Честные Новости

📊 Бюджетное планирование переходит на другой ритм Минфин меняет архитектуру всей схемы. Суть реформы заключается в синхронизации сроков: прогноз социально-экономического развития от Минэкономразвития будет поступать в правительство в течение десяти дней после одобрения среднесрочного сценария, а уже на его основе запускается очередной цикл долгосрочного бюджетного планирования. Дополнительно при разработке прогноза начнут учитывать намеченные к принятию нормативные акты, влияющие на расходы. При этом для понимания реформы важен контекст. Путин заявил, что дефицит бюджета при консервативном сценарии цен на нефть составит около 2% ВВП, то есть при Urals ниже базовых ожиданий казне потребуется либо резать расходы, либо наращивать заимствования. В условиях высокой ключевой ставки стоимость обслуживания внутреннего долга уже достигает 3,9 трлн рублей в год. В такой ситуации качество прогнозирования напрямую определяет стоимость ошибок. Если бюджетный прогноз опирается на устаревший или несогласованный макросценарий, закладываемые расходы могут оказаться либо избыточными, либо, что хуже, заниженными. Это потребует срочных корректировок уже в процессе исполнения. Однако эффективность поправок определится правоприменением, а не архитектурой. Синхронизация сроков и учет принятых актов — технически правильные шаги. Но российское бюджетное планирование исторически страдает не от несовпадения календарных дат. Главной проблемой являются сверхоптимистичные нефтяные допущения и недооценка расходного давления. Пока процедура синхронизируется с тем же базовым сценарием, который в прошлом приходилось регулярно пересматривать, структурный результат будет ограниченным. Реальное улучшение планирования требует консервативных ценовых допущений и встроенного буфера на случай отклонения фактической конъюнктуры. ✅Подпишись

🏗 Новостройки теряют покупателя молниеносными темпами Первичный рынок жилья входит в осень с накопленным падением спроса и без очевидных драйверов восстановления. За январь–июнь продажи новостроек снизились более чем на 30%, в июле добавилось еще 7,6%, по данным Umbrella Consulting Group. До конца года рынок может потерять дополнительные 15–20% от нынешнего уровня — такова консолидированная оценка участников рынка, опрошенных экспертами. Причем некоторые называют этот прогноз даже чрезмерно оптимистичным. Средняя цена квадратного метра по стране во втором квартале почти достигла 222 тыс. рублей и за год выросла на 8%. Рыночная ипотека стоит около 18% годовых. А цена метра в московской новостройке обходится в 2,52 средней зарплаты. При таком сочетании покупатель просто математически не вписывается в сделку без льготной программы или значительного первоначального взноса. А госипотека при этом тоже теряет тягу. Выдачи в июле рухнули на 41% год к году — до 188,2 млрд рублей. Причина отчасти техническая: в июне рынок ускорился на ожиданиях ужесточения семейной ипотеки с 1 июля, поэтому спрос реализовался авансом. Затем переход на новые условия сдвинули на 1 октября, и показатели просели вместе с исчезновением срочности. Но уже скоро ставка по семейной программе будет варьироваться в зависимости от числа детей и может достигать 12% против нынешних 6% для части заемщиков. Это означает, что нижняя точка по выдачам еще не пройдена. Банки параллельно ужесточают проверку доходов и размера первоначального взноса, отсекая заемщиков с небольшими накоплениями. Часть спроса уходит на вторичный рынок, а другая откладывается до снижения ставки. До устойчивого восстановления продаж — не раньше второй половины 2027 года при текущей траектории ключевой ставки. ✅Подпишись

✈️ МС-21 станет дешевле, если все пойдет по плану Минпромторг заявил о планах снизить стоимость самолета до 7,5 млрд рублей в ценах 2026 года за счет эффекта масштаба и оптимизации производства. Накануне Путин подписал контракт на поставку 90 МС-21 «Аэрофлоту», 18 из которых уже в производстве и поступят авиакомпании в 2027 году на маршруты Москва — Петербург, Нижний Новгород и Казань. Портфель заказов формирует то самое масштабирование, без которого снижение цены невозможно. При штучном производстве себестоимость борта остается критически высокой, а при серийном — удельные затраты на разработку, оснастку и комплектующие распределяются на большее число машин. Текущая цена МС-21, по имеющимся данным, составляет около 9–10 млрд рублей за единицу. То есть речь идет о снижении на 20–25%. Для сравнения, Boeing 737 MAX стоил российским авиакомпаниям в среднем $50–55 млн (около 3,5–4 млрд рублей по курсу до 2022 года). Даже при сокращении до 7,5 млрд МС-21 остается значительно дороже западных аналогов, а значит, авиакомпании не смогут купить его без государственных субсидий или льготного финансирования — в противном случае экономика маршрута не сойдется. Минпромторг признает это косвенно, обозначая снижение цены как цель, а не как текущий факт, очевидно, прекрасно понимая и сопутствующие риски. Самый главный — технологический. МС-21 до сих пор летает с двигателями ПД-14, которые прошли сертификацию, но не подтвердили надежность в условиях реальной коммерческой эксплуатации в масштабе флота. ✅Подпишись

📚 Больше уроков, меньше глубины С 1 сентября 2027 года минимум учебных часов в 10–11 классах вырастет с 2 170 до 2 312. То есть прибавятся 142 часа за два года. Одновременно отменяется обязательное углубленное изучение хотя бы двух предметов. Теперь школы смогут ограничиться базовым уровнем по всем дисциплинам. На первый взгляд это сугубо педагогический вопрос. На деле — экономический, и разворачивается он сразу на нескольких уровнях. Первый и самый прямой — репетиторский рынок. Отмена обязательного углубленного изучения в школе не отменяет требований профильного ЕГЭ, по которому поступают в ведущие вузы. Разрыв между тем, что дает учебное заведение, и необходимыми знаниями для экзаменов закрывается дополнительными занятиями вне учреждений. И этот рынок в России уже оценивается в 100–120 млрд рублей в год. Снижение стандарта глубины в школе при сохранении высокой планки ЕГЭ профильного уровня означает прямое расширение спроса на платную подготовку. Семьи, ориентированные на топовые вузы, будут тратить больше, и именно средний класс, не имеющий доступа к сильным лицеям, пострадает сильнее всего. Помимо этого, важно обратить внимание на рынок труда и качество человеческого капитала. Работодатели в IT, инженерии и естественных науках уже фиксируют дефицит выпускников с реальной предметной базой. Снижение обязательной глубины обучения в старшей школе создает риск усугубить этот разрыв через 5–7 лет. Для экономики, которая декларирует курс на технологический суверенитет и инвестирует в R&D рекордные 2,1 трлн рублей, ослабление фундамента в старшей школе выглядит как противоречие в базовых установках, а дополнительные часы лишь усилят нагрузку как на школьников, так и учителей. ✅Подпишись

🤔 Зачем России понадобились «Ашан», Nestlé и «Лемана ПРО» Российские структуры этих компаний перешли под временное управление АО «Л.Е.В. Менеджмент». Указ уже подписал президент. Масштаб заметен даже по отдельным показателям: «Ашан» получил 127 млрд рублей выручки только за первое полугодие 2026 года, оборот «Лемана ПРО» в 2025-м составил 550 млрд, «Нестле Россия» — около 258 млрд. Речь идет не о небольших дочерних организациях, а о крупном сегменте экономики. При этом юридически собственники активов не меняются. Временный управляющий получает права по переданным долям, но сама процедура не является продажей или национализацией имущества. Для бизнеса это важно еще и потому, что «Л.Е.В. Менеджмент» зарегистрирована только в 2024 году. Ее уставный капитал составляет 15 тыс. рублей, а в штате числится один человек. То есть компания, до указа практически не имевшая собственного бизнеса, получила полномочия управлять крупными торговыми, производственными и логистическими активами. Почему именно сейчас? После 2022 года эти компании сохранили работу в России, но одновременно сократили инвестиции и часть операций. В случае Nestlé к президенту обращалась «КС Логистика», указывая на прекращение экспорта. Теперь государство получает возможность контролировать решения таких компаний непосредственно, не дожидаясь добровольного ухода или сделки с новым владельцем. Но экономический эффект будет зависеть не от самого факта передачи, а от того, что произойдет с прибылью и инвестициями дальше. Если новые управляющие сохранят действующие цепочки поставок и направят часть средств на развитие производства, нынешняя конструкция станет способом удержать крупные активы внутри экономики. ✅Подпишись

🏦 Банки прячут проблемы в статистике Официальная просроченная задолженность по корпоративным кредитам составляет 3,5 трлн рублей. Но есть другая цифра, которую ЦБ раскрывает без лишнего шума: общий объем проблемных долгов достигает 11,5 трлн — в 3,3 раза больше. Разница объясняется именно реструктуризациями. То есть банки переоформляют потенциально проблемные займы на более мягких условиях, убирая их из строки «просрочка». При этом реальное финансовое положение клиента не меняется. На конец июня объем таких рискованных реструктуризаций достиг 4,8 трлн рублей против 3 трлн годом ранее, увеличившись на 60%. С одной стороны, логика поведения банков рациональна, но создает системный риск. Признать проблемный кредит означает перевести его в более низкую категорию качества и досоздать резервы, то есть вывести живые деньги из оборота. Реструктуризация позволяет этого избежать. Формально кредит «действующий», резервы не доначисляются, а прибыль не страдает. В результате отчетность выглядит лучше реального положения дел, а проблема переносится во времени. ЦБ признает снижение качества корпоративных кредитов, но успокаивает: они на 50% покрыты резервами и залогами, а оставшиеся риски «умеренные». Вопрос в том, что произойдет с этими рисками, если ключевая ставка останется высокой дольше, чем рассчитывали заемщики при взятии кредитов. Для бизнеса все это транслируется в ужесточение условий нового кредитования, ведь банк, у которого растет портфель реструктурированных ссуд, не спешит выдавать новые — особенно компаниям из уязвимых отраслей. ✅Подпишись

🔬 Структура финансирования науки сдвинулась Внутренние затраты на исследования и разработки в России в 2025 году достигли 2,1 трлн рублей, или 1% ВВП, против 0,96% годом ранее. По абсолютному объему государственного финансирования науки наша страна занимает четвертое место в мире с $45,9 млрд. Впереди находятся США ($194,5 млрд), Китай ($173,1 млрд) и Германия ($56 млрд). Результат выглядит весомо, но нужно смотреть и на структуру. 63,4% всех затрат на науку в России представлены государственными деньгами. Бизнес дает лишь 33,4%. Это принципиальное отличие от стран-лидеров: в Китае компании финансируют 79,5% расходов на науку, в Южной Корее — 78,5%, в США — 68,7%. Но проблема здесь глубже, чем просто нежелание организаций вливать деньги в исследования. Корпоративный R&D экономически целесообразен, когда компания работает на конкурентном рынке. Российский бизнес в значительной части либо является государственным, либо работает в секторах с низкой конкуренцией и высокой рентой. Там технологические инвестиции с горизонтом 7–10 лет проигрывают стандартным стратегиям с планом на 1–3 года. Добавим стоимость капитала при ключевой ставке в 14%, и инвестиции в долгосрочный R&D становятся математически непривлекательными для частного инвестора. Стратегия научно-технологического развития требует, чтобы к 2035 году частные инвестиции сравнялись с государственными, то есть доля бизнеса должна вырасти с 33% до 50% за десять лет. Это достижимо, но только если произойдут два структурных сдвига: снижение стоимости капитала до уровней, при которых долгосрочные инвестиции становятся привлекательными, и появление достаточного числа технологических компаний, чья бизнес-модель требует постоянного обновления продукта. ✅Подпишись

🛢 Urals обогнал Brent Российская нефть торгуется с премией $8 за баррель к эталонному Brent. Это беспрецедентная инверсия для марки, которая исторически шла с дисконтом $2–5, а после 2022 года опускалась до скидки в $20 и более. Но причина очевидна и кроется в логистике войны на Ближнем Востоке. Саудовская Аравия остановила трубопровод Petroline — последний маршрут доставки нефти в обход Ормузского пролива. Одновременно хуситы, по имеющимся данным, приступили к минированию Баб-эль-Мандебского пролива. Китайские и индийские НПЗ, сконфигурированные под конкретные марки сырья и не способные быстро переключиться на альтернативу, столкнулись с острым дефицитом физических поставок. На Шанхайской бирже баррель уже превысил $130. В этих условиях Urals получает $8 как страховую премию за безопасность маршрута. Для российского бюджета это редкое стечение обстоятельств. За первые семь месяцев нефтегазовые доходы испытывали давление. Физические объемы поставок сокращались из-за внутренних запретов на экспорт нефтепродуктов, введенных для стабилизации внутреннего рынка. Теперь ценовой фактор компенсирует этот дефицит и создает профицит, которого в плане не было. Каждый дополнительный доллар к цене Urals при экспорте около 200 млн тонн нефти в год дает примерно $1,5 млрд дополнительной выручки. $8 сверх Brent — это уже $12 млрд при сохранении премии. Даже половина этого объема способна существенно смягчить дефицит бюджета. Вопрос в устойчивости этой конъюнктуры. А к этому есть вопросы. Поэтому России важно использовать это окно максимально. ✅Подпишись

⚖️ Спорить с налоговой стало невыгодно В первом полугодии 2026 года бизнес и граждане оспорили налоговые доначисления на 5,1 млрд рублей, что в четыре раза меньше, чем за тот же период 2025-го. При этом общая сумма выросла на 22% до 324 млрд рублей. Простая арифметика: успешных кейсов менее 2% от всех дел. Суды в 90% случаев принимают сторону налоговых органов, что на 5 п.п. больше, чем годом ранее, и тренд 2026-го подтверждает эту динамику. Важный методологический нюанс. ФНС считает суммы, а не количество дел. Один крупный корпоративный спор на 3–4 млрд рублей статистически перевешивает тысячи малых. Это означает, что для небольшого бизнеса реальная картина может быть еще менее оптимистичной, чем показывает средняя цифра, ведь малые предприниматели чаще сталкиваются с формальными ошибками инспекторов. Оспаривать доначисления все еще имеет смысл, но только при наличии четких процессуальных оснований. Но делать это «по существу» с налоговой квалификацией операций становится все менее результативным: суды склонны доверять позиции ФНС по вопросам трактовки норм. Для налоговой системы рост собираемости доначислений — безусловно позитивный итог с точки зрения бюджета. Но для делового климата — сигнал о том, что неформальный баланс между налогоплательщиком и администратором сдвигается в одну сторону быстрее, чем формальное законодательство успевает это закрепить. ✅Подпишись

🦃 Россияне массово пересаживаются на индейку За первое полугодие граждане купили 42 тыс. тонн такого мяса, что на 17% больше, чем годом ранее. В деньгах рынок вырос на 22%, до 27 млрд рублей. При этом курятина прибавила лишь 5,2%, а продажи стейков из свинины и говядины, наоборот, сократились на 24,2% и 7,5%. В начале сентября тренд сохранился: количество покупок индейки выросло ещё на 9%. Причина не только в том, что покупатели ищут более полезную альтернативу. У индейки резко расширился привычный формат потребления: вместо отдельного «диетического» продукта на полках появились шашлык, колбаски, стейки, слайсы и полуфабрикаты. То есть птицу стало проще встроить в обычный рацион. И производители успевают отвечать на этот спрос. Выпуск индейки в России в 2026 году ожидается на уровне 470 тыс. тонн, еще на 3,7% больше прошлогоднего. А с 2012 года количество товаров выросло в целом в шесть раз. Но вслед подтягиваются и цены, прибавившие уже 8–10%. Потребитель здесь меняет не только вид мяса, но и сам принцип выбора. Индейка перестает быть заменой «по случаю» и становится массовым продуктом на каждый день. Поэтому ее нынешний рост — это уже не история про моду на правильное питание, а перераспределение мясного рынка в пользу категории, которая одновременно попадает в запрос на более доступный белок и умеет продаваться в привычных форматах. ✅Подпишись