Башни Федерации

Во Франции старшеклассники вышли на улицы, требуя учителей и ремонта школ. Протесты начались в сентябре в пригородах Парижа и распространились по стране. Часть акций переросла в поджоги и столкновения с полицией. Теперь профсоюзы призывают к забастовке 8 октября, а студенты Sciences Po блокируют институт в поддержку лицеистов. Политикам не нужно придумывать причины недовольства. Отсутствующий преподаватель – понятный повод протестовать. Дальше начинается борьба за то, куда направить этот протест. Ученик требует учителя, профсоюз добивается уступок, партия рассчитывает ослабить правительство. Они могут действовать вместе, не преследуя одинаковых целей. На закрытом правительственном совещании спецслужбы, по сообщениям прессы, приписали организацию протестов «Непокорившейся Франции» – LFI – и связанным ультралевым структурам. Партия обвинения отрицает. Ее открытая поддержка школьников помогает укреплять позиции среди молодежи, но одновременно связывает ее с погромами. Основания говорить об осознанном усилении движения есть. Доказательств управления каждым поджогом нет. Для LFI насилие обоюдоостро. Горящие школы отталкивают сторонников. Тяжелые ранения подростков позволяют привлечь тех, кто прежде не поддерживал протест. После потери кисти 15-летним лицеистом в Лансе МВД приостановило применение светошумовых гранат против школьников. Теперь протестуют не только против условий учебы, но и против действий полиции. 6 октября в соцсетях разошелся ролик из церкви Сен-Илер в Суллане, в департаменте Вандея. Подростки сняли себя под рэп с упоминаниями исламистских террористов. Они подпевают строкам о Мохаммеде Мера, убившем трех военных, учителя и трех детей еврейской школы, и Салахе Абдесламе, участвовавшем в парижских терактах 2015 года. В треке упоминается «Батаклан» – концертный зал, ставший одной из целей нападения. Такие кадры заслоняют школьные требования. Зритель запоминает не отсутствующего учителя, а подростков, развлекающихся именами убийц. Даже если это эпатаж, проблема остается. Террористическим образам уже необязательно убеждать – достаточно развлекать. Разговор об исламизации Франции требует более широкой основы. Доклад МВД о «Братьях-мусульманах» (организация признана террористической, ее деятельность запрещена в России) описывает работу политического исламизма через ассоциации, религиозные объединения и школы. Это не доказательство его роли в протестах. Но вопрос о том, кто становится авторитетом для молодежи, нельзя свести к школьному бюджету. Долговые трудности ограничивают возможности уступок. Власти должны обеспечить учебу, остановить погромы и отвечать за действия полиции. Их противникам достаточно объединить эти претензии в одно обвинение. Если школьный протест станет общим движением против кабинета, возвращение учеников в классы уже не завершит конфликт. Подпишись на Башни

Касым-Жомарт Токаев принял Тимура Турлова, и в этой встрече важен не повод, а статус собеседника.   Формально президент Казахстана поздравил нового главу FIDE и обсудил задачи национальной шахматной федерации: сборные, молодые таланты, инфраструктура в регионах, крупные турниры в стране.   Турлов получил казахстанское гражданство в 2022 году, отказавшись от российского, а за четыре года стал одним из немногих предпринимателей, с которыми Токаев разговаривает о задачах государственного уровня напрямую и публично.   Это и есть ключевая деталь. У Токаева давно идёт собственное строительство элиты и Турлов в ней занимает заметное место: строительство дата-центров, образовательные проекты государственных масштабов, проект в искусственном интеллекте с Nvidia на $2 млрд, быстрый рост самого Freedom банка, который сейчас третий по объему платежей в стране и уже имеет системную  значимость для республики Казахстан, а теперь ещё и кресло президента международной федерации. Каждый такой актив президент сопровождает лично, телеграммой или приёмом.   Иск Генпрокуратуры России к Турлову, поданный 24 сентября, в Астане прочитали именно в этой логике, как претензию к человеку из ближнего круга. Ответом стала встреча в администрации с официальной публикацией и отдельной благодарностью за «особое внимание и поддержку». В транзитных раскладах это сигнал и довольно открытый. Подпишись на Башни

Дагестан постепенно расширяет практику, при которой небольшие инфраструктурные проекты определяются не только республиканскими ведомствами, но и самими жителями. В 2026 году по программе «Местные инициативы» реализуются 50 проектов в 22 муниципальных образованиях. Один из примеров - Мунинская школа в Ботлихском районе. Здесь завершили капитальный ремонт пищеблока и благоустройство территории. Стоимость работ превысила 7,2 млн рублей, причем 2,2 млн рублей привлекли от меценатов. В этом и состоит конструкция проекта. Республика дает финансовую основу, муниципалитет отвечает за реализацию, жители выбирают проблему, которую считают наиболее важной, а местный бизнес может дополнительно вложиться в ее решение. Таким образом бюджетное финансирование соединяется с инициативой снизу. Для Дагестана такой механизм имеет отдельное значение. Республика состоит из большого количества небольших населенных пунктов, в том числе удаленных и горных. Крупные государственные программы не всегда способны быстро закрывать локальные вопросы - ремонт школы, благоустройство двора или создание небольшого общественного пространства. Именно такие проекты люди замечают в повседневной жизни в первую очередь. Масштаб программы постепенно растет. За 2019-2025 годы в Дагестане поддержали 536 проектов общей стоимостью более 2,9 млрд рублей. Поэтому речь уже идет не об отдельных удачных примерах, а о формировании постоянного механизма развития муниципальной инфраструктуры. Отдельный акцент руководство республики делает на социальной инфраструктуре и условиях для детей. Но главный эффект «Местных инициатив» заключается еще и в другом: жители получают возможность увидеть связь между собственным участием и конкретным результатом. Если этот механизм продолжит расширяться, он может стать для Дагестана одним из инструментов, позволяющих решать небольшие местные проблемы быстрее, чем через традиционную административную вертикаль. Подпишись на Башни

Среди казахстанских предпринимателей трудно найти фигуру, настолько встроенную в государственную повестку, как Тимур Турлов. Основатель Freedom Holding входит в ближний круг Касым-Жомарта Токаева, его структуры участвуют в стратегических проектах республики от телекома до дата-центров, а на китайском и американском направлениях он работает в связке с президентом. С 26 сентября к этому добавился статус главы FIDE, полученный на выборах в Самарканде вместо Аркадия Дворковича. Именно к такому человеку Генпрокуратура за два дня до тех выборов предъявила иск об обращении в доход государства активов на сотни миллионов долларов. Заявление попало в Тверской суд Москвы 24 сентября, беседа назначена на 15 октября. Соответчиками записаны американская Freedom Holding Corp., кипрская Freedom Finance Europe, W-Empirical Holding и партнер Турлова Аркадий Щукин. Первое, что бросается в глаза, это несовпадение предмета и юрисдикции. Российские брокера и банк группа продала в феврале 2023 года с согласия ЦБ, покупатели переименовали их в «Цифра брокер» и «Цифра банк», а казахстанское гражданство Турлов получил в 2022-м, отказавшись от российского. Все его реальные активы находятся в Казахстане, холдинг котируется на Nasdaq, и ни один из этих периметров районный суд Москвы не достает. Механизм взыскания, судя по утечкам, в иске не описан. Второе, это адресат. Претензия к человеку из окружения президента Казахстана считывается в Астане не как спор хозяйствующих субъектов, а как сигнал, и вопрос только в том, был ли этот сигнал задуман. Здесь два сценария. Первый предполагает инициативу конкретной группы внутри силового блока, которой не понравилось, что кресло Дворковича досталось казахстанцу, и которая оформила раздражение в юридическую форму без оглядки на внешнеполитический контекст. В пользу этой версии говорит тайминг и слабая проработка предмета. Второй сценарий, осознанное давление на Астану через близкого к президенту бизнесмена, выглядит менее вероятным: Казахстан остается стратегическим партнером, Токаев как раз сейчас объясняет Брюсселю, как выстраивать отношения с Москвой, и портить такой фон ради иска с нулевой перспективой исполнения нерационально. Для Астаны разница между сценариями невелика, поскольку в обоих случаях требуется реакция. Индикаторы на ближайшие недели: примет ли Тверской суд дело к производству после беседы 15 октября или вернет заявление, появится ли официальный комментарий Кремля и последует ли ответ казахстанского МИД или Акорды, пусть и в непубличной форме. Если дело тихо развалится, это подтвердит версию о локальной самодеятельности, а если нет, разговор о российско-казахстанских отношениях придется вести на другом уровне. Подпишись на Башни

Почитать на выходных✍🏻 АЛЬТЕРНАТИВНАЯ СТРАТЕГИЯ ОБЕСПЕЧЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ. Часть 1   Часть 2 Часть 3 Часть 4 Читать целиком Представленная стратегия не будет требовать тотальных блокировок и при этом выведет информационную и когнитивную безопасность страны на совершенно новый качественный уровень, значительно расширит оборонительные и наступательные возможности России в информационной сфере, снизит общественную напряженность и будет выгодна абсолютно всем: и государству, и рос.бизнесу, и всему российскому обществу, и каждому отдельному пользователю. ПРОБЛЕМАТИЗАЦИЯ   Текущая стратегия цифровой крепости имеет ряд стратегических недостатков, которые ведут к снижению конкурентоспособности России как мировой державы и в конечном итоге ослабляют её национальную безопасность. Перечислим часть проблемных вопросов, вызванных текущей стратегией.   1. Снижение навыков информационного противоборства. Оборона за периметр информационного пространства заменяет борьбу в войне смыслов, что ведёт к постоянному снижению конкурентоспособности. 2. Потеря инструментов мягкой силы и возможностей внешнего информационного влияния, в том числе на русскоязычных пользователей.   3. Ослабление информационного иммунитета и когнитивной устойчивости населения в условиях роста пользователей прокси и VPN, доступа к антироссийским нарративам без получения контраргументов в той же среде.   4. Снижение общественного доверия к государству в связи с непопулярностью принимаемых решений, рост общественной и политической напряженности. 5. Создание долгосрочной уязвимости и слабого места в политической картине мира российских граждан, удобного для постоянного давления нарративов условного противника. 6. Снижение навыков информационной разведки и возможностей раннего предупреждения возникающих угроз в смысловом и нарративном пространстве, своевременного принятия мер информационного упреждения. 7. Замедление технологического развития страны, вызванное снижением доступа к открытым исходным кодам, API, библиотекам и разведывательной коммуникации с мировым профессиональным сообществом разработчиков IT и ИИ. 8. Потери бизнеса и снижение устойчивости цифровой экономики, вызванные побочным ущербом от блокировок и ограничений. 9. Риски разрушения инфраструктуры Рунета, потери доступа к жизненно важным интернет-ресурсам, снижение кибербезопасности и защищённости корпоративных связей, вызванные блокировками VPN, с параллельной стимуляцией разработки и использования всё более опасных средств обхода. 10. Потеря общественного доверия к государственному регулятору и самой процедуре регулированию. Массово невыполняемый запрет, в том числе представителями государства, превращает регулирование в профанацию, подталкивая общество к дальнейшей радикализации информационного поведения.   Вместе с тем Российская Федерация за последние годы действительно столкнулась с беспрецедентным в истории по своему объему, накалу и возможностям информационным и другим давлением в рамках гибридной войны, целью которого безусловно является нанесение стратегического поражения России. При этом количество сил и средств, выделяемых западными странами в данной области, несопоставимы с российскими.   Единственный путь, который ведет к полноценному обеспечению информационной безопасности государства, когнитивной и ментальной безопасности населения и к победе в информационной войне в сложившихся условиях, это победа качественных характеристик над количественными, что подразумевает переход в интеллектуальную и нравственную надпозицию (манёвром вверх) в самой системе координат и логике информационного противоборства.   Такой переход в надпозицию позволит сделать государство и общество способными жить в открытом информационном пространстве, обнаруживать угрозы, локализовывать их и побеждать в конкуренции смыслов при любых погодных медиаусловиях.   При этом сама архитектура информационной безопасности будет напоминать не крепостную стену, а иммунную систему живого организма: сможет отличать опасное от безопасного, учиться на новых угрозах, сохранять обмен с внешней средой, вырабатывать иммунный ответ и при этом не разрушать собственный организм ради уничтожения угрозы.   МЕТОДОЛОГИЯ   Базовой методологической основой новой стратегии являются:   1. Переход к обеспечению безопасности самой структуры информационного пространства Российской Федерации, реструктуризация информационных потоков контента, цифровых следов и персональных данных.   2. Создание и постоянное развитие человеко-ориентированных и социально-ориентированных технологий в цифровой отрасли, максимально конкурентоспособных и привлекательных как для российского общества, так и для населения других стран.   3. Политика, направленная на повышение осознанности, субъектности и цифровой грамотности российских граждан. Активное вовлечение общества в работу по обеспечению информационной и когнитивной безопасности. Выработка иммунитета у населения к деструктивным технологическим ловушкам внимания – формирование «Золотого щита» в сознании российского гражданина.   4. Создание принципиально новой концептуальной модели, методологии и технологий ведения информационного противоборства, которые будут интеллектуально и нравственно превосходить систему координат и правила игры текущих аморальных информационных войн. 5. Окончательное цивилизационное и концептуальное самоопределение России. Формирование своего оборонительного и наступательного (в ментальном пространстве) концептуального проекта с долгосрочным стратегическим целеполагание и притягательным для умов и сердец Образом Будущего. Системное планирование и конкретные последовательные шаги для построения этого Будущего.   ТЕХНОЛОГИЧЕСКИЙ ФУНДАМЕНТ   Для начала зафиксируем базовые технологии (1 и 2 пункты), которые могут лечь в основу новой стратегии обеспечения информационной безопасности России. Назовём первые семь из них:   Первая технология   Информационно-технический перехват и сторонняя перенастройка рекомендательных лент зарубежных цифровых платформ Продолжение Ещё больше оригинальных идей на канале ЧЕЛОВЕК @Rise_of_Man

Дальний Восток рулит! Теперь вместе с Арктической зоной Российской Федерации 🇷🇺ДФО и АЗРФ (Дальневосточный федеральный округ и Арктическая зона Российской Федерации) в фокусе внимания Президента Владимира Путина. Выступление на первом пленарном заседании Госдумы нового созыва, дискуссионный клуб "Валдай" - везде Дальний Восток и Арктика в повестке главы государства. 💬Оценка работы команды ДФО и АЗРФ (руки Президента и там, и там - вице-премьер Юрий Трутнев) высока:Мы знаем ситуацию на Дальнем Востоке, в Арктике, но нам удалось ситуацию нормализовать, развивать этот регион активно. Больше того, там многие показатели выше, ключевые показатели выше, чем в целом по стране, - Владимир Путин на пленарном заседании ГД РФ. Или уже в рамках дискуссионного клуба "Валдай":Что касается нашего сотрудничества и наших усилий по развитию Дальнего Востока, то они носят целенаправленный характер и осуществляются в течение уже многих лет. Это касается и Восточной Сибири, и Дальнего Востока, и Арктики. Мы создали там действенную систему - и работающую, надо сказать, систему - преференций для нашего и для иностранного бизнеса, для наших потенциальных сегодняшних и будущих партнеров, инвесторов. 💬Практики, которые использовались для ускоренного развития ДФО, теперь применяются в АЗРФ. Главная связка (и одна из главных целей) - Трансарктический транспортный коридор. В Светлогорске Калининградской области прошел первый Международный форум портовых городов, где Трансарктический транспорный коридор стал главной темой. На заседании Совета при Морской коллегии помощник Президента России Николай Патрушев акцентировал:В соответствии с поручениями Президента Российской Федерации в настоящее время Правительством Российской Федерации совместно с Морской коллегией ведется разработка комплексного проекта "Развитие Арктической зоны и Трансарктического транспортного коридора".Вице-премьер Юрий Трутнев пояснил, что речь идет о создании единой системы маршрутов, включающей в себя Северный морской путь, связанные с ним внутренние водные пути и объекты транспортной инфраструктуры. ☝️Важно, что все планы сшиты с развитием инфраструктурным, промышленным и социальным. Проще говоря, Трансарктический транспортный коридор станет локомотивом улучшения условий жизни людей в Арктической зоне. Как и сказал Президент, ДФО удалось добиться опережения по ключевым показателям, теперь очередь Арктики.

Вчерашний Валдай Путин начал с неприятной для всех сторон мысли: война может начаться не потому, что кто-то решил ее начать, а потому, что в какой-то момент уже нельзя будет остановиться. В речи почти не было обещаний и новых доктрин. Зато была попытка обозначить пределы. Калининград назван точкой, где прямое столкновение с НАТО поднимает вопрос о применении всех средств. Одновременно Путин отдельно сказал, что Россия не собирается «завтра» бить по европейским предприятиям, поставляющим оружие Украине. Такая оговорка важнее, чем кажется. Москва повышает цену прямого вмешательства, но не закрывает себе дорогу к будущему торгу. В этом и состоит реальная конструкция Валдая. Россия не предлагает паузу, после которой останутся санкции, поставки оружия и военная инфраструктура у ее границ. Но она показывает, где готова остановить расширение конфликта, если появится разговор о взаимных ограничениях. Главная тема речи – не Украина сама по себе, а отсутствие правил. Старые институты больше не работают так, как работали после 1945 года. Новые никто не написал. В этом вакууме каждая сторона стремится ответить на давление, не уступить и не показать слабость. По отдельности такие шаги выглядят рационально. Вместе они запускают спираль, которой вскоре управляет уже не политика, а инерция. Путин несколько раз возвращался к эскалации не как к угрозе в телевизионном жанре, а как к механике. Самая опасная война начинается не с приказа, а с ошибки в оценке чужих намерений. Одна сторона считает свои действия сдерживанием, другая – подготовкой к удару. Затем обе повышают ставки, а времени на объяснения уже не остается. Здесь же уместна его отсылка к Ленину. «Нельзя за деревьями не видеть леса», – сказал Путин, сославшись на «известного классика отечественной политической мысли». Формула почти повторяет заголовок ленинской статьи 1917 года «За деревьями не видят леса», написанной в споре с Мартовым о вопросе власти. Не стоит искать здесь анонс нового Октября. Смысл в другом. Путин предлагает не увязать в отдельных эпизодах – ударах, санкциях, беспилотниках и спорах вокруг судоходства на Балтике. Для Москвы «лес» – это борьба за устройство Европы после ослабления американской монополии на безопасность. В этой логике понятна и оговорка о европейских военных предприятиях. Само снабжение Киева Путин отделил от прямого участия европейских стран в ударах по России. Граница проведена не по контрактам, а по степени вовлечения. Это приглашение к торгу, но не обещание, что граница останется неизменной. Разговор об искусственном интеллекте продолжает ту же линию. Речь шла не только об автономном оружии. ИИ ускоряет работу армии, чиновников, корпораций и медиасистем. В ядерном кризисе опасен неверный расчет. В цифровом – ситуация, когда алгоритм подталкивает человека к решению раньше, чем он успевает оценить последствия. «Цифровой тоталитаризм» здесь – риск утраты контроля над технологией, на которую государство само начинает опираться. Валдай показал, что Москва не рассчитывает на возврат к прежнему миру. Она готовится к долгому периоду давления, сделок и локальных кризисов. Но выход для оппонентов оставляет: признать, что безопасность нельзя строить на чужой уязвимости. Такие разговоры обычно начинают поздно. Все уже видят лес, но дорогу из него потеряли. Подпишись на Башни

Как минимум десять VPN-сервисов за последнюю неделю сообщили о новой волне ограничений в России. У части пользователей соединение перестало устанавливаться, у других блокировки затронули все зарубежные локации и целые пулы IP-адресов. Один из сервисов за пять дней восемь раз менял серверы. Формально это очередной этап борьбы с обходом ограничений. Фактически РКН все глубже вмешивается в саму архитектуру доступа к сети. Государство вправе защищать критическую инфраструктуру, персональные данные, финансовые сервисы и каналы связи. Проблема начинается там, где ограничение перестает быть адресным. Вместе с VPN под удар попадают хостинги, корпоративные соединения, открытые библиотеки, облачные сервисы и профессиональные инструменты, которые работают в тех же сетях и используют те же IP-диапазоны. Для обычного пользователя это не выглядит как мера безопасности. Он видит очередной сбой и не понимает его причин. Для бизнеса это еще один риск, который нельзя заранее просчитать. Для разработчика – напоминание, что доступ к внешней профессиональной среде зависит не только от компетенций, контрактов и цены сервиса, но и от очередной перенастройки фильтрации. Тотальная борьба с VPN почти неизбежно превращается в технологическую гонку. Сервисы меняют серверы, адреса и протоколы. Регулятор расширяет фильтрацию. Пользователи осваивают новые способы обхода. Каждый следующий раунд требует больше ресурсов, но не решает исходную задачу. Он лишь делает обход привычной частью цифрового поведения. В этом и состоит слабое место логики «цифровой крепости». Она предполагает, что угрозу можно остановить на границе сети. Но современный интернет не устроен как территория с одним входом. Это система взаимосвязанных сервисов, облаков, протоколов и профессиональных сообществ. Чем шире фильтр, тем выше вероятность, что он заденет собственную инфраструктуру. Есть два подхода к информационной безопасности. Первый строится на периметре: не пропускать, ограничивать, отключать. Второй работает как иммунная система: отделять опасное от полезного, видеть новые риски, не обрывать обмен с внешней средой. Второй путь сложнее. Он требует качественной модерации, понятных правил, конкурентных российских сервисов и доверия к тому, как принимаются решения. Зато он не превращает собственную цифровую среду в побочный ущерб борьбы с внешними угрозами. Блокировки сами по себе не создают цифровой суверенитет. Суверенитет появляется там, где российская инфраструктура выигрывает конкуренцию по скорости, надежности и удобству, а не там, где у пользователя становится меньше маршрутов. Если отечественная платформа держится только на недоступности альтернатив, она получает аудиторию, но не лояльность. Нынешняя волна важна не количеством недоступных VPN. Она показывает, что регулятор тестирует более жесткую модель управления сетью – через крупные инфраструктурные сегменты, а не через отдельные сервисы. Для ЛПР ключевой индикатор на ближайшие месяцы – рост жалоб не только на VPN, но и на корпоративные, облачные и профессиональные ресурсы. Если этот фон станет постоянным, борьба за периметр начнет снижать качество самого Рунета. Подпишись на Башни

Дагестан пытается выйти за пределы привычной для региона модели экономики, где основными источниками роста остаются бюджетные вложения, строительство, сельское хозяйство и сфера услуг. До конца 2026 года в республике планируют завершить два крупных промышленных проекта общим объемом инвестиций 3,4 млрд рублей. Первый проект реализует «Салаватстекло Каспий». Предприятие запускает производство листового стекла с мягким покрытием, что позволит расширить ассортимент и увеличить мощности до 12 млн квадратных метров продукции в год. Из 2,049 млрд рублей инвестиций уже освоено 1,9 млрд, создано 34 рабочих места. Второй проект связан с производством импортозамещающих стеклянных нитей марки ЕС и текстильных материалов. Инвестором выступает Каспийский завод стекловолокна. В проект планируется вложить 1,4 млрд рублей и создать 100 рабочих мест. Количество новых рабочих мест может показаться небольшим относительно объема вложений. Однако речь идет о капиталоемких производствах, где значение имеет не только численность персонала, но и глубина переработки, технологический уровень и создание промышленной цепочки. Листовое стекло, стекловолокно и материалы на его основе востребованы в строительстве, энергетике, транспорте и ряде других отраслей. Один крупный промышленный проект в этом году уже запущен. Индустриальный строительный комплекс «Каспийск», созданный компанией «РОВНА», обошелся инвестору в 1,43 млрд рублей и обеспечил 125 рабочих мест. Всего в реестре значимых отраслевых проектов Дагестана находятся восемь инициатив стоимостью более 20 млрд рублей. В перспективе они должны создать около 3,1 тыс. рабочих мест. Это пока не промышленный переворот, но уже попытка сформировать в республике устойчивый производственный контур, который не зависит исключительно от бюджетного строительства и потребительского спроса. Главный вопрос теперь не в том, удастся ли торжественно открыть предприятия до конца года, а в том, смогут ли они закрепиться на рынке, получить долгосрочные заказы и сформировать вокруг себя сеть поставщиков. Именно это отличает полноценную промышленную политику от набора отдельных инвестиционных проектов. Подпишись на Башни

Минфин внес в правительство бюджетный пакет на 2027–2029 годы. Ведомство предлагает применять шкалу НДФЛ до 22% к процентам по вкладам, дивидендам и доходам от ценных бумаг. В том же пакете – НДС 22% на зарубежные заказы через маркетплейсы и сбор 100 рублей с посылки дешевле 200 евро. С 1 октября средний коммунальный платеж вырастет на 9,9%, а с января 2027 года снова проиндексируют утильсбор. Утильсбор повысят по графику 2024 года. Индексацию ЖКХ с июля перенесли на октябрь заранее. После выборов власти не придумали эти расходы заново. Они собрали в одной неделе старые решения и новый пакет Минфина: налог на доходы от вкладов и дивидендов, НДС на зарубежные заказы, сбор с посылок. Каждая из мер уже вызывает раздражение. Рост ЖКХ люди видят в квитанции, а утильсбор – в ценнике автомобиля. Налог на проценты по вкладам и сбор с посылок для многих выглядят как очередной заход в деньги, которые остались после обязательных платежей. К этому приспосабливаются: откладывают покупку машины, выбирают технику дешевле, реже заказывают товары из-за рубежа. Осенью эти решения начнут приходить по очереди. В октябре вырастет коммунальная квитанция. С 1 декабря на рынок выйдет электроника с технологическим сбором. С января поднимется утильсбор. Если парламент поддержит предложения Минфина, налоговый режим изменится для доходов по вкладам и дивидендам, а зарубежные заказы получат НДС и фиксированный платеж. Один доход должен покрыть жилье, технику, транспорт, сбережения и покупки. Налог на доходы от вкладов и дивидендов – наиболее чувствительная часть пакета. Минфин предлагает распространить на эти доходы шкалу НДФЛ 13–22%, хотя сейчас для них применяют ставки 13–15%. Прямой эффект понятен: у вкладчика с большим процентным доходом останется меньше денег после налога. Непрямой эффект сложнее. Решение о том, хранить деньги в банке, тратить или переводить в другие активы, зависит от ставок, инфляции и доверия к финансовой системе. Одна налоговая поправка не направит накопления в производство. За НДС и сбор с зарубежных заказов сначала заплатит маркетплейс или продавец. Затем этот расход войдет в цену или комиссию. Конечный плательщик – покупатель. Сто рублей мало меняют цену дорогой вещи, но заметнее для зарядки, детской одежды, аксессуаров, расходников и недорогой электроники. Сбор ложится на мелкий регулярный импорт, а не на роскошь. Технологический сбор пройдет тот же путь. Его перечислят импортер или производитель, но в магазине он окажется внутри ценника. При наличии сведений о бренде и модели в системе маркировки ставка составит 250 рублей за смартфон и 500 рублей за ноутбук; без таких сведений – 496 и 992 рубля. Покупатель оплатит сам сбор и издержки на выполнение новых требований. В 2027–2029 годах дефицит федерального бюджета планируют на уровне примерно 2% ВВП ежегодно. Для бюджета это поиск доходов. Для семьи – несколько новых и выросших платежей в коротком промежутке. Если из-за них люди сократят расходы на технику, автомобили, заказы и повседневное потребление, слабый спрос станет проблемой уже не для покупателя, а для всей экономики. Подпишись на Башни