Донской Казак

Иранский визит в тени европейского 1. Исламская республика прощается с рахбаром Али Хосейни Хаменеи (1939-2026). По справедливому замечанию востоковеда Сергея Мелконяна, похороны верховного лидера Ирана Али Хаменеи стали одним из центральных событий не только для Ближнего Востока, но и для более широкой международной повестки». Конечно же, особой остроты ситуации добавляет тот факт, что несмотря на свой преклонный возраст рахбар покинул сей мир не в результате болезни, а в результате авиаудара в рамках американо-израильской военной операции «Эпическая ярость» /«Рев льва». Таким образом, прощание с ушедшим- это не просто похороны, а символическое событие, своеобразный месседж Ирана urbi at orbi. 2. В этом контексте хотел бы обратить особое внимание на визит в Тегеран для прощания с погибшим рахбаром армянской делегации. В последние годы Армения демонстрирует множество признаков отдаления от своего прежнего стратегического союзника России, и напротив, сближения с США и ЕС (в спектре от пресловутой «Дороги Трампа» до евроинтеграционных интенций). Заметим, по поводу внешнего вмешательства внерегиональных игроков в кавказские дела Иран был всегда более последователен, чем даже Россия. Москва до 2022 года была сопредседателем Минской группы ОБСЕ (вместе с Вашингтоном и Парижем), а после объявления трамповских планов даже заявляла о вероятности примкнуть к ним на выгодных условиях. Тегеран же неизменно продвигал (и продолжает это делать) формат «3+3»: на Кавказе должны работать три страны региона плюс три евразийских соседа-гиганта. И никаких евро-атлантических или израильских поползновений! 3. Однако все армянские геополитические трансформации последних лет проходят так, будто бы имеют одну «защищенную статью» иранскую. Напомню, что министр обороны Армении Сурен Папикян совершил официальный рабочий визит в Тегеран 23–24 февраля 2026 года, за два дня до начала атак США и Израиля на Исламскую республику. События прогнозируемого и прочитываемого! Вот и в июле 2026 года в Тегеран отправилась представительная делегация во главе с Николом Пашиняном в составе вице-премьера Мгера Григоряна, замглавы МИД Ваагна Костаняна и секретаря Совбеза («черного кардинала» армянской внешней политике) Армена Григоряна. Для сравнения. Грузию в Иране представлял президент Михаил Кавелашвили (во многом номинальный глава государства), а Азербайджан- спикер парламента Сахиба Гафарова. Что называется, почувствуйте разницу! 4. «Я прибыл в Тегеран, чтобы принять участие в официальной церемонии прощания с пoкoйным верховным лидером Исламской Республики Иран Али Хаменеи», - написал премьер-министр Армении. Сделал это буквально через день после того, как в Ереване с большой помпой принимали председателя Еврокомиссии Урсулу фон дер Ляйен. Сегодня много желающих говорить о «молдавском сценарии» для Армении. Спору нет, некоторые основания для таких выводов есть, хотя имеются и существенные отличия между двумя страновыми кейсами. Вот Вы представляете себе Майю Санду, Дорина Речана или Дана Перчуна, публично скорбящих об уходе иранского рахбара? Последовательного врага США и «сионистского режима», погибшего в результате американо-израильского удара! Как ни силюсь, не могу! 5. «Опыт показал, что присутствие и вмешательство внерегиональных держав не способствовали решению региональных проблем», - более чем тонкий намек от президента Ирана Масуда Пезешкиана. Но ведь и Пашинян не остался в долгу: «Мы заверяем, что Армения не участвовала и не будет участвовать ни в каких планах, проектах или действиях, направленных против интересов и безопасности Ирана». Как это соотносится с трамповскими прожектами? Риторический вопрос. Но в риторике (простите за тавтологию) на иранском треке у Пашиняна не было и нет даже десятой доли той критичности, что проявляется в отношении Москвы. Уж точно иранцев не обвиняют в несвободе и в ограничениях интернета. 6. Вывода здесь два. Ирану нужна Армения как региональный балансир, а Армении Исламская республика также необходима для сохранения пространства для маневра. И, не исключено, как канал для диалога с Москвой. Южный Кавказ: все сложно! И будет еще сложнее!

Государство-Декларация 250-летие США 1.В 2026 году Соединенные Штаты Америки отмечают 250-летие независимости. Не просто дата, а юбилей политического эксперимента, который продолжается на наших глазах по сей день. Важный факт! Континентальный конгресс принял Декларацию независимости 4 июля 1776 года, но подписывать ее делегаты начали позже, 2 августа. То есть даже главный национальный (государствообразующий) миф США с самого начала был не одномоментным актом, а процессом. Это, пожалуй, лучшая метафора Америки: она всегда обещает больше, чем уже исполнила. 2. Добавим к этому еще несколько сюжетов. 250 лет назад Декларацию об образовании нового государства подписали 13 колоний. На сегодня число штатов составляет 50. И дискуссии о DC (Федеральном округе Колумбия) и статусе Пуэрто-Рико еще не окончены. Василий Ключевский (1841-1911) в своем блестящем университетском курсе определил историю России как «историю страны, которая колонизуется». Формула, применимая и к США. Поэтому-то история американских трапперов, экспедиции Мериуэзера Льюиса (1774-1809) и Уильяма Кларка (1770-1838) так похожи на одиссею ермаковых казаков, а американский фронтир- на русское «Дикое поле». И еще один момент. Нация, первоначально созданная как пространство для WASP (White Anglo-Saxon Protestants) шаг за шагом из жестко эксклюзивного и даже откровенно расистского проекта превращалось в инклюзивный гражданский проект! 3. Путь от 13 колоний и 56 подписантов к крупнейшей военной и технологической державе и экономике с номинальным ВВП около $31,9 трлн в годовом выражении и населением численностью примерно в 341,8 млн человек уже широко исследован в научной литературе, отражен в многочисленных романах и киношедеврах. Но к нему еще не раз будут обращаться! Первая перепись в США в 1790 году насчитала 3 929 214 жителей. За два с лишним века Америка выросла почти в 87 раз! Не только демографически, но и институционально, экономически, культурно. 4. Но юбилей США - это не только фейерверки, парады и патриотическая символика. Это еще и проверка на честность. Потому что страна, построенная на фразе «all men are created equal», почти век сохраняла рабство, а затем еще век узаконивала расовую сегрегацию, а сегодня продолжает спорить о миграции, неравенстве, правах штатов, роли федеральной власти и границах президентских полномочий. Американская история - это не прямая линия от свободы к свободе. Это череда конфликтов между обещанием и реальностью. И это мы еще не говорим о мессианстве, которым американцы оправдывали и оправдывают свои многочисленные интервенции в другие страны мира, а сами образования Overseas считают «менее равным», чем «Град на холме». 5. В этом смысле 250-летие США наступает в момент парадокса. С одной стороны, Америка остается страной исключительного масштаба. Ее экономика в I квартале 2026 года выросла на 2,1% в годовом выражении, а ее университеты, рынки капитала, технологические компании, Голливуд, доллар и армия продолжают формировать глобальную повестку. С другой стороны, внутренняя уверенность американцев заметно просела: по опросу AP-NORC, только около 4 из 10 взрослых американцев заявили, что испытывают гордость в связи с 250-летием страны, а лишь около трети считают, что «американская мечта» все еще существует. Штаты остаются экономическим гигантом. Но цена этой мощи растет, а бюджетный дефицит остается едва ли не ключевым вопросом американской повестки (уже хроническим). 6. Однако проблемы, кризисы и провалы не означают «заката Америки». Штаты в прошлом много раз ошибалась, перегревалась, раскалывались, воевали сами с собой (человеческие потери в Гражданской войне 1861-1865 гг. по-прежнему остаются выше, чем во всех других конфликтах и войнах с американским участием вместе взятых) и возвращалась к росту. Скорее всего, США ждут новые «аудиты» и «новые курсы». Декларацию-1776 будут переосмысливать и дополнять новым содержанием. Уже не 56 подписантов, а более 340 млн. граждан.

Два мира, две Урсулы   1.  Председатель Европейской комиссии (ЕК) Урсула фон дер Ляйен совершила турне по двум из трех стран Южного Кавказа. 1 июля она побывала в Баку, а на следующий день- в Ереване. О ее визите уже написаны тома литературы. Повторяться не хотелось бы. Попробуем обозначить сущностные моменты. 2.  Представители высшей брюссельской бюрократии и интеллектуалы из стран ЕС очень любят противопоставлять «политику ценностей» и «нормативную силу» Евросоюза Realpolitik. Россия и США (немного реже) видятся ими, как проводники циничных принципов внешнеполитического реализма. То ли дело продвижение демократического солидаризма. 3.    Визит Урсулы фон дер Ляйен отчетливо показал: Брюссель также не чужд ценностей Realpolitik. И это прекрасно сочетается с поддержкой «свобод и демократий». В первый июльский день Госпожа Председатель побывала в Баку. Всем своим видом и всей своей риторикой фон дер Ляйен показывала азербайджанским партнерам: Еврокомиссия намного важнее Европарламента. Что бы там ни принимали депутаты, эти резолюции остаются по большей части для читателей, телезрителей и блоггеров, исполнительная ветвь ЕС будет наращивать кооперацию с Баку. Какие бы несоответствия демократии ни были бы выявлены. И то правда, с начала нынешнего года газ из прикаспийской республики пришел в ФРГ и в Австрию. Общее число импортеров ЕС достигло отметки в 10 стран (еще не половина, но уже немного более одной трети). Демократию, как ни крути, надо отапливать. Теперь «Connectivity Partnership» становятся ключевыми словами в отношениях между Баку и Брюсселем. «Связанность» Европы и Азии в обход России. Повторю еще раз. Помимо российской версии на наших глазах создаются иные «евразийские проекты». Не проспать бы! 4.  Армения - совсем другая идеологическая риторика. Поддержка «европейского выбора армянского народа». Госпожа Председатель всячески подчеркивала экзистенциальный характер взаимодействия Брюсселя и Еревана. Хотя, если приглядеться повнимательнее к обещаниям фон дер Ляйен, то обещанные суммы поддержки для «переориентации» страны на ЕС (пакет на €52 млн.), не могут не вызывать улыбку. Один мой знакомый армянский бизнесмен поведал, что для его деятельности (это оптовая и розничная торговля цветами) предложенные «средства спасения» равны объемам двух-трех (максимум!) дней его продаж. Фактически демократия для Армении в версии Госпожи Председателя понимается, как выбор против России. Тогда можно не заметить и многочисленные случаи административного вмешательства в избирательный процесс, и проявления диффамации. Ценности они тоже требуют жертв! 5.  Таким образом, в течение двух дней глава ЕК показала себя и поборником Realpolitik, и демократического солидаризма. Впрочем, если приглядеться повнимательнее, то и в последнем можно найти элементы первого подхода. Диалектика! 6.  И последнее (по порядку, но не по важности). В маршрутной «путевке» фон дер Ляйен не было Грузии. И это тоже о многом говорит! Некогда «маяк демократии» занесен, если не в «черный список», то в перечень проблемных государств. Подобный маршрут был обусловлен текущим обострением дипломатических отношений между Брюсселем и Тбилиси, приостановкой действия безвизового режима для некоторых грузинских дипломатов и требованиями проведения демократических реформ (понимаемых де-факто, как демонтаж системы Бидзины Иванишвили). В доминировании «Грузинской мечты» руководство ЕС (и особенно ЕК) видит проявления излишней внутри-и-внешнеполитической самостоятельности. Что позволено Баку, то для Тбилиси категорически запрещено!

Дипломатическая рутина как главное достижение 1. В Женеве завершился очередной (уже 67-ой по счету) раунд консультаций по безопасности и стабильности в Закавказье. Главная новость в том, что этот формат до сих пор еще существует. Несмотря на непрекращающуюся конфронтацию России и Запада, военное противостояние вокруг Украины и отсутствие прогресса по вопросам статуса Абхазии и Южной Осетии. 2. В конце 2025- начале 2026 гг. российский МИД даже поднимал вопрос о переносе консультаций из Швейцарии в какую- то из стран Ближнего Востока по причине утраты Берном внешнеполитической нейтральности. Однако Женева снова приняла делегации дипломатов для обсуждения перспектив окончательного урегулирования двух кавказских конфликтов. 3.Переговоры в Женеве нечасто попадают в фокус информационного внимания. Уже не первый год к ним относятся как к событиям, от которых сложно ожидать каких-то прорывов. Формат, начавшийся с громких пафосных деклараций и обвинений в адрес противоположной стороны, постепенно превратился в рутинное мероприятие. У сторон, вовлеченных в женевский процесс, разные интересы и различная мотивация. Если Грузия стремится привлечь западных партнеров и международные структуры к поддержке своей территориальной целостности, то Россия нацелена на легитимацию того, что она называет «новыми реалиями в Закавказье». 4.Что же касается Абхазии и Южной Осетии, которых зачастую воспринимают лишь как сателлитов Кремля, то для них Женева остается фактически единственной международной площадкой для трансляции собственных подходов, несмотря на отсутствие у них официального статуса. По справедливому замечанию финского дипломата Антти Турунена (несколько лет он работал в качестве представителя ООН на женевских дискуссиях), «хотя противоположные позиции превалируют, все участники вовлечены в процесс взаимодействия, который обеспечивает относительно спокойную и стабильную ситуацию в регионе». И в этом, пожалуй, главная ценность женевского формата. 5. В общем, жизнь продолжается.

Грузия-Казахстан: новый уровень двустороннего партнерства 1. «Подписанное сегодня совместное заявление об установлении стратегического партнерства выведет казахстанско-грузинские отношения на качественно новый уровень»,- с таким заявлением выступил Касым-Жомарт Токаев 29 июня. В последний июньский понедельник президент Казахстана принимал в Астане премьер-министра Грузии Ираклия Кобахидзе. Воистину Центральная Азия становится любимым регионом постсоветского пространства для главы грузинского правительства. Судите сами! В течение только одного июня 2026 года он посетил сначала Кыргызстан, потом Таджикистан и под самый конец месяца - Казахстан. В июле в Тбилиси ждут президента Узбекистана Шавката Мирзиеева. Регион, который до недавнего времени считался внешнеполитической периферией превращается в один из приоритетов Тбилиси. 2. Впрочем, здесь, как всегда есть свои важные нюансы. Глава правительства Грузии посетил Бишкек и Душанбе впервые после получение его страной независимости в результате распада СССР. И поэтому эти визиты назвали «историческими». Соглашению, которое мы упомянули в начале нашего комментария, тоже присвоили аналогичный статус. Но в отличие от Киргизии и Таджикистана с Казахстаном у Грузии намного более долгая история и дипломатических визитов, и взаимовыгодных отношений. Эдуард Шеварднадзе посещал Казахстан еще в 1996 году, а Михаил Саакашвили- в январе 2006 и в марте 2007 гг. В свою очередь первый казахстанский президент Нурсултан Назарбаев побывал в Тбилиси в октябре 2005 года. Именно тогда и были сформулированы ключевые задачи стратегического партнерства. «Мы хотим выйти в Черное море со своей нефтью, различными товарами, грузами, чтобы развивать торговлю…Мы хотим принять участие в процессе приватизации объектов в Грузии, в строительстве, в приобретении здесь промышленных объектов»- заявлял тогда Нурсултан Абишевич. И надо сказать, что за три последующих года его страна стала одним из главных инвесторов в грузинскую национальную экономику. После 2008 года мы можем констатировать некоторый спад взаимного интереса. Но в последнее время двусторонние отношения получили новые импульсы. 3. Казахстан уже инвестировал в экономику Грузии более $500 млн и намерен расширять сотрудничество с Тбилиси. По итогам прошлого года товарооборот между двумя государствами составил $184,5 млн, а за январь-апрель нынешнего  он достиг $53,2 млн. Казахстан экспортирует в Грузию нефтепродукты, уголь, а импортирует, главным образом продукцию пищевой промышленности (прежде всего, минеральную воду). 4. Но не экономикой единой. Транспортные коммуникации и логистика в нынешних условиях получают «геополитическую капитализацию». Особенно на фоне ближневосточной и постсоветской турбулентности. Никуда не делся и евроинтеграционный кризис. И грузинские власти стараются хеджировать риски и распределять внешнеполитические приоритеты по разным корзинам. Наблюдая, среди прочего, и за активным продвижением в Центральную Азию соседей и союзников в лице Азербайджана и Турции. Первый из них так и вовсе получил центральноазиатскую «прописку». 5. Отсюда делаем следующий вывод. Мы традиционно противопоставляем Евро-Атлантику Евразии, отождествляя евразийские интеграционные интенции с российскими устремлениями. Но такой взгляд грешит схематизмом и упрощенчеством. Сегодня «свою Евразию» пытаются строить Турция и Иран, Индия и Китай, Азербайджан и Грузия с Казахстаном. Где-то наши устремления совпадают (минимизация «однополярного момента» и гегемонии «политического Запада»), но где-то и не вполне сходятся. В этом контексте мы можем упомянуть выстраивание альтер-российских историко-политических нарративов, интеграционные проекты вроде ОТГ без России, но с обсуждением вероятных военных форматов с участием ее ближайших партнеров. Не забудем и про вовлечение нерегиональных игроков в «освоению» евразийских пространств). В любом случае мы увидим (и уже видим) много версий разных «Евразий». И далеко не все они разрабатываются московскими сценаристами. Многоцентричный мир он такой! Открывает окна для внешнеполитического постмодерна!

Южная Осетия: новые перспективы Интервью Самире Раджабовой для проекта https://t.me/diplomaticadipl 1. Продолжаю югоосетинскую тему. Всегда охотно иду на просьбы наших студентов и молодых учебных записать интервью или подкасты. Получив очередное предложение, принял его. 2. Вот основные вопросы: - Южную Осетию в России вспоминают в основном в связи с войной 2008 года, но республика существует уже 18 лет после признания. Как она развивалась все это время, и что вообще значит быть гражданином частично признанного государства? - Марат Камболов — технократ без опыта работы в местной югоосетинской специфике. Можем ли мы сказать, что Россия, продвигая такую фигуру, сама форсирует переход Южной Осетии от конфликтной повестки к повестке развития? - В Южной Осетии ранее работали на высших должностях Ростислав Хугаев и Вадим Бровцев, но на президентское кресло они не претендовали. Насколько сложно будет Камболову выстроить легитимность среди местных элит и людей, которые сами воевали за свою независимость? - Грузия сейчас переживает турбулентность. Можем ли мы ожидать какой-то реакции на грузинском треке в связи с приходом Камболова? 3. Думали еще обсудить Армению с Азербайджаном, но оставили до следующего случая. Постарался дать краткое введение в историю Южной Осетии позднесоветского и постсоветского периодов. 4. Ссылка на интервью https://youtu.be/7o9OSJuT-qc

Израиль и признание геноцида армян: между Realpolitik и моральными соображениями 1. Министр иностранных дел Израиля Гидеон Саар выступил с инициативой о признании трагедии армян в Османской империи в начале ХХ века геноцидом. Одно из ведущих израильских изданий «The Jerusalem Post» посвятило этой теме специальный материал. Сам же министр 25 июня на своей странице в социальной сети Х (бывший Twitter) написал следующее: «Признание геноцида, совершенного против армянского народа в последние годы существования Османской империи, - это как моральный, так и исторический долг». В случае, если инициативу Саара одобрят на заседании правительства Израиля, она будет вынесена на голосование Кнессета (парламента). 2. Интересная деталь. Израильский политический дискурс выстраивается на принципах уникальности еврейского исторического опыта. И, как правило, обосновывая какие-то идеи или решения, израильские политики воздерживаются от апелляции к другим кейсам. Однако в упомянутой выше статье в «The Jerusalem Post» имеется броский подзаг, который гласит, что по состоянию на 2026 год 32 государства, включая США, Канаду, Россию (sic!) и Германию признали геноцид армян в Османской империи. 3. Для Израиля тема признания геноцида армян не нова. По мнению известного специалиста по данному вопросу Эльдада Бен Аарона (заслуживает внимание его работа «Уникальное отрицание: израильская внешняя политика и геноцид армян»), эта проблема вышла на первый план в 1982 году, когда Турция оказала давление на Еврейское государство с требованием отменить конференцию, посвященную Холокосту и геноциду. Тогда Израиль согласился потребовать от организаторов отмены мероприятия, чтобы обеспечить безопасный выезд евреев из Ирана и Сирии через турецкую границу. Именно тогда сложился неформальный израильский подход: возможность широкой дискуссии по теме в обществе и в академической среде без официального признания геноцида армян. 4. До утверждения на турецком политическом Олимпе эрдогановской Партии справедливости и развития (представляющей в идеологическом плане комбинацию принципов «демократического исламизма», неоосманизма с оттенками имперского ресентимента и тюркского солидаризма) стратегическая связка Анкара-Тель-Авив дала трещину. За последние четверть века отношения Турции и Израиля знали взлеты и падения. Но всякий раз, когда кривая шла вниз, вверх шла политизация «армянского вопроса» в Еврейском государстве. В Кнессет несколько раз вносились соответствующие законопроекты. В этом контексте можно вспомнить инициативы депутатов Тамар Зандберг, Яира Лапида и Гидеона Саара (нынешнего главы МИД). 5. В 2025 году подтянулась «тяжелая артиллерия» израильской политики. Сам Биньямин Нетаньяху во время интервью с известным американским бизнесменом и подкастером Патриком Бет-Дэвидом заявил о том, что признает события ХХ в Османской империи геноцидом армян. Но слова- это не государственно оформленные решения. Как бы то ни было, сегодня, когда отношения Анкары и Тель-Авива скатились в очередное крутое пике, шансов на новое слово в израильской политике больше! 6. Впрочем, было бы заведомым упрощенчеством сводить все исключительно к циничным расчетам, хотя таковые, конечно, глупо отрицать. Но в израильском правозащитном и академическом сообществе давно сложилось мнение в пользу признания геноцида армян и осуждения практик позднеосманской власти в отношеии к различным народам империи. Взять хотя бы научные труды и общественную деятельность профессора Яира Аурона! Власти также вынуждены учитывать и моральные аспекты проблемы. 7. Но, допустим, Израиль станет 33-м государством, признающим геноцид армян. Изменит ли это положение дел на Кавказе и на Ближнем Востоке радикальным образом? Ответ отрицательный! Такое признание не порушит азербайджано-израильскую стратегическую связку. И Штаты сделают все, чтобы потушить пожар в отношениях между Анкарой и Тель-Авивом. Но самое главное в том, что концепт «Реальной Армении» Никола Пашиняна и К не фокусируется на травмах прошлого, а борьба за признание геноцида не является сегодня внешнеполитическим приоритетом Еревана.

Парламентские выборы в Армении в двух измерениях Статья для Российского совета по международным делам (РСМД) Основные тезисы 1. На сегодняшний день это мой самый крупный (по обьему) текст, посвященный значению парламентских выборов в Армении. Считаю крайне важным посмотреть на этот сюжет не как на рандомное политическое событие, а как на часть более сложных и многоцветных мозаик. 2. Начал свой анализ с феномена армянской «бархатной революции». Рассмотрел ее (в теоретическом и в практическом аспекте) как курс, нацеленный на гомогенизацию политического пространства Армении и как инструмент пролонгации пребывания команды Никола Пашиняна у власти. По сути, революционная фраза и революционные по форме деяния консервируют монополию «Гражданского договора». И после «недопобеды» на выборах этот тренд только усилится. Нынешним властям не нужна конкуренция, они всеми силами будут ее устранять. И с помощью монополизации власти будут стремится продать лояльность и россиянам, и американцам с ЕС-овцами, и туркам с азербайджанцами. Насколько сил хватит! 3.Далее разобрал международное изменение прошедшей кампании. Известный французский исследователь постсоветского пространства Давид Кадье отмечает, что выборные процедуры в государствах — участниках «Восточного партнерства», находящихся «между Россией и Евросоюзом», уже не первый год «секьюритизируются» и «геополитизируются». Партии и объединения соревнуются друг с другом не столько за продвижение программ социально-экономического развития и внутренних преобразований, сколько за выбор единственно верного внешнеполитического («цивилизационного») вектора. Признавая справедливость этой версии в целом, отметим ряд нюансов, отличающих армянскую ситуацию от других постсоветских кейсов. «Украинизация» — как сценарий полного разрыва с Россией и сползания в конфронтацию с ней на стороне Запада — имеет свои уникальные черты и не может служить универсальной схемой для объяснения армянских трансформаций. Парламентские выборы 2026 года — первые в истории Армении, где фактор «геополитизации» сработал в полную силу. Ситуация разительно отличалась от кейсов Украины, Молдовы и Грузии, где конкуренция условно «пророссийских» и «прозападных» политиков продолжалась долгие годы, охватывала не один избирательный цикл, и где в каждой «номинации» были свои «постоянные клиенты». Но в Армении еще в 2021 году Запад и Россия не сталкивались друг с другом лоб в лоб. 4. «Разворот» Армении на Запад происходил не одномоментно, но диктовался иным набором проблем, нежели у ГУАМ-овской «тройки». Его главным триггером стала карабахская катастрофа. Она спровоцировала кризис не только и даже не столько управления, сколько крах прежних государствообразующих идеологем. Провал «миацума» привел не только к радикальному изменению приоритетов национально-государственного строительства, но и к перекройке внешнеполитических приоритетов. В итоге выборы в парламент были «геополитизированы» и «секьюритизированы», что власти попытались использовать с выгодой для себя, оказывая мощное давление на оппозицию.. 5. Полный текст статьи: https://russiancouncil.ru/analytics-and-comments/analytics/parlamentskie-vybory-v-armenii-v-dvukh-izmereniyakh/

Южная Осетия как приоритет для России Отставка Алана Гаглоева и возвышение Марата Камболова. Означает ли приход «варяга» в Цхинвал старт объединительного процесса? Интервью для Спутник-Южная Осетия 1. Югоосетинский вопрос оказался среди тем, поднятых пресс-секретарем Владимира Путина Дмитрием Песковым во время его выступления на XII Международном научно-экспертном форуме «Примаковские чтения». По его словам, досрочная отставка президента республики Алана Гаглоева и появление Марата Камболова в Цхинвале не означает процесса инкорпорирования частично признанного образования в состав РФ. Официальная версия прозвучала. Придет время, проверим. 2. Уже долгие годы после 2008 года Южная Осетия (когда Россия признала ее независимость) дает, по сути, один-единственный инфоповод. Обсуждается ее вхождение в состав РФ и/или объединение с «братской» Северной Осетией. Эта тема всякий раз актуализируется по мере приближения к республиканским выборам (особенно президентским). Так было в 2017 и в 2022 гг. Более того, 13 мая 2022 года даже был подписан указ о проведении объединительного референдума. Но затем действие сего акта было приостановлено со ссылкой на необходимость консультаций с Россией и неопределенность правовых последствий. 3. Что имеем сегодня? «Дух Анкориджа» выветрился. Конфронтация России и Запада набирает новые обороты. Деэскалации на Украине тоже не предвидится. Разворота Грузии на Север не случилось. Значит многие ожидают укрепления «ястребов» и возможных новых территориальных расширений РФ. Вроде бы, логика в этих построениях есть. Но слишком она геополитически детерминирована. Не забыть бы про «овраги». 4. И здесь надо иметь в виду, что как бы ни зависели Южная Осетия и Абхазия от «Большой России», в них всегда имелась собственная внутриполитическая повестка. И логика тоже. Во многом отставка Гаглоева предопределена проблемами самой Южной Осетии. В 2022 году после серии скандалов вокруг правоохранительной и пенитенциарной систем и общественного недовольства его приход многие воспринимали с завышенными ожиданиями. Не все сложилось, как хотелось и виделось 4 года назад. Главный ключевой вопрос- переход от конфликтной повестки к развитию не решен! Почему переход в советники Путина? Важно обеспечить спокойный трансфер власти, без эксцессов, что имели место с Асланом Бжанией в Абхазии. Во много Бадра Гунба – паттерн для сегодняшней и завтрашней Южной Осетии. 5. Что важно знать и понимать уже сейчас «на берегу»? Маленькая республика- не значит простая. Люди, которые с 1988 по 2008 гг. боролись (и неоднократно с оружием в руках) за свою свободу и самоопределение очень бережно относятся к символам своей государственности и своей особости. При этом не ставя ни на минуту под сомнение пророссийский выбор. Местные особенности надо учитывать, как и (не люблю это слово, но не могу подобрать лучше) местный менталитет. Не подыгрывать им, но знать, понимать и уважать! Как там у Высоцкого, «Ты уж их, браток, попробуй хоть немного уважать». Повышать управленческую культуру республики, как и качество «освоения средств» из Москвы нужно! Необходимо и важно уходить и от «вольно-казачьей» стихии, каковой в Южной Осетии в избытке. Но делать такой переход ускоренным и с претензией на универсальные схемы опасно. Нужны выдержка и такт. 6. Что же касается объединения, то углубление интеграции (которое уже идет семимильными шагами) без полного правового инкорпорирования вполне возможно. Разве нам нужно оживление призрака «коллективного Саакашвили» в Тбилиси? Между тем, «ночь Гаврилова» в 2019 году нам всем показала, что возможность такого поворота не нулевая. И уж точно для Цхинвала это не будет подарком! 7. Слушайте запись: https://sputnik-ossetia.ru/20260624/39732397.html 8. Текстовая версия: https://sputnik-ossetia.ru/20260625/moskva-stavit-na-predskazuemost-markedonov-o-smene-vlasti-v-yuzhnoy-osetii-39739888.html

Южная Осетия: новый политический цикл 1. Про последние события в Южной Осетии пишут немного. В них нет привычной для этого региона «большой геополитики». Формата, в котором коллективный Запад развивал бы наступление к границам России, а Москва сдерживала бы экспансию НАТО за счет постсоветских республик. Однако события «горячего августа» 2008 года невозможно накладывать на кавказскую динамику бесконечно. И в Южной Осетии, и в Абхазии имеется своя интересная динамика вне зависимости от (не)решения тех или иных статусных вопросов. 2. Начнем по порядку. 23 июня 2026 года действующий глава Южной Осетии Алан Гаглоев объявил о сложении с себя полномочий президента республики. Официальная причина - переход на работу советником Владимира Путина. Напомню, что Гаглоев возглавил Южную Осетию после президентских выборов в 2022 году, где он в втором туре, как оппозиционный кандидат победил тогдашнего главу республики Анатолия Бибилова. 3. Нельзя сказать, что его решение перейти из резидентов в советники стало неким сюрпризом. Для тех, кто погружен в тему, было более или менее очевидно: июньский кадровый экспромт был хорошо подготовлен. За две недели до сегодняшнего события глава югоосетинского правительства Дзамболат Тадтаев ушел в отставку (он возглавлял республиканский кабмин недолго, начиная с февраля 2026 года). На его место была предложена кандидатура Марата Камболова, который вскоре и был утвержден на посту премьера. 4. Важна кандидатура нового выдвиженца. Этнический осетин, уроженец Ирафского района Северо-Осетинской АССР (сегодня это Республика Северная Осетия), но пика своей карьеры (по состоянию на сегодняшний день) он достиг в Москве. Наверное, настоящим карьерным «бриллиантом» можно назвать его деятельность на посту директора Курчатовского института. 5. «Варяжская» кадровая политика применяется в Южной Осетии не впервые. Можно вспомнить приглашение на пост премьера известного самарского бизнесмена осетинского происхождения Ростислава Хугаева (проработал на этом посту в мае 2012-январе 2014 гг.). Его предшественником был уроженец Урала Вадим Бровцев (возглавлял правительство в августе 2009-апреле 2012 гг.) 6. Но в случае с Камболовым есть свои важные нюансы. Если не произойдет чудес, он станет следующим президентом республики. Фактически уже с этой минуты начинается его подготовка в качестве ВРИО к избирательной гонке. И нет особых сомнений в том, что он ее выиграет. В таком случае это будет прецедент избрания «варяга» не из местных. Людвиг Чибиров, Эдуард Кокойты, Леонид Тибилов и Анатолий Бибилов были уроженцами Южной Осетии и воспитанниками республиканской политической среды. Вадим Бровцев как ВРИО главы- особая история, именно в силу временного исполнения обязанностей.... 7. Приход Камболова отражает тенденций. Во-первых, укрепление интеграционных связей в асимметричной паре Москва-Цхинвал. Как показывает опыт той же Абхазии Кремль хотел бы оставить в прошлом многие «странности» из наследия бурных девяностых-нулевых. Больше прагматики, стандартизации, предсказуемости прозрачности и, пожалуй, подконтрольности Большому центру. Во-вторых, и для Абхазии, и для Южной Осетии крайне важен переход от конфликтной и постконфликтной повестки к повестке развития. Этот транзит слишком затянулся. С началом президентства Бадры Гунбы Абхазия стала рассматриваться, как некий паттерн для таких запоздавших трансформаций. Похоже, пришел черед Южной Осетии. 8. Оба кейса чрезвычайно сложны. И, конечно, требуют от всех звеньев управленческой цепи мастерства, креативности и такта (что далеко не всегда проявляется, увы). Но в репутационном плане крайне важно наметить здесь «истории успехов». Тем паче, что ими не слишком-то избалованы, проблем впереди куда как больше!