Бремя бабочки

📸 Анри Картье-Брессон, 1964

Пейзаж с красным домом (фрагмент) 1917 Самарский областной художественный музей, Самара Аристарх Лентулов #наконецтовечер

Одержимость — Ага! Пал Михалыч! Съели-с! — широко улыбающийся император стоял перед свежеприобретенной картиной набирающего популярность передвижника. Его императорское величество был доволен, как мартовский кот после удачной ночной прогулки — глаза сверкали, борода и усы топорщились, от (и без того громадной) фигуры веяло мощью и силой. — Так-то! Будете знать, как со столицей соперничать! Самодержец всероссийский уже давно вел незримый бой с известным московским предпринимателем и меценатом Павлом Михайловичем Третьяковым и не был намерен отступать. Однако в этой борьбе победителей пока не было. Один собирал огромную галерею русского искусства в Москве, другой такую же в Санкт-Петербурге. Никто не хотел уступать. Художники же не могли отказать ни тому, ни другому, так как один хорошо платил, ну а второй — и так понятно. Поскольку император не очень любил город святого Петра, предпочитая ему Гатчину, все новинки живописи вначале привозили к нему туда, чтобы царь мог вдоволь насладиться произведением искусства еще до того, как оно будет открыто в столице на обозрение широкой публике. Вот и сейчас он стоял в своем кабинете и радовался, как ребенок, новому пейзажу, то приближаясь к нему, чтобы были видны мазки, то удаляясь, чтобы насладиться картиной целиком. Даже домочадцы знали, что в такие минуты его лучше не беспокоить. Тем не менее в кабинет аккуратно просочился дежурный адъютант и, набравшись смелости, возвестил прибытие важного гостя. — Ваше величество, господин Дурново, — робко проговорил офицер и вопросительно посмотрел на государя. — Да чтоб вас всех, — с неудовольствием гаркнул царь. — Зови. Что делать? Сейчас опять мне будет бухтеть про покушения, марксистов этих, будь они не ладны. И откуда они только берутся? Ведь рожает же их кто-то? Что думаете, капитан? — Безусловно, ваше величество, — вытянувшись в струнку, рявкнул адъютант. — Ладно, ладно, зови. Царь горестно прошествовал к рабочему столу, по пути еще раз с наслаждением посмотрев на картину. В комнату вошел министр внутренних дел. Государственные мужи уединились. А в это же время в московском Замоскворечье г-н Третьяков с некоторым неудовольствием рассматривал копию такой же картины, кисти того же художника, что красовалась в царском кабинете в Гатчине. «Так, значит, Сан Саныч, — думал про себя меценат, — думаешь, надурил ты меня. Тебе значит подлинник, потому что ты царь, а мне копию, потому что я купец. Нет уж, дудки, наша Москва вашему чахоточному Питеру еще не раз нос утрет. Вот помяни мое слово! Галерею на Лаврушинском будут моей фамилией называть. А то, что именно ты питерский музей открыл, никто и не вспомнит. И да! Следующая картина — моя первая будет, а тебе копию пришлют», — и меценат плотоядно улыбнулся. Как ни странно, все его задумки сбылись! Но это уже совсем другая история. #КирЛяпунов #РассказыИзТележки

Вера Мухина создала один из самых узнаваемых образов XX века — «Рабочего и колхозницу», стальную пару, которая шагает вперед так, будто никаких сомнений в будущем вообще не существует. В ее собственной жизни этой уверенности было гораздо меньше. В молодости она пережила тяжелую травму лица и несколько операций, ее мужа, врача Алексея Замкова, власть то поддерживала, то преследовала. Сама Мухина при этом стала почти образцовым советским скульптором - крупные заказы, государственные награды, пять Сталинских премий. Получился парадокс, женщина с очень непростой частной жизнью создала едва ли не самый бодрый и безоговорочный памятник своей эпохи. Вера Мухина  Рабочий и колхозница. 1937. Нержавеющая хромоникелевая сталь. Москва, ВДНХ. Скульптурная группа была создана для павильона СССР на Всемирной выставке 1937 года в Париже. Архитектурный замысел павильона и первоначальная композиционная схема принадлежали Борису Иофану, пластическое решение — Мухиной.  Женский портрет. 1915 Портрет кинорежиссера Ф. М. Эрмлера. 1963. Гимн Интернационала. 1938, отлив 1939 года. Хлеб. 1939. Крестьянка. 1927 #Никова

Рембрандт ван Рейн. «Ночной дозор», 1642. Рейксмюсеум, Амстердам. Правильный ответ — 1. В 1715 году «Ночной дозор» переносили в амстердамскую ратушу. Полотно оказалось слишком большим для предназначенной ему стены, поэтому его обрезали по краям — сильнее всего слева. Вместе с частью холста исчезли несколько фигур и значительный участок пространства. Из-за этого изменилось и построение сцены. У Рембрандта капитан Франс Баннинк Кок и лейтенант Виллем ван Рейтенбюрх находились правее центра, а вокруг них оставалось больше пространства. После обрезки они оказались почти посередине картины. Первоначальную композицию удалось восстановить благодаря копии XVII века, сделанной до того, как полотно уменьшили. Поэтому привычный нам «Ночной дозор» — не совсем та композиция, которую видел сам Рембрандт.

«Осенние дожди» (Пушкин) 1974 Виктор Попков #наконецтовечер

Как они встретились? – Случайно, как все люди. – Как их звали? – А вам какое дело? – Откуда они пришли? – Из соседнего селения. – Куда они направлялись? Хозяин не говорил ничего, а Жак говорил: его капитан уверял, что все, что случается с нами хорошего или дурного, предначертано свыше. Хозяин. Громкие слова! Жак. Капитан добавлял, что у всякой пули – свой жребий. Хозяин. И он был прав… Помолчав некоторое время, Жак воскликнул: – Черт бы побрал трактирщика и его трактир! Хозяин. Зачем же посылать к черту ближнего? Это не по-христиански. Жак. Так вот, напился я его дрянным вином и забыл сводить лошадей на водопой. Это заметил отец, он вышел из себя; я мотнул головой; он схватил палку и пощекотал мне спину не слишком ласково. В то время проходил мимо нас полк, направлявшийся в лагерь под Фонтенуа; я с досады поступил в рекруты. Пришли куда надо, и произошло сражение. Хозяин. И в тебя попала пуля. Жак. Угадали: огнестрельная рана в колено, и одному богу известно, сколько приятных и неприятных последствий она повлекла за собой. Они цепляются друг за друга не хуже звеньев мундштучной цепочки. Так, например, не будь этого выстрела, не довелось бы мне в жизни ни влюбиться, ни хромать. Хозяин. Ты, значит, был влюблен? Жак. Еще как! Хозяин. Благодаря выстрелу? Жак. Благодаря выстрелу. Хозяин. А ты мне об этом не заикнулся! Жак. Разумеется. Хозяин. А почему? Жак. Потому, что об этом не стоило рассказывать ни раньше, ни позднее. Хозяин. А может быть, теперь настало время поведать о твоих любовных приключениях? Жак. Почем знать? Хозяин. А ну-ка, попробуй начать… Жак приступил к своему повествованию. Было уже за полдень; в воздухе стояла духота: Хозяин заснул. Ночь застала их в открытом поле, и они сбились с пути. Хозяин ужасно рассвирепел и стал изо всех сил стегать лакея хлыстом, а бедный малый приговаривал при каждом ударе: «И это, видимо, также было предначертано свыше…» Вы видите, читатель, что я нахожусь на верном пути и что от меня зависит помучить вас и отсрочить на год, на два или на три рассказ о любовных похождениях Жака, разлучив его с Хозяином и подвергнув каждого из них всевозможным случайностям по моему усмотрению. Почему бы мне не женить Хозяина и не наставить ему рога? Не отправить Жака на Антильские острова? Не послать туда же Хозяина? Не вернуть обоих во Францию на том же корабле? Как легко сочинять небылицы! Но на сей раз и тот и другой отделаются дурно проведенной ночью, а вы – этой отсрочкой. Занялась заря. Вот они уселись в седла и двинулись в путь. Дени Дидро Жак-фаталист и его хозяин * Луи-Мишель ван Лоо. Портрет Дени Дидро. 1767

Поздравляем всех причастных с Днём учителя! Учитель - величайшая профессия. К сожалению, подвергшаяся поруганию в последние времена. Над учителями смеются, иногда впрямую издеваются. Причем делают это не только ученики, являющиеся лишь отражением своих родителей, а само общество, вначале унизившее касту учителей материально, а потом лишившее её элементарных инструментов воздействия на детей. Тем отраднее, что находятся люди, верящие в профессию и берущие на себя этот титанический труд. Потому что воспитывать детей бывает очень непросто (это я, как многодетный отец говорю), но делать-то это нужно! Низкий вам поклон, дорогие учителя, за ваш самоотверженный труд! И искреннее пожелание, чтобы дело ваше оставалось в веках, а смена, воспитанная вами была достойна вас и ваших великих предшественников! #КирЛяпунов