Бескромный

Синдром мёртвой попы Кажется, вам пора домой. И, по возможности, хотя бы часть пути преодолеть пешком. Потому что у офисной жизни есть необычный побочный эффект — глютеальная амнезия: мозг теряет способность эффективно задействовать самую мощную мышцу тела. Долгое сидение буквально выключает ваши ягодицы из работы. Мышца слабеет, а мозг постепенно перестаёт к ней обращаться — и её задачи достаются пояснице и коленям. Отсюда и боли. Оживить пациентку можно. Для этого рекомендуют покидать офисное кресло каждые 30–60 минут и ходить во время звонков. Ну и от спорта вы не отделаетесь, хотя бы минимальной зарядки. Главное — не досидеться до полной потери памяти. Так что вставайте. Реанимация сидя не проводится.

Тренажёр человечности В 2012 году 53% американских девятилеток регулярно читали книги просто для удовольствия. К 2022-му таких детей уже было 39%. А подростков и вовсе 14%. В разных странах эти цифры тоже разные, но тенденция одна. И вопрос один: каким вырастет нечитающее поколение? Проблема может оказаться серьёзнее бедного словарного запаса и слабой концентрации. Авторы статьи в The Conversation предполагают, что у будущих взрослых будет туговато с эмпатией. И именно в ней одна из главных ценностей чтения. Открывая книгу, ребёнок вынужден поселиться в чужой голове — увидеть мир глазами персонажей. Это когнитивная работа, с которой сегодня мозг мало где сталкивается в таком объёме. Что, к слову, удивительно. Ведь казалось бы, историй у современных детей гораздо больше, чем когда-либо — сериалы, игры, блогеры. Но, видимо, ничто из этого не развивает эмпатию на уровне книг. Разгадка — в разнице между историей, которую вам показали, и которую вы сами интерпретируете у себя в голове. Массовое кино всё рисует крупным планом. Книга оставляет эту работу читателю — и это главный когнитивный тренажёр. А эффект от такой тренировки накапливается на годы вперёд: дети, которые читали с раннего возраста, позже показывают более высокие результаты в тестах на вербальную память и речевое развитие. Мы привыкли считать чтение тренировкой интеллекта. Возможно, это прежде всего тренировка человечности. А в мире, где интеллект есть у любого чат-бота, именно она станет тем, что нельзя скачать.

Блогеры Rutube выходят из тени На Rutube давно есть каналы Wylsacom, Ксюши Дукалис, Юлии Меньшовой и ещё десятка крупных имён с внушительным числом подписчиков. При этом большинство рекламных агентств до сих пор не включает площадку в свои прайс-листы — интеграции продают буквально несколько небольших контор. Теперь Ведомости пишут, что сам Rutube вместе с агентством Jami Lup начнёт продавать интеграции у крупных блогеров напрямую (у кого конкретно пока не уточняется). Экономика подсказывает, зачем им это именно сейчас. Медиасегмент «Газпрома» в 2025-м вырос на 6% — до 173,2 млрд рублей, но принёс 14,8 млрд убытка. А вот реклама на самом Rutube за тот же год превысила 2,2 млрд.

20 миллионов треков на корм нейросетям The Atlantic опубликовал четыре базы данных на 20+ миллионов треков, которые использовали для обучения нейросетей Suno, Udio и Lyria от Google. Какую часть из них получили законно — остаётся гадать. Но предположения имеются. Среди «обучающих» композиций продюсер Николай Картозия внезапно нашёл 16 своих. Тех самых, что писались в самые безжалостные, перемалывающие душу времена. И потому оказались настолько хороши и проникновенны. Всё это называется одним хорошим словом — искусство. А то, что с ним сделали Suno и остальные, тоже называется одним словом, только уже нехорошим. Можете назвать его сами. Нейросети обещали демократизировать творчество. Но пока очень часто это выглядит как старый добрый захват чужого труда. Просто вместо пиратского диска на Горбушке — облачный сервер. А вместо гопника с рынка — стартаперы в модных кроссовках. Проверить, есть ли ваша музыка в базе, можно на сайте The Atlantic. Если вдруг нашли себя — коллективный иск против Suno уже собирает участников.

Фейковому лицу верят больше Плохие новости: ваше настоящее лицо выглядит менее убедительно, чем фейковое. Это выяснили психологи из Ланкастера, Стэнфорда и Беркли. В их тестах люди отличали ИИ-генерацию от живого человека всего в 58,4% случаев. Лотерея, на уровне подброшенной монетки. Но главный подвох обнаружился, когда эти же лица попросили оценить по шкале доверия от 1 до 7. Живые люди получили самый низкий балл — 4,03. А новейшие ИИ-модели возглавили рейтинг с оценкой 4,70. Искусственному лицу мы верим на 17% охотнее, чем настоящему человеку. Парадокс в том, что сознание видит фейк. А подсознание — приятного человека. Участники эксперимента подмечали дефекты генерации и понимали, что перед ними подделка. Но мозг это игнорировал: на подсознательном уровне фейковое лицо считывалось как более безопасное, открытое и дружелюбное. Для рынка труда и продаж это важная новость. Нетрудно спрогнозировать, что на Zoom-переговорах и собеседованиях безупречный ИИ-аватар защитит контракт и пройдёт фильтр HR успешнее реального кандидата. Просто он выглядит убедительнее. Не то, что мы с вами.

Когда написал в резюме «уверенный пользователь ПК» — а теперь сидишь и отчаянно соответствуешь.

Мы — первые среди нытиков Россия лидирует в соцсети для претензий и нытья PettyMillion. Там можно анонимно пожаловаться на медленных прохожих, трёхчасовые звонки, пробки на заправку, чужие привычки и всё остальное, что портит вам внутренний климат. Жаловаться можно анонимно, а другие пользователи решают, справедливо ли ваше возмущение или вам просто пора выпить травяного чаю. Рейтинг жалоб мы возглавляем с большим отрывом от второго и третьего места: США и Британии. 100% понимания. Если сайт не откроется (с ним бывает), можете поныть в комментариях — здесь никто не осудит.

Учи Python или проваливай Так звучит универсальный ответ гуманитариям, которые стучатся в ИТ — согласно мифу, древнему как сам ИТ. Если бы это было правдой, Яндекс бы массово не нанимал филологов и редакторов. Зачем техногигантам гуманитарии? Очень просто. Нейросети часто галлюцинируют с уверенностью нобелевских лауреатов. И ловить эти галлюцинации должен не программист, а ИИ-тренер — их и набирает Яндекс. Это люди, отслеживающие фактическую точность и этичность ответов. Сюда же — остроумность и уместность панчлайнов. Поэтому Яндекс ищет тех, кто: — умеет радактировать и фактчекать — мыслить критически — замечать детали А вот опыт работы в ИТ не нужен вовсе. Как и присутствие в офисе. Вакансии — по ссылке. Перешлите тому самому другу, который поправляет всё, что движется разговаривает.

Возраст для великих дел Мы достигаем пика умственных возможностей как раз тогда, когда общество списывает нас со счетов — в 55–60 лет. Учёные свели воедино 16 показателей — от скорости обработки информации до финансовой грамотности и устойчивости к когнитивным ловушкам. Скорость мышления и рабочая память действительно достигают максимума к 20. А вот накопление знаний и эмоциональный интеллект продолжают расти. И когда все 16 способностей сложили вместе, совокупный показатель достиг максимума в 55–60. Это не значит, что каждый шестидесятилетний мудрее каждого двадцатилетнего: исследование описывает средние траектории, а не вручает диплом конкретному возрасту. Но культ юности пошатнулся. Опять. Бетховен дирижировал на премьере Девятой симфонии в 53 года — практически глухим. Дарвин опубликовал «Происхождение видов» в 50. А чем вы планируете заняться на шестом десятке?

Как мы утратили веру 20 лет рекламная индустрия молилась на один показатель — трафик. Формула культа была простой: заберись на первую строчку выдачи — и клики польются сами. Занял топ — считай, дело в шляпе. А потом пришёл ИИ-поиск, где человек получает готовый ответ, не доходя до сайта, — и вера пошатнулась. Дискуссия на Global Search Forum вернула маркетологам надежду. Важную роль в этом сыграли Михаил Сливинский из Яндекса, Александр Иванов из ГигаЧата и Юлия Удовенко из RW+. Клики — это больше не вся ценность. Юлия Удовенко описала это через маршрут пользователя. Верхняя часть воронки — первичный поиск и сравнение — мигрирует в ИИ-выдачу. На этом этапе человек может не дойти до сайта. И вот тут у бизнеса паника: «У нас украли трафик!» Но рассуждая так, мы меряем новый мир старой линейкой. Клики — не вся ценность присутствия в поиске. Это также вклад в узнаваемость, доверие, влияние на выбор ещё до перехода на сайт. Михаил Сливинский хорошо это иллюстрирует: после контакта с брендом внутри генеративного ответа человек в 2,4 раза чаще потом заходит на сайт напрямую. То есть присутствие в ИИ-ответе добавляет доверие, которое возвращается позже: брендовым запросом, прямым заходом, покупкой. Бороться за пространство «общего знания» — например, «что подарить на 8 марта» — смысла мало. Ставку нужно делать на сложные запросы, где у бренда есть экспертиза. Александр Иванов добавил технический штрих: при поиске ответа модель тянется к более специфичным, экспертным данным. А значит, требования к глубине бренд-контента только растут. Вывод участники сформулировали единогласно. Раньше формула читалась линейно: SEO → трафик → клики. Теперь к ней добавился второй слой: заметность → доверие → влияние на выбор. ИИ-поиск не убил SEO. Он просто забрал у него религию клика.