Французский вестник 🇫🇷 French Dispatch

Аккаунт французского министерства иностранных дел в сети X для борьбы с фейками и пропагандисткой чушью French Response красиво ответил Дугину на его очередное имперское хамство. Лжемыслитель написал: Если не хотите, чтобы мы обошлись без эскалации, отдайте нам Украину – мы не будем. На что он тут же получил четкий и правильный ответ от французского внешнеполитического ведомства: Суверенные страны не поставляются по кнопке «отдать». А что вам еще «вернуть»? Ну же, вспомните ваше все, Пушкина, Дугин. Про разбитое корыто. Помните? Оно к вам и вернется, по вашему хотенью. И уже скоро.

Селин Дион ждут уже завтра в Париже. Певица приедет за 15 дней до старта ее беспрецедентной серии концертов, из-за билетов на которые люди сошли с ума.

Мое включение с дебатов на Дожде. Они, кстати, еще продолжаются

Такие вот настроения на корте Филиппа Шатрие

Дебаты начались !

Марин Ле Пен пришла на дебаты явно в хорошем настроении

Кубок Елисейского Еду на корты Roland Garros следить за судьбоносным матчем. Там сегодня пройдут первые большие дебаты семи кандидатов в президенты Франции. Семь участников ответят на главные экономические вопросы из своей программы. А задавать их будут руководители компаний, участвующих в летнем форуме MEDEF –движения предпринимателей Франции. Это крупнейшее и наиболее влиятельное объединение работодателей во Франции. В центре дебатов – конкурентоспособность бизнеса, налоги, занятость, пенсионная реформа, госдолг и упрощение административных процедур. Это будет жаркий матч, потому что взгляды у всех кардинально разные и подача тоже, буквально – лебедь, рак и щука. Габриэль Атталь, Марин Ле Пен, Рафаэль Глюксманн, Жан-Люк Меланшон, Эдуар Филипп, Брюно Ретайо и Марин Тонделье ответят на конкретные вопросы тех, кто непосредственно движет экономику Франции. Пока наиболее бизнес-ориентированным называют центриста Габриэля Атталя. Бывший премьер-министр поставил перед собой цель сделать Францию первой державой Европы за десять лет, в частности, с помощью закона об экономическом и налоговом планировании на 10 лет вперед, призванного обеспечить предсказуемость для участников экономики. По данным газеты L’Opinion, он окружил себя советом из десятка руководителей компаний. Его задача – сопровождать и консультировать Атталя по экономическим вопросам и политике поддержки бизнеса, а также доносить позицию кандидата до предпринимательских кругов. Этот совет объединяет руководителей компаний разного масштаба, из разных секторов и регионов страны. Та же газета L’Opinion пишет, что на прошлой неделе, перед дебатами, прошла закрытая встреча экономистов из коллектива Front économique с восемью депутатами – экономическими советниками кандидатов в президенты. Обсуждались вопросы производства, роста экономики, налогов, госфинансов и торговой политики. Итоги встречи разочаровали участников: один из них признался, что она была слишком затянутой и малосодержательной. Выступления сочли поверхностными, без конкретики по цифрам программ. Лозунги о снижении налогов и дерегуляции звучали у всех партий одинаково, без объяснения механизмов их реализации. Идеи «меланшонистов» экономисты сочли оторванными от реальности. Ни их партия, ни Ле Пен не затронули острые темы – соответственно госдолг и пенсионную реформу. Общий вывод участников: политики избегают неприятных тем, и это создает риск того, что предвыборные дебаты пройдут мимо реальных проблем госфинансов, требующих болезненных мер. За восемь месяцев до выборов стоит ли беспокоиться о неопределенности, окружающей экономические программы кандидатов? Проступает главное: политический консенсус отстает от необходимых усилий. Это заставляет опасаться, что в ближайшие месяцы политическая дискуссия пойдёт не по существу. Посмотрим, что скажут сегодняшние кандидаты во время матча.

«Фьорд»: правда или действие? Во французском прокате показывают румынский фильм «Фьорд» Кристиана Мунджиу, который получил Золотую пальму в Каннах, обогнав на повороте «Минотавр» Андрея Звягинцева. Во французских СМИ полемика – манифест ли это консервативной Европы, которая близка к тому, чтобы повернуться к Ле Пен, амбивалентный шедевр или конъюнктурная манипуляция европейским обществом. Например, левая газета Liberation пишет, что режиссер тяжеловесно обличает прогрессизм и либерализм и, судя по всему, лишь подсвечивает разногласия в Европе. Не менее левое издание Mediapart намекает, что картина стремится спровоцировать дискуссию о якобы слепых зонах самых прогрессивных демократий, и это и есть, по сути, провокация. Ультраправые Valeurs Actuelles утверждают, что фильм ставит вопрос: может ли либеральное общество терпеть соблюдение ценностей, которые оно считает реакционными? То есть, по сути, фильм выставляет границы толерантности. Le Monde пишет, что режиссер не щадит социал-демократию, обнажая ее расистские и антиклерикальные предубеждения. Многодетная семья румына и норвежки (Себастьян Стэн и знаменитая актриса Йоакима Триера Ренате Рейнсве) переезжает в родную деревню супруги в Норвегии. Именно в заснеженных фьордах традиционные румынские ценности сталкиваются с прогрессистскими норвежскими рамками воспитания. И это противостояние и напряжение – и есть главный нерв «Фьорда». Религиозная, но крепкая семья Георгиу, привыкшая жить по своим обычаям, получает косые взгляды от местных, которые запускают маховик ювенальной юстиции. Семью обвинят в жестоком обращении с детьми, после того как на теле одной из дочек обнаружат синяки, а она возьмет и расскажет под напором о том, что ее дома бывает и шлепают. Процесс против этой семьи – главный сюжет. А зритель поставлен в неудобное положение: он не знает, был ли факт такого избиения – это по Ханеке скрыто от зрителя. Вообще, в фильме можно разглядеть много мотивов нелюбви австрийца к некоторым проявлениям европейского общества. Зритель не понимает, кто говорит правду, а кто лжет. Интрига держит в напряжении на этого захватывающего фильма до конца. Я сам ерзал на каннском кресле до последнего и злился на оба эти дома. Места для раздражения тут много, а для сентиментальной ценности – ноль. С одной стороны, семья в своем догматизме и религиозности доходит до предела, что отвращает, как и все, что мы видели в РФ с запретами. Это дурное воспитание в строгих рамках жестко ограничивает собственную дочку, которая явно тянется к соседской девочке из норвежской семьи, в свободе в самом нежном возрасте. Тут мы видим и предрассудки, и гомофобию, и провинциальную нетерпимость. С другой стороны, норвежская опека тоже догматична до предела, когда использует религиозность семьи как доказательство вины находящихся в слезах родителей. Так не в пользу отца играет его приверженность представлению о «традиционной семье», согласно которому пара может состоять только из мужчины и женщины. Это точно глупость и дремучесть, но пока не преступление. В общем, Мунджиу показывает конфликт двух мировоззрений, которым не найти общий язык. Однако режиссер, мне кажется, не выступает в защиту ни одной из систем, он смотрит намеренно сверху. «Невозможно жить в одном обществе, если время от времени не думать о том, что на вещи может существовать другая точка зрения», — утверждает Мунджиу. Но режиссер не выносит суждений, он явно затронул нечто, что сильно разделяет людей и вызывает у них желание высказаться. Это болевая точка. Режиссер точно осуждает давление на детей и манипулирование ими обеими системы, которые вовсе не думают во время этого спора, какую они травму причиняют именно им этим. И это и есть приговор Кристиану Мунджиу против доминирующих родителей и государства, которые апроприировали их независимость и самомстельность. Режиссер показывает детей жертвами, лишенными права голоса, внимания, свободы и выборы. Но именно им в будущем решать этот спор. Поэтому главное в фильме – бунт и любовь той самой девочки, с синяков которой все и начается. В общем, мамапапа и родина, пошлинахуйивпизду!

Саудиты построят свой Диснейленд под Парижем Во Франции обсуждают очередной визит MBS к Эммануэлю Макрону в Париж. Так здесь называют наследного принца Саудовской Аравии Мухаммеда бин Салмана, у которого сложились довольно плодотворные отношения с французским президентом. Цель визита на этот раз – все более стратегическое экономическое сотрудничество. Главный обсуждаемый проект – масштабные инвестиции в новый центр развлечений под Парижем. «Беспрецедентное объявление, какого не было со времен Disneyland Paris, новое мировое туристическое направление»… Именно так Эммануэль Макрон приветствовал в соцсети X амбициозный проект по строительству крупных объектов к северо-западу от Парижа в Сержи-Понтуаз. Там саудовская компания Qiddiya хочет построить три новых парка развлечений, включая всю инфраструктуру вокруг – отели, рестораны, спортивные объекты и т.д. Общий объем инвестиций в проект – 6 млрд евро! Это inédit, как говорят во Франции, то есть небывалый размах. Проект создаст в регионе дополнительно 22 тысячи рабочих мест. Это, конечно, мощный импульс и очередное усиление туристического потока, диверсификация направлений – с востока, где находится парк Disney, на северо-запад. Надо сказать, что раньше на месте будущей застройки уже находился старый французский парк аттракционов Mirapolis, который закрылся еще в 90-х. Этот проект станет ответом на амбициозную стройку под Лондоном, где Universal обещает к 2031 году открыть свой тематический парк развлечений. Париж отвечает таким проектом. Кстати, идея возникла я из-за страсти двух руководителей к культуре манга. Один из парков будет посвящен тематике знаменитой франшизы Dragon Ball. Советники Макрона уточняют, что этот проект родился из разговора между президентом и принцем в 2024 году в Эр-Рияде. Тогда они обнаружили это общее увлечение, которое теперь перерастает в такие инвестиции. Кстати, любовь к манга Макрон продемонстрировал и во время недавнего визита в Японию. Но вокруг проекта во Франции уже, как это принято, уже ведутся усиленные споры. Главная претензия – сама фигура MBS как противоречивая. Наследного принца критикуют за войну в Йемене, притеснение прав женщин и ЛГБТ в своей стране и вообще за неуважение к правам человека. Главная ахиллесова пята – убийство оппозиционного саудовского журналиста Джамаля Хашогги на территории консульства Саудовской Аравии в Стамбуле в 2018 году. По данным многих расследователей, в убийстве могли быть замешаны сотрудники саудовских спецслужб. Кроме того, критики опасаются, что через такие проекты саудовцы осуществляют свою культурную экспансию и проводят политику soft power на территории иностранных государств. Нефть – ресурс исчерпаемый, а продвигать свое влияние надо. Тем не менее во время этого визита Франция подтвердила свое партнерство с Эр-Риядом. Много других контактов на повестке дня – в том числе в области ИИ. Французская Mistral, например, заключила стратегическое соглашение с саудовской компанией HUMAIN в этой сфере. Кроме того, саудовцы сотрудничают с Центром Помпиду. Или вот только сейчас, в августе, страна впервые вывела турнир по киберспорту Esports World Cup за пределы королевства, а финал как раз прошел в Париже.

ПРОДОЛЖЕНИЕ, НАЧАЛО 🔺 То есть замысел Ле Пен фактически говорит о создании своеобразной «Пятой республики bis», где нынешняя Конституция сохранилась бы в основе, но была бы дополнена положениями программы Ле Пен. Но тут в игру уже может вступить ЕС. Если предложения Ле Пен будут действительно включены в Конституцию, Франция почти неизбежно столкнется с противостоянием Европы. Ведь фактически они предлагают установить верховенство новой французской Конституции над международными обязательствами и нормами права ЕС. А мы где-то уже слышали, не правда ли? В таком случае Еврокомиссия может начать процедуру о нарушении обязательств перед Судом ЕС. В результате Франция может столкнуться с финансовыми санкциями, а также с приостановкой европейского финансирования. В общем, это фактически путь к изоляции. После Второй мировой европейские конституции, наоборот, развивались в сторону того, чтобы максимально защитить основные права и саму конституцию от временного политического большинства. Идея заключалась в том, что конституцию нельзя менять с такой же лёгкостью, как обычный закон. Проект RN, по данным журналистов, фактически предлагает обратную логику. Поэтому спор вокруг референдума Марин Ле Пен – это далеко не только про иммиграцию, а вообще о принципах демократии в составе Европейского союза.