Казанский Код

Поздняя драма. Японская боль растворенная в бразильском карнавале. Япония была очень хороша. Как и планировалось. Даже без трех больших игроков, вылетевших по травмам. Строгая, обученная и с хорошим классом. Она припарковалась надежно, против такой атаки не было никакого смысла отчаянно нарываться - каждый бразилец может 1 в 1 решить . И все равно прессинг местами доставлял эстетическое удовольствие. Но. У Бразилии в ДНК верить в малейший шанс и его использовать. Сегодня в этом и была их игра. Бесконечные кроссы и какой-то хаос в центре поля, Вини в соло. Слишком просто для их класса. А если и проходило, то Сузуки сегодня просто божил. Анчелотти спокойно использует свою скамейку. В обе стороны, кстати. Каземиро можно было после первого тайма снимать. Все уступал. А взял и сравнял! Легкий привоз японцев у своей штрафной, слишком надежный, до авантюрности и заметный для переворота игры пас назад… все. Как здорово нашел место в штрафной Мартинели (замена сработала). В этом его уровень. Пас Гимарайеша, аккуратный. Такой надрез бритвой… Типичный Реал Анчелотти. Это то, что Бразилия заслужила. И то, почему за Японию обидно. Любая команды этой пары в 1/4. Пардон за максимализм. Теперь мы знаем какая.

Пока все абсолютно логично. Вся игра в фоле Камады на последних минутах тайма. Япония спокойно душит игру и Бразилию. А если вдруг увлекается собой, то не стесняется фолить даже вот так по-желтому. За 45 минут у Карло только одна вменяемая атака. Вертикальная, которую Каземиро разогнал. Все. Да и сам Каземиро сейчас как будто вспомнил как надо играть при Амориме. Япония очень хороша! Оба результата не станут сенсацией.

Обычный летний день в редакции. Сижу на телефоне, стучусь в разные городские службы. - Здравствуйте. Это ТВК. Меня зовут Денис. У вас там ничего не случилось? А может, спросите? И ночь тиха? В этот банальный, как гаечный ключ, рабочий полдень вдруг проникают шлейф настроения и запах дорогих духов. Еще до появления на пороге ее улыбки в редакции все уже в курсе - сейчас войдет Регина, звезда липецкого телевидения. Прогноз погоды она превратила в собственный подиум. Мужская часть города наслаждалась своими фантазиями на тему «переменной облачности», а женская недоверчиво искала какой-нибудь изъян в «без осадков». Красота Регины одинаково будоражила обе стороны семейного дивана. И вот она - вся такая воздушная в своем обаянии — выплывает из отпуска. - Ой, Дэн, там такое творится! Ты даже себе не представляешь. Все гудит, кричит, танцует. Тебе бы точно понравилось, как «спортсмену». Регина с мужем Вадимом вернулись из Португалии. Ладно бы просто увидели Порту и Лиссабон, пробежались по деликатесам. Тем более Вадим в тот период выходил на орбиту главного ресторатора города. Нет. Они были на Евро! Это выше моих сил. Сижу, молчу. Представляю всю эту клубыдну. Дотанцевалась Регина до подарка редакции — с той поры там висела потрясающей красоты «роза» с футбольной надписью Portugal., всё... - Алло, что у вас случилось? А... Я перезвоню. Ну, давай дальше! Вы прямо такие на стадионе?! - Да все поют, жара, пиво... Там такое... Тогда впервые меня коснулся этот флер большого турнира. Страшно захотелось хотя бы краешком судьбы пройти по этому огромному событию. Спортивному постольку-поскольку. Это же совсем про другое. Когда весь мир собирается вокруг зеленого поля, словно на пикник у его обочины. Тогда, в 2004-м, решить, что жизнь вдруг нырнет в поворот и угодит в этот водоворот, было наивно. Были дела поважнее мечтаний. Сейчас, как у одного скромного аргентинца и яркого португальца, у меня шестой чемпионат мира. В тысячах километров от дома и в миллионах световых лет от того первого «было бы здорово, если...». У нас с мундиалем своеобразные отношения. Режиссурой занимается время. Постоянно оригинально, каким-то только ему понятным творческим методом. В Германии, ЮАР и Бразилии оно выдало аккредитацию репортера. В России устроило всего пару матчей у микрофона, но подарило возможность звучать дуэтом с потрясающим маэстро Елагиным... из телевизоров Узбекистана. Катар вновь вернул в руки микрофон. Правда, заодно с камерой — амплуа блогера. Теперь — нарисованная Америка. Как обычно, без малейшей возможности выйти к микрофону под стартовый свисток... Однако с довольно оригинальным предложением прожить эти дни в разговорах о важном в «Коммент.Шоу». Издалека. Все это время меняются ваши требования к творчеству и стандарты нашего собственного вкуса. Сейчас конкуренция на каком-то бешеном уровне. И это прекрасно. Вы выбираете кнопкой на пульте или кликом мыши. И, как правило, справедливо. Мы переживаем, ищем и меняемся. Давление, которое стало большой привилегией. Мне и моим коллегам у микрофона невероятно повезло стать частью футбольной истории. Ну а что? Здесь пафос вполне уместен. Так сложилось, что у нас есть возможность снимать и комментировать. А выводы вы делаете сами, как говорят в одной редакции. Иногда даже жесткими письмами... Начиная с матчей на вылет мы в КШ на ЧМ попробуем стать частью вашего времени и, быть может, кого-то вдохновим на перемены в собственной судьбе. Мало ли... Как когда-то это сделала моя добрая подруга Регина. Она ведь просто вернулась из отпуска и рассказала про поющих людей на стадионе. А оказалось, что чужой рассказ может стать собственной дорогой.

А вы в восторге от 48 команд? Помимо того, что 48 - номер родного региона (Липецк), больше ничего особенного не просматривается. Никакой оптики. Ярмарка красок была всегда. Она осталась. Только товар какой-то . Общий уровень напряжения и самой игры изменился. Футбол стал расчетливым бухгалтером. А это не то. Может, это уже брюзжание, но очарование Кюрасао и Кабо-Верде было милым. И всё. Для них это головокружительное путешествие за фотками, магнитами и впечатлениями. Они приехали не за футболом, а за историей, чтобы внукам рассказывать. Радует. Вот только сейчас, глядя на сетку 1/16, трепет может быть только в одной паре - Бразилия vs Япония. (Справедливо в комментах заметили еще Марокко - Нидерланды). На все остальные даже Ванга не стала бы отвлекаться. С 1/8 - вот начинается! Локальные сенсации возможны, но ведь это будет как раз про впечатления. А хочется футбола. Чтобы неделя тянулась до безобразия долго, потому что впереди Игра! Чтобы жить хотелось быстрее. А еще три дня на календаре. Увидеть и узнать что-то новое - не про родственников и «рыбацкие клубы», а про тактику и стратегию. А пока получается как в кинотеатрах того времени: «Ералаш», «Фитиль», хроника какого-нибудь съезда… А плёночка-то когда? И сборник лучших третьих команд по вторичным признакам. Муть. Оптимальный вариант - 24 команды. Но это уже иллюзия в эпоху глобализации и вот этого «Football United»... Ладно, дайте понудеть. Понудел. Старость начинается не с паспорта, а с фразы: «А вот раньше»...считайте, я ее отработал только что. Готовим для вас интересные разговоры в необычных антуражах и красивых видах. Всё - в «Коммент.Шоу». Скоро чуть больше расскажет уполномоченный СМС-отдел. Постараемся сделать из игр на вылет что-то симпатичное. Планы бодрые. С большой претензией на амбиции. Потягаемся с «наслаждением от безалкогольного напитка».)

После матча англичан с Ганой остался вкус как «после вчерашнего». Будто на бровке был человек в строгой жилетке и галстуке, а команда стеснялась своего отражения. Это пугало. Дело было не в 0:0, в конце концов. А в какой-то кисельной безвкусице: вязкой, липкой, с примесью трусости. Боялись не соперника, а взять инициативу. Показать, что могут. Первый тайм с Панамой — третий тайм с Ганой. Те же анфас и профиль. Причём обновлённые фланги могли показать что-то свежее. Сака и Рэшфорд заслужили место в стартовом составе скромной игрой Мадуэке и Гордона. Оказалось — только майки поменяли. Какой-то эффект в этом тайме давал Беллингем. В его балетном голе (этот вытянутый носочек!) — знак справедливости второй половины. Только Беллингем мог изменить игру. Англия поменяться - только стандартом. Ну а дальше… Кейн. Титры. Хотя отменный гол Панамы должен быть максимально отрефлексирован. Тухель, видно было, это понял. Группа пройдена без рюшечек и узоров на парче. Надёжной тухелеуской мешковиной. Главная, как мне представляется, тенденция в игре — изменение ритма во втором тайме каждого матча. По-разному и с разной степенью успешности. Значит перерыв Англии не для «отдохнуть». Это время Тухеля. Это хорошо. Жалко, что не жалко Панаму. А вот шотландцев — да. Чемпионат мира по футболу с мячом наконец закончился. Начинается чемпионат мира! PS. Колдун не подвел. Дело говорил, оказывается.

Мальчик! Кубочек нам принеси!

Сегодня, уже во взрослом костюме, иду смотреть на ребёнка. Порадуюсь и тихо исчезну с праздника. Как когда-то мои родители. А всё. Теперь его жизнь — его. А моё новое впечатление — предательский комок в горле. Просто вспомню, что время тогда, оказывается, стояло за углом. И никого не трогало. У тебя, Матвей, так много поворотов впереди. Кстати, посмотри именно в эту ночь на часы. Они возьмут и переведёт свои стрелки. Время сядет в поезд и помчит. Точно тебе говорю… Хотя нет. Не обращай внимания. Завтра. Пусть завтра. А сегодня тебе покажется, что начинается жизнь. Мне отсюда видно, что это правда!

Может, так и надо — не знаю. Быстро. Время! Раз — и как-то... Вечером сын получает аттестат о среднем образовании. Выпускной. Современный праздник в какой-то хитрой комбинации, верстку которой я пока так и не могу понять. Его дело. Праздник. Но нет ощущения: «Как молоды мы были». Да, школа закончилась. Но вот нет такого, что: «Надо же так...». Как раз наоборот — приятные воспоминания. А как было?! А было! Купили мне родители костюм в полоску, импортный. Такой, чтобы по набережной приморского города идти, и волна солёная в уважении не дерзила, ветер стихал и нагло нн мял его, а фотографы просто щёлкали взглядом и затвором — все понимали. Идёт! Не поза. Штиблеты, изысканный провинциальный шик. Под галстук-бабочку. Чтобы все старушки плакали. И вот в таком образе вместе с классом шагаю на центральную площадь города. Торжественная линейка по случаю начала окончания. Все школы стоят на своих участках, обозначенных линией молочного мела. В глазах — белая пена девчоночьих нарядов. Запах духов плыл над площадью отдельно от хозяек как сладкий туман разведки взрослой жизни. А вдруг? Но мы только на своих поглядываем. Наши лучше! Они нарядились, чтобы ослепить. В первый и последний раз! И вот начинается. Что-то там по громкоговорителю рапортуют друг другу люди в сером — чиновники. Их посланцы маршируют вдоль линейки школ и у каждой объявляют: — Золотые медалисты — шаг вперёд! Дошли до нашей, номер 12. Текст не меняют. Из нашей группы выходят девчонки-отличницы. Не осуждаем. Заслужили. Переглядываемся с моим другом Максом и понимаем: нельзя их бросать. Да и выглядим на золото. Макс был одет настолько спокойно, чтобы все видели - мама в ателье творит. А я в полоску. Ну что вы? Если бы медали выдавали за внешний вид - нами бы не Липецк, а страна гордилась! Да, наши аттестаты без намёка на доблесть никого интересовать не должны. Это детали. Делаем шаг вперёд и вклиниваемся в стройную колонну элиты школьников. В центре площади на нас вешают алые ленты с позолоченными буквами: «Золотой медалист» и дают по праздничной гвоздике — заслужили! Солнце светит ярко, будто тоже участвует в церемонии. Одноклассники встретили нас тем молчанием, которое пыталось определиться - верить собственным глазам или смеяться. Так, молча, в колонне бывших лучших друзей мы прошли сквозь весь центр города — от площади до школы. Миф поддерживали суровым взглядом:” Вы-то чего? Надо было. Мы в отличие от вас! Иду с мамой. Она классный руководитель параллельного класса. Усиливает эффект иллюзии! Мог ведь и по блату! В актовом зале — торжественное вручение аттестатов. Нас объявили без обстоятельств. Никаких: «На сцену приглашается золотой...» Ещё больше всех запутали. Но уже пришло время вскрывать карты, потому что начинался вечер. — Ребят, пока вы там стояли, мы... А у вас такая есть? Алая лента вмиг стала белым платочком прощания со школой. Для всего класса — пожалуйста, фоткайтесь! В столовой накрыты столы. Там родители. Нам бы их не видеть. А зачем? Мы взрослые. Пацаны в чёрных пакетах принесли хрусталь как доказательство нашей независимости. Открыто открыть нельзя — всё-таки мы ещё в школе. Но способы есть. Градус прощания со школой повышается, как в сауне. Подбрасывают все. А во дворе музыка становится всё требовательнее. Вы чего сидите? Танцы как переходное состояние от и до. Директор школы, удивительным образом набравший высоту, выбрасывая из слов согласные буквы, вновь и вновь объявляет свою любимую: — А белый лебедь на пруду... Никто не возражает! медленный танец. «Качает павшую звезду» — а тут мы качаем девчонок наших, сумасшедше красивых. Время... Может быть, тогда надо было обратить на него внимание. Именно в ту ночь оно в первый раз полетело. Только растанцевались — а родителей уже нет. А столы пусты. Пора идти на речку встречать рассвет. Первый рассвет взрослости... Он наш. Остальное казалось общим. Так хочется всего нового. Особенного утреннего солнца. Другая жизнь начинается. А что-то внутри покалывает. Пока непонятно. Тогда непонятно. Сейчас — другое. Оказывается, это было началом гонки за счастьем. И концом прекрасной эпохи.

Он знает, что Пеп ушел?! Его номер не отвечает. Вне зоны доступа. А в Греции праздник. Маринакис может себе позволить доставку еды на дом. https://t.me/pervsport/27034

Мы / вы с детства знаем, что бойкие канадские журналисты прозвали нашего великого Александра Якушева «Як-15» – якобы в честь советского боевого истребителя, но совсем короткое исследование показало, что это опять мифы, байки и легенды. Читать тут. А еще мы / вы с детства помним, что Валерий Харламов – «легенда №17». Впрочем, на свой первый чемпионат мира молодой Валерий Борисович поехал под номером №12 – историю скоростного восхождения Харламова от Чебаркуля до Стокгольма читать тут. (Уникальный случай: перворазряднику сразу же дали заслуженного мастера спорта). То есть в свободное от футбола время продолжаем разоблачать, развенчивать, а заодно поминать Анатолия Владимировича тихим журналистским словом. 1967 год: «Президиум Федерации спортивных журналистов СССР отметил, что А. Тарасов не имеет никаких оснований упрекать спортивных обозревателей в предвзятом к нему отношении. Наоборот, хорошо зная невыдержанность А. Тарасова, журналисты, имея на то многие поводы, щадили его, учитывая интересы общего дела. Печать единодушно поддерживала А. Тарасова в его работе. Но, к сожалению, с годами недостатки А.Тарасова не сглаживаются, а прогрессируют»