art_vincent_

Роман Тыртов (Эрте) Последняя легенда ар-деко (Начало в предыдущем посте) Он заранее позаботился обо всех деталях церемонии собственных похорон: составил список гостей, создал дизайн приглашений и даже нарисовал эскиз роскошного гроба из красного дерева, украшенного в его любимом стиле. За три недели до своей смерти он отдыхал с друзьями на острове Маврикий в Индийском океане, когда вдруг почувствовал себя плохо. Его успели перевезти на частном самолете в Париж, где он и умер. Ему было всего… 97 лет, и он был полон сил и планов на будущее.    Когда уходит человек такого уровня, как Роман Тыртов, хочется думать не о том, что он сделал, а том, что мог бы еще сделать. С Эрте (такой псевдоним, состоящий из аббревиатуры собственного имени и фамилии, он придумал себе сам) ушла навсегда целая эпоха, которая во многом была обязана ему своим существованием. Эпоха, которая в истории искусства получила название ар-деко. Так что, если вы хотите иметь представление об этом стиле, просто любуйтесь картинами, скульптурами, одеждой и украшениями, созданными Эрте. Первая выставка его работ состоялась в 1925 году в нью-йоркском отеле «Мэдисон», сделавшая его сразу кумиром элиты и богемы. Он как Великий Гэтсби из популярного романа Фицджеральда стал некоронованным королем стиля прекрасной эпохи между двумя мировыми войнами.    О нем почти забыли в послевоенные пятидесятые, но он оставался убежденным последователем жанра, дождавшись бурных 60-х.  Его время пришло в 1967 году на большой выставке художника в престижной Grosvenor Gallery в Нью-Йорке. Он вернулся в статусе идола золотого века Ар-деко, подтверждением которого стало приобретение музеем Метрополитен всей экспозиции в количестве 170 представленных работ. Беспрецедентный случай для живущего художника. Слава и богатство стали его неизменными спутниками. Ежегодный доход от продажи его произведений достиг почти ста миллионов долларов.    О чем вспоминал он в последние дни, прежде чем уйти навсегда? Может быть, как впервые мальчишкой приехал из Петербурга в Париж, навсегда покоривший его роскошью и калейдоскопом впечатлений? Он мог признаться самому себе: «Все, что я делал в искусстве - игра воображения».

Роман Тыртов (Эрте) Великий русский… француз Взгляните, как легки его линии, как совершены формы, как точны цветовые контрасты. Вот это и называется стиль, который делает Женщину, достойной любви и поклонения. Эрте не писал портреты. Он создавал образ, детали, штрихи, отличавшие «женщин Эрте» от всех остальных: будь она знаменитой актрисой или домашней хозяйкой. Он был королем ар-Деко и власть его была безграничной. «Помню, ещё в пятилетнем возрасте, - вспоминал художник, - я увлёкся созданием женских костюмов, нарисовал свою первую модель – это был эскиз вечернего платья для моей матери, который она отдала портнихе, и платье имело большой успех». Он и сам был легендой. Настоящий русский аристократ во всем: в общении, в быту, в одежде. «Я с отвращением ношу одно и то же платье даже два дня подряд и ем одну и ту же пищу, - напишет он в воспоминаниях. - Монотонность рождает скуку, а я никогда не скучал в своей жизни». Вилла Эрте находилась на вершине холма, в Булони, дорогом парижском пригороде. Эрте создал великолепные интерьеры с антикварной мебелью и зеркалами. Огромный аквариум отделял холл от кабинета, а гостей неизменно встречал любимый кот Микмак. Александр Вертинский восхищенно вспоминал: «Два дня ходил, словно затерявшись в зеркальной вселенной, где сквозь туман проявляются причудливые города, а неизбыточность мига разлита в бесконечности воображения…». Как художник он мог все. В конце 60-х он выпустил уникальный альбом «Цифры», где 10 чисел были воспроизведены на черном фоне в виде человеческих фигур, а чуть позже создал уникальную серию символического алфавита. Но больше всего в конце жизни его увлекала скульптура, изящные женские фигурки из бронзы, словно ожившие образы его рисованных силуэтов. Удивительно, но он был практически нашим современником. Его жизнь - длиной почти в век – завершилась в 1990 году. «Я живу в другом мире - мире снов и забвения», - признавался он в воспоминаниях. Его отпевали в парижском соборе Александра Невского. Великолепный гроб в стиле ар-деко был выполнен по его эскизу. Русский дворянин, Роман Петрович Тыртов (Эрте) обрел покой на Булонском кладбище в семейной могиле с родителями.

Марваль, Жаклин «Богема», 1921. Частная коллекция (начало в предыдущих постах) Никто из ее старых друзей и бывшего мужа не узнал бы в этой эпатажной обнаженной женщине с пером в ярко-красных волосах скромную портниху и жену бродячего торговца из провинции. Когда-то давно семейная трагедия - смерть маленького сына, перевернула ее жизнь, заставив бежать из родных мест в шумный Париж в поисках новой судьбы. Свое настоящее имя, Мари-Жозефина Валле, она превратила в псевдоним Жаклин Марваль, найдя приют в самом центре богемной жизни столицы, на Монпарнасе. Теперь ее окружали те, кого в будущем назовут элитой нового искусства: Матисс, Пикассо, Модильяни. Но она была всего лишь портнихой, мечтавшей стать живописцем и первые картины писала на простынях со своей постели. Художник Жюль Фландрен стал ее любовником и первым проводником в мире искусства. И однажды она представила на выставке в Салоне Независимых сразу десять своих картин, которые немедленно были скуплены главным маршаном (арт-дилером) Монпарнаса Амбруазом Волларом. Казалось, после этого деньги и популярность никогда не изменят ее судьбе. И она превратила свою жизнь в яркий перфоманс, эпатируя даже видавших виды обитателей Монпарнаса. Марваль сама шила умопомрачительные наряды, красила волосы в невероятные цвета и прогуливалась по Парижу с живыми экзотическими птицами на плечах. Однажды она пришла на премьеру в Оперу Гарнье в платье, из зеленой упаковочной бумаги и с огромной шляпой с живыми розами. Когда её отказались пускать в ложу, Марваль устроила грандиозный скандал в фойе, обвиняя богатых дам в безвкусице и пошлости. Она приобрела у Матисса его уютную мансарду на набережной Сен-Мишель, 19, где писала свои необычные произведения. По иронии судьбы картина, которые вы видите, стала ее прощальным посланием бросившему ее бывшему возлюбленному Жюлю Фландрену. Жаклин, независимая и гордая, смотрит на мир без страха и упрека. Она еще не знает, что впереди самые тяжелые годы неизлечимой болезни, нищеты и одиночества. Сразу после её смерти в 1932 году судебные приставы опечатали ее мансарду-мастерскую. А большинство картин скупили за бесценок на аукционах. Даже ее имя было предано забвению на десятки лет.

Марваль, Жаклин Одалиски. 1902-03. Музей Гренобля, Франция (Начало в предыдущем посте) Вы заметили, что у этих пяти куртизанок из гарема одно лицо самой художницы? А теперь представьте, какой шок вызвала это огромное полотно (196,5 × 230,7) в 1904 году у посетителей выставки в Салоне Независимых в Париже, увидевших в самом авторе элитную проститутку, прославлявшую свое ремесло. А не напоминают ли вам эти расслабленные позы погруженных в себя одалисок с искаженными формами на холсте без светотени и объема, что-то знакомое из классики кубизма? Похожими предстанут пять «Авиньонских девиц» на знаменитом полотне Пабло Пикассо, написанном спустя четыре года после скандального показа «Одалисок» Жаклин Марваль. Такое же плоское изображение моделей, лишенных привычной эротичности и существующих только в воображении художника. Пикассо скрывал свой шедевр в мастерской девять лет до 1916 года, когда «Одалиски» Марваль и произведение Пикассо встретились на выставке в Салоне д'Антен. Этот факт не был случайным. Поэт и идеолог кубизма Андрэ Сальмон решил показать вместе две авангардные картины с пятью женскими фигурами, радикально менявшими академические представления об искусстве. Расчет был на то, что признанная и широко известная картина Марваль сгладит резонанс от необычного холста Пикассо. Так и получилось. Скандальная картина Пикассо хотя и вызвала неприятие и возмущение, но запомнилась, положив начало истории кубизма в искусстве. А «Одалисок» Жаклин Марваль ждала такая же трудная судьба, как и самой художницы. Жаклин умерла в одиночестве и забвении в 1932 году. Ее работы распродавались за бесценок. И тогда родная сестра Марваль решила подарить монументальное полотно музею их родного города Гренобля. Общественное признание «Одалиски» приобрели только в XXI веке, когда картину извлекли из запасников и провели полную реставрацию. Сейчас эта картина по праву считается одним из главных шедевров французского авангарда. И по мнению многих авторитетных искусствоведов «бордель» на картине Жаклин Марваль возможно оказал влияние на создание «Авиньонских девиц» Пабло Пикассо. Я еще не рассказал вам о самой художнице. Но это совсем другая история. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ…