e m p a t h y

когда ты впервые пошутила про своё желание «оседлать» его бицепс, валко подумал, что ты просто пытаешься быть милой. больше он над тобой не смеялся. валко лежит на кровати, одна его массивная рука находится под тобой. напряжённый, жилистый бицепс выпирает так, словно был создан специально для этого. другой рукой валко держит тебя за бедро, пока ты прижимаешься влажным лоном к твёрдому изгибу его мышц. — чёрт, только посмотри на себя… — он выдыхает тяжело, голос звучит ниже. уши дёргаются, он стучит хвостом по матрасу. — используешь мою руку, словно это игрушка. ты просто невероятна, малышка. ты уже вся влажная. каждое движение бёдер заставляет твой клитор ещё плотнее прижиматься к его бицепсу. трение настолько сильное, что ты не можешь сдержать всхлипа. валко смотрит на тебя голодными глазами, намеренно напрягая мышцу под тобой, чтобы усилить давление. он огромный. его массивная рука между твоими бёдрами заставляет тебя чувствовать себя маленькой и развратной в самом лучшем смысле. одной рукой ты опираешься на его плечо, другой хватаешься за запястье, чтобы хоть как-то удержаться. твои движения становятся быстрее, сопровождаемые томными, жаркими стонами. валко рычит так, словно это он сейчас испытывает такое ошеломляющее удовольствие. свободной рукой он скользит выше, обхватывает твою грудь ладонью. большим пальцем он ласкает твой сосок, пока его хвост неистово дёргается, громко стучит по кровати. — да, чёрт… давай, — его голос надламывается. — используй меня. двигайся так, да… господи, ты вся течёшь. любое движение его руки заставляет тебя вздрагивать всем телом. его мышцы твёрдые, как камень, и скользкие от твоего возбуждения. и то, как ты покачиваешься на нём, а влажные складки скользят по его бицепсу, то, как валко смотрит на тебя таким взглядом, словно ты самая горячая женщина, которую он когда-либо видел в жизни, — это сводит с ума вас обоих. мужчина дышит тяжело, уши прижаты к макушке, а щёки раскраснелись. он выглядит слишком гордым, когда ты достигаешь пика благодаря его руке, словно это твоя самая любимая игрушка. и честно говоря, возможно, так оно и есть. cr: lvl1l1

— быть хорошим – значит побеждать зло, — говорит однажды сайлус. но для тебя он абсолютно безобиден. — ты не хороший. ты просто приручен. зверям не место в клетках. они все ещё следуют иерархии, самки по их правилам всегда ценны и уважаемы. таковы приоритеты в природе. звери могут потерять разум, но они никогда не пойдут против своих базовых инстинктов. — иногда, быть хорошим – значит творить зло, чтобы защищать добро. сайлус действительно безжалостен. он совершает немыслимые вещи, чтобы достичь своих целей. и он будет совершать их. мужчина уже уничтожил многих на своём пути. у сайлуса много личин: пират, босс мафии, глава чёрного рынка и торговец незаконными вещами. его могут называть как угодно, но в одном ты можешь быть уверена — он никогда не желал ничего разрушать. его главная потребность — это ты. cr: grabby-smitten

то, как калеб демонстрирует своё доминирование, не всегда связано с одной лишь сексуальностью. он всегда притягивает тебя к себе ближе, когда вы находитесь в людных местах. и если кто-то осмеливается столкнуться с вами или просто взглянуть в твою сторону, мужчина бросает предупреждающий взгляд, устраняющий любую потенциальную «угрозу». к тому же калеб никогда не стесняется обнимать тебя, тем самым защищая и опекая. мужчина постоянно хлопочет над тобой, буквально пылинки сдувает. а ещё поправляет твою причёску и макияж, если ты решаешь накраситься. — маленькая моя, позволь мне всё исправить, ладно? для тебя, — говорит он с такой мягкой, нежной улыбкой. и да, калеб всегда знает, что ты хочешь заказать из еды, поэтому с большим удовольствием сделает это для тебя. ты даже можешь не озвучивать своё предложение или просьбу, — он уже оформил заказ. потому что калеб лучше всех осведомлён о том, что нравится его девочке. в том, чтобы запомнить такие детали, нет ничего сложного, с этим он может справиться. калеб также внимательно следит за тем, чтобы ты заботилась о себе, и о том, чтобы ты всегда чувствовала себя оберегаемой, лелеемой. он ставит перед тобой тарелку с твоим любимым блюдом, выключает телевизор, чтобы ты могла подготовиться ко сну. и нет, калеб не примет отказ, не в этом случае. где бы вы ни были, калеб всегда берёт твою ладонь в свою. так ему проще помочь тебе пробраться сквозь толпу к необходимому месту, либо вовсе не потерять из виду, когда вы ходите по магазинам или стоите в очереди. а иногда, в моменты, когда в калебе просыпается необходимость напомнить тебе, что он всё ещё здесь, рядом, что он весь твой, он крепко сжимает твою руку, переплетая пальцы. и помимо всего этого калеб всегда подвозит тебя в те места, куда тебе необходимо, и забирает оттуда. полковник всегда найдёт время для своей девочки. конечно, он знает, что ты можешь сделать это сама, но зачем, если калеб может быть твоим сопровождающим, охраной и свитой в одном лице. поэтому да, ты определённо можешь забыть о том, чтобы открывать дверь самостоятельно. cr: theesteemedheathan

— прости, — бормочешь ты, опустив взгляд в пол. — ты только со смены, целый день провёл за лечением людей. не надо продолжать работать и дома. и всё же зейн с беспокойством осматривает потрескавшуюся кожу на сухих руках. крепко и бережно держит твои ладошки в своих, покрытых шрамами. и, возможно, другой человек на твоём месте даже не заметил этого, но ты видишь, как мужчина еле заметно хмурится. — не очень понимаю, за что ты извиняешься. он берёт с журнального столика баночку с мазью, проворно открывает и зачерпывает немного себе на руку. осторожными движениями, впрочем как и всегда, зейн наносит мазь на уже выцветшую сыпь, втирает лекарство в кожу. с твоих губ срывается смешок, но в этом звуке нет ни намёка на веселье. — другие люди не стали бы заставлять тебя решать проблемы, которые они сами себе создали. тебе и правда повезло, знаешь? изо всех людей застрять именно со мной. — ты вовсе не заставляешь меня делать что-то против моей воли, — в спокойном голосе зейна ты улавливаешь строгую нотку. — люди могут и не верить в это, но у меня полная свобода действий. я не обязан лечить каждого больного, которого вижу, забывая о себе. мазь попадает на участок кожи, ободранный слишком сильно, и слегка щиплет. ты невольно морщишься, прикусываешь губу и неловко ёрзаешь на диване. но подняв голову, видишь, как зейн внимательно — с нежностью и заботой — смотрит на тебя. — теперь извиниться хочу я, — говорит он. — ненавижу видеть, как тебе больно. — это моя вина. не мой я руки так часто, никого бы из нас тут не было, — бормочешь ты, покачивая ногой раздосадованно. — казалось бы, уже прошло столько времени, но я всё ещё не могу с этим справиться. просто когда я касаюсь чего-то, будучи совсем не уверенной в чистоте этой вещи, я тут же… я должна. я обязана, — всё перед глазами расплывается, и ты качаешь головой из стороны в сторону, ведь слезы не принесут тебе облегчения. — чувствую себя роботом. маленьким измученным роботом, которому в программу вшили требование мыть руки не меньше тысячи раз в день. зейн втирает остатки лекарства в кожу, осматривает твои руки, не пропустил ли он ничего — вдруг ещё осталось место, куда он не нанес мазь. лишь удостоверившись, что всё хорошо, он мягко сжимает их, кладёт на твои колени, накрывая их своими руками. большими пальцами мужчина выводит круги на тыльной стороне твоих ладоней. проходит всего несколько минут, но теперь сыпь не настолько бросается в глаза и кожа на твоих руках выглядит намного лучше. — сколько бы раз ты это не делала, тебе не надо проходить через всё это. если ты считаешь себя роботом… думай об этом, как о плановом техническом обслуживании,  — говорит зейн и улыбается тебе мягко и так по-мальчишески. — и помни, что у тебя есть свой механик, который всегда позаботится о тебе. cr: humanjarvis

каждый вечер без исключений за тобой заезжает твой возлюбленный — мужчина, что намного старше, на одном из своих винтажных автомобилей, чтобы в целости и сохранности доставить домой. и пока ты заканчиваешь дела, он лениво кружит вокруг своей машины, ждёт. на пассажирском сидении уже лежит его подарок — десятки твоих любимых цветов, собранных в роскошный букет. когда ты наконец спускаешься и садишься в машину, мужчина протягивает руку, чтобы самому пристегнуть твой ремень безопасности. для сайлуса ты — драгоценный груз, с которым нужно обращаться соответствующе. и ты знаешь, что его жилистая, горячая рука останется лежать на твоём бедре. сайлус медленно ведёт ладонью всё выше и выше. в уголках его губ прячется крохотная улыбка, когда он чувствует, как ты слегка раздвигаешь ножки. мужчина оставляет одну руку на руле, а пальцами другой проводит по твоему лону, скрытому тканью белья. ты изо все сил пытаешься делать вид, что смотришь в окно, но непроизвольно подаёшься чуть ближе, чтобы почувствовать больше касаний пальцев возлюбленного. и сайлус знает, что это любимая игра его маленькой принцессы — тебя. кончиками пальцев он подцепляет ластовицу, срывая с твоих губ лёгкий вздох, испытывая удовлетворение от того, как дразнит, как ты отзываешься. не в силах сдерживаться и терпеть более, ты отталкиваешь его руку, чтобы отстегнуть ремень безопасности. ёрзаешь по сидению, стягивая ненужное более бельё, чтобы затем отбросить его на колени своего возлюбленного. и сайлус ухмыляется лишь шире, не сводя при этом взгляда с дороги. а затем свободной рукой подхватывает твоё бельё со своего колена, подносит к носу, вдыхая запах, а затем кладёт в бардачок. откинувшись назад на сидении, ты вновь раздвигаешь ножки. сайлус смачивает пальцы слюной, прежде чем прикоснуться к твоему пылающему лону, скользнуть ладонью вдоль чувствительных складок. ты прикусываешь губу, не сводя глаз с любимого ни на мгновение. остановившись на светофоре, сайлус окидывает тебя взглядом. рубиново-алыми глазами он встречается с твоими, и в тот же миг ты ощущаешь, как пальцы мужчины скользят внутрь. одного этого ощущения достаточно, чтобы волна жара прошла по всему твоему телу. и сайлусу нравится, как ты выглядишь, пока он доставляет тебе удовольствие пальцами. когда задаёт неторопливый темп, скользит внутрь и чувствует, как ты становишься всё более влажной. как ты цепляешься за его предплечье, направляя пальцы глубже. — непослушному котёнку этого недостаточно, — улыбается мужчина, вдавливая педаль газа в пол. — мне нужно больше, пожалуйста, — шепчешь ты и сводишь бёдра вместе, льня ближе к касаниям. — раздвинь ноги пошире, милая, — требует сайлус, продолжая мчаться на большой скорости. — подожди совсем немного, котёнок, и я дам тебе то, что ты хочешь. он продолжает толкаться в твоё лоно пальцами, на этот раз вводя их глубже, и тут же надавливает на чувствительную точку внутри. ты вся поджимаешься, удовольствие накрывает с головой, ноги дрожат. и всё, что ты можешь, это сбивчиво стонать имя возлюбленного. — вот так, — произносит сайлус, медленно вынимая пальцы, а затем легонько шлёпая тебя по чувствительным складочкам. его ладонь вся покрыта твоей влагой, и он подносит ту ко рту, слизывая всё до капли. украдкой сайлус бросает взгляд на тебя — всю растрёпанную, трепещущую от удовольствия, такую восхитительно красивую, — и чувствует, что брюки стали чересчур тесными. для такого опытного, взрослого мужчины ты будто наркотик. и ему остро необходимо «принять» тебя. cr: cigarmist

всю жизнь ты вела себя очень осторожно с калебом. но в конце концов, даже твоё терпение не бесконечно. да и тебе попросту надоедает чувствовать это напряжение между вами. каждый раз ты убеждаешь себя, что происходящее не плод твоего воображения. и каждый раз ты готова поклясться, что калеб смотрит на твои губы, подаётся легонько вперёд, прежде чем отстраниться. прежде чем снова и снова делать вид, что это не он тот, кто сводит тебя с ума. поэтому однажды, когда вы собираетесь вместе с его другом, чтобы выпить и немного расслабиться вместе, ты чувствуешь, как в тебе просыпается желание позлить калеба. и гидеон становится прекрасным оправданием. он симпатичный, обаятельный, как и калеб не лишёный мальчишеского шарма, а ещё в чертовски хорошей физической форме. рубашка сидит на гидеоне идеально, подчёркивая его рельефный торс.  на протяжении всего вечера ты громко, заливисто смеёшься над шутками вашего с калебом друга, сжимаешь рукой его бицепс. и кажется, что он вовсе не возражает против твоей тактильности по отношению к нему.  к тому же гидеон сильный, тебе уже довелось убедиться в этом лично. поэтому ты совсем не стесняешься спросить, какой максимальный вес он может поднять, окидывая сидящего рядом мужчину взглядом, и прикусываешь нижнюю губу. ты практически чувствуешь исходящий от калеба жар и замечаешь, как он сверлит недовольным взглядом гидеона. на тебя за весь вечер он не смотрит ни разу. без сомнения, калеб в ярости, взбешён по-настоящему. и осознание этого факта будоражит тебя сильнее, чем тебе хотелось бы признаться.  уезжаешь ты в компании гидеона. и, уже сидя в такси, отправляешь калебу сообщение, чтобы не ждал тебя, чтобы позлить ещё чуточку сильнее. домой ты возращаешься лишь следующим утром. на тебе надета одна из рубашек гидеона, которая спадает с одного плечика, открывая вид на свежий засос на твоей ключице. позже в этот же день калеб разбивает гидеону нос и советует ему, как лучшему другу, держать свои руки при себе.  cr: rafayelism

не день и даже не два ты просишь сайлуса научить тебя драться, но он постоянно отнекивается, находит причины для отказа. поэтому ты начинаешь действовать иначе: подкрадываешься к мужчине со спины, провоцируя драку. или выпрыгиваешь из-за углов, бросаясь на него в попытке сбить с ног. но каждый раз сайлус лишь мягко ловит тебя и оставляет поцелуй на кончике носа. — очень страшно, котёнок. в конце концов, ты не сдерживаешься и замахиваешься на него. без изяществ, без мастерства — просто пытаешься нанести удар своему невероятно ловкому мужчине. и конечно же он успевает среагировать, перенаправляя твой выпад так, что ты по инерции врезаешься ему в грудь. и остаёшься стоять, задыхаясь в собственной ярости. прежде сайлус никогда не отказывал тебе, так почему же сейчас всё иначе? неужели он считает, что ты недостаточно способна? или, может, верит, что не справишься? униженная, отчаявшаяся, ты начинаешь плакать от бессилия. и вот это сайлус уже не может не заметить. — бедняжка, — шепчет он, целуя тебя в щёку. — как я могу тебя утешить? — ты и так знаешь! но ты этого не сделаешь. а я всего лишь хочу стать сильнее, — шепчешь ты в ответ. — как ты. сайлус сжимает твой кулачок в своей ладони. мужчина крупнее тебя и может запросто раздробить каждую косточку в твоей руке, если приложит совсем немного усилий. но вместо этого сайлус расслабляет пальцы, заставляя тебя разжать кулак, а затем подносит твою ладошку к губам. и с нежностью касается губами костяшек, целуя каждую. — но я не хочу, чтобы тебе приходилось быть сильной. cr: hawnks

целая неделя. целую неделю рафаэль буквально настаивает на том, чтобы ты осталась с ним. — мне так страшно, — говорит он, то капризно выпячивая губы, то широко распахивая глаза. — мне постоянно кажется, что кто-то преследует меня и вот-вот нападет. неужели ты не защитишь меня? и тебе приходится оставить при себе собственные вопросы и сомнения. потому что знаешь: рафаэль является одним из сильнейших людей, с которыми ты знакома, и он прекрасно может защитить себя самостоятельно. и всё же ты не можешь отказать ему, когда он просит о чём-либо, так было всегда. и поэтому ты остаёшься. всё это время, что ты живёшь у него, мужчина ведёт себя странно, постоянно нервничает, то и дело куда-то уходит, чтобы побыть в одиночестве. настаивает на том, чтобы ты спала в комнате, что находится дальше всех от его спальни, как бы ты не пыталась убедить мужчину, что будь вы чуть ближе, тебе было бы проще его защищать. а когда после первой ночи ты пытаешься уйти домой, рафаэль тут же упирается недовольно: — ты уже уходишь? когда я так нуждаюсь в защите? — куда уж больше, раф, — парируешь ты. — уверен, что я нужна тебе здесь? выглядит так, будто ты хочешь остаться один. — ты когда-нибудь слышала о таком понятии как параллельные игры? — рафаэль тянется к тебе, словно планируя отвести в спальню, где ты спала прошлой ночью. но довольно быстро останавливается, очевидно передумав. — просто иди спать. наконец, когда неделя в его «плену» заканчивается, мужчина позволяет тебе уйти. он не появляется лично, просто утром ты получаешь от него сообщение: «думаю, теперь всё в порядке. ты можешь идти». в порыве злости ты собираешься кое-как, наспех, и забываешь чуть ли не половину своих вещей. через несколько часов после отъезда ты всё же возвращаешься за ними, без предупреждения. решаешь, что для разнообразия рафаэлю полезно оказаться в неудобной для него ситуации, хотя бы раз. но к собственному удивлению ты находишь мужчину распростёртым на той же кровати, на которой всю прошлую неделю спала именно ты. он лежит, уткнувшись лицом в твою подушку, ворочается по простыням, трётся о них. и, возможно, увидев это, ты осознаёшь, что готова простить рафаэль, по крайней мере, самую малость. cr: hawnks

вряд ли кто-то об этом задумывался, но на самом деле калеб не хочет детей. проведя всё своё детство, подвергаясь постоянным экспериментам, что оставили множество травм на его психике и раны в сердце, он не может с лёгкостью забыть всё, делать вид, что это не повлияло на него. пока эвер и виридилус — организации, торгующие людьми, — существуют, калеб не хочет приводить дитя в столь опасный мир. по крайней мере, до тех пор, пока за ним безустанно следят, выжидая, когда молодой полковник обнажит своё слабое место. как человек, переживший сотни экспериментов и вживление чипа, калеб попросту не может допустить, чтобы его собственный ребёнок прошёл через весь этот страх и неопределённость. тем более, что дитя может унаследовать как эвол отца, так и нечто гораздо более могущественное и опасное. cr: lalunanymph

вы расстаётесь с сайлусом, потому что он никогда не уделял тебе должного внимания. всегда занят на работе и поглощён своими задачами, чтобы проявлять хотя бы какую-то привязанность. и ты не могла это больше выносить. поначалу мужчина выглядит так, словно этот разрыв ничего для него не значит — продолжает посвящать себя бизнесу, пряча свои чувства глубоко внутри. но через пару дней он сдаётся. сайлус не привык возвращаться в пустой дом, ведь он был рад видеть тебя, свернувшуюся в калачик на его диване, предано ожидающую возвращения любимого. нравилось ему и находить тебя на кухне за готовкой ужина — для него. теперь же его встречает лишь тишина. после вашего разрыва сайлус начинает цепляться за вещи, которые всё ещё пахнут тобой. та футболка, что ты любила «одалживать» у него, маленькие брелоки, которые ты подарила, потому что они слишком похожи на него. даже подушка, на которой ты спала. сайлус использует всё, чтобы отвлечь самого себя от осознания, что ты больше не рядом. день за днём его терзают мысли, что ты встретишь кого-то другого. кого-то, кто будет любить тебя больше, чем он, кто сможет показывать это. и сайлус не может уснуть по ночам, переслушивает голосовые сообщения, что ты присылала ему во время его бизнес-поездок. в конце концов, он проваливается в сон, и непролитые слёзы скапливаются в уголках его глаз. спустя два месяца мужчина появляется на пороге твоего дома, окутанный запахом алгоголя. сайлус умоляет тебя вернуться к нему, принять. он падает на колени и просит прощения, а на твои глаза наворачиваются слёзы. всегда такой собранный и спокойный, сейчас он разбит, раздавлен, и всё это видишь лишь ты. всё это только ради тебя. никогда в своей жизни сайлус не испытывал такого облегчения вкупе с благодарностью, как в тот момент, когда ты обнимаешь его, целуешь в знак безмолвного прощения. дрожащими руками он обхватывает твоё лицо, углубляя поцелуй, так чертовски сильно боится, что ты снова исчезнешь из его жизни. не размыкая ваших губ, мужчина подхватывает тебя на руки, возвращает в тепло квартиры, где после бережно опускает на кровать. он снимает с вас обоих одежду торопливо, не в силах отпустить тебя даже на секунду. он целует каждый сантиметр твоего тела, молится, обещает, что никогда больше не посмеет заставить тебя думать, будто ты нежеланна. будто не любима. сайлус прикасается к тебе со всей нежностью, что в нём есть, отчаянно стараясь показать всю свою любовь. он обвивает твоё тело руками, толкается во влажный жар и не может поверить, что это не сон. зарывшись лицом в изгиб твоей шеи, сайлус продолжает шептать извинения между протяжными стонами. он умоляет тебя достигнуть пика вместе. настолько отчаявшийся, сайлус жаждет вновь испытать, как ты сжимаешься вокруг него, как цепляешься за его руки, распадаясь на части. словно мантру он шепчет «я люблю тебя» снова и снова, изливаясь вслед за тобой. сайлус, которого ты считала своим бывшим, теперь целует слёзы на твоём лице. клянётся, что больше никогда не заставит тебя вновь сомневаться в том, какое место ты занимаешь в его жизни. cr: berrylus