в итоге делает такой привлекательной, что все на неё пялятся. У него получилось более 500 способов красиво сказать окружающим «отвали». А этот Ник хорош!

Рубрика «Мам, я тоже хочу!» Шли годы, всё чаще Галчата заносили в виш-листы тонометры. «Именинник в восторге, ждёт, когда подскочет давление» — пожалуй, лучше и не скажешь.

Давненько Галка не вещала про медиа в мир медиа, который уже сам себе стал скучен. Но не нам. Так что увидели новую обложку Dazed и обмерли: ну могут же! Кажется, всё с развитием современной культуры шло к тому, чтоб Dazed захирел. Судите сами: рождённый в 1991-м союзом нон-конформистов Джефферсона Хака и Ранкина журнал никогда не был про моду as is и не играл по правилам, принятым в тяжёлом люксе. Это издание банды студентов, которые зарабатывали на него клубными вечеринками. Соответственно, и вещал Dazed тогда ещё & Confused с низов андеграунда о самом новеньком, иногда только наклёвывающемся. Отдать должное, ошибались парни редко — чутье, помноженное на вкус и насмотренность, помогали. Так на обложках Dazed легко уживались Björk и Alexander McQueen, Harmony Korine и Damien Hirst, художники, музыканты и прочие интересные люди, к которым мейнстрим относился без души. Да и сам журнал вёл себя по-хулигански: в 1995-м вместо цены рядом со штрихкодом красовалась надпись «If You Can’t Afford It, Steal It», после чего некоторые сети сняли номер с витрин. Следующий выпуск пришлось сопровождать издевательским извинением перед продавцами. Короче. Провокация в Dazed исторически не декор, а редакционная механика. А это в нынешнем мире прилизанных съёмок и голов совсем не принято. Но на дворе 2026, и Dazed выходит с North West — казалось бы, худшей героиней для обложки. Она не из низов, не селфмейд, не тренькала на гитаре в тиктоке, она дочь Ким и Йе, непо-бейби, рождённая в эпицентре гламура и банально бабла. Но Dazed крупненько пишет: «Новые идолы. Вот один из них». Нагло и самоуверенно: кому не нравится — клокочите. Типографика, сиренево-розовый неоднородный — иначе выглядело бы блевотно — фон, бирюзовые волосы, пирсинг, лицо строго по центру и странное его выражение — всё это не «сверстали красивенько», это манифест, уж извините, если для кого удар. И режиссёр «Слона» и «Умницы Уилла Хантинга» Гас Ван Сент за кадром тут не случайный знаменитый дед с фотоаппаратом — вот вам ещё один культурный слой. Недавно одна подруга спросила, почему нам кажется неудачной обложка с Паулиной Андреевой, Юрой Борисовым и Ваней Янковским. В конце концов, снимал Головкин — к нему хрен придирёшься. Да кто бы спорил, кто бы спорил. Дело в том, что это не кадр, это обложка. Плохая — щас объясним почему. 1. Она плоская. В центре сюжета такой зубодробительно скучный как бы любовный треугольник, что даже неловко. 2. Тут нет главного героя. Три сильных лица имеют почти одинаковый вес: Андреева формально в центре, но Янковский забирает слева огромную чёрную массу, Борисов справа — светлую. Глаз не понимает, кому здесь поклоняться. 3. Цвет красивый. Мгновенно забывается. Закройте глаза, попытайтесь вспомнить обложку — получится с трудом. 4. Типографика душит фотографию. Огромная вертикальная плашка съедает левую часть, а Янковский, Андреева и Борисов — вообще-то главная продажа номера — стыдливо перечислены мелким шрифтом вдоль края. 5. И главное: ни одного риска — хочется зевнуть, ни одного месседжа. Это просто обложка. Любого журнала. Три красивых человека и сбоку надпись. Итого: Dazed сделал высказывание. МР — фотографию для обложки. Вот и вся разница ¯\_(ツ)_/¯

Кто бы мог подумать, что один из самых несмешных комиков старого Comedy Club, вечно отпускавший мудаковатые шутки а-ля «девушки — это аферюги с титьками» (цитатка), сначала снимет сериал с Колокольниковым «Конец света», куда буквально чуть-чуть не попал Кевин Спейси*, потом на ломаном английском начнёт зарабатывать в Штатах стендапом и даже попадёт на обложку The Observer? Вопрос риторический, сам Незлобин не мог, а мы тем более. Поздравляем немолодых! Об этом он рассказал в классном интервью иноагентке Гордеевой. Если пропустили — имейте.

Думали проигнорировать выход Маргарет Куолли в пятках Chanel — подошвы, носка и прочих буржуазных излишеств к туфлям не приложено. Но как, если дни идут, а в запрещённых тредс да инстаграмах всё ещё кококо? Страдайте. Об чём речь. Модель называется barefoot sandals, или barefoot heel caps. Матье Блази показал её в круизной коллекции Chanel 2026/27. Кстати, в Вауг тогда эксперты решили, что первой пару должна примерить Тильда Суинтон «и блистать» — оу, йеп, вышло бы круто. В чём замес. Это не просто шутка Блази, в индустрии для таких «странненьких» вещиц есть несколько терминов. Showpiece создают прежде всего для показа и съёмок. Conversation piece — чтобы люд спросил: «Это вообще что?» Halo product может особо не продаваться, зато повышает желанность всей бабки марки. А вот когда такую вещь начинают носить, она превращается в it-item. Chanel не просто вынули из обуви обувь. Блази, похоже, разобрал один из главных кодов марки — двухцветные туфли с открытой пяткой, появившиеся в 1957 году, — и оставил от них задник. Получилось одновременно знакомо и неправильно, то есть вышла вещь-мем. Ну, а дальше по пьяни заверте, Раиса Захаровна. Одни начали восхищаться, другие возмущаться — «фу, в таких за семками не выйти!», третьи пересылать картинку друзьям — «зырь чо!». Следом Куолли появилась в barefoot sandals на красной дорожке — ценность вещи была засчитана. Итого, Chanel — хейтеры: 1 — 0! Что дальше? Дальше могло бы случиться старое доброе ничего. Но вышло интереснее: Jeffrey Campbell уже показал свою версию «негигиеничной обуви». Пока неизвестно, сколько бренд попросит за пару, но точно меньше 2000 евро — обычный прайс для Chanel. Так что ждём появления моделей с прозрачными перемычками, тонкой подошвой и другими уступками санитарии. От исходной идеи останется главное — ощущение, будто обуви на ноге вовсе нет. Правда, бесконечно кормить пипл абсурдом не получится. Исследование больше 60 тысяч картинок всяких брендов показало: визуальная странность помогает вирусности, только если не противоречит идентичности марки. Иначе вместо модного хайпа получается сплошное расстройство. Поэтому формула вещи-мема выглядит так: узнаваемый код + слом шаблона + селеб + кококо + доступные копии. Наш прогноз: скоро barefoot sandals получат подошву. У человечества таки есть шанс. #тревожнаялариска