Феминистка инвестирует

🤩 Судоходство в Ормузском проливе было приостановлено после нападения на грузовое судно под сингапурским флагом. Американские официальные лица обвинили Иран в том, что, по их словам, было ударом беспилотника. Ранее Иран предупредил суда использовать только утвержденные им маршруты. Этот инцидент побудил Международную морскую организацию ООН приостановить планы по эвакуации моряков, оказавшихся в ловушке в проливе. В ответ на это цены на нефть также резко выросли.

🌟 Риски для денег в России и их иерархия Часть 3 Важно понимать, что вы не сможете защититься от всего сразу. Я смотрю на риски в их иерархии и защищаюсь в первую очередь от того, что считаю самым вероятным. Вот два риска, которые сейчас на верхних строчках моей личной карты. 🤩 Риск 1. Обвал рубля — для меня сегодня это риск номер один. Причины я подробно разбирала в отдельных текстах. Я считаю важным держать часть капитала в иностранной валюте — прежде всего в долларах и евро. Это наличная валюта нового образца, деньги на иностранных счетах, стейблкоины, привязанные к курсу доллара или евро. 🤩 Риск 2. Потеря доступа к деньгам и блокировки — к деньгам станет сложно или невозможно дотянуться: ограничения на снятие, проблемы с конкретными банками. Одна из опций здесь — иностранный счет, то есть вывести часть капитала за пределы одной страны. Логика диверсификации простая: чтобы не весь капитал находился внутри одной юрисдикции. Но и тут у меня есть оговорка, которую я считаю важной. Я не считаю безопасным держать большие суммы на иностранном счете, если у вас нет резидентства в другой стране. Без статуса такой счет становится отдельной зоной уязвимости, а не гарантированной защитой. Если бы у меня были большие капиталы и я жила бы в России, я бы поставила себе цель создать условия для получения ВНЖ где-то за пределами страны — именно для того, чтобы держать такой счет легально и достаточно безопасно. Продолжение в четвертой части текста. Я опубликую ее в ближайшее время.

🌟 Риски для денег в России и их иерархия Часть 2 Допустим, у человека капитал около двадцати миллионов рублей. Держать половину этой суммы в иностранной валюте может быть вполне безопасно. Логика простая: рублевая часть — это около десяти миллионов рублей в национальной валюте, которой можно свободно пользоваться внутри страны. Это резерв, который закрывает бытовую безопасность с запасом. Поэтому валютная часть тут не повышает риск, а снижает его. А теперь представим, что весь капитал человека — это, скажем, триста тысяч рублей. Здесь те же пятьдесят процентов в валюте работают иначе. Рублевый остаток уже не образует настоящего резерва на жизнь. Для такого человека приоритеты другие: сначала ликвидность и доступность денег здесь и сейчас, и только потом разговор про защиту от падения курса. Поэтому, когда я называю какие-то доли в контексте моей семьи или меня лично, я опираюсь именно на мой личный контекст и лишь привожу пример, как можно мыслить о своей защите. Все, что я говорю про валюту и капитал, не отменяет подушку безопасности. Это разные вещи, и их важно не смешивать. 🤩Подушка — это ликвидные деньги на жизнь, на непредвиденное, на то, чтобы спокойно пережить потерю дохода. 🤩Капитал — это деньги сверх подушки: сбережения, которые работают на более длинном горизонте. Про то, как формировать резерв безопасности, у меня есть отдельные большие материалы. Деньги в нем часто лежат именно в той валюте, в которой вы живете и тратите. Здесь приоритет — доступность, возможность в любой момент оплатить аренду, лечение, еду, проезд. Подушка должна быть под рукой, а не сохранять стоимость. В последних материалах я говорю не про нее. Продолжение в третьей части текста. Я опубликую ее в ближайшее время.

🌟 Риски для денег в России и их иерархия Часть 1 В последних текстах я много писала про риски для российской экономики — про рубль, про ставку, про бюджетный дефицит, про облигации. Я описывала то, на что обращаю внимание в контексте капитала моей семьи и готовлю для вас большой материал о возможных методах защиты. Я получила очень много вопросов от людей из России, и мне кажется важным еще раз указать на то, что методы защиты одного человека будут серьезно отличаться от методов защиты другого. Вы можете жить в одном городе, на одной улице и в одном доме. Но контекст вашего капитала и личных рисков может серьезно отличаться. Поэтому, пожалуйста, не ищите простых решений и в первую очередь старайтесь анализировать именно то, что несет самые высокие риски лично для вас. Сегодня я хочу описать то, как я расставляю приоритеты, когда решаю, от чего защищать капитал в первую очередь, а что готова принять. Это не инструкция для других и не список действий. Это карта того, как я сама думаю. И, на мой взгляд, именно такие тексты сегодня полезнее всего читать. Это не инвестиционная рекомендация и не универсальный совет, который подходит каждому. Я не знаю вашу жизнь, размер ваших накоплений, ваши обязательства и ваши личные риски. Я сознательно не даю обобщенных рекомендаций. То, что безопасно для одного человека, для другого может быть опасным — и дальше я объясню, почему это так. Любое решение про капитал я для себя взвешиваю через несколько вещей: 🤩Размер капитала: одни и те же пропорции при разных абсолютных суммах означают совершенно разный уровень безопасности. 🤩Обязательства: кредиты, ипотека, люди, которые от вас финансово зависят, регулярные крупные траты. 🤩Горизонт: деньги нужны через месяц, через год или это долгие сбережения, которые можно не трогать. 🤩Доступ к инструментам: есть ли брокерский счет, возможность открыть счет за рубежом, опыт работы с валютой. 🤩Жизненная ситуация: где вы живете, есть ли резидентство в другой стране, насколько устойчив доход, что происходит в семье. Из-за этого пропорция, которая для одного человека означает разумную защиту, для другого может оказаться источником риска. Продолжение во второй части текста. Я опубликую ее в ближайшее время.

🖤 Высокая ключевая ставка Часть 3/3 Это завершающий текст о ставке. Если вы не читали первую и вторую его часть — я рекомендую вам это сделать. Регионы тоже занимают под дорогой процент, и им все тяжелее. По данным Счетной палаты, 56 из 90 регионов закончили первый квартал 2026 года с дефицитом. Совокупный долг регионов — около 3,6 трлн рублей, и обслуживать его стало в 2,2 раза дороже, чем еще годом раньше. Когда регион вынужден все больше отдавать по долгам, он начинает резать другие расходы — и режет в первую очередь социальные. То есть дорогая ставка через несколько шагов оборачивается тем, что в конкретной области урезают расходы на конкретных людей. Эта цепочка касается куда большего числа людей, чем кажется на первый взгляд. И вот тут начинается самое неопределенное. Какой будет дальнейшая стратегия ЦБ, сейчас сказать трудно — во многом потому, что под вопросом сама его глава. Эльвира Набиуллина пропустила Петербургский форум, конференцию рынка и, что особенно заметно, совещание у Путина — именно по инфляции и ставке. Официально она болеет. Но нарастает вероятность ее отставки: ее действия все чаще критикуют публично, и у меня есть ощущение, что именно на нее могут попробовать слить всю ответственность за проблемы страны. При этом она дорабатывает третий срок, по закону он последний и истекает в июне 2027. То есть смена так или иначе впереди, вопрос лишь в том, когда. Именно Набиуллина и ее команда были теми, кто максимально стоял за то, чтобы ставку удерживать. Ее задачей было сдерживать инфляцию, и в целом она сделала немало, чтобы рубль не обвалился, а инфляция не стала критической — несмотря на войну и санкции. Многие независимые экономисты признают за ней именно это. Поэтому ближайшие полгода во многом зависят от того, кто встанет на ее место и какую политику и риторику выберет будущий ЦБ. Думаю, что полезно обратить внимание на опыт Турции. Там власть продавила снижение ставок при разгоняющейся инфляции — то есть сделала ровно то, чего от российского ЦБ сейчас добиваются. Итог: лира обвалилась, инфляция взлетела до десятков процентов, на пике это было около 80–85%, жизнь резко подорожала. Судя по всему, сейчас подписывается соглашение между США и Ираном. Если Ормузский пролив действительно откроется и иранская нефть, да и нефть всего региона, начнет свободно продаваться, у российского бюджета станет еще больше проблем: нефти на рынке больше, цены ниже, а российская нефть и без того идет с дисконтом из-за санкций — значит, принесет еще меньше денег. Это еще один удар по бюджету, который и так в глубоком дефиците: за январь–май набралось около 6 трлн рублей — больше, чем закладывалось на весь год. И если сложить все вместе — высокую ставку, дорогой долг, урезаемые социальные расходы, падающую нефть, неясность с главой ЦБ, горящие сейчас НПЗ — для российской экономики это выглядит как надвигающаяся катастрофа. 🖤 Я готовлю большой материал о том, что я лично рекомендую делать моей семье в России. Это не значит, что я права, но это то, что я выбираю для самых близких и делала бы сама в их ситуации. Надеюсь, что он будет полезен для вас.

В последнее время снова очень много вопросов об индивидуальной работе. Я беру очень мало людей, чтобы иметь возможность качественно сфокусироваться на каждом отдельном контексте. Если вы хотели бы поработать со мной лично и подробно разобрать или создать с нуля именно вашу финансовую стратегию — заполните эту форму и я свяжусь с вами, когда у меня будет возможность взять в работу новых людей.

🖤 Высокая ключевая ставка Часть 2/3 Прежде чем идти дальше, разберу идею, которую мне регулярно пишут в комментариях: «в Европе по вкладу дают 1–2%, а в России 14–15%, в России держать деньги выгоднее». К сожалению, она говорит о том, что многие люди не имеют даже самого базового представления о том, как работает монетарная политика. Высокий процент по вкладу — это не щедрость банка, а цена риска. Деньги дорого стоят именно потому, что рубль может быстро обесцениться, инфляция чрезвычайно высокая, страна под санкциями. Высокий процент я бы рекомендовала читать как «здесь все настолько неустойчиво, что иначе деньги в банках бы просто не удержали». Центробанк не назначает ставку с потолка — он смотрит на инфляцию и на то, что экономике нужно прямо сейчас. И в зависимости от этого ставка относительно инфляции работает по-разному. Когда задача — сбить высокую инфляцию, ставку поднимают выше нее: деньги дорожают, занимать и тратить тяжелее, экономика остывает. Так в 2022–2023 годах действовали и ФРС, и ЕЦБ. А когда инфляция уже у цели или экономику, наоборот, надо поддержать, ставку держат вровень с инфляцией или даже ниже нее: деньги дешевеют, бизнес и люди охотнее берут в долг, экономику подталкивают. На Западе так было почти весь прошлый десяток лет. В России это уравнение применять труднее, потому что настоящей инфляции мы не знаем. Когда официальную инфляцию подают как довольно низкую — около 5% — а ставку при этом держат под 14–15%, сам этот разрыв говорит за себя. Центробанк сейчас стоит перед труднейшим выбором и от него будет зависеть очень много для экономики страны. Все начинается с бюджета. Государство тратит на войну огромные деньги, и этот поток вливается в экономику, разгоняя спрос и цены. Чтобы инфляция не вышла из-под контроля, Центробанк вынужден держать ставку высокой. То есть высокая ставка здесь — это попытка удержать под контролем цены, которые иначе полетели бы вверх еще сильнее. Но та же высокая ставка, которой сдерживают инфляцию, душит все остальное. Дорогие кредиты бьют по гражданскому, несырьевому бизнесу: под 18–22% годовых невозможно ни расширяться, ни перезанимать, чтобы погасить старые долги. Получается развилка без хорошего выхода. Снизить ставку — вернуть инфляцию и обвалить рубль. Держать высокой — дальше душить экономику. Выглядит ситуация так, что больно будет в любом случае, разница лишь в том, кто за это заплатит. Но для воюющей страны есть еще один и особенно важный контекст. Государство тоже занимает деньги — федеральный бюджет через гособлигации, регионы через свои облигации и банковские кредиты. Значит, каждый новый рубль долга обходится государству дороже, ровно как бизнесу дорогой кредит. В 2026 году только на обслуживание федерального долга уходит около 3,9 трлн рублей — это больше, чем расходы на образование и здравоохранение вместе взятые. Так что высокая ставка бьет и по самому бюджету, а вовсе не спасает его. 🖤 Это 2/3 часть текста. В ближайшее время я продолжу.

🖤 Высокая ключевая ставка Часть 1/3 Я давно хотела разобрать тему ключевой ставки — и сейчас, кажется, лучший момент, потому что вокруг нее сошлось сразу несколько сюжетов. С одной стороны, в контексте России все обсуждают необходимость снижения ставки, чтобы спасти бюджет и бизнес. С другой — война между США, Израилем и Ираном, в связи с которой по всему миру снова растет инфляция, и это требует повышения ставки. По сути, тема ключевой ставки прямо сейчас касается почти всех, где бы человек ни жил, и я попробую объяснить почему. Начну с того, что происходит в мире. Война на Ближнем Востоке и перекрытие Ормузского пролива — через него идет заметная часть мировой нефти — этой весной разогнали цены и потянули за собой инфляцию по всему миру. 11 июня Европейский центробанк впервые за три года поднял ставку. До этого он восемь раз подряд ее снижал. То есть даже там, где деньги последние годы дешевели, инфляция заставила снова поднимать ставку. Но я хочу показать вам основную механику на примере России. Если отстраниться от эмоций по поводу того, что происходит со страной, то в экономическом контексте ситуация вокруг рубля и ключевой ставки сейчас очень качественно отражает ее механизм. В России сошлось все: и военный дефицит бюджета, и зажатая между двух политических огней ставка, и удар по нефтяным доходам, и серьезнейшие проблемы у бизнеса. Начнем с базовых понятий. Ключевая ставка — это процент, под который Центробанк дает деньги коммерческим банкам. По сути это оптовая цена денег в стране: ни один банк не выдаст вам ипотеку, а бизнесу кредит дешевле, чем сам взял у ЦБ, плюс своя наценка сверху. Поэтому от ставки пляшет почти все. Поднимается ставка — дорожают кредиты, ипотека, займы для бизнеса, люди и компании меньше берут в долг и меньше тратят, спрос остывает, рост цен замедляется. Снижается — деньги дешевеют, тратить и занимать легче, спрос разгоняется, и инфляция вместе с ним. Высокая ставка — это намеренный тормоз, а не признак того, что в экономике все хорошо. Когда деньги дорогие, бизнес не берет кредит на свое развитие, расширение и наем людей. То есть он не вкладывается и не создает рабочие места, экономика сознательно охлаждается. Но высокая ставка — это лекарство с тяжелыми побочными эффектами. 🖤 Это 1/3 часть текста. В ближайшее время я продолжу.

🤩 США и Иран достигли соглашения о мире Об этом говорит премьер-министр Пакистана (и так как это не Трамп, кажется, этим словам можно доверять). По его словам, официальная церемония подписания мирного договора состоится в пятницу, 19 июня, в Швейцарии.

🕊️ AI по паспорту. Кто решает, кому доступна самая мощная модель? 9 июня Anthropic выпустила Claude Fable 5 — публичную версию своей самой мощной модели, того класса Mythos, который компания раньше боялась отдавать в открытый доступ. Я успела протестировать ее на двух своих проектах и поразилась, насколько это другое качество по сравнению с прошлой моделью. 🌫️ Fable прожила в открытом доступе три дня. 12 июня правительство США директивой в режиме экспортного контроля запретило доступ к ней любому иностранному гражданину — внутри и вне США, включая иностранных сотрудников самой Anthropic. Исполнить такое можно было только одним способом: отключить модель для всех. Anthropic с этим спорит и называет произошедшее недопониманием, но модель все равно выключена. 🌫️ Чтобы пускать одних и не пускать других, нужно знать, кто сидит по ту сторону экрана: гражданство, личность, паспорт. То есть верификация. И это уже не гипотеза: OpenAI с 2025 года требует подтверждать личность государственным документом и живым селфи для доступа к топ-моделям, а на уровне политики всерьез обсуждают «знай своего клиента» для облачных мощностей. Скажу честно про свою позицию: я скорее за порог входа на самых верхних уровнях возможностей. Сильные модели — технология двойного назначения, и полностью анонимный доступ для каждого это реальный риск. Но Fable показал и обратную сторону. Та же инфраструктура отсекла людей по паспорту, а не по делу, и по спорному, по словам самой компании, основанию. А еще верификация привязывает твои разговоры с сильным AI к твоей личности — безопасность и приватность тут тянут в разные стороны. 🌫️ И, собственно, зачем я это пишу. Доступ к самым мощным моделям — это, по сути, доступ к усилителю возможностей. Если он раньше и шире достается тем, кто и так выше по статусу и капиталу, разрыв с остальными только растет. Так верификация на входе становится вопросом не только безопасности, но и неравенства. Думаю, что нам всем имеет смысл задуматься о том, где проходит граница между безопасностью и контролем и кто принимает эти решения. Скорее всего именно эта точка станет центральной в контексте неравенства ближайшего десятилетия.