Заметки на полях

«Свое собственное отношение к государственной власти Церковь основывает на полном и последовательном проведении в жизнь принципа раздельности Церкви и государства». Ровно сто лет назад, 9 июня 1926 года, заключенные в соловецком лагере епископы составили обращение к советской власти. В нем зафиксированы принципы, которые актуальны и сейчас: отказ участвовать в политических акциях государства, подстраиваться под «линию партии» в вопросах веры, превращать Церковь в ещё один инструмент чиновников. Столкнувшиеся с репрессиями епископы мужественно указали системе, что ей стоит посмотреть на свои же законы и начать их выполнять — отделить Церковь от государства, то есть не вмешиваться в ее дела.

"Чудесная" цитата, актер Джон Уэйн. Очень умно, тейк на 146 iq*. As actor John Wayne put it: “Our so-called stealing of this country from them [the Indians] was just a matter of survival. There were great numbers of people who needed new land, and the Indians were selfishly trying to keep it for themselves” (Wayne, 1971). Перевод: «Это так называемое “воровство” у них этой страны [у индейцев] было всего лишь вопросом выживания. Было огромное количество людей, которым нужна была новая земля, а индейцы эгоистично пытались оставить её себе». Как думаете, что будет, если  применить этот принцип к собственности актера, которую он, вероятно, пытался "selfishly keep to himself"? Есть же сколько людей, которым она, наверное, нужнее. К слову, актер уже скончался, но остался семейный бизнес. Выручка, говорят, до 5 миллионов баксов в год. Надеемся, не эгоистично присваивается? А то нуждающихся много вокруг. *Высказывание не поддерживаем, расизм, насилие и дискриминацию осуждаем, и т.д. и т.п. Подписаться на Заметки на полях

Как развивается суверенная наука: хочется упомянуть о понятиях менталитета и Русского мира, которые политической (государственной) волей из предмета научных дискуссий об их состоятельности в науке переведены в объективно существующую научную категорию – политическое объективное вменение научной состоятельности, её своеобразная преюдиция (от латинского praejudicialis – налагаемый на основании предыдущего решения).  Повеление начальственное — объективно существовать! Подписаться на Заметки на полях

Слом мифологии в Зимбабве У элитариев есть увлекательная игра “придумай стране великого предка”. Она позволяет без траты лишних ресурсов получить много бонусов. Среди плюсов: ♟ Легитимизация - потому что начальство теперь не просто выборное, а как бы наследники тех самых величайших легендарных правителей, про которых все жители читали в учебниках. 🗡 Самоутверждение над соседями - у них ведь предки не такие великие, а если наши ими еще и правили, то вообще туши свет. Можно и территориальные претензии предъявить. Но есть один минус, и жирный. В эту игру можно играть и вдвоем, и втроем, и даже вчетвером. По итогу зачинщик может обнаружить, что его исторический нарратив оказался самым слабым. Вот, например, вооружились нарративом Золотой Орды. Удобно, на первый взгляд. Можно пугать соседей: “да, скифы мы, да, азиаты мы”, можно гонять либералов, можно оправдывать всякие зверства “особым путем”. Однако это работает до тех пор, пока на родство с Ордой не появляются другие претенденты, и тогда нарратив уже выглядит бледно — его может присвоить конкурент. Теперь элитариям придется поднапрячься, чтобы отстоять "право" на ордынство. Нужно будет усложнять нарратив и углублять. Однако тогда выяснится, что великие предки у Орды-то были в подчинении. А законно ли вышли из состава? Всю ли процедуру соблюли? А вдруг нелегитимно получилось? И вот весь псевдо-легалистский нарратив тысячелетней истории как-то пожух и осыпался. Не то чтобы он и раньше себя хорошо чувствовал, но теперь уже ему явно поплохело. Напоминаем: речь идёт про Зимбабве! Подписаться на Заметки на полях

Егор Летов вернулся в Москву На днях в центре столицы один молодой паренек пронзительно исполнял песни Егора Летова. Вокруг него собралась очень своеобразная публика: в основном подходили довольно взрослые мужчины и женщины, садились на лавочки и с ухмылкой в глазах о чем-то размышляли. Строки «Все идет по плану», «Вечность пахнет нефтью», «Русское поле экспериментов»  действовали на людей гипнотически. На очередном припеве одна из женщин лет 45 громко и гордо сказала: «Зато это честно». Музыканта благодарили и жали руки. Песни Летова всегда периодически поют на улицах, но в эти дни они звучат как-то по-особенному. Подписаться на Заметки на полях

«Православных» в России стало меньше, но настоящих православных — больше Опрос ПСТГУ отразил ситуацию, неприятную для идеологов, которые хотели бы подчинить веру и создать очередную итерацию концепта вроде  «Православие – самодержавие – народность». Нет, господа, не выйдет.  Падение доли респондентов, относящих себя к православным, с 78% до 65% в 2011–2026 годах, говорит о снижении популярности именно «религии как части культуры». Отпадают те, для кого вера — лишь элемент этнической идентичности — та самая целевая аудитория идеологических построений. Куда более важно другое. Социологи зафиксировали резкий рост интенсивности церковной жизни, которая сосредоточена вокруг Причастия — самого важного таинства для христианина. Среди тех, кто посещает богослужения каждый месяц и чаще, доля причащающихся как минимум раз в месяц выросла в разы: с 14% в 2011 году до 64% в 2026-м. Это может говорить о качественном улучшении православного сообщества в России. В храм приходят не просто поставить свечку, а на Литургию. Тренд очевидный: если в 2011 году доля тех, которые называли себя православными и никогда не причащались, составляла 50% — каждый второй — то теперь она упала до 37%. Таким образом, православные в России изучают свою веру, становятся более осознанными, менее поверхностными — а значит, ими сложнее будет манипулировать. Подписаться на Заметки на полях

В ожидании плохого Если ты хоть раз в жизни затапливал соседей, кран перед уходом ты будешь проверять всегда. Если на тебя когда-либо нападали в подворотне или это случалось с кем-то из твоих близких, мысли о ношении средств самообороны будут приходить в голову чаще. Если кого-то наказали за плохие слова — рот открывать захочется реже. Понимаете, к чему ведем? Ожидание. Страшное ожидание плохого вносит сильные коррективы в нашу жизнь. Причем чувства эти довольно естественно встроены в нашу ежедневную реальность. Ожидание опасности, помогающее нам избегать потенциальных угроз, очень сильно влияет на наши стратегии поведения. Тут, в общем-то, ничего нового: поведенческая экономика уже давно сделала все выводы относительно нерациональности поведения человека. В политологии, менеджменте и государственном управлении также уже давно сложился «поведенческий» консенсус о том, что человек при принятии решений, в общем-то, головой думать не привык: ему скорее свойственно руководствоваться своими внутренними, глубинными эмоциями и инстинктами. Наша иррациональная часть никуда не уходит когда дело касается взаимоотношений с начальством. В этом смысле, на наш взгляд, существует серьезный разрыв между тем что реально происходит и социальным миром страхов и ожиданий, направляющим общество по протоптанной тысячелетиями траектории. Человек всегда приписывал власть имущим сверхъестественные свойства, а также великие мессианские замыслы, за что очень их боялся, отчего и уважал. Несмотря на то, что человеческая природа не меняется тысячелетиями, некоторым до сих пор кажется, что люди принимают решения на основании каких-то собственных взвешенных рефлексий. В действительности политическим поведением руководит своего рода дополненная реальность, созданная ожиданиями о будущих действиях власти. Причем ожидания эти будут отличаться от человека к человеку, сильно завися от особенностей его мироощущения. Выходит, что люди выстраивают свои стратегии поведения с Другим, исходя из собственных социальных галлюцинаций, вызванных обострением иррациональных глубинных страхов. Иными словами, исходная точка из которой выстраиваются причинно-следственные связи, а также поведенческие стратегии это наши додумывания, фантазии и ожидания о поведении контрагента, а не его реальные действия. Запускать такого рода дополненную реальность может любой травматичный опыт пережитый лично или даже опосредованно через чтение о действиях начальства в СМИ. Самому начальству такие состояния, кстати, тоже свойственны, они ведь тоже люди. Только вот их ожидания о действиях общества, а также вытекающие из этого стратегии оказывают уже нешуточное влияние на жизнь каждого из нас. Подписаться на Заметки на полях

Доверие к начальнику падает Знаете, что будет, если оно упадет до минимума? Скорее всего, ничего не будет. Политическая система не только Зимбабве, но и, наверное, вообще всех стран устроена таким образом, что доверие к начальству либо вообще не значимо, либо очень опосредовано может влиять на принятие решений. В лучшем случае на следующих выборах выберут нового начальника — и он сделает выводы, где и что пошло не так у предшественника. Или не сделает. Или сделает, но неверные. И это в лучшем случае — в худшем останется старый начальник, найдет врагов, которые испортили ему рейтинг, и покарает. Стандартные политические системы выстроены таким образом, что мнение и доверие рядовых жителей к власти играет меньшую роль, чем иногда хотелось бы. Совсем другую систему в далеком XVII веке предложил Джон Локк. У него доверие — ключевой элемент легитимности. Без доверия нет законной власти, есть тирания, которая ей притворяется. Если развивать идеи Локка, можно предложить механизм быстрого импичмента для начальства. Низкое доверие — лишился должности. Автоматически. Минимум процедур, максимум эффективности. Подводные камни есть и тут, однако сейчас, когда политический маятник по всему миру как будто  склоняется в пользу «жесткой руки», такой элемент сдержек и противовесов был бы весьма кстати. Что скажете: нужно ли автоматически отрешать от должности начальство, если рейтинг доверия упал, скажем, ниже 50%? 👍 — Да, это не позволит игнорировать общественное мнение. 👎 — Слишком рискованно, это вызовет хаос во власти, страна станет неуправляемой. Подписаться на Заметки на полях

Опасайтесь «плоских» людей Очень странные дела творятся в Зимбабве. Похоже, что мы наблюдаем если не полноценный элитарный раскол, то как минимум попытку искусственного оживления политического пространства. За последние месяц-два можно зафиксировать как минимум три случая критики власти публичными спикерами. Во всех случаях аудитория — миллионная, сами спикеры раньше либо были лоялистами, либо аполитичными, либо «ворчливыми патриотами». Никого не наказали, перед кем-то даже извинились. Спикеры отражают практически весь спектр зимбабвийского общества: аудитории воюющих, аполитичных и лоялистов. То есть целятся в тех, кого раньше считали обработанными пропагандой настолько, что беспокоиться не стоит. Что может быть дальше? Главную опасность видим в том, что кто-то из этих людей начнет играть в политика и собирать сторонников. В текущих условиях это с высокой вероятностью будет означать провокацию. При чем же здесь «плоские» люди? Дело в том, что ни один из спикеров, по крайней мере пока, не представляет из себя чего-то цельного и декларируют лишь лозунги. Расчет может быть на лакановский фантазм: когда людям надоело настолько, что они готовы поверить любому, который скажет: так жить больше нельзя. Подписаться на Заметки на полях

О знаменитых узниках психушек Психические заболевания и расстройства — тема в обществе табуированная. Хотя ситуация и стала улучшаться в последние годы благодаря популяризации психологии, до здорового отношения еще далеко. Ярлык "психа" — это клеймо, которое в том числе с удовольствием вешали на оппонентов разнообразные начальники. Очень удобно — сразу можно ничего не обсуждать, чего с шизом разговаривать? Полезно будет освежить историю самого первого "политического психа" в российской истории — Петра Чаадаева.